← Назад к обзору

Свет и тень

Сплетение жизни и бездны

Вечерний Сеул за окном мерцал мириадами огней, но в этом доме, скрытом под мощнейшим магическим барьером Монарха Теней, время словно замедлило свой бег. Сухо и Аки ушли гулять около часа назад. Сухо, обычно такой уверенный в себе, выглядел до смешного взволнованным, поправляя воротник куртки и бросая украдкой взгляды на спокойного, загадочного Аки. Их уход оставил в квартире звенящую, наполненную предвкушением тишину.

В спальне Сон Джинву царил полумрак, разбавляемый лишь мягким светом ночника. Джинву сидел на краю широкой кровати, откинувшись на подушки. На нем были только черные домашние брюки, обнажавшие его мощный торс, покрытый едва заметными шрамами — напоминаниями о битвах, которые изменили ход истории. Его кожа казалась отлитой из темного мрамора, а мана, обычно холодная и острая, сейчас текла ленивой, густой рекой.

Юки сидел прямо на нем, обхватив бедрами его талию. На нем была белая рубашка Джинву, расстегнутая почти до середины груди, и домашние штаны. Тонкая ткань рубашки едва скрывала рельеф пресса Юки и замысловатые черные татуировки, которые в этом свете казались живыми. Капли влаги после недавнего душа еще поблескивали на его шее, стекая к цепочке с прямоугольной подвеской.

Воздух между ними был настолько густым от вспыхнувшей химии, что, казалось, его можно было коснуться рукой. Джинву подался вперед, соприкасаясь лбом со лбом Юки. Он прикрыл глаза, вдыхая аромат парня — смесь цитруса, дорогого табака и того едва уловимого, ни на что не похожего запаха «жизни», который исходил от Золотого Дракона.

– Ты сегодня слишком тихий, – прошептал Юки, запуская пальцы в короткие черные волосы Джинву. – О чем думает Монарх Теней, когда его маленькое солнце так близко?

– О том, что я готов отдать все свои тени за один этот момент, – ответил Джинву, и его голос прозвучал низко, с утробной хрипотцой.

Он начал медленно стягивать рубашку с плеч Юки. Его пальцы, длинные и сильные, нежно поглаживали фарфоровую кожу, оставляя за собой дорожки из мурашек. Джинву целовал его ключицы, спускаясь ниже, к татуировкам на груди, словно хотел запечатлеть каждый дюйм этого тела в своей памяти.

Юки тихо хихикнул, запрокидывая голову назад и прикрывая глаза. Его тело отозвалось на ласку мгновенно — мана дракона внутри него замурлыкала, как сытый хищник.

– Джинву... – выдохнул он, чувствуя, как руки мужчины спускаются к его пояснице. – Остановись на секунду.

Монарх Теней замер, приподняв голову. Его глаза горели мягким фиолетовым огнем, отражая страсть и бесконечное обожание.

– Что-то не так? – спросил он, не выпуская Юки из объятий.

Юки прикусил губу, и в его ярко-голубых глазах промелькнуло лукавство, смешанное с серьезностью. Он наклонился к самому уху Джинву, обжигая его горячим дыханием.

– Не забудь про защиту, – прошептал он, и его голос дрогнул. – Ведь я могу и забеременеть. Я дракон жизни, в конце концов. Моя сущность... она стремится к продолжению, особенно рядом с такой мощной силой, как твоя.

Джинву на мгновение замер. Мысль о том, что Юки — воплощение жизненной силы, способное сотворить чудо вопреки всем законам природы, заставила его сердце пропустить удар. Дракон жизни и Монарх Теней. Свет и Тень. Жизнь и Смерть.

– Ты серьезно? – Джинву отстранился, внимательно вглядываясь в лицо парня.

– Вполне, – Юки улыбнулся, и эта улыбка была одновременно нежной и дерзкой. – Моя мана реагирует на тебя. Она... она хочет создать что-то новое из нашего союза. Так что, если ты пока не готов к маленьким дракончикам, бегающим по дому и пугающим твоих теней...

Джинву не выдержал и негромко рассмеялся, прижимая Юки к себе так крепко, словно боялся, что тот исчезнет.

– Маленькие драконы, пугающие Бера... – Джинву представил эту картину, и тепло разлилось в его груди. – Юки, ты даже не представляешь, насколько это заманчиво звучит. Но ты прав. Не сейчас.

Он снова припал к его губам, на этот раз более требовательно. Юки ответил с неистовой силой, вплетаясь пальцами в его волосы, отдаваясь этому чувству без остатка. В комнате стало жарко. Мана двоих величайших охотников сплелась в единый кокон, изолируя их от всего остального мира.

– Я защищу тебя, – прошептал Джинву между поцелуями. – От всего. Даже от последствий нашей страсти, если ты этого захочешь. Но знай... однажды я захочу увидеть это. Твой свет, воплощенный в новой жизни.

Юки вздрогнул от этих слов, и его глаза наполнились слезами счастья.

– Тогда... – он потянул Джинву на кровать, увлекая его за собой. – Давай просто наслаждаться тем, что у нас есть сейчас.

Тень Джинву на стене на мгновение превратилась в огромные крылья, укрывающие их обоих, а золотистое сияние Юки заполнило комнату, превращая полумрак в рассвет.

***

Тем временем на набережной Сеула было прохладно. Сухо и Аки шли рядом, сохраняя между собой небольшую, но ощутимую дистанцию. Сухо то и дело поглядывал на профиль Аки, который в свете уличных фонарей казался нереальным, словно сошедшим с полотен великих мастеров.

– Тебе не холодно? – спросил Сухо, нарушая затянувшееся молчание.

Аки повернул к нему голову и мягко улыбнулся.

– Нет, Сухо-сан. После тех лет, что я провел в лабораториях, обычный вечерний ветер кажется мне самым приятным подарком.

Сухо сжал кулаки в карманах куртки. Каждый раз, когда Аки упоминал свое прошлое, внутри Сон-младшего вспыхивала глухая ярость на тех, кто посмел причинить боль этому человеку.

– Я обещаю, – внезапно сказал Сухо, останавливаясь и поворачиваясь к Аки. – Я обещаю, что больше никто и никогда не заставит тебя чувствовать себя объектом или экспериментом. Пока я рядом, ты в безопасности.

Аки замер. Его светло-голубые глаза внимательно изучали лицо Сухо — решительное, искреннее и полное той самой силы, которую он видел у Джинву, но более теплой, более человечной.

– Почему ты это говоришь? – тихо спросил Аки. – Мы ведь едва знакомы.

Сухо сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. Его темно-синяя мана едва заметно коснулась ауры Аки, и тот не отстранился. Напротив, его пепельная энергия потянулась навстречу, сплетаясь в робком приветствии.

– Потому что, когда я увидел тебя... – Сухо замялся, чувствуя, как краснеют щеки. – Мой отец говорит, что это называется «узнаванием». Я просто знаю, что ты — тот, ради кого я хочу становиться сильнее каждый день.

Аки молчал несколько секунд, а затем протянул руку и осторожно коснулся ладони Сухо. Его пальцы были прохладными, но прикосновение обожгло Сухо сильнее всякого огня.

– Тогда... – Аки чуть склонил голову набок. – Давай узнавать друг друга медленно. У нас ведь есть время?

– Вечность, если понадобится, – выдохнул Сухо, сжимая его руку.

Они продолжили прогулку, уже не скрывая того, что их тянет друг к другу. Два сына великих сил, два наследника боли и могущества, они нашли свою тихую гавань в этом огромном, шумном мире.

***

В спальне Джинву страсть постепенно уступала место глубокой, нежной неге. Они лежали, переплетясь телами, тяжело дыша. Юки уткнулся лбом в изгиб плеча Джинву, чувствуя, как его собственное сердце постепенно замедляет ритм, подстраиваясь под спокойный стук сердца Монарха.

– Ты в порядке? – негромко спросил Джинву, поглаживая Юки по спине, вдоль позвоночника.

– Угу... – Юки сонно зажмурился. – Чувствую себя так, будто меня пропустили через центрифугу, а потом искупали в жидком золоте. Твоя мана... она слишком властная, Джинву.

Джинву усмехнулся, целуя его в макушку.

– Это говорит мне человек, который чуть не сжег простыни своим сиянием?

Юки приподнялся на локте, глядя на него сверху вниз. Его растрепанные черные волосы падали на глаза, а лицо выражало абсолютное, безмятежное счастье.

– Знаешь, – он провел пальцем по губам Джинву. – Я никогда не думал, что смогу быть таким. Что смогу просто лежать в чьих-то объятиях и не ждать удара в спину.

– Тебе больше не нужно ждать, – Джинву перехватил его руку и поцеловал ладонь, прямо в центр, где пульсировала жизнь. – Теперь твоя спина — это моя забота. И мои тени всегда будут за твоим плечом, даже если меня не будет рядом.

Юки улыбнулся и снова прильнул к нему.

– Я знаю. Игрис сегодня утром пытался помочь мне завязать шнурки. Это было... странно, но мило.

Джинву рассмеялся.

– Он просто признает твою власть над этим домом. И надо мной.

Они замолчали, слушая тишину ночи. Где-то далеко Сухо и Аки смеялись над какой-то шуткой, и их мана доносилась до Джинву легким, приятным эхом. Всё было на своих местах.

– Джинву? – позвал Юки спустя некоторое время.

– Да?

– А если... если однажды я действительно захочу? Ну, того маленького дракона? Ты правда будешь не против?

Джинву повернулся на бок, обнимая его и прижимая к себе так, чтобы чувствовать каждое движение его души.

– Юки, – серьезно произнес он. – Всё, что исходит от тебя — это дар. Если ты решишь, что пришло время, я буду самым счастливым Монархом во всех мирах. Мы вырастим его вместе. И поверь, у него будет самая лучшая армия теней в качестве нянек.

Юки тихо рассмеялся, представляя Бера, качающего колыбель, и Игриса, обучающего малыша фехтованию. Это была безумная, невероятная, но такая желанная картина.

– Тогда договорились, – Юки закрыл глаза, окончательно проваливаясь в сон. – Но чур подгузники меняешь ты. У тебя реакция быстрее.

Джинву лишь улыбнулся, укрывая их обоих одеялом. Он еще долго смотрел на спящего Юки, на то, как золотистые искры маны медленно затухают на его коже, уступая место спокойному свету. В эту ночь Монарх Теней понял одну простую истину: неважно, насколько ты силен, неважно, сколько миров ты покорил. Истинная власть — это возможность защитить тот хрупкий свет, который доверил тебе любимый человек. И он защитит его. Чего бы это ни стоило.

За окном занимался рассвет — первый рассвет их новой, общей жизни, где больше не было места одиночеству, а были только они: Свет, Тень и бесконечная Жизнь, пульсирующая в такт их сердцам.