← Назад к обзору

Школьная история

Тени в пыльном зеркале

Пылинки танцевали в косых лучах закатного солнца, пробивавшихся сквозь немытое окно старой квартиры на окраине. Феликс сидел на подоконнике, обхватив колени руками, и смотрел на серые многоэтажки, которые казались бесконечными. Здесь, на двенадцатом этаже, мир ощущался иначе — тише, отстраненнее.

Прошло три дня с тех пор, как они сбежали. Три дня тишины, прерываемой только шорохом шагов Сынмина и приглушенным звуком телевизора у соседей. Сынмин ушел час назад: сказал, что ему нужно «решить пару вопросов» и раздобыть нормальной еды, а не только растворимую лапшу, которой они питались всё это время.

Феликс невольно положил ладонь на живот. Он всё еще не мог в это поверить. Внутри него, под слоями безразмерной толстовки, росла тайна, которая могла перевернуть жизни десятков людей. В свои пятнадцать он чувствовал себя старше всех тех подростков, что кричали сейчас на детской площадке внизу. Его ангельское лицо осунулось, а карие глаза стали глубже, словно в них поселилась вечная осень.

Послышался скрежет ключа в замке. Феликс вздрогнул, но тут же расслабился, узнав характерный ритм — Сынмин всегда проворачивал ключ дважды с резким щелчком в конце.

– Ликс, я дома! – негромко позвал Сынмин, проходя в прихожую.

Феликс спрыгнул с подоконника и поспешил навстречу. Сынмин выглядел уставшим: каштановые волосы спутались, на щеке виднелась свежая царапина, но в руках он победно держал два тяжелых бумажных пакета.

– Где ты был так долго? – Феликс подошел ближе, заглядывая в глаза старшего. – И что с лицом?

– Пустяки, – Сынмин отмахнулся, ставя пакеты на скрипучий кухонный стол. – Встретил пару старых «знакомых». Пришлось напомнить им, что я всё еще умею не только подделывать справки, но и постоять за себя. Зато смотри: здесь фрукты, молоко и нормальное мясо. Тебе нужно питаться, Ликс. Никакой больше химии.

Сынмин подошел к Феликсу и осторожно притянул его к себе. От него пахло холодным ветром и улицей. Он уткнулся носом в светлые волосы младшего, вдыхая их мягкий аромат.

– Я нашел способ, – прошептал Сынмин, поглаживая Феликса по спине. – У меня есть контакт одного человека, он делает документы. Не дешево, но надежно. Мы сможем уехать дальше, может, в другой город, где твоя мать нас не найдет.

– Сынмин, это же опасно, – Феликс поднял голову, глядя на него с тревогой. – Если тебя поймают...

– Не поймают. Я читер, помнишь? Я всегда на шаг впереди системы.

Они стояли так в полумраке кухни, два осколка разбитого мира, пытающиеся склеиться воедино. Сынмин, несмотря на всю свою браваду и рваные джинсы, сейчас казался Феликсу самым надежным человеком на планете. Его упрямство стало их щитом.

– Давай есть, – Сынмин мягко отстранился и начал выкладывать продукты. – Я купил те персики, о которых ты говорил вчера.

Вечер прошел в относительной идиллии. Они сидели на диване, укрывшись одним пледом, и Сынмин вслух читал какой-то подержанный учебник по биологии, который он стащил из школьной библиотеки перед уходом. Он делал это с таким серьезным видом, что Феликс не мог сдержать улыбки.

– «Развитие плода на ранних стадиях требует повышенного содержания фолиевой кислоты...» – бубнил Сынмин, хмурясь. – Так, завтра куплю витамины. И никаких споров, Ликс.

– Ты такой зануда, когда не пытаешься кого-то обхитрить, – рассмеялся Феликс, и его низкий голос эхом отозвался в пустой комнате.

– Я просто оптимизирую процесс твоего выживания, – парировал Сынмин, но в его глазах светилась неприкрытая нежность.

Внезапно в коридоре раздался звук, от которого оба парня замерли. Это не был тихий скрежет ключа Сынмина. Это был уверенный, громкий поворот замка, за которым последовал тяжелый хлопок дверью о стену.

– Какого черта тут свет горит? – раздался грубый, прокуренный голос. – Я же просил соседей присматривать за трубами, а не за иллюминацией.

Феликс почувствовал, как сердце ушло в пятки. Сынмин мгновенно вскочил, задвигая Феликса себе за спину. Его лицо в секунду изменилось: мягкость исчезла, сменившись той самой опасной маской школьного хулигана, который готов к драке.

В комнату вошел высокий парень в кожаной куртке, увешанной цепями. Его волосы были выкрашены в радикально черный, а на лице читалось крайнее раздражение. Он замер в дверном проеме, уставившись на незваных гостей.

– Сынмин? – Кирилл, двоюродный брат Сынмина, нахмурился, переводя взгляд с кузена на испуганного блондина в огромной толстовке. – Ты что тут забыл? И почему квартира выглядит так, будто здесь поселился табор?

– Привет, Кир, – Сынмин постарался придать голосу уверенности, хотя его пальцы, сжатые в кулаки, мелко дрожали. – Ты же говорил, что вернешься только через месяц.

– Планы изменились, – Кирилл прошел вглубь комнаты, бросая ключи на стол. – В Пусане стало слишком жарко, копы начали задавать лишние вопросы. Решил пересидеть дома. А теперь объясни мне, почему мой малолетний братец-жулик устроил здесь притон для ангелоподобных мальчиков?

Кирилл подошел ближе, рассматривая Феликса. Тот невольно сжался, еще сильнее кутаясь в оверсайз-кофту.

– Не смей к нему приближаться, – процедил Сынмин, делая шаг навстречу брату.

– Ого, какие мы грозные, – Кирилл усмехнулся, но в глазах его блеснул интерес. – Погоди... Сынмин, ты что, в бегах? Я видел новости. Твоя тетка — мама этого парня, кажется? — подняла на уши всю полицию района. Говорят, «опасный хулиган похитил невинного ребенка».

– Я его не похищал! – выкрикнул Феликс, выходя из-за спины Сынмина. Его голос дрожал, но взгляд был твердым. – Я сам ушел. И я не ребенок.

Кирилл присвистнул, оценив низкий тембр голоса Феликса.

– Ладно, допустим. Но Сынмин, ты же понимаешь, что подставляешь меня? Если копы придут сюда и найдут вас, я пойду как соучастник похищения несовершеннолетнего. Мне этого только не хватало.

– Нам некуда идти, Кир, – голос Сынмина стал тише, в нем прорезались нотки отчаяния, которые он так тщательно скрывал от Феликса. – Пожалуйста. Всего на пару недель. Я заплачу.

– У тебя есть деньги? – Кирилл скептически приподнял бровь.

– Есть. Я... я собрал всё, что было. И я найду еще. Просто дай нам время.

Кирилл тяжело вздохнул, проходя на кухню и открывая холодильник. Он достал бутылку воды, сделал глоток и обернулся к паре.

– Ладно. Но спать будете на диване. И чтобы никакой самодеятельности. На улицу — только по ночам и в капюшонах. Поняли?

– Спасибо, – выдохнул Феликс, чувствуя, как напряжение немного спадает.

– Не благодари, мелкий. Я это делаю не по доброте душевной, а потому что не хочу, чтобы этот идиот Сынмин сел раньше, чем я успею вернуть ему должок за ту историю в прошлом году, – Кирилл прищурился, глядя на Феликса. – Кстати, а почему ты в такой огромной кофте? На улице не так уж холодно.

Феликс замер, его рука непроизвольно дернулась к животу. Сынмин мгновенно среагировал, перехватывая внимание брата.

– У него аллергия на пыль. И вообще, не твое дело.

Кирилл подозрительно прищурился, подходя к Феликсу почти вплотную. Он был опытным уличным парнем и видел людей насквозь. Он заметил, как Феликс бледнеет, как он осторожно двигается, словно боится сломаться.

– Слушай, Сынмин... – Кирилл понизил голос. – Ты ведь не просто так сбежал. Мамаша этого пацана — та еще стерва, я знаю. Но полиция... они обычно не так активны, если это просто подростковый бунт. Что вы натворили?

Сынмин промолчал, сжав челюсти. Феликс посмотрел на Сынмина, ища поддержки. Они не планировали рассказывать Кириллу правду, но жить в одной квартире и скрывать такое было практически невозможно.

– Мы... – начал Феликс.

– Ликс, не надо, – перебил его Сынмин.

– Нет, Сынмин. Если он нам помогает, он должен знать, – Феликс сделал глубокий вдох, глядя прямо в глаза Кириллу. – Мы сбежали, потому что моя мама хотела нас разлучить. А теперь... теперь это невозможно.

– В каком смысле «невозможно»? – Кирилл нахмурился.

Феликс медленно поднял край своей безразмерной толстовки, обнажая пока еще плоский, но уже изменившийся живот. Он не сказал ни слова, но этого жеста было достаточно.

Тишина в комнате стала осязаемой. Кирилл замер с открытым ртом, глядя на Феликса так, будто у того выросли крылья. Он перевел взгляд на Сынмина, который стоял с видом человека, готового принять удар молнии.

– Ты... ты серьезно? – наконец выдавил Кирилл. – Сынмин, ты... ты сделал его беременным? Ему же пятнадцать! Ты хоть понимаешь, что это... это...

– Я понимаю всё! – Сынмин сорвался на крик. – Я знаю, сколько ему лет, я знаю, что это безумие! Но я люблю его. И я не позволю этой женщине или кому-то еще забрать у него право на эту жизнь. Ты думаешь, я не боюсь? Я в ужасе, Кир! Но я сделаю всё, чтобы они были в безопасности. Даже если мне придется сжечь этот город дотла.

Кирилл смотрел на двоюродного брата и впервые видел в нем не просто мелкого жулика, а мужчину. В глазах Сынмина горел такой яростный огонь защиты, что Кирилл невольно отступил.

– Ну вы и влипли, – тихо сказал Кирилл, садясь на стул. – Это не просто «проблемы с законом». Это чертов сериал.

Он потер лицо руками, тяжело раздумывая.

– Слушай, – Кирилл посмотрел на Феликса уже без прежней насмешки, скорее с какой-то странной, грубой жалостью. – У меня есть знакомая медсестра. Она не задает вопросов, если ей хорошо заплатить. Тебе нужно провериться, мелкий. Ты выглядишь так, будто упадешь в обморок от любого шороха.

– Ты поможешь нам? – с надеждой спросил Феликс.

Кирилл хмыкнул, доставая сигарету, но, взглянув на Феликса, тут же убрал ее обратно в пачку.

– Помогу. Но учтите: если нас накроют, я скажу, что вы держали меня в заложниках, – он попытался пошутить, но глаза оставались серьезными. – Сынмин, завтра утром поедем к моему человеку за документами. А ты, Ликс... как тебя там... Феликс. Иди ложись. Тебе нужно спать.

Когда Кирилл ушел в свою комнату, Феликс и Сынмин остались одни в гостиной. Сынмин подошел к дивану и бессильно опустился на него, закрыв лицо руками.

– Я думал, он нас вышвырнет, – глухо произнес он.

Феликс сел рядом, прижимаясь к его плечу.

– Он хороший, Сынмин-и. Просто прячется за этими цепями, как и ты — за своими кольцами.

Сынмин обнял его, притягивая к себе.

– Теперь нас трое. То есть четверо, – он осторожно коснулся живота Феликса. – Мы справимся, Ликс. Я обещаю. Я найду выход из любой ловушки.

– Я знаю, – прошептал Феликс, закрывая глаза. – Ты ведь лучший читер в мире.

За окном окончательно стемнело. Город жил своей жизнью, не подозревая о том, что в одной из тысяч квартир двое подростков только что заключили пакт со своей судьбой. Сынмин долго не мог уснуть, слушая ровное дыхание Феликса. Он смотрел в потолок и строил в голове схемы, планы и маршруты. Он знал, что завтра начнется новая игра, где ставки были выше, чем когда-либо. И на этот раз он не имел права на ошибку.

В соседней комнате Кирилл ворочался в кровати, думая о том, как быстро растут дети и как странно устроена жизнь. Он понимал, что ввязывается в нечто грандиозное и опасное, но глядя на решимость в глазах Сынмина, он не мог поступить иначе.

– Сумасшедшие, – пробормотал он в подушку. – Абсолютно чокнутые дети.

А на диване в гостиной, укрытый старым пледом, Феликс видел сон о море и золотом песке, где не было ни полиции, ни злых матерей, ни страха. Только он, Сынмин и тихий шепот волн, обещающий, что всё обязательно будет хорошо.