Семья сон
Шепот теней и жар плоти
День в зоопарке пролетел как одно мгновение, наполненное детским восторгом, запахом сахарной ваты и палящим сеульским солнцем. Сухо и Юджин, выплеснув последние капли энергии в погоне за воображаемыми львами, уснули в машине еще до того, как Юки выехал с парковки. Дома их пришлось переносить в кроватки буквально на руках — мягкие, теплые комочки, которые лишь сонно сопели, когда отцы бережно укрывали их одеялами.
Тишина, воцарившаяся в доме после дневного хаоса, была густой и обволакивающей. Она давила на виски, пробуждая иные чувства, которые весь день приходилось держать в узде под прицелом детских глаз.
Юки стоял в дверях спальни, прислонившись плечом к косяку. Его торс был обнажен, и в неверном свете ночника татуировки на плече казались глубокими провалами в бездну. Он наблюдал за Джинву. Его муж стоял у окна, спиной к нему, и медленно расстегивал пуговицы на своей черной шелковой рубашке. Ткань мягко скользила по коже, подчеркивая изящный, но мощный разворот плеч Теневого Монарха. Эта рубашка всегда действовала на Юки как красная тряпка на быка — она делала Джинву опасно сексуальным, подчеркивая контраст между его бледной кожей и глубокой чернотой шелка.
– Знаешь, – голос Юки прозвучал хрипло, разрезая тишину, – весь день, пока мы гуляли, я думал только об одном. О том, как эта рубашка будет выглядеть на полу нашей спальни.
Джинву обернулся. Его глаза, в которых еще мгновение назад отражался ночной город, вспыхнули фиолетовым огнем, но тут же погасли, сменившись томным, тяжелым желанием. Он не стал снимать рубашку до конца, лишь оставил её расстегнутой, позволяя ткани свободно свисать с плеч.
– Ты слишком нетерпелив для охотника S-ранга, Юки, – Джинву сделал шаг навстречу, его голос был тихим, вибрирующим.
– К черту ранги, – Юки в два шага преодолел расстояние между ними, подхватил мужа под бедра и повалил на кровать.
Джинву охнул, когда его спина коснулась мягкого покрывала, а сверху навалилась горячая, пахнущая солью и мускусом тяжесть Юки. Юки не стал церемониться. Его огромные ладони, привыкшие крошить бетон и ломать кости монстров, сейчас с удивительной нежностью и собственнической силой сжали бедра Джинву, разводя их в стороны.
– Ты сегодня издевался надо мной, – прошептал Юки, впиваясь поцелуем в шею мужа, прямо над кулоном. – Весь день касался моей руки, улыбался так, будто ничего не происходит...
– Я просто наслаждался семейным отдыхом, – выдохнул Джинву, запуская пальцы в густые, растрепанные волосы Юки и притягивая его ближе.
Юки приподнялся на локтях, нависая над ним. Его ярко-голубые глаза горели первобытным, хищным светом. Он заставил Джинву сесть и перекинул его ноги через свои бедра, помогая мужу двигаться, направляя каждый его жест. Черная рубашка Джинву распахнулась, открывая вид на его поджарый живот и грудь, вздымающуюся от частого дыхания.
– Двигайся для меня, – приказал Юки, его голос был похож на рокот далекого грома.
Джинву подчинился. Он всегда был ведущим в бою, лидером легионов теней, но здесь, в этой комнате, он с наслаждением отдавал бразды правления Юки. Его движения были плавными, тягучими, словно он сам стал тенью, обволакивающей своего мужа.
Юки положил одну руку на пах Джинву, накрывая его ладонью и заставляя двигаться в такт с их общим ритмом. Другой рукой он крепко держал Джинву за поясницу, не давая отстраниться ни на миллиметр. Контакт был настолько плотным, что казалось, мана Джинву и физическая мощь Юки начали переплетаться, создавая вокруг них кокон из статического электричества.
– Черт, Джинву... – Юки резко подался бедрами вверх, глубоко и мощно. – Ты такой узкий. Каждый раз как первый.
Джинву вскрикнул, запрокидывая голову. Удар пришелся точно в цель, задевая простату и выбивая из легких остатки воздуха. Его пальцы судорожно вцепились в плечи Юки, ногти впились в рельефные мышцы, оставляя красные следы поверх черных татуировок.
– Юки... еще... – прохрипел Джинву, теряя связь с реальностью.
Юки не заставил себя ждать. Он перешел на быстрый, рваный темп, каждый раз толкаясь с такой силой, что кровать жалобно скрипела под их общим весом. Его тело работало как идеально отлаженный механизм, демонстрируя ту самую божественную мускулатуру, о которой шептались другие охотники. Пот катился по его лицу, капая на грудь Джинву, смешиваясь с их общим жаром.
– Посмотри на меня, – Юки поймал лицо мужа ладонями, заставляя его открыть глаза. – Смотри только на меня.
Джинву с трудом сфокусировал взгляд. В глазах Юки он видел не только страсть, но и ту безграничную, почти пугающую преданность, которая была их общим щитом против всего мира. В этот момент не было ни Теневого Монарха, ни сильнейшего воина — были только двое мужчин, связанных клятвой и кровью.
– Я... здесь... – выдохнул Джинву, содрогаясь от очередного мощного толчка.
Ритм нарастал, становясь невыносимым. Джинву чувствовал, как внутри него закипает энергия, готовая вырваться наружу разрушительным всплеском, но Юки удерживал его, перенаправляя этот поток в чистое, концентрированное удовольствие.
– Я никогда... никому тебя не отдам... – рычал Юки, вкладывая в каждое движение всю свою собственническую натуру. – Ни богам, ни теням. Ты принадлежишь этой земле. Ты принадлежишь мне.
Джинву не мог ответить словами. Он лишь крепче обхватил Юки ногами, притягивая его для сокрушительного, влажного поцелуя. Вкус Юки — соль, сладость недавнего десерта и металл — был для него лучшим наркотиком.
Когда наступил пик, он был подобен взрыву сверхновой. Джинву выгнулся в руках мужа, его крик утонул в плече Юки, а мана на мгновение вспыхнула так ярко, что в комнате стало светло как днем. Юки содрогнулся следом, изливая свою страсть и силу, заполняя Джинву до краев, закрепляя их связь на физическом и духовном уровне.
Они еще долго лежали в тишине, сплетясь телами и пытаясь восстановить дыхание. Черная рубашка Джинву была безнадежно испорчена, скомкана и пропитана потом, но никого из них это не волновало.
Юки бережно перекатил Джинву на бок, обнимая его со спины и прижимая к своей груди. Его ладонь все еще покоилась на бедре мужа, словно проверяя, не исчез ли он.
– Ты в порядке? – тихо спросил Юки, целуя Джинву в лопатку.
– Да... – Джинву прикрыл глаза, чувствуя, как по телу разливается блаженная истома. – Только, кажется, завтра я не смогу встать с кровати.
– Не волнуйся, – Юки усмехнулся, его голос снова стал теплым и заботливым. – Завтра воскресенье. Я приготовлю завтрак, принесу его в постель, а детей займу чем-нибудь тихим. Например, заставлю Игрита играть с ними в шахматы.
Джинву слабо рассмеялся, представляя своего верного рыцаря, пытающегося передвигать фигуры костлявыми пальцами под строгим надзором Сухо.
– Ты невозможен, Юки.
– Я просто люблю свою семью, – Юки притянул одеяло, укрывая их обоих. – И своего мужа. Особенно когда он в этой рубашке. Хотя без нее мне нравится больше.
Джинву ничего не ответил, он уже проваливался в глубокий, спокойный сон, защищенный руками самого сильного человека в его жизни.
А далеко-далеко, в другом измерении, божественный Джинву, который только что закончил готовить свой первый в жизни ужин вместе с Хэ Ин, внезапно замер и посмотрел в пустоту. На его губах появилась слабая, едва заметная улыбка. Он не видел того, что происходило в спальне его альтернативной версии, но он почувствовал ту самую волну чистого, человеческого счастья, которая пробилась сквозь границы миров.
– Что-то случилось? – спросила Хэ Ин, ставя на стол тарелки.
– Нет, – ответил Монарх Теней, беря её за руку. – Просто я понял, что Юки был прав. Мир подождет. А тепло — оно здесь.
В Сеуле наступила глубокая ночь. В доме Сон царил покой, охраняемый любовью, которая была сильнее любого волшебства. Юки закрыл глаза, прислушиваясь к мерному биению сердца Джинву под своим ухом. Это был лучший ритм во вселенной. Ритм жизни, которую они отвоевали у судьбы. И он знал, что завтра наступит новый день, полный детского смеха, запаха кофе и новых секретов, которые будут принадлежать только им двоим.
– Спи, мой монарх, – прошептал Юки, прежде чем окончательно погрузиться в сон. – Твой рыцарь на посту.
И ни одна тень в ту ночь не посмела шевельнуться, храня покой тех, кто научил богов быть людьми.