Семья монарха
Танцы теней и пламя дракона
Я стоял посреди залитого неоновым светом торгового центра, чувствуя себя кем угодно, только не грозным правителем мира мертвых. На моих плечах висел Тэхо, увлеченно дергающий меня за серьги в ушах, а за руку держалась Ай, завороженно разглядывающая витрину с какими-то запредельно дорогими сладостями.
– Пап, а почему они всё еще здесь? – Голос Алекса вырвал меня из раздумий.
Мой старший шел рядом, засунув руки в карманы свободных черных брюк. Его небесно-голубые глаза сканировали толпу с той же внимательностью, с какой я когда-то изучал подземелья ранга S.
– В смысле? – переспросил я, перехватывая Тэхо поудобнее.
– Ну, те, другие, – Алекс кивнул в сторону фуд-корта, мимо которого мы проходили. – Две «бешеные сучки», как выразилась Мина, и два папы. И два Сухо. Разве они не должны были вернуться в свой мир еще неделю назад? Почему они тут торчат? Я вчера видел, как тот Сухо тренировался на частном полигоне Ассоциации. Он выглядел так, будто его сейчас вырвет от усталости, а его мать стояла рядом и что-то кричала про «честь семьи».
Я притормозил у фонтана, прищурившись. Серые глаза невольно вспыхнули холодным светом, когда я прощупал пространство маной. Алекс был прав. Я чувствовал их след — холодный, дисциплинированный и до боли знакомый.
– Не знаю, сын, – честно ответил я. – Возможно, пространственный разлом еще не стабилизировался. Или тот я ищет способ уйти без лишнего шума. Но ты прав, это странно.
– Папа, смотри! Там мастер-класс! – Мина подбежала к нам, дергая за рукав. – Там танцы! Хип-хоп баттл для всех желающих!
Я посмотрел в сторону центральной площади молла, где вокруг импровизированной сцены уже собралась приличная толпа. Громкий бит разносился по всему зданию, заставляя стекла вибрировать.
– Я же не зря тебя учил, – Алекс вдруг усмехнулся, и в его глазах появилось то самое озорное выражение, которое он унаследовал от Юми. – Пап, танцы — это то же самое улучшение движения и гибкости. Помнишь, как ты меня тренировал уклоняться от ударов? Ритм тот же.
– Ты серьезно предлагаешь мне пойти туда? – Я поднял бровь, глядя на своего восемнадцатилетнего «дракона». – Монарху Теней?
– Монарху Теней, который носит пирсинг и татуировки, это только в плюс к реноме, – вклинилась подошедшая Юми. Она держала в руках несколько пакетов с покупками и выглядела до невозможности довольной. – Джинву, покажи им, что ты не просто умеешь махать мечом. Дети будут в восторге.
Я посмотрел на своих детей. Сухо и Миджун уже вовсю пританцовывали в такт биту, Миюн и Ай хлопали в ладоши, а малыши на руках у Мины и Юми радостно гулили.
– Ладно, – я сдался, передавая Тэхо жене. – Алекс, ты со мной. На одной волне, как в старые добрые времена?
– Всегда, пап, – Алекс скинул легкую куртку, оставаясь в черной майке, открывающей его впечатляющие татуировки на руках.
Мы пробрались сквозь толпу к самой сцене. Подростки, крутившие брейк-данс, остановились, когда увидели нас. Я чувствовал на себе сотни взглядов. Высокий мужчина в отличной физической форме, с серыми глазами и татуировками, и его копия-сын с небесно-голубыми глазами. Мы выглядели как дуэт из какого-нибудь профессионального клипа.
Диджей, заметив нас, сменил трек на более тяжелый, с мощным басом.
– Начинай, – шепнул я Алексу.
Мой сын не заставил себя ждать. Он вышел в центр круга, и его движения были... сверхъестественными. В нем не было магии теней, но была грация Небесного Дракона. Он двигался плавно, переходя от резких фиксаций к текучим волнам, словно его кости были сделаны из жидкого металла. Каждое движение попадало точно в бит. Толпа взревела.
Затем настала моя очередь.
Я не танцевал — я сражался с ритмом. Мои движения были быстрыми, как вспышки молнии. Я использовал элементы боевых искусств, переплетая их с современным стилем. Мана теней непроизвольно начала откликаться, создавая вокруг моих ног легкое марево, которое со стороны казалось просто спецэффектом.
Мы с Алексом начали работать в паре. Синхронные прыжки, перевороты, сложные связки. Мы понимали друг друга без слов, чувствуя ритм друг друга как ритм собственного сердца. В этот момент я не был Монархом, я был просто отцом, который ловил кайф от момента со своим сыном.
– Давай, папа! – кричала Мина, прыгая от восторга.
Юми стояла в первом ряду, сияя от гордости. Она знала, что за этой легкостью стоят годы изнурительных тренировок, которые я проводил с Алексом, чтобы он мог контролировать свою драконью мощь.
Внезапно я почувствовал резкий укол чужой маны. Холодной, колючей, как лед.
Я остановился одновременно с Алексом. Мы повернули головы к балкону второго этажа. Там, в тени колонны, стояли они.
Другой Джинву в своем безупречном костюме смотрел на нас с выражением глубочайшего шока. Рядом с ним Ча Хэ Ин сжимала перила так сильно, что на металле, кажется, оставались вмятины. Её лицо было бледным, а губы поджаты в тонкую линию презрения, за которой скрывалась жгучая зависть. Их Сухо стоял чуть позади, и в его глазах, обычно пустых и покорных, я впервые увидел искру — искру тоски.
Он смотрел на Алекса. Смотрел на то, как мой сын смеется, вытирая пот со лба, как он обнимает меня за плечи, как мы радуемся простому танцу.
– Смотри, пап, – тихо сказал Алекс, не оборачиваясь к балкону. – Они выглядят так, будто мы совершаем преступление против человечества.
– Для них это так и есть, – ответил я, возвращая взгляд к сыну. – Они не понимают, как можно тратить «божественную силу» на такое.
Мы закончили выступление под оглушительные аплодисменты. К нам тут же подбежали остальные дети. Миюн и Ай вцепились в мои ноги, Сухо и Миджун наперебой начали комментировать наши движения, а Юми просто подошла и вытерла мое лицо полотенцем, которое успела где-то достать.
– Вы были великолепны, – прошептала она, целуя меня в щеку. – Тот Джинву сейчас, кажется, осознал, что проиграл по всем фронтам.
– Мы не соревнуемся, Юми, – я обнял её за талию.
– Мы — нет. А он — да. Весь его мир — это соревнование.
Мы решили, что на сегодня впечатлений хватит, и направились к выходу, по пути закупаясь мороженым для всей оравы. Мы шли огромной, шумной толпой: я с пакетами, Юми с малышами, Алекс, о чем-то спорящий с Миной, и остальные дети, создающие вокруг нас зону непрекращающегося движения.
– Папа, я хочу то, с фисташками! – тянула меня за руку Ай.
– А мне с шоколадной крошкой! – перебивал её Миджун.
Мы уселись на скамейки у выхода, уминая мороженое и обсуждая покупки. Юми смеялась над какой-то шуткой Сухо, а я просто смотрел на них, чувствуя абсолютное умиротворение.
И тут они снова появились. Другая семья шла к выходу, стараясь сохранять дистанцию. Они были замаскированы — капюшоны, очки — но для моего восприятия они светились, как маяки в ночи.
Хэ Ин шла первой, чеканя шаг. Проходя мимо нас, она не удержалась и бросила взгляд на наши пакеты с продуктами, на татуировки Алекса, на мороженое в руках Юми.
– Какое ничтожество, – едва слышно прошипела она, но в тишине моего восприятия это прозвучало как гром. – Монарх Теней, превратившийся в няньку и клоуна.
Юми, которая в этот момент облизывала ложечку с мороженым, медленно подняла глаза. Её небесно-голубой взгляд стал ледяным.
– Знаешь, дорогая, – начала она своим самым вкрадчивым голосом, от которого у моих врагов обычно подкашивались ноги. – Лучше быть счастливым «клоуном», чем красивой мумией в дорогом саване. Твой муж выглядит так, будто забыл, как дышать без твоего разрешения. А твой сын... мне искренне жаль этого мальчика.
Ча Хэ Ин замерла, её лицо исказилось от ярости. Она хотела что-то ответить, но другой Джинву положил руку ей на плечо. Его взгляд встретился с моим. В нем не было злости. Там была пустота и... осознание.
Он посмотрел на Алекса, который в этот момент весело спорил с Миной, не обращая на гостей никакого внимания. Он посмотрел на меня — с пирсингом, татуировками, в окружении восьми детей.
– Уходим, – коротко бросил он своей жене.
Они ушли, растворившись в толпе на парковке.
– Пап, они ведь скоро уйдут совсем, да? – спросил Сухо, провожая их взглядом.
– Да, сын. Думаю, этот визит был для них уроком. Или предупреждением.
– Уроком о том, что нельзя быть такими занудами? – хихикнула Мина.
– Уроком о том, что сила без любви — это просто тяжелая ноша, – серьезно ответил Алекс, закидывая пустой стаканчик в урну. – Пошли домой? Я обещал Тэхо показать, как собирать конструктор.
Мы направились к машинам. Вечерний город зажигал огни, и я чувствовал, как внутри меня рокочет сила теней — спокойная, уверенная, не нуждающаяся в демонстрации. Мои дети, мои «драконы» и «тени», были моим истинным наследием.
Загружая пакеты в багажник, я поймал отражение Алекса в боковом стекле. Он стоял, подставив лицо прохладному вечернему ветру, и его небесно-голубые глаза светились тихой радостью. Он был единственным из моих детей, кто полностью пошел в мать, и именно он был тем мостом, который соединял мою тьму с небесным светом Юми.
– Алекс, – позвал я.
Сын обернулся.
– Спасибо за танцы. Это было... освежающе.
Алекс широко улыбнулся, и в этой улыбке я увидел всё то, ради чего стоило пройти через предательство, потерю сил и годы восстановления.
– Обращайся, пап. В следующий раз научу тебя паре движений из олдскула. Монарх должен быть в тренде.
Я рассмеялся, захлопывая багажник. Мы расселись по машинам, и наш шумный кортеж двинулся в сторону дома. Где-то там, в другом мире, другой я, возможно, всё еще сидел на троне в тишине и одиночестве. Но здесь, в этом мире, у меня было всё, о чем только может мечтать человек — и даже чуть больше.
У меня была моя «неправильная», шумная, безумно сильная и бесконечно любимая семья. И это было единственным, что имело значение.