Свед для монарха
Осколки вечности
Прошло два года. Два года, которые пролетели быстрее, чем мгновение в подземелье S-ранга, и в то же время тянулись сладко и тягуче, как мед. Для Теневого Монарха время всегда было понятием относительным, но рядом с Алексом оно обрело истинный смысл. Это были два года абсолютного, почти пугающего счастья, которое я охранял яростнее, чем границы человеческого мира.
Утро в нашем доме на окраине Сеула всегда начиналось одинаково. Солнечный свет пробивался сквозь панорамные окна, рисуя золотые узоры на простынях. Я проснулся первым — старая привычка охотника, которую не смогла искоренить даже мирная жизнь. Повернувшись на бок, я залюбовался Алексом.
Он спал на животе, зарывшись лицом в подушку. Его светлые волосы разметались в беспорядке, а на правой лопатке отчетливо виднелась татуировка дракона, которая, казалось, мерно дышала вместе с ним. За эти два года он стал еще крепче, его тело, закаленное в сотнях битв, сейчас выглядело расслабленным и домашним.
Я придвинулся ближе и начал медленно покрывать поцелуями его спину. Мои губы касались теплой кожи, проходя вдоль позвоночника, задерживаясь на старых, почти исчезнувших шрамах. Алекс издал невнятный звук, среднее между стоном и довольным мурчанием, и пошевелился.
– М-м-м, Джинву... еще пять минут, – пробормотал он, не открывая глаз.
– Мы уже проспали тренировку, – тихо ответил я, продолжая целовать его плечо. – И завтрак. И, кажется, половину субботы.
– К черту тренировки, – он наконец перевернулся на спину и посмотрел на меня.
Его ярко-голубые глаза были затуманены сном, но в них мгновенно вспыхнула та самая искра, которая до сих пор заставляла мою кровь закипать. За эти два года мы объездили половину земного шара. Мы отдыхали на лазурных берегах, где мана моря была такой чистой, что казалась прозрачной; мы бродили по заснеженным вершинам Альп, где наши стихии — тьма и молния — создавали в небе свои собственные северные сияния. Мы жили так, как не жили даже короли прошлого.
Алекс вдруг стал серьезным. Он приподнялся на локтях, внимательно вглядываясь в мое лицо. Его рука легла мне на щеку, большой палец нежно очертил контур губ.
– Джинву, я много думал в последнее время, – начал он, и в его голосе проскользнула нотка, которой я не слышал очень давно. Нерешительность? Нет, скорее глубокая, сокровенная надежда.
– О чем? – я замер, ловя каждое его слово.
– Мы вместе уже три года, из них два — женаты официально, – он сглотнул, подбирая слова. – Мы видели всё: смерть, магию, богов и монстров. Мы создали этот мир для себя. Но... я чувствую, что нам чего-то не хватает. Вернее, кого-то.
Я почувствовал, как тени в углах комнаты на мгновение всколыхнулись, отражая мое внутреннее напряжение.
– Ты о чем, Алекс?
Он сделал глубокий вдох и выдохнул прямо мне в губы:
– Я хочу детей, Джинву. Наших детей.
Мир вокруг словно застыл. Система, которая всё еще иногда подавала признаки жизни глубоко в моем сознании, не выдала ни одного уведомления. Это был вопрос, на который не было заранее заготовленного квеста.
Я смотрел в его глаза, ища в них тень сомнения или шутки, но нашел только твердую решимость. Теневой Монарх, повелитель армии мертвых, замер перед простым человеческим желанием своего мужа.
– Детей? – переспросил я, и мой голос прозвучал тише, чем обычно.
– Да, – Алекс улыбнулся, и эта улыбка была теплее солнца за окном. – Я не хочу просто вечности с тобой. Я хочу продолжения. Я хочу видеть, как твоя сила и моя искра живут в ком-то еще.
Я медленно выдохнул, чувствуя, как напряжение уходит, сменяясь странным, щемящим чувством в груди.
– Ну, я не против, – сказал я, и сам удивился тому, как легко это прозвучало. – На самом деле, я тоже думал об этом. Но сколько ты хочешь?
Алекс просиял. Он сел на кровати, скрестив ноги, и его глаза азартно блеснули, как будто он планировал самый важный рейд в своей жизни.
– Троих! – выпалил он, загибая пальцы. – Я уже всё представил, Джинву.
Я усмехнулся, садясь напротив него.
– Троих? Ты уверен, что мы справимся? У нас кот до сих пор иногда пытается съесть Игриса.
– Справимся! – Алекс отмахнулся. – Слушай. Первый — мальчик. Твоя абсолютная копия. Такой же хмурый, серьезный и чертовски сильный. Назовем его Сон Сухо. Он будет нашей опорой.
Я почувствовал, как уголки моих губ невольно ползут вверх. Сон Сухо. Имя звучало правильно.
– Ладно, один есть. Кто второй?
– Второй — тоже мальчик, – Алекс придвинулся ближе, его голос стал тише, доверительнее. – Я хочу, чтобы у него были твои черные волосы, но мои глаза. Ярко-голубые, как молния в ночи. Сон Юки. Он будет сорвиголовой, я уверен.
– Сон Юки, – повторил я, пробуя имя на вкус. – Черные волосы и голубые глаза... Он будет разбивать сердца всем девочкам в округе.
– О, определенно! – Алекс рассмеялся и добавил тише: – И девочка. Моя копия. Светловолосая, дерзкая, с твоим пронзительным взглядом. Сон Миджун. Наша маленькая принцесса, которая будет строить всех твоих теневых солдат по стойке «смирно».
Я представил эту картину: маленькая девочка с волосами цвета пшеницы, командующая Бером, и Бер, который покорно приносит ей игрушки. Это было так нелепо и так прекрасно одновременно, что у меня перехватило дыхание.
– Трое детей... – я покачал головой, всё еще не веря, что мы ведем этот разговор. – Сухо, Юки и Миджун. Звучит как целая армия.
– Самая лучшая армия в мире, – Алекс обнял меня за шею, прижимаясь всем телом. – Ну так что? Ты согласен стать отцом этой банды?
– Согласен, – я обхватил его за талию, чувствуя, как внутри разливается спокойствие. – Но у меня вопрос. Очевидный вопрос. Ооо, и у тебя есть идеи, как мы это сделаем? Мы оба мужчины, Алекс. И хотя мы охотники S-ранга, биологию никто не отменял.
Алекс хитро прищурился.
– Ты недооцениваешь современные технологии и... магию. Помнишь того целителя из Германии, который специализируется на магических контрактах и генетике охотников? Мы встречались с ним на конференции в Берлине.
– Тот старик, который утверждал, что мана может изменять структуру ДНК?
– Именно. Я уже списался с ним. Существует процедура — магическое суррогатное материнство с использованием наших биологических данных, усиленных маной. Это дорого, это сложно, и это требует огромного количества энергии. Но, Джинву... у кого этой энергии больше, чем у нас?
Я задумался. Идея казалась безумной, но в нашем мире границы между возможным и невозможным давно стерлись. Если я мог призывать легионы из тени, почему я не мог дать жизнь своим детям?
– Это безопасно? – спросил я, глядя ему прямо в глаза.
– Он гарантирует результат. К тому же, я изучил все отчеты. Дети охотников такого уровня, как мы, рождаются с невероятным потенциалом. Они будут защищены самой нашей сутью.
Я притянул его к себе для долгого, глубокого поцелуя. В этом поцелуе было всё: наше прошлое, полное боли и битв, наше настоящее, полное любви, и наше будущее, которое только что обрело имена.
– Значит, едем в Германию? – спросил я, когда мы отстранились друг от друга.
– Сначала завтрак, – Алекс спрыгнул с кровати, его движения снова стали легкими и энергичными. – А потом — в Германию, в Японию, да хоть на край света! Джинву, ты даже не представляешь, как я счастлив.
Я наблюдал за ним, как он быстро натягивает футболку, что-то весело напевая себе под нос. Мой Громовой дракон. Человек, который не побоялся предложить Теневому Монарху сменить кинжалы на подгузники.
Я встал и подошел к окну. Сеул внизу казался крошечным. Где-то там люди жили своими жизнями, не подозревая, что скоро в этом мире появятся три новых существа, в чьих жилах будет течь кровь Монарха и Дракона.
– Сухо, Юки и Миджун, – прошептал я, глядя на свое отражение в стекле. Мои серые глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым светом. – Папа присмотрит за вами.
Весь день прошел в лихорадочном планировании. Алекс уже составлял списки необходимых вещей, изучал планировки детских комнат в нашем новом доме и спорил со мной о том, стоит ли разрешать детям играть с теневыми питомцами до пяти лет.
– Никаких клыков и когтей в детской, Алекс! – смеялся я, пока мы обедали на террасе.
– Но Джинву, Кайсел такой мягкий, когда хочет! Представь, как они будут на нем кататься!
– Только под моим присмотром. И только если Миджун не решит отрезать ему хвост своей первой магией.
Мы смеялись, обсуждали, мечтали. Это было странное, новое чувство — планировать жизнь, которая не зависит от появления врат или приказов Ассоциации. Это была жизнь ради самой жизни.
Вечером, когда солнце начало садиться, окрашивая небо в пурпурные тона, мы сидели на диване. Алекс положил голову мне на плечо, листая на планшете фотографии клиники в Берлине.
– Ты не боишься? – вдруг тихо спросил он.
– Чего?
– Что мы не справимся. Что наша сила... она может им повредить.
Я взял его за руку, переплетая наши пальцы.
– Наша сила — это то, что их защитит. Я — Монарх теней, ты — Громовой дракон. Если этот мир посмеет хотя бы косо посмотреть на наших детей, он узнает, что такое настоящий гнев. Но я верю, что они возьмут от нас лучшее. Твою доброту и мою решимость. Твой свет и мою тень.
Алекс закрыл глаза, прижимаясь ко мне теснее.
– Трое детей... Джинву, это будет самое сложное подземелье в нашей жизни.
– Но и самая ценная награда, – ответил я.
Я вызвал Систему. Окно уведомлений, которое я не открывал уже несколько месяцев, послушно всплыло перед глазами.
[Текущий статус: Теневой Монарх] [Текущая цель: Создание семьи] [Шанс на успех: 100% (при участии партнера: Окумура Алекс)]
Я усмехнулся и закрыл окно. На этот раз мне не нужны были подсказки Системы. Я и так знал, что мы справимся.
Ночью мне приснился сон. Я видел просторный сад, залитый солнцем. Там, на траве, играли трое детей. Мальчик, серьезный и сосредоточенный, практиковался в призыве крошечной тени. Другой, со светлыми вихрами и смеющимися голубыми глазами, носился кругом, оставляя за собой маленькие искры электричества. А маленькая девочка, чьи волосы сияли на солнце, сидела на спине огромного черного дракона и весело смеялась, указывая пальчиком в небо.
Я стоял рядом с Алексом, и он держал меня за руку. Мы были старше, в наших волосах виднелась первая седина, но наши глаза светились тем же огнем, что и сейчас.
Я проснулся с улыбкой на губах. Алекс мирно спал рядом, закинув на меня ногу. Я осторожно поцеловал его в лоб, стараясь не разбудить.
– Спи, мой дракон, – прошептал я. – Завтра начинается наше самое главное приключение.
Я знал, что впереди будет много трудностей. Будут бессонные ночи, разбитые коленки, первые проявления неконтролируемой магии и страх за их будущее. Но глядя на спящего Алекса, я понимал, что готов ко всему.
Потому что Теневой Монарх больше не был одинок. У него была семья. У него была любовь. И скоро у него будут три маленьких продолжения, которые сделают эту вечность по-настоящему живой.
Через неделю мы стояли в аэропорту Инчхон, готовые к полету в Германию. Алекс был возбужден, он постоянно проверял документы и переспрашивал, не забыли ли мы подарок для доктора. Я же просто шел рядом, чувствуя, как моя тень радостно пульсирует.
Возле гейта нас перехватила Ча Хэ Ин. За эти два года наши отношения нормализовались, она приняла наш выбор и даже стала кем-то вроде союзника в делах Ассоциации.
– Охотник Сон, охотник Окумура, – она кивнула нам, её взгляд задержался на наших сплетенных руках. – Слышала, вы улетаете надолго. Опять путешествие?
Алекс широко улыбнулся, и в этой улыбке не было и следа прежней враждебности.
– Можно и так сказать, Хэ Ин. Мы летим за самым важным артефактом в нашей жизни.
Она прищурилась, пытаясь понять смысл его слов, но я лишь загадочно улыбнулся в ответ.
– Удачи вам, – сказала она искренне. – Корея будет ждать вашего возвращения.
– Мы вернемся не одни, – бросил я через плечо, когда мы начали проходить на посадку.
В самолете, когда мы уже набрали высоту, Алекс взял меня за руку и прислонился головой к моему плечу.
– Джинву?
– Да?
– Как думаешь, Сухо первым делом захочет научиться летать или призывать тени?
Я рассмеялся, глядя в окно на пушистые облака, которые в лучах солнца казались золотыми.
– Думаю, первым делом он захочет есть. Как и его папа.
– Эй! – Алекс легонько толкнул меня в бок. – Но ты прав. Мы будем отличными родителями.
– Самыми сильными родителями в мире, – согласился я.
Самолет нес нас навстречу новой жизни. Внизу оставались города, подземелья и интриги Ассоциаций. Впереди была только надежда и имена, ставшие для нас молитвой: Сухо, Юки и Миджун.
Тень и Молния летели создавать новую стихию. Стихию жизни. И я знал, что это будет самая прекрасная история, которую когда-либо видела эта Земля. История о том, как Монарх и Дракон нашли свое бессмертие не в силе, а в детском смехе.
И когда мы приземлились в Берлине, я первым делом вдохнул прохладный воздух и посмотрел на Алекса.
– Готов? – спросил я.
– Всегда готов, – ответил он, и его кольцо на пальце вспыхнуло голубым светом, отражая мою тьму.
Мы шагнули в здание аэропорта, крепко держась за руки. Наше будущее только что началось. И оно было ослепительно ярким.