Смешные сыщики
Дело о хвойном эликсире и таинственном исчезновении соски
Утро в Мамоново началось не с крика петуха, а с подозрительного ритмичного звука, напоминающего работу очень маленького, но очень упорного отбойного молотка. Сергей, спавший в своём «детективном» пледе прямо в шезлонге на веранде, вскочил, едва не выронив лупу.
– Ватсон, вы слышите? – прошептал он, вглядываясь в туман сквозь увеличительное стекло. – Это либо подкоп под наш стратегический запас кабачков, либо кто-то пытается взломать код вселенной при помощи молотка для отбивания мяса.
Димон, спавший в соседнем кресле с обнимку с пустой миской из-под печёнки, приоткрыл один глаз.
– Серёга, это не код вселенной, – проворчал он, потирая затылок. – Это Евгенич приехал. Я этот звук из тысячи узнаю. Он так шишки для своей настойки дробит.
На дорожке, ведущей к дому Витали, действительно показалась колоритная фигура. Евгенич, старый друг всей компании, пенсионер с душой озорного пионера и харизмой отставного адмирала, бодро вышагивал в камуфляжной панаме. На груди у него в специальном рюкзаке-кенгуру сидел маленький внук Антошка, который сосредоточенно грыз резиновую уточку. В руках Евгенич держал увесистую корзину, от которой за версту разило хвойным лесом и чем-то спиртосодержащим.
– Здорово, сыщики! – зычно крикнул Евгенич, и его голос эхом отозвался в соседних Одинцово и Луховицах. – Что, опять преступность в деревне на нуле? Опять без дела маетесь, дедукцию в кабачках топите?
Сергей выпрямился, поправил кепку и принял свой самый величественный вид.
– Приветствуем вас, коллега. Мы как раз находились в процессе глубокого анализа... э-э... тишины. Какие новости с полей? Что в корзине? Неужели новые улики?
Евгенич поставил корзину на стол и заговорщицки подмигнул.
– Хуже, Серёжа. Это — ингредиенты для «Мамоновского бальзама номер пять». Шишки молодые, собранные на рассвете, когда роса ещё пахнет свободой. Но у меня проблема. Пока я шёл от станции, у Антошки пропала соска. Не просто соска, а именная, с гравировкой «Будущий прокурор». Без неё он через десять минут устроит нам такую сирену, что у Марины все тетради завянут.
Димон мгновенно оживился. Запах шишек и перспектива участия в создании настойки пробудили в нём истинного Доктора Ватсона.
– Соска — это серьёзно, – подтвердил он, подходя к корзине. – Евгенич, а соска не могла в шишки упасть? Может, она уже... маринуется?
– Исключено! – отрезал пенсионер. – Я проверял каждые сто метров. Последний раз видел её у переезда. А потом — как отрезало. И ещё... – Евгенич понизил голос до таинственного шепота. – Пока я её искал, заметил в кустах странного субъекта в синем дождевике. Он что-то закапывал под старой берёзой.
Сергей просиял. Его глаза заблестели азартным огнём, который обычно предвещал либо великое раскрытие, либо грандиозный конфуз.
– Синий дождевик... Закапывание под берёзой... Пропажа «Прокурора»... Димон, вы видите связь? Это же классическая схема передачи выкупа! Или сокрытие орудия преступления!
В это время из дома вышел Виталя, на ходу вытирая руки полотенцем.
– О, Евгенич! Здорово, старый разбойник! – Виталя радостно обнял друга. – Опять своих «шишковок» нагнал? Смотри, Наташа сказала, если ты хоть каплю на скатерть прольёшь, она тебя заставит весь огород пассатижами пропалывать.
– Виталя, не до шуток! – перебил его Сергей. – У нас ЧП. Пропала соска будущего прокурора. Есть подозреваемый в синем. И возможно, готовится государственный переворот в масштабах одного отдельно взятого погреба.
– Да какой переворот? – Виталя рассмеялся. – Синий дождевик — это ж Михалыч! Он вчера клад искал. Сказал, ему приснилось, что прадед под берёзой ящик воблы зарыл в девятнадцатом году.
– Вобла в девятнадцатом году не существовала в консервированном виде под землёй! – авторитетно заявил Сергей. – Это ложный след. Димон, за мной! Мы начинаем операцию «Соска-перехват».
Компания в составе Шерлока-Сергея, Ватсона-Димона, Евгенича с младенцем и скептически настроенного Витали выдвинулась к берёзе. Антошка в рюкзаке начал подозрительно кривить рот, намекая на скорое начало вокального выступления.
– Быстрее, коллеги! – подгонял Евгенич. – Таймер тикает! Если он заорёт, у меня настойка от вибрации помутнеет!
У старой берёзы действительно виднелись следы свежих раскопок. Сергей опустился на колени и начал изучать землю через лупу.
– Хм... Следы калош сорок третьего размера. Характерный наклон пятки говорит о том, что копавший постоянно оглядывался. Димон, что вы видите в яме?
Димон заглянул в неглубокую лунку и разочарованно вздохнул.
– Тут только старая пробка от лимонада и... погоди... Серёга, это же хвост!
– Чей хвост? – ахнул Виталя.
– Селёдочный! – Димон вытащил из земли подсохший рыбий хвост. – Михалыч не врал. Он реально воблу искал. Но соски здесь нет.
В этот момент Антошка издал первый пробный «уа-а», от которого с ближайшей яблони посыпались недозрелые плоды.
– Началось! – в панике вскрикнул Евгенич. – Спокойно, внучок! Сейчас деда тебе настойки... тьфу, водички даст! Где же эта проклятая пустышка?
Внезапно из кустов малины послышался шорох. Сергей мгновенно принял позу ниндзя, едва не запутавшись в пледе.
– Выходи, синий дождевик! – закричал он. – Мы знаем, что соска у тебя!
Из кустов, отряхиваясь от листьев, вышел Никита. Сын Сергея выглядел крайне озадаченным. В руках он держал... ту самую именную соску «Будущий прокурор».
– Пап, вы чего орёте на весь лес? – Никита протянул соску Евгеничу. – Я её на тропинке нашёл, когда за укропом ходил. Хотел помыть и принести, но тут смотрю — Михалыч под берёзой копает. Я думал, он там клад зарыл, решил проследить...
– Никита! – Сергей возмущённо поправил кепку. – Ты сорвал следственный эксперимент! Мы уже почти вышли на международную банду похитителей сосок!
– Какая банда, пап? – Никита вздохнул. – Я не люблю делать двойную работу: сначала искать банду, а потом всё равно нести соску. Вот она, берите.
Евгенич с облегчением заткнул внука пустышкой. В деревне снова воцарилась благостная тишина.
– Ну, раз дело раскрыто, – Евгенич хитро прищурился, – приглашаю всех на дегустацию «Шишковки-2024». У меня там секретный ингредиент добавлен.
– Какой ещё ингредиент? – подозрительно спросил Димон, чей нос уже уловил новые ароматы.
– Кабачковый цвет! – гордо объявил пенсионер. – Настаивал три дня под подушкой для особой мягкости.
Вся компания двинулась обратно к дому Витали. На веранде их уже ждали жёны. Марина, строгая как всегда, стояла со скрещенными на груди руками. Татьяна и Наташа о чём-то весело шептались, поглядывая на корзину Евгенича.
– Так, сыщики, – начала Марина, поправляя очки. – Я вижу, соска найдена, «преступник» Никита разоблачён. Теперь у меня вопрос к Сергею. Почему в нашем гараже стоит запах соснового бора, а из канистры для воды капает что-то подозрительно жёлтое?
Евгенич кашлянул и попытался спрятаться за спину Димона.
– Марин, это... это экспериментальный антисептик! – выкрутился Сергей. – Мы с Евгеничем разрабатываем средство для дезинфекции бани. На основе шишек и... народной мудрости.
– Народная мудрость сейчас получит по голове веником, – пообещала Марина, но в её глазах промелькнула искра смеха. – Ладно, Евгенич приехал, это святое. Но чтобы Антошка был под присмотром!
– Обижаешь, Мариночка! – Евгенич вытащил из кармана маленькую гармошку. – Мы с внуком — одна команда. Он у меня уже почти «Мурку» подпевает.
Застолье началось под сенью старой яблони. Виталя притащил поднос с грибочками, Димон нежно обнимал тарелку с жареной печёнкой, а Евгенич торжественно разливал свою настойку по маленьким стопкам.
– Ну, за дедукцию! – провозгласил Сергей, поднимая стопку. – За то, чтобы каждое преступление в Мамоново заканчивалось так же вкусно!
– И за соски! – добавил Димон. – Чтобы будущие прокуроры всегда были при деле.
Евгенич, отпив глоток своего эликсира, вдруг замер. Его лицо выразило крайнюю степень сосредоточенности.
– Пацаны... – прошептал он. – Я понял.
– Что вы поняли, коллега? – Сергей подался вперёд.
– Я забыл в настойку добавить мёд! – Евгенич хлопнул себя по лбу. – Она же теперь как скипидар, только весёлый!
– Это не проблема! – вклинился Никита, который уже вовсю хозяйничал у мангала. – Я сейчас сделаю карамельный сироп из сахара и яблок. Только чур — я это делаю один раз! Никаких двойных порций!
– Золотой ты парень, Никитос, – умилился Димон. – Весь в отца. Тот тоже любит, чтобы всё с первого раза... ну, или с пятого, если Марина не видит.
В разгар веселья к забору подошёл Михалыч. Он был всё в том же синем дождевике, несмотря на жару, и выглядел крайне разочарованным.
– Слышь, Виталя... – прохрипел сосед. – У тебя лопаты лишней нет? Я там под берёзой что-то твёрдое нащупал, но руками не идёт.
Сергей мгновенно вскочил, накинув плед как плащ.
– Новая улика! Димон, бросайте печёнку! Михалыч нашёл артефакт! Возможно, это сундук с золотом тамплиеров, которые проезжали через Одинцово в двенадцатом веке!
– Серёга, сядь, – вздохнула Марина. – Михалыч, это не золото тамплиеров. Это я в прошлом году закопала там старый чугунный утюг, чтобы ты его на металлолом не сдал и не пропил.
Михалыч замер, переваривая информацию.
– Утюг? Чугунный? – он почесал затылок. – Так он же денег стоит...
– Вот именно, – отрезала Марина. – Иди лучше окрошки поешь, детектив недоделанный.
Вечер опускался на Мамоново, окутывая деревню ароматами хвои, жареного мяса и домашнего уюта. Евгенич играл на гармошке, Антошка мирно спал в коляске, посасывая свою законную соску, а Сергей и Димон вели неспешный спор о том, мог ли Шерлок Холмс раскрыть дело о пропавшем кабачке, если бы у него не было под рукой жареной печёнки.
– Понимаешь, Ватсон, – рассуждал Сергей, глядя на звёзды через лупу. – Суть не в уликах. Суть в атмосфере. В Мамоново даже преступления совершаются с любовью к ближнему.
– Точно, Серый, – согласился Димон, доедая последний кабачок. – Особенно если этот ближний — Евгенич с его шишками. Слушай, а давай завтра расследуем, куда Виталя спрятал вторую канистру кваса? Я точно видел, как он её за баню волок.
– Это дело государственной важности, – кивнул Сергей. – Завтра с рассветом приступаем. А сейчас... сейчас время тишины.
Где-то вдали залаяла собака, Михалыч в своём синем дождевике понуро брёл к своему дому, а в сердцах наших героев царил полный и окончательный порядок. Деревня Одинцовского района могла спать спокойно — её покой охраняли лучшие, хоть и самые нелепые сыщики в мире.
– Элементарно... – пробормотал Сергей, засыпая под звуки гармошки. – Просто... элементарно...
А Евгенич, подмигнув луне, тихо добавил:
– И очень, пацаны, вкусно.