Семья
Багряные слезы бездны
Я стоял у окна, глядя на то, как первые лучи рассвета окрашивают небо в цвет запекшейся крови. В этом доме редко бывало так тихо, но сейчас эта тишина давила на плечи тяжелее, чем вся мощь небесного свода. За моей спиной, в глубине комнаты, на широкой кровати лежал Юки. Мой сильный, гордый сын сейчас выглядел пугающе хрупким.
Всю ночь его тело содрогалось в конвульсиях. Его рвало густой, иссиня-черной жижей, которая шипела, соприкасаясь с воздухом, и пахла жженой серой и гнилой магией. Яд, который та тварь подмешала ему в бокал, был не просто алхимическим составом. Это была направленная атака на саму суть его происхождения — попытка насильственно смешать кровь Теневого Монарха и Небесного Дракона, превратив парня в безумного монстра.
Юми сидела на краю кровати, не выпуская руки сына. Её лицо, обычно сияющее жизнью и нежностью, превратилось в застывшую маску из холодного мрамора. Я впервые видел свою жену такой. В её взгляде не было слез — там плескалось древнее, первобытное пламя, готовое испепелить этот мир до самого основания. Она не кричала, не металась. Она ругалась — тихо, размеренно, и от каждого её слова по стенам комнаты пробегали лазурные искры.
– Они думали, что могут использовать его как сосуд, – её голос прозвучал как шелест чешуи по камню. – Они думали, что кровь Дракона можно приручить через боль. Джинву, я хочу, чтобы они страдали так долго, чтобы само понятие смерти стало для них недостижимой мечтой.
Я подошел к ней и положил руку на её плечо. Оно было твердым, как сталь.
– Я уже отдал приказ Беру, – ответил я, и мой голос резонировал с тенями, заполнившими углы комнаты. – Ассоциация уже предоставила список всех, кто был в том клубе. Это не просто случайная встреча, Юми. Их заманили туда. Подстроили всё так, чтобы дети оказались в ловушке.
Юки застонал во сне. Его лицо исказилось, по лбу скатилась капля пота, смешанная с темной маной. Ли Вон, приехавший под утро, как только узнал о случившемся, сидел в кресле напротив, вцепившись пальцами в подлокотники так, что дерево трещало. Его безупречный костюм был помят, глаза покраснели от бессонницы, но он отказывался уходить.
– Господин Сон, – Ли Вон поднял на меня взгляд, полный тихой, но испепеляющей ярости. – Я проверил записи камер. Те, кто был рядом с той женщиной... они не просто охотники. Это наемники из международного синдиката «Осколок Звезды». Они специализируются на захвате существ с уникальной родословной.
Я почувствовал, как внутри меня что-то окончательно оборвалось. Моя аура непроизвольно выплеснулась наружу, заставив стекла в окнах жалобно звякнуть.
– «Осколок Звезды»... – повторил я, пробуя название на вкус, словно яд. – Значит, они решили, что мой сын — это товар.
– Папа... – раздался слабый, хриплый голос с кровати.
Юки приоткрыл глаза. Его взгляд был мутным, сфокусироваться стоило ему огромных усилий. Он попытался приподняться на локтях, но тут же бессильно рухнул обратно, когда очередной приступ тошноты скрутил его внутренности.
– Лежи, – Юми мгновенно прижала его к подушкам, её ладонь засветилась мягким лазурным светом, успокаивая бушующую в нем энергию. – Тебе нужно, чтобы яд вышел полностью. Не смей геройствовать сейчас.
– Простите... – выдохнул Юки, глядя на нас с какой-то детской виной, которая полоснула меня по сердцу больнее любого клинка. – Я не должен был... я потерял контроль...
– Это не твоя вина, Юки, – я подошел ближе и присел на корточки у кровати, чтобы наши глаза были на одном уровне. – Тебя отравили составом, который способен свалить дракона. То, что ты удержал себя от полного превращения и не разрушил полгорода — это проявление невероятной силы воли. Я горжусь тобой.
Сын едва заметно улыбнулся, и эта слабая полуулыбка была самым ценным, что я видел за последние сутки.
– Ли Вон здесь? – спросил он, переводя взгляд за мою спину.
Адвокат мгновенно оказался рядом, опускаясь на колени перед кроватью. Он взял свободную руку Юки в свои ладони, и я увидел, как мелко дрожат его пальцы.
– Я здесь, Юки. Я никуда не уйду.
– Ты выглядишь ужасно, Чон... – прошептал сын, пытаясь пошутить, но тут же снова зажмурился от боли.
Я встал и кивнул Юми. Нам не нужно было слов. Мы прожили вместе достаточно долго, чтобы понимать друг друга по малейшему движению теней или блеску глаз. Она останется здесь, будет лечить и защищать. А я...
Я пойду собирать долги.
– Береги его, – сказал я жене, касаясь её волос.
– Джинву, – она подняла на меня свои небесно-голубые глаза, в которых сейчас бушевал шторм. – Вытряси из них всю душу. За каждую секунду, когда нашему сыну было больно. За каждую каплю этой черной дряни.
– Обещаю.
Я вышел из комнаты, и тени послушно расступились передо мной, образуя коридор. В гостиной меня ждали Сухо и Миджун. Они сидели на диване, прижавшись друг к другу. Увидев меня, они вскочили.
– Папа, мы... – начала Миджун, её голос дрожал.
– Мы не усмотрели, – закончил за неё Сухо, опуская голову. – Мы должны были заметить, что с ним что-то не так раньше.
Я подошел к ним и положил руки на их головы.
– Вы защищали Ай. Вы вызвали нас. Вы сделали всё правильно в ситуации, к которой нельзя было подготовиться. Оставайтесь с мамой. Сегодня дом должен быть крепостью.
– Ты уходишь за ними? – спросил Сухо, и в его глазах, так похожих на мои, вспыхнул огонек жажды мести.
– Да.
Я шагнул в портал, который открылся прямо посреди гостиной.
Место, где скрывались остатки синдиката, находилось в промышленной зоне на окраине города. Это был старый склад, укрепленный магическими барьерами, которые для обычных охотников S-ранга показались бы непреодолимыми. Для меня они были не плотнее паутины.
Я вышел из тени прямо в центре их операционного зала. Около двадцати человек — элита наемников, маги и воины — замерли, глядя на меня. В воздухе пахло дорогим табаком и дешевой уверенностью в собственной безнаказанности.
– Сон Джинву... – прошептал один из них, бледнея на глазах. – Как он нашел нас так быстро?
– Вы тронули моего сына, – мой голос не был громким, но от него по стенам склада поползли трещины, а аппаратура начала взрываться, осыпая наемников искрами. – Вы решили, что можете ставить эксперименты на моей крови.
Я поднял руку, и вся комната погрузилась в абсолютную, непроглядную тьму. Это не было просто отсутствие света. Это была моя территория. Мое царство.
– Встаньте! – скомандовал я.
Из пола начали подниматься сотни теней. Бер, Игрис, Берион — мои великие маршалы возглавили это шествие ужаса. Но сегодня я не хотел быстрой смерти для этих людей. Я хотел, чтобы они почувствовали ту же беспомощность, которую испытывал Юки, когда яд вгрызался в его нервную систему.
– Бер, – позвал я, глядя на лидера группы, который пытался активировать какой-то артефакт. – Не убивай их. Парализуй. Я хочу, чтобы они были в сознании, когда я начну выжигать их ману.
Склад наполнился криками, которые тут же гасли в вязкой тьме. Я шел сквозь ряды врагов, и каждое мое движение превращало их жизнь в ад. Я не использовал кинжалы. Я использовал «Власть Монарха», буквально раздавливая их волю, ломая их кости давлением своей ауры.
Ту женщину, что поднесла бокал Юки, я нашел в дальнем кабинете. Она пыталась сжечь документы. Когда я вошел, она вскрикнула и выронила зажигалку.
– Пожалуйста! – закричала она, падая на колени. – Нам заплатили! Мы не знали, что он ваш сын! Нам сказали, что это просто перспективный образец...
Я подошел к ней вплотную. Мои глаза светились холодным серым светом, словно грозовая туча, готовая разродиться молнией.
– «Образец»? – я взял её за подбородок, заставляя смотреть на меня. – Мой сын — это не образец. Это всё, ради чего я храню этот мир.
Я применил «Чтение памяти», врываясь в её разум без всякой жалости. Картинки, планы, имена заказчиков — всё это хлынуло в меня бурным потоком. Я видел, как они обсуждали дозировку яда. Видел, как смеялись, предвкушая прибыль от продажи «уникального гибрида».
Когда я закончил, она обмякла в моих руках, её разум был выжжен дотла. Но этого было мало.
– Игрис, – я обернулся к рыцарю, который стоял за моей спиной, окутанный черным пламенем. – Собери всех, чьи имена я только что узнал. Из-под земли, из других стран, из правительственных бункеров. Доставь их в мое личное подземелье.
– Будет исполнено, Мой Король, – Игрис склонил голову и исчез в вихре теней.
Я вышел на улицу. Склад за моей спиной медленно погружался в тень — буквально. Мои солдаты поглощали это место вместе со всеми, кто в нем находился.
Вернувшись домой, я обнаружил, что в комнате Юки стало спокойнее. Сын спал, его дыхание выровнялось, а кожа приобрела нормальный оттенок. Яд наконец-то отступил.
Юми стояла на балконе, глядя на рассвет, который теперь казался чистым и золотистым. Она обернулась, когда я подошел, и в её глазах я увидел вопрос.
– Всё кончено? – тихо спросила она.
– С синдикатом — да, – ответил я, обнимая её за талию. – Но я нашел заказчиков. Это люди из «Комитета по контролю за наследием». Они боятся силы Юки. Боятся того, кем он может стать.
Юми горько усмехнулась, прислоняясь головой к моему плечу.
– Они боятся того, что не могут контролировать. Глупцы. Они сами создали монстра, которого так опасались. Только этот монстр теперь очень зол и у него есть родители.
– Завтра мир изменится, Юми, – сказал я, глядя на просыпающийся город. – Я больше не буду играть в дипломатию с теми, кто метит в моих детей.
– Я помогу тебе, Джинву, – прошептала она, и на её руке на мгновение проступила лазурная чешуя. – Небесный Дракон и Теневой Монарх... Нам не нужно разрешение мира, чтобы защищать свой дом.
Мы стояли так долго, слушая, как в комнате Юки Ли Вон что-то тихо рассказывает проснувшемуся сыну, а из кухни доносится возиться Сухо и Миджун, пытающихся приготовить завтрак.
Моя семья была моей единственной слабостью и моей величайшей силой. И сегодня я напомнил всему миру, почему не стоит проверять это на прочность. Багряные тени Юки еще заявят о себе, но теперь за его спиной всегда будет стоять истинная тьма его отца и бесконечное небо его матери.
А те, кто посмел вмешаться... что ж, у них впереди была вечность, чтобы обдумать свою ошибку. Вечность в моих тенях.