Сестра
Пламя надежды и платформа девять и три четверти
Первое сентября ворвалось в Лондон с запахом мокрого асфальта и предчувствием чего-то грандиозного. Для Лил Поттер это утро стало чертой, отсекающей прошлую жизнь. Она больше не была «той странной девчонкой из приюта Сент-Мэри». Она была ведьмой. И сегодня она должна была встретить человека, который был её единственной настоящей семьёй.
Альбус Дамблдор появился у ворот приюта ровно в десять утра. Он выглядел всё так же эксцентрично, но на этот раз на нём была мантия цвета спелой сливы и остроконечная шляпа, украшенная серебряным шитьём.
– Готова, Лилиан? – мягко спросил он, глядя, как девочка с трудом тащит свой новый чемодан.
– Я родилась готовой, сэр! – Лил закинула за спину рюкзак и поправила медно-рыжий локон, выбившийся из-под кепки. – Только объясните мне одну вещь: почему мы едем на обычный вокзал, если школа волшебная? Там что, есть потайной лифт под рельсами?
Дамблдор лишь загадочно улыбнулся, его глаза за стеклышками очков-половинок лучились весельем.
– Магия любит прятаться на самом виду, Лилиан. Идём. Нам нельзя опаздывать, иначе твой брат решит, что ты передумала.
– Он не решит, – отрезала Лил, шагая в ногу с директором. – Поттеры не передумывают.
Кинг-Кросс встретил их суетой, грохотом тележек и бесконечными объявлениями о прибытии поездов. Дамблдор уверенно вёл её мимо касс к платформам девять и десять. Лил во все глаза смотрела по сторонам, ожидая увидеть что-то необычное, но вокруг были лишь хмурые маглы в серых пальто.
– Нам сюда, – Дамблдор остановился прямо перед кирпичным разделительным барьером.
– Сэр, я, конечно, ценю современное искусство, но это просто стена, – скептически заметила Лил.
– Иногда, чтобы увидеть истину, нужно просто сделать шаг вперёд, – ответил он. – Смотри.
В этот момент к барьеру подошла шумная группа людей. Лил замерла. Это была самая рыжая семья, которую она когда-либо видела. Маленькая женщина в вязаном джемпере командовала целым отрядом мальчишек, у каждого из которых были такие же огненные волосы, как у самой Лил. Рядом с ними стоял худой мальчик в очках, чьи волосы были черными и совершенно непослушными.
Сердце Лил пропустило удар.
– Гарри! – крикнула миссис Уизли. – Давай первым, дорогой. Рон, за ним!
Черноволосый мальчик разогнался с тележкой и... просто исчез, пройдя сквозь кирпичную кладку.
– Обалдеть! – выдохнула Лил. – Это лучше любого лифта!
– Иди, Лилиан, – Дамблдор легонько подтолкнул её в спину. – Я присмотрю за твоим багажом.
Лил не стала ждать. Она вцепилась в ручку своей тележки, зажмурилась и бросилась на стену. Она ожидала удара, боли, криков прохожих, но вместо этого почувствовала лишь мгновенное дуновение прохладного воздуха.
Открыв глаза, она едва не врезалась в того самого мальчика в очках.
Вокруг всё изменилось. Огромный алый паровоз пускал клубы густого пара под сводами платформы, которой не было на картах. Сотни людей в мантиях прощались, грузили сундуки и выпускали сов. Но Лил видела только его.
Гарри Поттер обернулся, услышав шум за спиной. Он поправил очки, которые вечно сползали на кончик носа, и замер. Перед ним стояла девочка — почти его копия, если не считать копны рыжих волос. Те же изумрудные глаза, тот же упрямый разворот плеч, та же неуловимая черточка в улыбке.
– Привет, – первой нарушила тишину Лил. Её голос, обычно такой звонкий и уверенный, вдруг стал тихим. – Ты ведь Гарри, да?
Мальчик кивнул, не в силах отвести взгляд. Рядом с ним тут же выросла миссис Уизли и рыжий мальчик по имени Рон.
– О боже мой! – всплеснула руками миссис Уизли. – Альбус говорил, что приведёт тебя, но я и не думала... Гарри, посмотри, она же вылитая Лили! Только волосы папины.
– Я Лил, – девочка сделала шаг вперёд и протянула руку, как взрослая. – Твоя сестра.
Гарри осторожно пожал её ладонь. Его рука была прохладной, и Лил почувствовала странное покалывание в пальцах — словно два электрических разряда наконец нашли друг друга.
– Мне сказали о тебе только неделю назад, – прошептал Гарри. – Хагрид... он так плакал, когда узнал, что тебя нашли. Я не верил, пока не увидел тебя.
– Я тоже не верила, – Лил шмыгнула носом, стараясь не расплакаться. – Думала, тот старик с бородой меня разыгрывает. Значит, мы правда... вместе?
– Теперь да, – Гарри робко улыбнулся. – Я на втором курсе, так что, если тебя кто-то обидит, просто скажи мне.
Лил тут же вскинула голову, и её глаза азартно блеснули.
– Обидит? Пусть только попробуют! Я в приюте была главной по выбиванию пыли из задир. Так что это я буду тебя защищать, братик.
Стоявший рядом Рон Уизли прыснул со смеху.
– Кажется, Гарри, у тебя будут весёлые времена. Я Рон, кстати. А это моя мама.
– Очень приятно, – Лил мгновенно переключила внимание на рыжее семейство. – У вас потрясающий цвет волос. Мы могли бы сойти за родственников, если бы не мои глаза.
– О, деточка, ты уже часть нашей компании! – миссис Уизли крепко обняла Лил, от которой пахло мылом и приютским завтраком. – Джинни! Иди сюда, познакомься с Лил!
Из-за спины матери робко выглянула девочка, примерно одного возраста с Лил. У неё были мягкие черты лица и россыпь веснушек на носу.
– Привет, – тихо сказала Джинни. – Я тоже в этом году на первый курс.
– Отлично! – Лил тут же схватила Джинни за руку. – Будем держаться вместе. Ты знаешь, как тут всё устроено? Мне нужно купить самую большую шоколадную лягушку, о которой говорил Дамблдор. И ещё я хочу знать, правда ли, что в Хогвартсе есть живые лестницы, которые пытаются тебя запутать?
Джинни, сначала смущённая напором новой знакомой, вдруг рассмеялась.
– Правда. И ещё есть Пивз, полтергейст. Братья говорят, он кидается чернильницами.
– О, мы с ним поладим, – Лил хитро подмигнула.
Гарри наблюдал за сестрой с чувством огромного, почти болезненного облегчения. Он боялся, что она будет тихой и запуганной, как он сам в первый год у Дурслей. Но Лил была другой. Она была живым огнём, искрой, которая не боялась темноты. В ней была та уверенность, которой ему самому иногда так не хватало.
– Гарри, нам пора грузиться! – крикнул один из близнецов Уизли — кажется, Фред, хотя Лил ещё не была уверена. – Поезд скоро отходит!
Дамблдор, появившийся словно из воздуха, уже передал чемодан Лил проводнику. Он обменялся коротким взглядом с Гарри — взглядом, в котором читалось и извинение, и надежда.
– Берегите друг друга, – только и сказал директор, прежде чем раствориться в толпе.
Вся компания потянулась к вагонам. Лил шла рядом с Гарри, стараясь не отставать ни на шаг. Она видела, как другие ученики оборачиваются им вслед, перешёптываясь: «Смотрите, это же Гарри Поттер! А кто эта девочка с ним?».
– Они всегда так пялятся? – шепнула Лил, когда они зашли в узкий коридор вагона.
– К сожалению, да, – вздохнул Гарри. – Привыкай.
– Ну, я им устрою шоу, если не перестанут, – проворчала она, поглаживая карман, где лежала палочка из акации.
Они нашли свободное купе в середине поезда. Лил, Джинни, Гарри и Рон забились внутрь, а следом вошли близнецы, чтобы официально поприветствовать «новую Поттер».
– Итак, Лил, – Фред (или Джордж?) уселся на край сиденья. – У нас в семье есть правило: каждый Поттер должен попасть в неприятности хотя бы раз в неделю. Твой брат справляется на «отлично». Какие у тебя планы?
– Я планирую исследовать те лестницы, о которых говорила Джинни, – Лил скрестила руки на груди. – И ещё мне интересно, можно ли заколдовать кашу в столовой, чтобы она пела хором.
Близнецы переглянулись с восторгом.
– Кажется, Гриффиндор ждёт пополнение, которое мы заслужили! – хором воскликнули они и, отвесив шутливые поклоны, удалились сеять хаос в других вагонах.
Поезд тронулся. Платформа девять и три четверти медленно поплыла назад. Лил прильнула к стеклу, махая миссис Уизли, пока та не превратилась в маленькую точку.
– Ну вот и всё, – Лил откинулась на мягкую спинку сиденья. – Обратного пути нет.
– Ты жалеешь? – спросил Гарри, внимательно глядя на неё.
Лил посмотрела на него. На его шрам в виде молнии, на его добрые, но немного грустные глаза. Она вспомнила холодный чулан под лестницей, о котором он ей вкратце рассказал, и свой серый приют.
– Ни секунды, – твёрдо ответила она. – Здесь у меня есть ты. И магия. И... – она посмотрела на Джинни и Рона, – кажется, друзья. Это в сто раз лучше, чем быть «нормальной» в мире маглов.
Дверь купе приоткрылась, и в неё заглянула девочка с густыми каштановыми волосами и очень серьезным видом.
– Вы не видели жабу? Мальчик по имени Невилл снова её потерял... – Она осеклась, увидев Лил. – О! Гарри, ты не говорил, что у тебя есть сестра!
– Гермиона, познакомься, это Лил, – представил Гарри. – Лил, это Гермиона Грейнджер, самая умная ведьма на нашем курсе.
– Очень приятно! – Лил вскочила и пожала руку Гермионе. – Если ты самая умная, значит, ты знаешь, как работает этот поезд? На угле или на заклинаниях? И можно ли заставить его ехать быстрее, если очень хочется в школу?
Гермиона на мгновение растерялась, но тут же расплылась в улыбке.
– На самом деле, в «Истории Хогвартса» об этом написано не очень подробно, но я полагаю, что здесь задействован мощный двигатель внутреннего сгорания, модифицированный чарами вечного движения... Садись к нам, я тебе всё расскажу!
В купе стало тесно и шумно. Лил слушала рассказы о профессорах, о привидениях и о квиддиче. Когда Рон начал объяснять правила игры с мётлами, Лил буквально загорелась.
– Летать? По-настоящему? – её глаза сверкали. – Я в приюте прыгала с крыши сарая, но это было недолго. А тут можно часами? Гарри, ты должен меня научить!
– Ты сначала на метлу сядь, – усмехнулся Рон. – Это не так просто, как кажется.
– Спорим, я сделаю это быстрее, чем ты съешь свой бутерброд? – парировала Лил.
Гарри смеялся вместе со всеми, и это был самый счастливый смех в его жизни. Раньше 1 сентября было для него просто возвращением домой, в Хогвартс. Теперь же Хогвартс ехал вместе с ним в этом купе.
Когда за окном начало темнеть, и поля сменились лесистыми холмами Шотландии, Лил вдруг затихла. Она смотрела на своё отражение в стекле, за которым мелькали огни.
– Гарри? – позвала она тихо.
– Да?
– Как ты думаешь... мама и папа нас видят? Ну, сейчас?
В купе наступила тишина. Даже Рон перестал жевать свою крысу Коросту, которая пыталась сбежать из его кармана. Гарри пододвинулся ближе и положил руку сестре на плечо.
– Хагрид говорит, что те, кто нас любят, никогда нас не покидают. Я думаю, они сейчас очень гордятся тем, что мы наконец-то вместе.
Лил кивнула, прислонившись головой к его плечу.
– Я тоже так думаю. Знаешь, я всю жизнь чувствовала, что мне чего-то не хватает. Как будто я — песня, у которой забыли слова. А теперь... теперь я их вспомнила.
– Поттеры всегда находят слова, – вставил Рон, пытаясь разрядить обстановку. – И обычно эти слова: «Ой, кажется, мы сейчас взорвёмся».
Все снова рассмеялись. Поезд замедлил ход, и впереди, за поворотом скалы, показались тысячи огней. Огромный замок с высокими башнями величественно возвышался над чёрной гладью озера.
– Хогвартс, – прошептала Лил, заворожённо глядя на свою новую жизнь.
– Хогвартс, – эхом отозвался Гарри.
Они вышли на перрон станции Хогсмид под громовой голос великана:
– Первокурсники! Первокурсники, все ко мне! О, Лилиан, деточка, вот ты и добралась!
Огромный человек с густой бородой, Хагрид, едва не раздавил Лил в объятиях, когда она подбежала к нему.
– Ты смотри, Гарри, вылитая мать! – Хагрид утирал слезы размером с перепелиное яйцо огромным грязным платком. – Ну, пошли, мелюзга. Традиция есть традиция — в замок поплывём на лодках.
Лил обернулась к Гарри, который должен был идти к каретам со старшекурсниками.
– Увидимся в Большом Зале? – спросила она, и в её голосе на миг промелькнула детская тревога.
– Обязательно, – кивнул Гарри. – И не волнуйся насчёт распределения. Куда бы ты ни попала, ты всё равно моя сестра.
– Я попаду туда, где веселее всего, – Лил снова обрела свою обычную дерзость. – Увидимся, Гарри!
Она запрыгнула в лодку к Джинни и ещё двум напуганным мальчишкам. Когда флотилия двинулась по зеркальной глади озера, Лил опустила руку в воду. Вода была холодной, но внутри девочки пылал огонь, который не могла погасить никакая стихия.
Она смотрела на замок, сияющий в темноте, и знала: с этого дня история семьи Поттеров пишется заново. И на этот раз в ней будет в два раза больше магии, в два раза больше риска и бесконечно много любви, которую у них больше никто не сможет отнять.
– Держись, Хогвартс, – прошептала Лил, когда лодка скользнула под завесу плюща, скрывающую вход в подземелья. – Поттеры приехали. И мы собираемся навести здесь порядок по-своему.