← Назад к обзору

Создатель

Золото и Пепел: Встреча Создателей

Утро в пекарне «L’Ombre Douce» было наполнено не только привычным ароматом персика и табака, но и чем-то новым — благоуханием цветущих лилий и чистого горного воздуха. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь панорамные окна, казались здесь гуще и ярче, чем на остальной улице Каннама. Юки стоял у прилавка, но его мысли были далеки от выпечки. Его взгляд был прикован к Амалии, которая увлеченно рисовала на салфетке что-то, подозрительно похожее на силуэт Сон Сухо.

Юки поморщился. Сама мысль о том, что его драгоценная дочь, частица его первородной сути, связана невидимой нитью с наследником Теневого Монарха, вызывала у него глухое раздражение. Это было иронично: творец, создавший миллиарды связей во вселенной, оказался бессилен перед одной-единственной нитью, возникшей по воле случая в этом крошечном мире. Радовало лишь одно — Кай, его сын, оставался свободным от этого резонанса. Мальчик сидел рядом с сестрой, сосредоточенно изучая какую-то древнюю рукопись, которую Юки легкомысленно оставил на кухонном столе.

– Ты слишком хмуришься, мой король. Твои тени начинают дрожать от твоего недовольства.

Голос был мягким, как шелк, и мелодичным, как звон золотых колокольчиков. Юки обернулся, и его лицо мгновенно преобразилось. Жесткие линии у рта разгладились, а в синих глазах вспыхнул огонек искренней нежности.

Из залитой светом оранжереи, примыкающей к основному залу, вышла женщина. Она казалась воплощением самого солнца. Её длинные светлые волосы струились по плечам, переливаясь золотом, а большие фиолетовые глаза смотрели с бесконечной мудростью и любовью. На ней был изысканный белый топ с золотым узором, подчеркивающим её стройную фигуру, и легкая накидка, которая колыхалась при каждом шаге, словно крылья белой птицы.

– Селена, – Юки сделал шаг навстречу и по-хозяйски, но нежно положил руку ей на талию. – Я просто размышлял о капризах судьбы.

– Судьба — это лишь то, что мы позволяем ей делать, – она коснулась его щеки тонкими пальцами, на запястье которых звякнул золотой браслет. – Но сегодня не день для тревог. У нас гости.

Юки почувствовал их еще до того, как колокольчик над дверью возвестил о прибытии. Сон Джинву, Чха Хэ Ин и маленький Сухо стояли на пороге.

Джинву замер. Он ожидал увидеть могущественного творца, одинокого и загадочного, но картина, представшая его взору, выбила почву у него из-под ног. В центре уютной пекарни стоял Юки — тот самый парень в очках и с татуировками, — а рядом с ним сияла женщина, чья аура была столь мощной и чистой, что тени Джинву начали непроизвольно втягиваться в его собственное тело, пытаясь скрыться от этого ослепительного света.

В сердце Джинву на мгновение кольнуло странное чувство — смесь благоговения и инстинктивного опасения. Он привык быть самым сильным существом в комнате, но здесь, в присутствии этой пары, он чувствовал себя лишь гостем в чужом величественном храме.

Юки обворожительно улыбнулся, не убирая руки с талии женщины.

– Добро пожаловать. Вы как раз вовремя, – он слегка склонил голову, представляя свою спутницу. – Позвольте познакомить вас. Это Селена. Моя жена и та, кто держит в руках свет этого мира, пока я присматриваю за его тенями.

Селена сделала изящный шаг вперед, и её фиолетовые глаза остановились на Чха Хэ Ин.

– Рада наконец встретиться с вами, госпожа Чха, – её голос заполнил пространство, принося с собой необъяснимое чувство покоя. – Юки много рассказывал о вашей силе и о том, как бережно вы храните тепло в этом доме.

Хэ Ин, обычно собранная и готовая к любой неожиданности, на мгновение потеряла дар речи. Она смотрела на Селену — на её золотые туфли, на изысканную вышивку на одежде, на её неземную красоту — и чувствовала, что перед ней не просто женщина, а само воплощение жизни.

– Благодарю... – Хэ Ин поклонилась, следуя этикету, но её взгляд то и дело возвращался к сияющей паре. – Для нас честь быть здесь.

Тем временем маленькая Амалия, отбросив салфетку, соскочила со стула и подбежала к Сухо.

– Ты пришел! – воскликнула она, хлопая в ладоши. – Я знала, что ты придешь. У тебя сегодня куртка цвета грозового неба.

Сухо, который обычно был довольно застенчив с незнакомцами, вдруг улыбнулся так широко, что Джинву невольно удивился.

– А у тебя глаза светятся, как мамины кристаллы, – ответил мальчик, протягивая ей руку. – Пойдем играть? У меня есть новые солдатики, папа разрешил их взять.

Кай, сидевший за столом, захлопнул книгу и медленно поднялся. Он подошел к Сухо, окинул его внимательным взглядом и кивнул.

– Солдатики — это хорошо. Но лучше я покажу тебе, как строить крепости из чистой воли. Папа говорит, это полезнее для развития концентрации.

Дети быстро убежали вглубь оранжереи, и вскоре оттуда послышался их звонкий смех.

Юки жестом пригласил Джинву и Хэ Ин присесть за столик, который уже был накрыт к завтраку. На нем стояли тарелки с круассанами, вазочки с персиковым джемом и дымящиеся чашки с кофе.

– Садитесь, нам предстоит долгий разговор, – произнес Юки, его голос снова стал серьезным. – Селена настояла на том, чтобы эта встреча прошла в семейной обстановке. Она считает, что так нам будет проще понять друг друга.

– Юки всегда слишком прямолинеен, – мягко вставила Селена, разливая чай. – Он видит только нити силы и угрозы. Но я вижу нечто иное. Я вижу, как ваши судьбы переплетаются с нашими не ради разрушения, а ради создания чего-то нового.

Джинву взял чашку, чувствуя, как тепло керамики передается его пальцам.

– Вчера Юки сказал, что связь между нашими детьми может быть опасной, – он посмотрел прямо в фиолетовые глаза Селены. – Вы тоже так считаете?

Селена вздохнула, и золотые серьги-кольца в её ушах тихо звякнули.

– Опасность всегда сопутствует великой силе, Сон Джинву. Но связь Амалии и Сухо — это не проклятие. Это мост. Мой муж создал Монархов и Правителей как две противоположные стороны, которые вечно боролись друг с другом. Но эти дети... они — первая попытка мироздания примирить Свет и Тень без войны.

Юки фыркнул, доставая свою неизменную сигарету, но под строгим взглядом Селены тут же убрал её обратно в карман.

– Примирение через хаос, – проворчал он. – Если их резонанс выйдет из-под контроля, Сеул просто сложится внутрь себя, как картонная коробка.

– Именно поэтому мы здесь, – Селена накрыла ладонью руку Юки, и тот мгновенно успокоился. – Мы не хотим забирать вашего сына или разрывать эту связь. Мы хотим научить их сосуществовать.

Хэ Ин, которая всё это время внимательно слушала, заговорила:

– Вы говорите о них так, будто они — инструменты для баланса вселенной. Но для нас Сухо — просто наш сын. Мы хотим, чтобы он был счастлив, чтобы он ходил в школу, заводил друзей...

– Он будет это делать, – заверила её Селена. – Мои дети тоже живут «обычной» жизнью. Кай любит математику, а Амалия обожает рисовать. Мы здесь не для того, чтобы превращать их в солдат. Мы здесь, чтобы они не стали разрушителями поневоле.

Джинву почувствовал, как напряжение, копившееся в нем с момента первой встречи с Юки, начинает постепенно отступать. Глядя на Селену и Юки, он видел не просто богов, а супругов, которые так же, как и они с Хэ Ин, заботились о своих детях.

– И что будет дальше? – спросил Джинву.

Юки оперся локтями о стол, его очки блеснули.

– Дальше будет обучение. Не такое, как в твоей Системе, Джинву. Никаких уровней, никаких заданий на выживание. Мы будем учить их чувствовать друг друга. Сухо должен понять, что его тень — это не просто оружие, а часть живого организма мира. А Амалия... она научит его, что свет может не только ослеплять, но и согревать.

В этот момент из оранжереи донесся громкий хлопок, и через мгновение в зал вбежали дети. Между пальцами Сухо проскакивали маленькие черные молнии, а вокруг Амалии кружились золотистые искры. Они смеялись, гоняясь за Каем, который с невозмутимым видом создавал перед ними прозрачные преграды.

Юки мгновенно оказался рядом с ними. Одним движением руки он погасил вспышки энергии.

– Тише, маленькие катастрофы, – он подхватил Амалию на руки. – Вы же не хотите, чтобы нам пришлось заново перекрашивать стены?

Амалия обняла отца за шею, прижавшись щекой к его плечу.

– Папа, Сухо такой сильный! Он показал мне своего муравья, но он был крошечный и совсем не страшный.

Джинву невольно улыбнулся, представив Бера в уменьшенном, «детском» варианте.

– Это был Бер? – спросил он сына.

– Да, пап, – Сухо подошел к Джинву. – Он сначала не хотел выходить, боялся Кая, но потом привык. Кай сказал, что Бер — «интересный образец древней энтомологии».

Юки расхохотался, и этот смех окончательно разрушил остатки официальности.

– Энтомологии, значит? – Юки посмотрел на сына. – Кай, ты слишком много читаешь моих энциклопедий.

Селена подошла к Хэ Ин и мягко взяла её за руку.

– Видите? Они уже находят общий язык. Тень и Свет не обязаны уничтожать друг друга. Иногда они могут просто играть в прятки.

Завтрак продолжался в гораздо более легкой атмосфере. Они обсуждали обычные вещи: как Сухо справляется с детским садом, какие десерты лучше всего получаются у Юки (Селена настаивала, что его лимонные тарталетки — это преступление против диеты), и как трудно порой скрыть свои способности от обычных людей.

Джинву наблюдал за Юки и Селеной. Он видел, как Юки незаметно поправляет накидку на плечах жены, как Селена улыбается мужу, когда тот начинает ворчать. Они были парой, прошедшей через вечность, но сохранившей ту самую искру, которая делает жизнь стоящей того, чтобы её проживать.

– Знаешь, Джинву, – произнес Юки, когда они на мгновение остались одни у прилавка, пока женщины и дети рассматривали цветы в оранжерее. – Я долго искал место, где мог бы остановиться. Я видел тысячи миров, но именно в этом я почувствовал нечто... настоящее. Твое упорство, твоя любовь к семье — это то, что заставило меня прийти именно сюда.

– Я просто защищаю то, что мне дорого, – ответил Джинву.

– Именно, – кивнул Юки. – И теперь мы будем защищать это вместе. Но имей в виду: если твой сын обидит мою Амалию, никакие тени мира тебя не спасут от моего гнева.

– Могу сказать тебе то же самое про Сухо, – Джинву усмехнулся, и на этот раз это была улыбка равного равному.

Юки протянул руку, и Джинву пожал её. В этот момент между их ладонями проскочила искра — не магическая, а символическая. Договор между Первородным и Теневым Монархом был скреплен.

Когда семья Сон покидала пекарню, солнце уже стояло высоко в зените. Сеул жил своей обычной, шумной жизнью, но для Джинву мир стал чуточку шире и светлее.

– Папа, а мы еще придем к ним? – спросил Сухо, когда они шли к машине.

– Обязательно, сынок, – Джинву потрепал его по волосам. – У тебя впереди много уроков.

Хэ Ин обернулась и помахала Селене, которая стояла в дверях пекарни, сияя в лучах солнца.

– Она удивительная, правда? – тихо сказала Хэ Ин мужу.

– Они оба удивительные, – ответил Джинву. – Но я рад, что мы на одной стороне.

Внутри пекарни Юки притянул Селену к себе, вдыхая аромат её волос.

– Ты была права, – прошептал он. – Это было правильное решение.

– Я всегда права, мой король, – Селена улыбнулась, глядя на Кая и Амалию, которые уже вернулись к своим делам. – Тень Джинву крепка, но его сердце еще крепче. Это хорошее основание для будущего.

Юки посмотрел на свою татуировку, которая теперь светилась мягким серебристым светом.

– Посмотрим. Но на сегодня... – он щелкнул пальцами, и табличка на двери сменилась на «Закрыто». – На сегодня я хочу просто побыть с тобой. И, возможно, испечь те самые лимонные тарталетки.

Запах карамели, табака и золотых лилий медленно растворялся в воздухе, оставляя после себя лишь сладкое послевкусие мира, который только что обрел своих истинных хранителей. Колесо судьбы продолжало вращаться, но теперь его ход был плавным и уверенным, ведомым рукой того, кто создал саму Тьму, и той, кто наполнила её Светом.