Свет монарха
Пепел идеального мира
Тишина портового склада была густой, пропитанной запахом гнили, морской соли и страха. Моя аура, которую я обычно сдерживал, сейчас вырывалась наружу тяжелыми черными волнами, заставляя стены вибрировать. Игритт и Бер застыли в тенях, словно изваяния, ожидая моего слова.
В центре круга, на грязном бетонном полу, скорчились пятеро. Охотники ранга А и один S-ранга. Элита, наемники, чьи имена когда-то внушали уважение. Сейчас они выглядели как сломленные куклы. Их магия была подавлена моей волей, их воля — раздавлена осознанием того, кто именно пришел за ними.
– Кто? – Я произнес это слово едва слышно, но оно прозвучало как приговор.
Один из них, тот, что был S-ранга, попытался поднять голову. Его лицо было залито кровью, а в глазах плескалось безумие.
– Мы... мы просто выполняли заказ... – прохрипел он, захлебываясь кашлем. – Нам сказали, что это просто мальчишка... помеха...
– Кто дал заказ? – Я шагнул вперед, и бетон под моими ногами пошел трещинами. – Отвечай, или я отдам твою душу Беру. Он давно не лакомился воспоминаниями живых.
Охотник задрожал. Он посмотрел на муравьиного короля, чьи челюсти нетерпеливо щелкнули в темноте, и сломался.
– Ча... Ча Хэ Ин, – выдохнул он, закрывая глаза. – Она наняла нас через посредников. Сказала, что этот парень разрушает ее семью. Приказ был... убить. Медленно и мучительно. Чтобы ты понял, что происходит с теми, кто встает у нее на пути.
В этот момент что-то внутри меня окончательно оборвалось. Кровь закипела, превращаясь в жидкий огонь. Хэ Ин. Моя «идеальная» жена, женщина, которую я считал благородной и чистой. Она не просто знала. Она решила устранить Алекса, как досадное препятствие, как сломанную вещь. Она посмела тронуть мое золото.
– Игритт, Бер, – я развернулся, не желая больше смотреть на это отребье. – Оставьте их здесь. Ноги и руки... они им больше не понадобятся. И заберите их лицензии. Они больше никогда не увидят света подземелий.
– Слушаемся, Мой Король, – в голосе Игритта прозвучала холодная сталь.
Я не стал ждать. Пространство вокруг меня исказилось. «Обмен тенями» сработал мгновенно, перенося меня обратно в особняк, который я покинул всего полчаса назад.
Я материализовался прямо посреди гостиной. Хэ Ин всё так же сидела на диване, но теперь она была не одна. Сухо стоял рядом, прижимая ее голову к своему плечу. Она рыдала — громко, навзрыд, так, как умеют только профессиональные жертвы.
– Мама, тише, он не стоит твоих слез, – голос Сухо дрожал от обиды за мать. – Он просто обезумел. Мы справимся...
Мое появление было подобно взрыву. Тяжелое давление моей магии выбило стекла в панорамных окнах. Вазы разлетелись вдребезги, а люстра над нашими головами жалобно звякнула.
Хэ Ин вскрикнула и подняла голову. Увидев мое лицо — лицо Теневого Монарха, не знающего пощады, — она мгновенно осеклась. Ее слезы высохли, сменившись первобытным ужасом.
– Джинву... ты... ты вернулся? – пролепетала она, пытаясь изобразить слабую улыбку сквозь всхлипы.
Я не ответил. Я шел к ней, и каждый мой шаг отдавался гулким эхом в мертвой тишине дома.
– Отец, остановись! – Сухо выхватил свой короткий меч, пытаясь заслонить мать. – Ты не видишь, в каком она состоянии? Уходи! Ты уже всё сказал!
Я даже не посмотрел на него. Взмахом руки я призвал тени, которые выросли прямо из пола и мгновенно спеленали моего сына.
– Пусти! – закричал Сухо, пытаясь вырваться, но силы были слишком неравны. – Мама!
Я подошел к Хэ Ин. Она забилась в угол дивана, ее лицо исказилось от страха. Я протянул руку и железной хваткой вцепился в ее горло, приподнимая ее над подушками.
– Ты... посмела... тронуть... его, – я выплевывал слова, словно раскаленные угли.
– Джинву... кха... отпусти... – она вцепилась в мои запястья, ее ногти царапали мою кожу, но я не чувствовал боли. – Я... я хотела спасти... нас... он... он демон... он совратил тебя...
– Спасти нас? – Я сдавил сильнее, чувствуя, как пульсирует жилка у нее на шее. – Ты наняла убийц. Ты приказала пытать двадцатилетнего парня, чья единственная вина в том, что я полюбил его. Ты, «Героиня Кореи», опустилась до уровня дешевой заказчицы убийств?
– Джинву, прекрати! Ты убьешь ее! – Сухо бился в руках теней, его глаза были полны слез и непонимания. – О чем ты говоришь? Каких убийц?
Я повернул голову к сыну, не отпуская Хэ Ин.
– Твоя мать, Сухо, заказала убийство Алекса Окумуры. Пока ты утешал ее, его пытались разорвать на части по ее приказу.
Сухо замер. Его меч выпал из рук, со звоном ударившись о паркет. Он посмотрел на мать — на ту, которую считал святой, — и в его взгляде что-то надломилось.
– Мама... это правда? – прошептал он.
Хэ Ин не ответила. Она хрипела, ее лицо начало синеть. В ее глазах больше не было любви или раскаяния — только голая, ядовитая ненависть к тому, кто лишил ее привычного комфорта и статуса.
– Послушай меня внимательно, Ча Хэ Ин, – я приблизил свое лицо к ее лицу, так что она могла видеть фиолетовое пламя, бушующее в моих зрачках. – Мы разведены. Прямо сейчас. Это не обсуждается.
Я разжал пальцы, и она рухнула на диван, жадно хватая ртом воздух.
– Но это еще не всё, – продолжил я, возвышаясь над ней. – Ты так дорожишь своим статусом Охотника S-ранга. Ты так гордишься своей силой и тем положением, которое она тебе дает. Ты думаешь, что раз ты сильная, то можешь распоряжаться чужими жизнями?
– Ты... ты не посмеешь... – прохрипела она, прижимая ладонь к шее. – Ассоциация... мир... они не простят тебе...
– Мир примет любую версию, которую я ему дам, – отрезал я. – А ты... ты больше никогда не сможешь призвать ни искры магии. Я не убью тебя. Смерть была бы слишком легким выходом для такой, как ты.
Я поднял руку, и в моей ладони сосредоточилась чистая энергия пустоты. Черная, холодная, абсолютная.
– Нет! Джинву, умоляю! – Она упала на колени, пытаясь схватить меня за ноги. – Я сделаю всё! Я исчезну! Только не силы!
– Поздно, – произнес я. – Ты тронула то, что принадлежит мне. Ты попыталась потушить мое золото. Теперь я потушу тебя.
Я коснулся ее лба. Хэ Ин закричала — это был звук, от которого закладывало уши. Черная энергия хлынула в ее тело, проникая в самые глубины ее магического ядра. Я чувствовал, как ее каналы магии разрушаются, как искра S-ранга, которой она так гордилась, бледнеет и рассыпается в прах.
Это была хирургическая точность Монарха. Я не убивал ее физически, но я стирал ее сущность как охотника. Через минуту всё было кончено.
Хэ Ин обмякла на полу. Ее волосы потускнели, кожа стала бледной и безжизненной. Она дышала, она была жива, но внутри нее теперь была пустота. Она стала обычным человеком, даже слабее большинства. Без своего ядра она превратилась в тень самой себя — в «овощ» в мире магии, неспособный даже на простейшее усиление.
Я развеял тени, удерживающие Сухо. Сын упал на колени рядом с матерью, его плечи мелко дрожали. Он не смотрел на меня.
– Забирай ее и уходи, Сухо, – сказал я, и мой голос был лишен каких-либо эмоций. – В этом доме вы больше не живете. Завтра здесь будут мои люди, они помогут с переездом в квартиру попроще. Твое обучение в Академии я продолжу оплачивать, ты — мой сын. Но она... она для меня больше не существует.
– Ты чудовище, – прошептал Сухо, не поднимая головы.
– Возможно, – согласился я. – Но чудовище, которое защищает тех, кого любит. В отличие от твоей матери, которая убивает из-за уязвленного самолюбия.
Я развернулся и вышел из дома. У ворот меня ждал Кайсел. Я вскочил на спину дракона и взмыл в ночное небо. Холодный ветер бил в лицо, унося с собой запах карамели и лжи.
Мне нужно было к Алексу. Сейчас, когда угроза была устранена, когда правда выплыла наружу, я чувствовал себя опустошенным, но свободным.
Когда я вошел в его лофт, Алекс сидел на диване, обложившись ноутбуками и какими-то чертежами. Увидев меня, он вскочил, его лицо мгновенно осветилось радостью, которая тут же сменилась тревогой.
– Джинву! Ты какой-то... бледный. Что случилось? Где ты был?
Я подошел к нему и просто уткнулся лицом в его плечо. От него пахло персиком и домом. Настоящим домом.
– Всё закончилось, Алекс, – прошептал я, обнимая его так крепко, словно боялся, что он исчезнет. – Она больше тебя не тронет. Никто больше тебя не тронет.
– Ты... ты узнал? – Алекс замер, его руки осторожно легли мне на спину. – Джинву, я не хотел, чтобы ты из-за меня...
– Тсс, – я прервал его, поднимая голову. – Не говори так. Ты — единственное, что имеет значение. Я развелся. Я лишил ее магии. Теперь мы одни.
Алекс смотрел на меня долгим, изучающим взглядом. В его голубых глазах отражалась вся сложность ситуации, но в конце концов в них осталось только одно — безграничное принятие.
– Ты сумасшедший, Монарх, – он слабо улыбнулся и притянул меня для поцелуя. – Но ты мой сумасшедший.
– Твой, – подтвердил я, углубляя поцелуй.
В эту ночь золото его пламени горело особенно ярко, согревая нас обоих. Мы лежали в темноте, переплетя пальцы, и я слушал его дыхание. Где-то там, в большом мире, рушились легенды, писались скандальные статьи и плакала женщина, потерявшая всё. Но здесь, в этом маленьком островке света, была только правда.
– Знаешь, – тихо сказал Алекс, когда я уже начал погружаться в сон. – У ассасинов в моей игре есть девиз: «Ничто не истинно, всё дозволено».
– И что это значит для нас? – спросил я, не открывая глаз.
– Это значит, что мы сами создаем свой мир, Джинву. И в нашем мире нет места маскам.
Я прижал его к себе крепче.
– Согласен. Только ты, я и наше золото.
Я заснул с улыбкой на губах. Впервые за пятнадцать лет мне не нужно было притворяться. Теневой Монарх наконец-то обрел покой, и этот покой имел вкус спелого персика и тепло золотого огня. Завтра будет новый день, полный трудностей и борьбы, но теперь я точно знал: за моей спиной не холодная тень идеальной жизни, а живое, бьющееся сердце человека, который любит меня настоящего. И ради этого стоило сжечь весь мир дотла.