Сестра
Тлеющие угли
Утро в Барселоне началось не с кофе, а с хлопка входной двери. Кристина, едва разлепив глаза, услышала, как Катя, стараясь не шуметь, проскользнула к выходу. Снова «подруга из Москвы». Снова те же нелепые оправдания, произнесенные шепотом в прихожей. Крис знала сестру как облупленную: когда Катя лгала, её голос становился выше на октаву, а движения делались суетливыми и дергаными. Подруга, которая «внезапно» прилетает в Испанию три дня подряд, существовала только в Катином воображении.
Кристина сбросила одеяло. Злость, притупившаяся за ночь, вспыхнула с новой силой. Мало того, что Олег ведет себя как надсмотрщик в колонии, так еще и сестра явно вляпалась в какую-то историю, о которой боится рассказать.
Спустившись вниз через полчаса, Кристина выглядела так, будто собралась на тренировку, хотя единственным спортом, которым она планировала заниматься, была словесная перепалка с Нечипоренко. Черные лосины сидели как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб натренированных ног, а короткий топ едва прикрывал лопатки.
В гостиной было душно. Окна были закрыты, а кондиционер работал на минимуме. Кристина с размаху плюхнулась на огромный кожаный диван, перевернулась на живот и уткнулась в экран планшета, включив какое-то бессмысленное реалити-шоу. Ей нужно было отвлечься, но слух был обострен до предела.
Шаги послышались со стороны кухни. Тяжелые, неспешные, уверенные. Олег.
Он вошел в гостиную, окутанный привычным облаком сладковатого дыма. В руках он держал очередную самокрутку, которая уже почти догорела до фильтра. На нем были только широкие домашние штаны, сползшие чуть ниже тазовых костей, открывая вид на татуированный торс. Взъерошенные волосы и затуманенный взгляд говорили о том, что его утро началось далеко не с овсянки.
Кристина даже не подняла головы, но почувствовала, как он остановился у края дивана.
– Опять ты со своей вонючей палочкой, – не оборачиваясь, бросила она. Голос её прозвучал резче, чем она планировала. – Знаешь, Олег, в твоем возрасте пора бы задуматься о легких. Старикам такие нагрузки на здоровье противопоказаны, одышка замучает.
Олег затянулся в последний раз и прицельно щелкнул окурком в сторону пепельницы на столе.
– О, проснулась, язва, – хрипло отозвался он. – Я смотрю, вчерашний душ тебя ничему не научил. Вместо того чтобы считать мои годы, лучше бы посмотрела, как ты лежишь. Лосины скоро по швам треснут, если будешь так выпячиваться.
Кристина резко перевернулась на бок, опираясь на локоть, и смерила его уничтожающим взглядом.
– Я лежу так, как мне удобно в моем доме. А вот ты выглядишь как экспонат из музея вредных привычек. Катя ушла, и мне не перед кем притворяться, что твое присутствие здесь меня не бесит.
Олег усмехнулся, обнажая зубы, и сделал шаг ближе к дивану. Он навис над ней, перекрывая свет от окна.
– Твой дом? – он наклонился ниже, так что она снова почувствовала этот запах — смесь дорогого табака, коньяка и чего-то чисто мужского, мускусного. – Пока здесь плачу я, правила устанавливаю тоже я. И если «старик» решит, что тебе пора сменить гардероб на что-то менее вызывающее, ты это сделаешь.
– Мечтай, – Кристина дерзко выставила подбородок, глядя ему прямо в глаза. – Ты вчера уже показал свою «силу». Кинуть девушку в бассейн — это предел твоих возможностей? Боже, Катя всегда выбирала парней с приветом, но ты бьешь все рекорды. Она, кстати, опять ушла к своей мифической подруге. Ты хоть в курсе, где она на самом деле? Или ты настолько обдолбанный, что тебе плевать, с кем твоя девушка проводит утро?
Лицо Олега на мгновение окаменело. Муть в глазах сменилась холодным, трезвым расчетом. Он выпрямился, но не отошел.
– Катя взрослая девочка, – медленно произнес он. – В отличие от тебя, она не ищет проблем на свою задницу. А вот ты... ты прямо-таки напрашиваешься.
– На что? – Кристина вскочила с дивана, оказавшись с ним лицом к лицу. Разница в росте была ощутимой, но она не отступила ни на сантиметр. – На очередной шлепок? На очередную лекцию о морали от человека, который не просыхает? Давай, Олег, удиви меня. Покажи, какой ты крутой гангстер.
Олег молчал, и это молчание начинало давить на уши. Он медленно обвел её взглядом — от растрепанных волос до кончиков пальцев на ногах. В его глазах промелькнуло что-то такое, от чего у Кристины по спине пробежал холодок. Это была не просто злость. Это был азарт охотника, который загнал жертву в угол и теперь решает, что с ней делать.
– Ты думаешь, я просто старый торчок, да? – он сделал шаг вперед, вынуждая её отступить к спинке дивана. – Думаешь, я не вижу, как ты специально крутишься передо мной в этих шмотках? Ты же сама этого хочешь, Крис. Хочешь, чтобы я тебя приструнил.
– Ты бредишь, – выдохнула она, чувствуя, как за спиной оказывается мягкая обивка дивана. – У тебя галлюцинации начались.
– Нет, малышка, – он сократил расстояние до минимума, упираясь ладонями в спинку дивана по обе стороны от её плеч. – Галлюцинации — это когда кажется. А я чувствую, как у тебя пульс на шее бьется, когда я подхожу. Ты меня ненавидишь? Отлично. Ненависть — это тоже энергия.
Кристина попыталась его оттолкнуть, но его тело было словно каменная стена. Она уперлась ладонями в его горячую грудь, чувствуя под пальцами ритмичный стук сердца.
– Уйди с дороги, Нечипоренко, – прошипела она, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Иначе я закричу так, что прибежит вся охрана поселка.
– Кричи, – он склонился к её уху, обжигая кожу горячим дыханием. – Только сначала признай, что тебе нравится этот страх. Тебе скучно жить, Soldatova. Тебе нужен адреналин. И я — единственный здесь, кто может тебе его дать.
Кристина вскинула голову, собираясь выдать очередную колкость, но слова застряли в горле. Его лицо было слишком близко. Вблизи он не выглядел старым. Он выглядел опасным, порочным и пугающе притягательным.
– Ты просто придурок, – прошептала она, и в этом шепоте уже не было прежней уверенности.
– А ты просто маленькая девочка, которая заигралась в стерву, – парировал он.
Он резко отстранился, оставив её стоять у дивана, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. Олег прошел к бару, достал бутылку воды и жадно припал к горлышку.
– Катя вернется через два часа, – сказал он, не оборачиваясь. – У тебя есть время, чтобы привести мысли в порядок. И переоденься. Если я увижу тебя в этих лосинах еще раз, бассейн покажется тебе детским садом.
– Ты мне не указ! – крикнула она ему в спину, но он лишь махнул рукой, выходя из гостиной.
Кристина бессильно опустилась на диван. Её руки мелко дрожали. Она ненавидела его. Ненавидела за то, что он прав. Ей действительно было скучно. Ей действительно нужен был этот огонь, этот вечный конфликт на грани фола. Но она не ожидала, что Олег Нечипоренко окажется тем, кто сможет высечь эту искру так легко.
Она посмотрела на свои руки, которыми только что касалась его кожи. В голове все еще звучал его хриплый голос.
– Старик, говоришь... – пробормотала она, кусая губу. – Ну-ну.
Кристина понимала, что Катя ведет какую-то свою игру, скрываясь по утрам. Но сейчас её больше волновало другое — игра, в которую её втянул Олег. И правила в этой игре менялись с каждой секундой.
Она подошла к окну и увидела, как Олег вышел на террасу. Он снова достал зажигалку. Вспышка огня, облако дыма. Он стоял спиной к дому, глядя на море, и в его позе было столько спокойной, уверенной силы, что Кристине на мгновение стало страшно.
Она знала: этот день не закончится просто так. Тлеющий косяк в руках Олега был лишь метафорой того, что происходило между ними. Что-то медленно выгорало, оставляя после себя пепел и едкий дым, от которого слезились глаза, но оторваться было невозможно.
– Ладно, дед, – прошептала Кристина, сжимая в руке планшет. – Посмотрим, у кого из нас здоровье крепче.
Она развернулась и пошла наверх, в свою комнату. Ей нужно было выбрать наряд. Не для того, чтобы послушаться Олега, а для того, чтобы нанести следующий удар. В этой войне пленных не брали, и Кристина Солдатова была готова идти до конца.
А внизу, на террасе, Олег Нечипоренко медленно выпускал дым, глядя на горизонт. Он знал, что она наблюдает. Он знал, что она злится. И это было именно то, что ему было нужно. В этом доме давно не хватало настоящего пожара, и, похоже, младшая сестра его девушки была готова стать той самой спичкой.
– Глупая девчонка, – усмехнулся он про себя, чувствуя, как внутри ворочается забытое чувство азарта. – Ты даже не представляешь, во что ввязалась.
Барселона плавилась от жары, но настоящий зной был здесь, внутри виллы, где два человека, искренне ненавидящих друг друга, начали танец на раскаленных углях. И никто из них не собирался отступать первым.