← Назад к обзору

Семья

Наследие теней и шёпот небес

Тишина в моём кабинете была абсолютной. Это была не та пустота, что пугает обычных людей, а та осознанная тишина, которую может позволить себе лишь тот, кто управляет самой смертью. В углах комнаты лениво перетекали тени — мои верные солдаты дремали, готовые в любой миг откликнуться на зов.

Я откинулся на спинку кресла, глядя в панорамное окно на ночной Сеул. Город мерцал миллионами огней, но для меня он был словно на ладони. Прошло несколько месяцев с того памятного ужина, когда Юки выставил за дверь этого никчёмного адвоката. Я до сих пор помнил выражение лица Юми в тот вечер — смесь ярости Небесного Дракона и материнской гордости.

Моя жена сейчас спала. Я чувствовал её ровное, спокойное дыхание в спальне этажом выше. Рядом с ней, свернувшись калачиком, наверняка посапывала Ай. Сухо и Миджун тоже давно видели сны — их молодая энергия угасла после очередной изнурительной тренировки, которую я устроил им днём.

Юки... Мой старший сын. За эти месяцы он изменился. В его движениях стало больше уверенности, а в глазах — той самой искры жизни, которую он чуть не потерял, пытаясь соответствовать ожиданиям Ли Вона. Сумика Учиха оказалась именно тем «лекарством», в котором он нуждался. Сильная, прямолинейная, она не пыталась его приручить. Она просто шла рядом, сжигая своим пламенем любые сомнения.

Внезапно тишину разрезал резкий звук. Мой телефон, лежащий на столе, вибрировал, светясь в полумраке. Я взглянул на экран.

Юки.

В груди кольнуло странное предчувствие. Сын редко звонил мне в такое время, обычно он либо возвращался сам, либо присылал короткое сообщение, что остаётся у Сумики. Я поднял трубку.

– Да, Юки.

– Отец, – голос сына звучал непривычно напряжённо. В нём не было страха — Сон Юки не знал, что это такое, — но я уловил в нём сдерживаемую ярость. – Ты можешь сейчас прийти? Я скину координаты.

– Что случилось? – я уже встал, и тени вокруг моих ног начали закручиваться в вихрь.

– Тут... возникла ситуация. Сумика ранена. И здесь те, кого я не ожидал увидеть.

– Жди. Я буду через секунду.

Связь прервалась. Я не стал будить Юми — лишние волнения ей ни к чему, пока я не разберусь во всём сам. Я шагнул в тень, и пространство вокруг меня исказилось. «Обмен тенями» — навык, который никогда не подводил.

Через мгновение я оказался на крыше недостроенного небоскрёба на окраине города. Воздух здесь был пропитан запахом гари, озона и крови. Я сразу увидел их.

Юки стоял в центре площадки. Его куртка была разорвана, обнажая татуированное плечо, по которому стекала струйка крови. Его синие глаза горели таким ярким светом, что казались двумя лазерами в темноте. В руках он сжимал свои короткие клинки, а вокруг него клубилась тёмная аура, подозрительно похожая на мою собственную.

У его ног, прислонившись к бетонному блоку, сидела Сумика. Её левое плечо было обожжено, а дыхание сбито, но она всё ещё сжимала рукоять своей катаны, по которой пробегали языки угасающего пламени.

А напротив них стояли трое. Охотники. Судя по их аурам — не ниже S-ранга. И один из них... я узнал его. Тот самый русский охотник, о котором упоминал Юки. Высокий, широкоплечий мужчина с ледяным взглядом и шрамом через всю щеку.

– Отец, ты быстро, – не оборачиваясь, произнёс Юки.

Я вышел из тени, и само присутствие Монарха заставило воздух стать тяжёлым, как свинец. Охотники напротив вздрогнули. Русский охотник побледнел, узнав меня, но оружия не опустил.

– Кто это такие? – спросил я, подходя ближе к сыну.

– Наёмники, – Юки сплюнул кровь на бетон. – Они устроили засаду на Сумику, когда она возвращалась из рейда. Ли Вон... этот ублюдок не просто изменил мне, отец. Он слил им графики патрулирования и слабые места в защите Ассоциации. Он продал её.

Я почувствовал, как внутри меня что-то окончательно оборвалось. Моё милосердие к адвокату было ошибкой. Я позволил мусору остаться в живых, и теперь этот мусор посмел угрожать моей семье.

– Ли Вон здесь? – мой голос прозвучал как скрежет тектонических плит.

– Он внизу, в машине, – Юки указал подбородком на край крыши. – Ждёт, когда эти «профессионалы» закончат работу. Видимо, он решил, что если Сумика исчезнет, я вернусь к нему. Или просто хотел отомстить нам всем.

Один из наёмников, стоявший чуть поодаль, попытался что-то сказать, но я просто взглянул на него. Навык «Взор Монарха» пригвоздил его к месту, заставляя упасть на колени.

– Сон Джинву... – прохрипел русский охотник, переходя на ломаный корейский. – Мы не хотели проблем с тобой. Нам заплатили за девушку. Это личное дело адвоката и его семьи.

– Его семьи? – я сделал шаг вперед, и тени за моей спиной взметнулись вверх, принимая очертания гигантских крыльев. – Ты стоишь перед моим сыном. Ты ранил женщину, которую он выбрал. И ты смеешь говорить о «личном деле»?

Юки подошёл к Сумике и аккуратно помог ей подняться.

– Пап, позволь мне, – тихо сказал он. – Я обещал ей, что разберусь с этим сам. Но мне нужно, чтобы ты присмотрел за ней. И... за тем, кто внизу.

Я посмотрел на сына. В его глазах была не просто ярость — там была решимость мужчины, защищающего своё. Он был готов перешагнуть черту.

– Иди, – кивнул я. – Я заберу Сумику. А ты закончи то, что начал.

Юки кивнул. Его татуировка на руке вспыхнула ослепительным синим светом, переходящим в глубокий фиолетовый. Он сорвался с места так быстро, что даже S-ранговые охотники не успели среагировать.

Я подошёл к Сумике и мягко коснулся её здорового плеча.

– Ты в порядке, Сумика?

– Бывало и хуже, господин Сон, – она попыталась улыбнуться, хотя было видно, что боль сильная. – Простите, что пришлось вас побеспокоить. Юки... он очень разозлился.

– У него есть на то причины, – я обернулся к наёмникам.

Двое из них уже лежали без сознания — Юки вырубил их одним ударом, проходя мимо. Русский охотник пытался выставить ледяной щит, но клинки моего сына прошли сквозь него, как сквозь масло. Юки не убивал его — он методично и хладнокровно ломал его сопротивление, превращая элитного бойца в избитую куклу.

– Пожалуйста! – закричал наёмник, когда Юки прижал его к краю крыши. – Я просто выполнял заказ!

– Плохой выбор заказа, – бросил Юки.

Он нанёс последний удар рукоятью клинка в челюсть, и охотник обмяк. Юки не сбросил его вниз. Он просто оставил его лежать грудой мяса. Затем мой сын подошёл к краю крыши и посмотрел вниз.

Там, далеко внизу, у чёрного седана стоял человек. Даже отсюда я чувствовал его страх. Ли Вон. Он смотрел на крышу, вероятно, ожидая победного сигнала, но вместо этого увидел силуэт того, кого предал.

Юки обернулся ко мне. Его лицо было бледным, но спокойным.

– Отец, спусти меня вниз.

Я призвал Кайсела. Огромный теневой дракон материализовался из воздуха, огласив ночь громовым рыком. Мы с Сумикой сели на его спину, а Юки просто спрыгнул с края, позволив одной из моих теней подхватить его и плавно опустить на асфальт прямо перед Ли Воном.

Когда мы приземлились, сцена была достойной финала трагедии. Ли Вон стоял на коленях перед Юки, его безупречный костюм был испачкан в дорожной пыли.

– Юки... Юки, пожалуйста... – он рыдал, размазывая слёзы по лицу. – Я люблю тебя! Она... она всё испортила! Если бы не она, мы бы были счастливы! Я просто хотел, чтобы всё стало как раньше!

Юки смотрел на него сверху вниз. В его взгляде не было даже ненависти. Только бесконечная брезгливость.

– Ты никогда не любил меня, Ли Вон, – тихо сказал Юки. – Ты любил статус. Ты любил силу моего отца, которой мог пользоваться. И ты любил свою власть надо мной, пока я позволял тебе её иметь. Но ты тронул Сумику.

Юки поднял руку. Я увидел, как в его ладони концентрируется энергия, подозрительно напоминающая «Разрушение», но с примесью небесного света Юми.

– Юки, нет, – я подошёл к нему и положил руку на плечо. – Не марай руки об это. Он не стоит того, чтобы ты становился убийцей в глазах закона.

– Он пытался убить Сумику, пап, – Юки обернулся ко мне, и в его глазах я увидел слёзы ярости. – Если бы я опоздал на пять минут...

– Я знаю, – я перевёл взгляд на Ли Вона. – И именно поэтому он получит наказание хуже смерти.

Я призвал Бериу. Муравьиный король появился из тени, его челюсти предвкушающе клацали.

– Мой король? – прошипел он, склонив голову.

– Бериу, забери этого человека. Отдай его в распоряжение теней. Пусть он каждый день переживает свои худшие кошмары. Пусть он видит, как всё, к чему он стремился, рассыпается в прах. И пусть он никогда не увидит дневного света.

Ли Вон закричал, когда тени начали обволакивать его ноги.

– Нет! Юки! Помоги мне! Сон Джинву, пощадите!

– Пощада закончилась в тот вечер, когда ты ушёл из нашего дома, – отрезал я.

Через секунду на парковке стало пусто. Ли Вон исчез в теневом измерении, где время течёт иначе, а страдания бесконечны.

Юки тяжело выдохнул и опустился на асфальт, закрыв лицо руками. Сумика, прихрамывая, подошла к нему и села рядом, обнимая его здоровой рукой.

– Всё кончено, Юки, – прошептала она. – Я здесь. Я жива.

Я стоял в стороне, глядя на них. Мой сын только что прошёл через испытание, которое могло сломать любого. Он столкнулся с предательством в его самой уродливой форме и не позволил ему поглотить себя.

– Юки, – позвал я.

Он поднял голову.

– Нам пора домой. Твоя мать скоро проснется. Если она узнает, что вы тут устроили без неё, она сожжёт этот район просто от обиды, что её не позвали на «вечеринку».

Юки слабо усмехнулся. Он встал и помог подняться Сумике.

– Ты прав, пап. Мама в гневе — это страшнее любого русского охотника.

Мы вернулись домой на Кайселе. Я помог Сумике пройти в гостевую комнату, где у нас всегда были наготове лучшие лечебные зелья. Юки не отходил от неё ни на шаг, пока её раны не затянулись под действием магии.

Когда всё утихло, и Сумика уснула, мы с Юки вышли на балкон. Ночь подходила к концу, на востоке начала заниматься тонкая полоска зари.

– Ты хорошо справился, – сказал я, не глядя на него. – Ты защитил свою женщину.

– Я чуть не потерял её, отец, – Юки сжал перила так, что металл жалобно скрипнул. – Я думал, что я сильный. Но против троих S-рангов и засады... если бы не её собственная сила, я бы не успел.

– Сила не в том, чтобы никогда не попадать в беду, Юки. Сила в том, чтобы иметь тех, кто придёт на помощь. И в том, чтобы самому быть этой помощью.

Я повернулся к нему.

– Ли Вон больше никогда не побеспокоит тебя. И никто из тех, кто с ним связан. Я позабочусь о том, чтобы Ассоциация провела полную чистку.

– Спасибо, пап, – Юки посмотрел на меня, и в его глазах снова была та самая синева, чистая и глубокая. – И... спасибо, что пришёл.

– Я всегда приду, – я положил руку ему на затылок, притягивая к себе в коротком, крепком объятии. – Ты — мой сын. Моя кровь. И мой преемник.

В этот момент дверь на балкон открылась, и появилась заспанная Юми в шёлковом халате. Она окинула нас взглядом, задержалась на разорванной футболке Юки и нахмурилась.

– Сон Джинву, Сон Юки... почему от вас обоих пахнет гарью и теневой энергией Бериу? И почему в гостевой спит Сумика с остаточными следами исцеления?

Мы с Юки переглянулись.

– Э-э... мам, это долгая история, – начал Юки, пятясь назад.

– У нас есть время до завтрака, – Юми скрестила руки на груди, и в её глазах начали плясать опасные огоньки. – Начинайте. Оба.

Я вздохнул. Быть Теневым Монархом — это управлять армиями мертвых. Быть отцом и мужем — это уметь объяснять Небесному Дракону, почему её любимый сын вернулся со свидания в лохмотьях.

И, честно говоря, второе было куда сложнее.

Но глядя на то, как Юки начинает сбивчиво рассказывать матери о ночных приключениях, я понял, что всё сделал правильно. Ли Вон был прошлым. Сумика и эта семья были будущим.

А будущее Сон Юки обещало быть ярче любого рассвета, который мы сейчас встречали.