← Назад к обзору

Смешные сыщики

Дело о десантном арбузе и заговоре фиолетовых пассатижей

– Ватсон, вы когда-нибудь задумывались о том, что тишина в деревне Мамоново — это не просто отсутствие звуков, а зловещая прелюдия к кулинарному апокалипсису? – Сергей стоял на крыльце, запахнувшись в свой клетчатый плед, который после вчерашней дегустации настойки Евгенича подозрительно пах хвойным лесом и немного — маринадом.

– Серёга, я сейчас задумываюсь только о том, почему кабачки в тарелке смотрят на меня так грустно, – Димон, вооружившись вилкой, уныло ковырял завтрак. – И почему у меня в кармане жилетки оказалась сосновая шишка?

– Это улика, мой дорогой друг! – Сергей драматично выхватил лупу и наставил её на шишку. – Но сегодня нас ждёт дело покрупнее. Взгляните на участок Витали. Вы видите это?

Димон прищурился, вглядываясь в утренний туман, который лениво полз со стороны Одинцово. Посреди лужайки Витали, прямо в центре круга, который обычно вытаптывали гости во время танцев, лежал... арбуз. Огромный, полосатый и совершенно неуместный, учитывая, что на календаре была середина июля, а ближайшая бахча находилась в паре сотен километров.

– Ну, арбуз, – пожал плечами Димон. – Может, Виталя купил?

– Виталя вчера весь вечер жарил грибочки и парил нас в бане так, что у меня до сих пор лопатки чешутся, – Сергей покачал головой. – У него не было времени на закупки. К тому же, обратите внимание на траекторию: он лежит точно в центре чана с водой, который мы вчера опорожнили. Как он туда попал? С неба свалился?

Сыщики, стараясь сохранять достоинство (что Димону давалось с трудом из-за тесной жилетки), выдвинулись к месту происшествия. На полпути их перехватил Никита. Сын Сергея выглядел как человек, который только что осознал всю тщетность бытия в условиях деревенской кухни.

– Пап, дядя Дима, не ходите туда, – Никита преградил им путь половником. – Там аномалия. Я утром вышел за укропом, а в чане — ЭТО. И оно тикает.

– Тикает? – Димон побледнел и на всякий случай спрятался за спину Сергея. – Серый, если это арбузная бомба от Михалыча, я в этом не участвую. У меня ещё печёнка не доедена.

– Спокойно, – Сергей решительно отодвинул сына. – Никита, ты же знаешь моё правило: если что-то тикает, это либо будильник, либо совесть преступника.

У чана их уже ждал Виталя. Он стоял в одних плавках (тех самых, знаменитых, синих) и с опаской тыкал в арбуз длинной палкой для перемешивания углей.

– Пацаны, это мистика, – Виталя обернулся к подошедшим. – Я вчера чан вымыл, воду слил. Утром прихожу — лежит. Тяжёлый, зараза. И из него звуки странные.

Сергей опустился на колени у края чана. Он приложил ухо к полосатому боку гиганта.

– Действительно... – прошептал он. – Ритмичные вибрации. Ватсон, ваш выход. Примените метод дедуктивного простукивания.

Димон нехотя подошёл и легонько щёлкнул по арбузу пальцем. Звук был звонкий, качественный.

– Спелый, – профессионально констатировал Димон. – Но внутри точно что-то есть. И пахнет... погодите... пахнет фиалками и... бензином?

– Фиалки и бензин! – Сергей вскочил, едва не запутавшись в пледе. – Это почерк Татьяны! Она вчера говорила, что хочет освежить воздух в Одинцово при помощи новых ароматизаторов для недвижимости!

В этот момент из дома вышла Марина. На ней был строгий карнавальный костюм совы (видимо, репетиции к школьному празднику вышли на новый уровень), и она держала в руках пачку тетрадей.

– Сергей, если ты сейчас же не уберёшь этот плод своего воображения из чана, я заставлю тебя писать сочинение на тему «Почему Шерлок Холмс никогда не путал арбуз с уликой», – голос Марины был ледяным. – И кстати, где мои фиолетовые пассатижи? Я хотела починить полку в библиотеке.

– Пассатижи? – Сергей и Димон переглянулись. – Марина, радость моя, мы как раз находимся в центре расследования, где пассатижи могут играть ключевую роль!

– Какие ещё роли? – Марина поправила очки-клюв. – Татьяна вчера забрала их, сказала, что ей нужно «вскрыть объект особой важности».

– Объект! – Сергей торжествующе указал на арбуз. – Вот он!

Димон, воодушевлённый присутствием дам, решился на подвиг. Он схватил арбуз обеими руками и с кряхтением вытащил его из чана.

– Ого, ну и весит! – Димон поставил арбуз на стол. – Смотрите, тут дырочка снизу! Аккуратная такая, сверлом сделанная.

Сергей присмотрелся. Действительно, в нижней части арбуза виднелось небольшое отверстие, заткнутое пробкой из-под шампанского.

– Никита! – позвал Сергей. – Неси нож. Будем проводить вскрытие.

– Я не буду делать двойную работу! – донёсся голос Никиты из кухни. – Сначала разрезать, а потом семечки выковыривать? Режьте сами!

Пришлось Витале нести свой охотничий нож. Сергей, с видом хирурга, вонзил лезвие в корку. Арбуз с сочным хрустом разошёлся на две половины, и все присутствующие ахнули.

Внутри, вместо красной мякоти, находилась герметичная пластиковая коробка, обложенная льдом. А в коробке... лежали те самые фиолетовые пассатижи, записка и маленькое электронное устройство, которое и издавало то самое «тиканье».

– Это таймер! – выдохнул Димон. – До взрыва осталось... ноль секунд?

Устройство пискнуло, и из него выскочил маленький флажок с надписью: «Продано!».

– Что здесь происходит? – Наташа, жена Витали, подошла к столу, вытирая руки о фартук. – Ой, арбуз! А чего он такой... пустой?

Сергей взял записку и начал читать вслух: «Дорогие сыщики! Если вы читаете это, значит, мой план по презентации „самого экологичного сейфа в Мамоново“ удался. Пассатижи вернула, арбуз — подарок от фирмы. С уважением, Татьяна. P.S. Дима, кабачки на плите, не забудь выключить».

– Так это была реклама? – Виталя разочарованно опустил нож. – А я-то думал, контрабанда из Луховиц...

– Это не просто реклама, – Сергей задумчиво вертел в руках пассатижи. – Это вызов нашей системе безопасности. Мы пропустили десантный арбуз прямо под носом! Ватсон, мы теряем хватку.

– Мы теряем завтрак, Серёга! – Димон уже вовсю изучал содержимое коробки, где под льдом обнаружилась ещё и баночка с надписью «Секретная печёнка от Татьяны». – Смотри, тут компенсация за моральный ущерб!

– Печёнка? – Димон мгновенно преобразился. Его глаза заблестели, а нос затрепетал. – Серый, я считаю, дело закрыто. Преступник сознался, ущерб возмещён, пассатижи найдены.

– Нет, постой, – Сергей нахмурился, глядя в чан. – А откуда тогда в воде взялись непонятные мужские трусы? Плавательные, ярко-оранжевые, с надписью „Мачо Одинцово“?

Все посмотрели в чан. На дне, прилипнув к мокрому металлу, действительно красовались оранжевые плавки.

– Это не мои! – быстро сказал Виталя, прикрываясь полотенцем. – У меня синие, вы же знаете!

– И не мои, – добавил Никита, выходя на крыльцо. – Я вообще предпочитаю поварские шорты.

– Михалыч! – хором воскликнули Сергей и Димон.

Они рванули к забору соседа. Михалыч в это время пытался незаметно перелезть через ограду, будучи обёрнутым в старую занавеску.

– Михалыч, стоять! – закричал Сергей. – Именем закона и оранжевых трусов! Объясните своё присутствие в чане Витали в три часа ночи!

Сосед замер, балансируя на заборе.

– Да я это... мужики... – Михалыч икнул. – Жарко было. А у Витали вода в чане такая прозрачная, как слеза Одинцовского прокурора. Я думал, окунусь разок, никто и не заметит. А тут арбуз как прилетит!

– Прилетел? – Сергей прищурился. – Откуда?

– С неба! – Михалыч перекрестился занавеской. – Прямо из-за туч. Я так испугался, что из трусов выпрыгнул и через забор сиганул. Думал, инопланетяне арбузами кидаются!

Сергей и Димон переглянулись. Картина прояснилась.

– Татьяна использовала катапульту для доставки «сейфа», – догадался Сергей. – Она же вчера хвасталась, что купила на аукционе старую установку для метания глиняных тарелок!

– И попала точно в чан, где в это время проводил водные процедуры Михалыч, – Димон покатился со смеху. – Серый, это же гениально! Десантный арбуз против Одинцовского мачо!

– Ничего смешного! – крикнула Марина из окна. – Сергей, если ты сейчас же не вернёшь трусы владельцу при помощи пассатижей, я вызову наряд лингвистической полиции!

Расследование закончилось традиционным застольем. Виталя нарезал «десантный» арбуз (оказалось, Татьяна спрятала коробку в специально вырезанную нишу, сохранив остальную мякоть), Никита всё-таки пожарил кабачки, а Михалыч, получив свои плавки обратно, сидел в углу и тихо бормотал о том, что «в Мамоново даже арбузы имеют систему наведения».

– Знаете, Ватсон, – сказал Сергей, обмакивая кусок арбуза в соль (старая привычка, которую Марина называла «гастрономическим преступлением»). – Жизнь в деревне гораздо сложнее, чем в Лондоне. Там у них Мориарти, а у нас — Татьяна с катапультой и Михалыч в чане.

– И печёнка, Серёга, – Димон довольно зажмурился. – Главное — печёнка. Знаешь, я тут подумал... А ведь в том арбузе ещё что-то тикает.

– Что? – Сергей вскочил, хватая лупу.

– Мои часы, – Димон виновато посмотрел на руку. – Кажется, я их там случайно оставил, когда печёнку вытаскивал.

– Элементарно, Димон! – Сергей рассмеялся, накидывая плед на плечи. – Значит, нас ждёт новое дело. «Тайна тикающего желудка Ватсона».

Над Мамоново садилось солнце, окрашивая небо в цвета спелого арбуза. Где-то в Одинцово Татьяна уже планировала новую рекламную акцию, а в бане у Витали снова начал собираться пар. Деревня могла спать спокойно — пока на страже стояли лучшие сыщики, ни одна тайна не останется несъеденной.