← Назад к обзору

Шону, студент третьего курса, учится вместе с Вонхо, Минхёк, Кихён, Хёнвон, Чжухон, I.M. Сана, первокурсница на курсе лингвистики.

Сахарная вата и стальные нервы

– Шону-я, ты выглядишь так, будто идешь не на свидание, а на финальный поединок чемпионата по дзюдо, – Минхёк критически осмотрел друга, поправляя на нем воротник светлой дбашки. – Расслабь лицо. Ты должен излучать надежность, а не угрозу национальной безопасности.

– Я просто пытаюсь понять, зачем нам идти именно на «Падение в бездну», – глухо отозвался Шону, поправляя лямки рюкзака, в котором уже лежали две бутылки воды, пластыри и запасной кардиган для Саны на случай вечерней прохлады. – Почему нельзя просто покормить уток в пруду?

– Потому что Сана любит адреналин, – Кихён, возникший за спиной с фотоаппаратом на шее, похлопал Шону по плечу. – И потому что, когда она испугается на высоте, она вцепится в тебя так сильно, что ты забудешь о своем страхе. Это стратегия, хён. Чистая психология.

Субботнее утро в парке аттракционов встретило их оглушительной музыкой, криками доносящимися с горок и липким, сладким запахом попкорна. Вся компания была в сборе у главных ворот. Хёнвон, спрятав глаза за темными очками, казалось, спал стоя, прислонившись к столбу, а Чжухон и I.M. азартно обсуждали, кто из них первый закричит на «Мертвой петле».

– Вон она! – Вонхо указал в сторону парковки.

Сана буквально впорхнула на площадь. Сегодня на ней был комбинезон цвета лаванды и белая футболка, а волосы были собраны в два высоких хвостика, украшенных заколками в виде маленьких пушистых облаков. Она выглядела настолько яркой и живой, что Шону невольно затаил дыхание.

– Привет! – Сана подбежала к ним, слегка запыхавшись, и её глаза сразу же нашли Шону. – Вы долго ждали? Извините, я никак не могла решить, какие кроссовки надеть.

– Мы только пришли, – Шону шагнул ей навстречу, инстинктивно закрывая её своей тенью от яркого солнца. – Ты отлично выглядишь.

– Спасибо! – Она обхватила его руку выше локтя и прижалась щекой к его плечу. – Ну что, с чего начнем? Я видела там такие огромные чашки, которые крутятся под музыку!

– Чашки — это для разминки, – провозгласил Минхёк, размахивая купленными билетами. – Сначала идем за сахарной ватой. Без неё атмосфера не та.

Через десять минут вся компания представляла собой довольно комичное зрелище: семеро крупных, спортивных парней и одна миниатюрная девушка пробирались сквозь толпу, держа в руках розовые и голубые облака сахарной ваты. Шону шел рядом с Саной, внимательно следя за тем, чтобы её не задели прохожие.

– Хочешь кусочек? – Сана отщипнула липкий розовый клочок и протянула его к губам Шону.

Он послушно наклонился и съел угощение. Оно было приторно сладким, но, глядя в сияющие глаза девушки, он готов был признать это самым вкусным деликатесом в мире.

– Очень сладко, – улыбнулся он.

– Как и весь сегодняшний день, – Сана хихикнула и вдруг указала на тир, мимо которого они проходили. – Ой, посмотрите! Там такой большой плюшевый кот! Он совсем как тот, из моего любимого мультика.

Шону проследил за её взглядом. На верхней полке тира, среди дешевых пластиковых игрушек, действительно восседал огромный серый кот с невероятно глупой и доброй мордой.

– Хочешь его? – коротко спросил Шону.

– Он такой милый, – вздохнула она. – Но там, кажется, очень сложно попасть. Смотри, какие маленькие мишени.

Шону ничего не ответил. Он просто подошел к стойке и выложил деньги за три попытки. Владелец тира, скучающий мужчина средних лет, оживился, увидев широкоплечего парня.

– Ну давай, парень, – усмехнулся он, протягивая винтовку. – Порадуй свою девушку. Нужно сбить пять мишеней подряд, чтобы забрать верхний ряд.

Друзья Шону тут же обступили их плотным кольцом.

– Хён, не подведи! – крикнул Чжухон. – Вспомни наши сборы по стрельбе!

Шону сосредоточился. Для него мир вокруг перестал существовать — исчез шум парка, исчезли крики детей. Осталась только цель и осознание того, что Сана смотрит на него. Он прицелился, задержал дыхание и плавно нажал на курок.

Первая мишень со звоном упала. Вторая. Третья. Четвертая.

– Последняя, – прошептал Минхёк, затаив дыхание.

Пятая мишень отлетела в сторону, едва пуля коснулась её края. Хозяин тира удивленно присвистнул и, ворча что-то под нос, полез за серым котом.

– Держи, герой.

Шону принял огромную игрушку, которая была почти в половину роста Саны, и протянул её девушке.

– О боже, Шону! – Сана буквально подпрыгнула на месте, обхватывая кота руками. – Ты правда его выиграл! Он такой мягкий! Спасибо, спасибо, спасибо!

Она уткнулась лицом в плюшевый бок игрушки, а затем, выглянув из-за кота, быстро поцеловала Шону в подбородок, так как до щеки дотянуться было сложно из-за габаритов приза.

– Эй, мы тоже здесь! – картинно возмутился Вонхо. – Где наши аплодисменты за моральную поддержку?

– Вы молодцы, – засмеялась Сана, – но Шону — самый лучший стрелок во вселенной.

– Ладно, стрелок, – Хёнвон лениво потянулся. – Теперь пора проверить твой вестибулярный аппарат. Вон те горки «Красный дракон» ждут нас.

При виде «Красного дракона» — гигантской стальной конструкции с тремя мертвыми петлями и вертикальным падением — Шону почувствовал, как внутри всё сжалось. Он не боялся физической боли или противников на ринге, но невесомость всегда вызывала у него легкий ужас.

– Шону? – Сана заметила, как он помрачнел. – Если ты не хочешь, мы не пойдем. Мы можем пойти на карусель с лошадками.

– Нет, – он выпрямился, стараясь выглядеть уверенно. – Я обещал. Всё в порядке.

Они заняли свои места в первом вагоне. Друзья устроились позади, подбадривая их криками и шутками. Шону чувствовал, как его ладони потеют. В этот момент маленькая, прохладная рука Саны накрыла его пальцы, сжимающие поручень.

– Просто закрой глаза, если станет страшно, – прошептала она, переплетая свои пальцы с его. – Я буду держать тебя.

– Я не закрою глаза, – ответил он, поворачивая к ней голову. – Я хочу видеть, как ты улыбаешься.

Вагонетка дернулась и начала медленный, мучительный подъем вверх. Треск цепного механизма эхом отдавался в ушах. Весь парк внизу становился крошечным, игрушечным. Когда они достигли самой высокой точки, мир на мгновение замер.

– Сейчас! – крикнула Сана.

И они рухнули вниз.

Ветер ударил в лицо, выбивая дух. Шону чувствовал, как его внутренности делают кульбит, но рука Саны была его единственным якорем в этом безумном хаосе. Он слышал её восторженный визг и смех друзей позади. На второй петле он поймал себя на мысли, что ему... не страшно. Рядом с ней даже падение в бездну казалось захватывающим приключением.

Когда вагонетка плавно затормозила у платформы, Шону выглядел на удивление бодрым, хотя его прическа теперь напоминала взрыв на макаронной фабрике.

– Еще раз? – азартно спросил I.M., выпрыгивая из кресла.

– Нет, – хором ответили Кихён и Шону.

– Я думаю, нам пора перекусить, – предложил Шону, помогая Сане выбраться. – Иначе мой желудок объявит забастовку.

Они расположились на траве в зоне пикника, под сенью старых кленов. Ребята принесли из фуд-корта гору бургеров и лимонада. Разговор тек непринужденно. Хёнвон всё-таки умудрился заснуть прямо на траве, подложив под голову рюкзак, а Чжухон пытался научить Сану основам битбокса, что вызывало у всех приступы хохота.

– Знаете, – Сана отпила лимонад, глядя на отдыхающих друзей, – это лучший день за всё время моего обучения. Я так боялась, что в университете у меня не будет настоящих друзей.

– С нами тебе это не грозит, – Вонхо подмигнул ей. – Ты теперь часть нашей банды. А если кто-то вроде Тэхёна снова решит открыть рот...

– То он будет иметь дело со всеми нами, – закончил за него Минхёк. – Но вообще, Сана, ты и сама отлично справляешься. Твоя фраза про дедушкин гардероб стала легендой на нашем факультете.

Сана покраснела и спрятала лицо на плече у Шону. Тот осторожно обнял её, чувствуя, как внутри разливается тепло.

– Слушай, Шону, – Сана подняла голову, когда остальные немного отвлеклись на спор о том, кто круче — Бэтмен или Железный человек. – А почему ты раньше не подходил? Ты ведь... ты ведь правда меня замечал?

Шону замолчал, подбирая слова. Он смотрел на блики солнца, играющие в её волосах.

– Я боялся, что я для тебя слишком скучный, – честно признался он. – Ты такая яркая, как фейерверк. А я... я просто парень, который любит спорт и тишину. Я думал, тебе будет неинтересно со мной.

– Глупый медведь, – Сана легонько щелкнула его по носу. – Тишина — это то, чего мне больше всего не хватало. С тобой я чувствую, что могу просто быть собой. Без масок, без лишних слов. Это гораздо важнее любого фейерверка.

Она придвинулась ближе и прошептала ему на ухо:

– И мне очень нравится твой «дедушкин» уют.

Шону почувствовал, что готов горы свернуть в этот момент. Он посмотрел на друзей — они всё так же шумели, нарочито не обращая на них внимания, давая им эту минуту уединения.

– Сана, – он взял её за руки, – я не умею говорить красиво, как Минхёк, или писать песни, как Чжухон. Но я обещаю, что всегда буду твоим щитом. Я буду носить все твои сумки, выигрывать всех серых котов в мире и... и всегда буду на твоей стороне. Какого бы цвета ни был твой свитер.

Глаза Саны наполнились слезами, но на этот раз это были слезы счастья.

– Даже если я надену свитер цвета бешеного апельсина? – всхлипнула она от смеха.

– Даже тогда, – серьезно подтвердил он.

Солнце начало клониться к закату, окрашивая парк в золотистые тона. Фестиваль маскотов, о котором говорил Кихён, был в самом разгаре. По главной аллее маршировали гигантские плюшевые звери, разбрасывая конфетти.

– Пойдемте танцевать! – Сана вскочила, потягивая Шону за руку.

– Я не умею танцевать, – попытался возразить он, но его уже никто не слушал.

Вся компания влилась в танцующую толпу. Это было безумно, нелепо и невероятно весело. Шону, который всегда старался сохранять достоинство, теперь прыгал вместе с Чжухоном под ритмичную музыку, а Сана кружилась рядом, её хвостики забавно подпрыгивали в такт движениям.

В какой-то момент музыка сменилась на более медленную. Огни парка зажглись тысячами разноцветных лампочек.

– Позвольте пригласить даму? – Шону неловко, но галантно поклонился.

Сана положила руки ему на плечи, а он обхватил её за талию. Они медленно двигались среди толпы, словно находясь в собственном маленьком пузыре.

– Знаешь, о чем я сейчас думаю? – тихо спросила она.

– О чем?

– О том, что Тэхён на самом деле оказал мне услугу. Если бы не он, ты бы, наверное, еще год сидел в том кафе и смотрел в свою чашку.

– Возможно, – согласился Шону. – Но я бы всё равно подошел. Рано или поздно. Я просто не мог иначе.

Он наклонился и коснулся своим лбом её лба.

– Сана, ты — самое милое, что случалось со мной в этом университете.

– А ты — самое надежное, – ответила она.

Когда парк начал пустеть, и они направились к выходу, Шону нес на одном плече огромного кота, а другой рукой крепко сжимал руку Саны. Друзья шли впереди, о чем-то негромко переговариваясь, уставшие, но довольные.

У ворот они начали прощаться.

– Ну что, Сана, – Минхёк помахал рукой, – в понедельник ждем тебя на большой перемене. У нас по плану обсуждение твоего посвящения в почетные члены нашей команды.

– Обязательно приду! – Сана помахала в ответ.

Шону проводил её до такси, которое вызвал заранее.

– Напиши мне, как доедешь, – сказал он, помогая ей устроиться на заднем сиденье рядом с гигантским котом.

– Обязательно. И... Шону?

– Да?

Она притянула его за воротник куртки и быстро поцеловала в губы. Это был короткий поцелуй, со вкусом сахарной ваты и мятной жвачки, но для Шону мир в этот момент просто перестал вращаться.

– До завтра, мой медведь, – прошептала она, закрывая дверь.

Машина тронулась, а Шону остался стоять на тротуаре, глядя вслед удаляющимся огням. Его друзья подошли и встали рядом, храня молчание.

– Ну что, хён? – наконец спросил I.M. – Как ощущения?

Шону глубоко вздохнул, чувствуя, как ночной воздух наполняет легкие.

– Кажется, я наконец-то понял, зачем нужны американские горки, – произнес он с легкой улыбкой.

– И зачем же? – удивился Вонхо.

– Чтобы понять: даже когда земля уходит из-под ног, есть кто-то, кто будет держать тебя за руку. И тогда падение превращается в полет.

Друзья переглянулись и дружно рассмеялись, хлопая Шону по спине. Они шли по ночному городу, и их тени, длинные и уверенные, ложились на асфальт. Это была весна их юности, весна, которая началась с капель слез на книжных страницах, а превратилась в историю о том, как большой медведь нашел свою маленькую радость в розовом цвете.

И Шону знал, что впереди их ждет еще много таких суббот. И что теперь, заходя в университетское кафе, он больше не будет сверлить взглядом дверь. Он будет ждать ту, что приносит в его жизнь свет, и точно знать: он на своем месте. А сахарная вата... что ж, она действительно была очень вкусной. Особенно когда её делишь на двоих.