Судьба теневого монарха
Вкус божественной крови и ледяного страха
Прошло три месяца с того памятного вечера, когда Сон Джинву решил «прояснить позиции» на крыше небоскреба. Для Юки это время превратилось в затяжной прыжок через бесконечную пропасть. Джинву вел себя невыносимо: он появлялся в кулинарном колледже в самый неподходящий момент, оставлял на кухонном столе Юки редкие ингредиенты из подземелий S-ранга и смотрел на него так, словно Юки был самым изысканным десертом в его жизни.
Сухо, совершенно не подозревая о двойной жизни друга, только подливал масла в огонь. Он то и дело зачитывал вслух новые фанатские теории, в которых Сумрак и Теневой Монарх уже давно тайно обручились. Юки в такие моменты хотелось провалиться сквозь землю или, по крайней мере, засунуть голову в духовку.
В доме Сон сегодня царила необычная для этого места тишина. Джинву, Хэ Ин и Сухо сидели в просторной гостиной. Отношения между Джинву и Хэ Ин давно переросли в спокойную, глубокую дружбу. Пламя страсти угасло, оставив после себя взаимное уважение и общую заботу о сыне. Они понимали друг друга без слов, и Хэ Ин, будучи проницательной женщиной, уже давно заметила, как меняется взгляд мужа, когда в комнату входит Юки.
– Ты сегодня какой-то задумчивый, – тихо произнесла Хэ Ин, пригубив чай. – Снова чувствуешь колебания маны?
– Нет, – Джинву покачал головой, глядя на экран выключенного телевизора. – Просто... тишина кажется слишком подозрительной. Юки сегодня не пришел, сказал, что у него важная практика в другом городе.
– Пап, ну ты как маленький! – фыркнул Сухо, не отрываясь от планшета. – Юки — лучший на курсе. Его наверняка пригласили на какой-нибудь мастер-класс. Не всё же ему с нами торчать.
Джинву промолчал, но внутри него нарастало странное, липкое беспокойство. Его тени, обычно спокойные, сегодня вели себя нервно, словно предчувствуя бурю.
Внезапно экран телевизора, который до этого был выключен, вспыхнул ярко-красным. Раздался резкий звук экстренного оповещения, от которого Сухо вздрогнул и выронил планшет.
– Мы прерываем вещание для срочного сообщения из Японии! – голос диктора дрожал от ужаса. – В центре Токио открылись врата неизвестного типа! Прямой эфир с места событий... Боже мой, это не монстры... Это боги!
Картинка на экране сменилась, и у всех присутствующих в комнате перехватило дыхание. То, что они увидели, больше напоминало апокалипсис. Половина Токио лежала в руинах. Небо было затянуто золотистым маревом, сквозь которое проглядывали колоссальные фигуры, излучающие ослепительный свет. Это были существа, похожие на античных небожителей, но их глаза были полны ледяного безразличия к человеческим жизням.
В центре разрушенной площади, среди обломков бетона и искореженного металла, стояла одинокая фигура.
– Сумрак... – прошептал Сухо, впиваясь пальцами в обивку дивана.
Юки выглядел ужасно. Его облегающий черный костюм был изорван в клочья, обнажая рельефные мышцы, покрытые кровью и копотью. Левая рука безжизненно висела, явно сломанная в нескольких местах. Он тяжело дышал, опираясь на один из своих коротких клинков, который теперь больше напоминал зазубренный обломок.
– Что он там делает один?! – выкрикнул Сухо. – Где японские охотники?! Где Ассоциация?!
– Их нет, – глухо ответил Джинву, медленно поднимаясь с места. Его глаза начали светиться холодным синим пламенем. – Они погибли в первые минуты. Он остался один.
На видео один из «богов» — гигант в сверкающих доспехах с четырехметровым мечом — медленно приближался к Сумраку. Юки поднял голову. Его лицо было залито кровью, а черная маска начала медленно рассыпаться, не выдерживая давления божественной маны.
– Сдавайся, смертный, – голос существа прозвучал как раскат грома, заставляя камеру оператора вибрировать. – Ты сражался достойно, но твоя искра гаснет.
Юки выпрямился, несмотря на то, что каждое движение явно причиняло ему невыносимую боль. Он хищно улыбнулся, и эта улыбка, полная безумного азарта и презрения к смерти, заставила Джинву сжать кулаки так, что хрустнули суставы.
– Искра? – голос Юки, искаженный помехами связи, прозвучал неожиданно четко. – Ты ошибаешься, жестянка. Это не искра. Это фитиль.
В этот момент маска окончательно осыпалась пеплом. Миллионы людей по всему миру увидели лицо самого загадочного охотника современности. Ярко-синие глаза Юки на мгновение вспыхнули алым, а красная прядь волос, выбившаяся из хвоста, засияла, как живой огонь.
– Юки... – Сухо замер, его лицо побелело. – Это... это Юки...
В этот момент божество сделало резкий выпад. Золотой меч пронзил грудь Юки насквозь, выйдя из спины прямо между лопаток, там, где у него был старый шрам. Хэ Ин вскрикнула, закрывая рот ладонью. Сухо закричал, бросаясь к экрану.
Но Юки не упал.
Он лишь шире оскалился в своей хищной улыбке. Кровь брызнула из его рта, окрашивая подбородок, но он не издал ни звука боли. Вместо этого он поднял правую руку и намертво вцепился в лезвие меча, пронзившего его тело. Раздался скрежет металла о кость. Татуировка на его руке и груди вспыхнула ослепительным черно-белым светом, поглощая божественную энергию меча.
– Моя очередь, – прохрипел Юки.
Одним мощным рывком он буквально сорвал себя с клинка, вырывая его из рук ошеломленного божества. Несмотря на зияющую дыру в груди, из которой хлестала кровь, он замахнулся этим огромным мечом, который для обычного человека был бы неподъемным.
В следующее мгновение Юки исчез. Скорость была такой высокой, что камера не успела зафиксировать движение — лишь черный росчерк в воздухе. Золотой меч, напитанный теперь уже темной, яростной маной Сумрака, прошил горло божества. Существо замерло, его глаза расширились от неверия, а затем его голова медленно соскользнула с плеч, рассыпаясь золотой пылью.
Юки приземлился на обломки, тяжело рухнул на одно колено и замер. Камера задрожала, оператор явно пытался подойти ближе, но в этот момент трансляция прервалась белым шумом.
В гостиной семьи Сон повисла тяжелая, удушающая тишина.
– Папа... – Сухо обернулся к отцу. Его глаза были полны слез. – Папа, это был Юки. Он... он умирает там...
Джинву не ответил. Он уже не был тем спокойным мужчиной, который минуту назад пил чай. Вокруг него клубилась тьма, такая плотная, что тени в углах комнаты начали обретать форму без его приказа. Пол под его ногами начал трескаться.
– Хэ Ин, присмотри за сыном, – голос Джинву был лишен эмоций, но в нем чувствовалась такая ярость, что даже Сухо невольно отступил.
– Джинву, подожди! – крикнула Хэ Ин. – Ты не можешь просто...
– Я могу всё, – отрезал он. – Кайселл!
Громадный теневой дракон материализовался прямо в гостиной, проламывая крышу дома. Джинву вскочил на его спину, даже не оглянувшись.
– Игрис, Белл, Бер... – прошептал он, и сотни теней взмыли в небо вслед за ним. – Если он умрет... я сотру этот мир в порошок вместе с вашими богами.
***
Юки чувствовал, как жизнь вытекает из него вместе с горячей кровью. Холод подступал к самому сердцу, а зрение застилала серая пелена. Он лежал на спине, глядя в золотистое небо Японии, которое теперь казалось ему невыносимо красивым.
– Глупо вышло... – прошептал он, пытаясь улыбнуться, но вместо этого лишь зашелся в кашле. – Хотел приготовить... идеальное суфле... а в итоге... сам стал начинкой для пирога...
Над ним склонились еще три божества. Они не торопились. Они наслаждались моментом падения того, кто осмелился бросить им вызов.
– Твоя душа будет хорошим подношением, – произнес один из них, занося руку для финального удара.
Юки закрыл глаза. Он вспомнил запах персиков и карамели в своей квартире. Вспомнил смех Сухо. И вспомнил тот поцелуй на крыше, который до сих пор жег его губы сильнее, чем рана в груди.
– Прости, Джинву... – выдохнул он. – Кажется, я... проиграл.
В этот момент небо над Токио раскололось.
Золотистое марево было буквально разорвано в клочья волной абсолютной тьмы. Воздух содрогнулся от пронзительного крика, который мог принадлежать только королю муравьев.
– КТО ПОСМЕЛ... – голос, от которого задрожала сама земля, заставил богов отпрянуть. – КТО ПОСМЕЛ КОСНУТЬСЯ МОЕГО?
Юки с трудом приоткрыл один глаз. Прямо перед ним, заслоняя собой весь мир, стоял Сон Джинву. Его плащ развевался на ветру, как знамя погибели, а в руках горели кинжалы, созданные из самой чистой ярости.
– Джинву... – прохрипел Юки, чувствуя, как его сознание окончательно уплывает.
Джинву не оборачивался. Он смотрел на богов, и те, кто считал себя бессмертными правителями вселенной, впервые в жизни познали, что такое настоящий, первобытный страх.
– Бер, займись раненым! – скомандовал Джинву. – Игрис, уничтожить всех, кто носит золото. Никакой пощады.
Огромный муравей-тень мгновенно оказался рядом с Юки. Его когтистые лапы, обычно предназначенные для того, чтобы рвать врагов, теперь действовали с невероятной осторожностью. Бер начал вливать в Юки потоки целебной маны, заставляя раны затягиваться прямо на глазах.
– Король... Король пришел за тобой, маленький человек, – прошипел Бер, и в его голосе слышалось странное уважение. – Не смей умирать. Иначе он уничтожит и нас.
Юки почувствовал, как боль немного отступает, сменяясь тупым нытьем. Он приподнялся на локтях, наблюдая за тем, что происходило дальше.
Это не была битва. Это была бойня. Сон Джинву двигался так быстро, что казалось, будто их сотни. Боги, которые только что считали себя господами положения, теперь кричали от ужаса, когда тени разрывали их на части. Джинву не просто убивал их — он стирал их из реальности, поглощая их силу и превращая их свет в свою тьму.
Когда последний «бог» пал, Джинву остановился. Он тяжело дышал, его лицо было бледным, а глаза горели лихорадочным блеском. Он медленно повернулся к Юки.
Вокруг них догорали руины Токио. Пыль и пепел кружились в воздухе, оседая на обломках. Джинву подошел к Юки и опустился перед ним на колени.
– Ты идиот, Юки Окумара, – произнес он, и его голос дрогнул. – Самый большой идиот, которого я когда-либо встречал.
Юки, всё еще бледный и покрытый кровью, слабо улыбнулся. Его синие глаза встретились с глазами Монарха.
– Но я... я ведь убил одного... – прошептал он. – Видели? Мечом... прямо в горло...
Джинву вдруг притянул его к себе, крепко прижимая к груди. Юки охнул от неожиданности, но не отстранился. Он уткнулся лицом в плечо Джинву, чувствуя знакомый запах холодного металла и... страха. Тот самый великий Теневой Монарх дрожал.
– Больше никогда, – прошептал Джинву ему в волосы. – Больше никогда не смей делать это в одиночку. Ты слышишь меня?
– Слышу... – Юки закрыл глаза, позволяя себе наконец расслабиться в этих сильных руках. – Но вы же понимаете... Сумрак всегда работает один...
– Сумрака больше нет, – Джинву отстранился, глядя ему прямо в душу. – Есть Юки. И есть я. И если тебе так хочется работать в тени, то ты будешь работать в моей тени.
Юки хотел что-то возразить, но Джинву снова накрыл его губы поцелуем. На этот раз в нем не было требования или власти. В нем была только отчаянная нежность и облегчение. Вкус крови на их губах смешивался с соленым вкусом слез, и Юки впервые в жизни почувствовал, что ему больше не нужно прятаться.
– Папа! Юки! – крик Сухо, который прилетел вслед за отцом на другом теневом существе, разрушил момент.
Мальчик спрыгнул на землю и бросился к ним, рыдая и смеясь одновременно.
– Ты жив! Ты жив, придурок! Зачем ты поперся туда один?! И почему ты не сказал, что ты — Сумрак?! Я же тебе все уши прожужжал! Я же... я же...
Юки неловко обнял друга одной рукой, чувствуя, как Джинву продолжает поддерживать его за талию.
– Прости, Сухо, – тихо сказал Юки. – Я просто хотел... чтобы ты гордился своим другом, а не охотником из телевизора.
– Да я и так гордился! – Сухо вытер сопли рукавом. – Но теперь... теперь ты мне должен столько автографов, что до конца жизни не расплатишься! И маску! Ты обещал дать примерить маску!
Юки рассмеялся, и этот смех, слабый и хриплый, разнесся над руинами города.
– Маски больше нет, Сухо. Она сгорела.
Джинву поднялся, помогая Юки встать. Он обнял парня за плечи, собственническим жестом притягивая к себе.
– Пойдемте домой, – сказал Монарх, глядя на восходящее солнце, которое теперь пробивалось сквозь дым. – Нам многое нужно обсудить. И Юки...
– Да? – Юки поднял на него взгляд.
– Твой экзамен по суфле... Я думаю, мы перенесем его на мою личную кухню. И на этот раз я буду не просто пробовать, а помогать.
Юки покраснел до корней волос, но не отвел глаз.
– Договорились, господин Сон. Но чур, тени не подсказывают.
Они шли по разрушенной улице — Теневой Монарх, его сын и охотник, который только что убил бога. Мир еще не знал, что эта битва навсегда изменила всё. Секретов больше не было. Осталась только правда, которая была слаще любой карамели и крепче любой магии.
А в интернете, который чудом продолжал работать, уже загружались первые видеокадры их встречи. И на этот раз ни один фанфик не мог сравниться с реальностью, в которой Тень нашла свой Свет, а Свет наконец-то перестал бояться своей Тени.