← Назад к обзору

Свет монарха

Золото в оправе теней

– Решение окончательное и обжалованию не подлежит, – голос судьи, сухого мужчины в летах, эхом отразился от дубовых панелей закрытого зала заседаний.

Я сидел неподвижно, сложив руки на коленях. На мне был простой черный костюм, без знаков отличия, без пафоса. Рядом со мной за столом сидел мой адвокат, который за всё время процесса не произнес почти ни слова — в моем присутствии люди вообще предпочитали помалкивать. Напротив, через проход, сидела Хэ Ин.

Она выглядела... иначе. Без своей магической ауры, которая раньше окутывала её золотистым сиянием, она казалась хрупкой, почти прозрачной. Её фиолетовые глаза, когда-то полные жизни и огня, теперь смотрели в пустоту. Она не плакала. У неё просто не осталось сил на эмоции. Рядом с ней сидел Сухо, его лицо было бледным, а челюсти плотно сжаты. Он смотрел на меня с немым укором, который я принимал как должное.

– Имущественные споры урегулированы согласно поданному заявлению истца, – продолжал судья, поправляя очки. – Господин Сон Джинву добровольно передает права собственности на основную резиденцию, счета и активы госпоже Ча Хэ Ин. Опека над совершеннолетним сыном не требуется, однако финансовые обязательства по обучению Сон Сухо остаются за отцом.

Я коротко кивнул. Мне не нужны были эти деньги. Я мог создать состояние из ничего одним взмахом руки. Мне не нужен был тот дом, где каждый угол напоминал о годах притворства.

– Заседание объявляю закрытым, – судья ударил молотком, и этот звук стал финальной точкой в истории «золотой пары» Кореи.

Я поднялся первым. Адвокат Хэ Ин что-то зашептал ей на ухо, но она не шелохнулась. Когда я уже подходил к дверям, я услышал голос сына.

– Это всё, чего ты хотел? – Сухо догнал меня в коридоре. – Просто уйти, оставив за спиной руины?

Я остановился и повернулся к нему. Он был почти моего роста, сильный, перспективный. Моя гордость и моя самая большая боль.

– Я оставил вам всё, что имел в материальном мире, Сухо, – ответил я спокойно. – Я не разрушал руины, я просто перестал поддерживать иллюзию того, что здание еще стоит. Оно рухнуло давно, сынок. Еще до того, как ты начал это замечать.

– Она теперь никто, – прошипел он, подходя ближе. – Ты лишил её магии. Ты понимаешь, что это для охотника S-ранга? Это хуже смерти.

– Для охотника, который заказывает убийства из ревности, это справедливая плата, – я посмотрел ему прямо в глаза. – Будь благодарен, что я не заставил её отвечать перед законом. Там бы ей не помогли никакие адвокаты.

Сухо отвел взгляд. Он знал правду, и эта правда жгла его изнутри. Он любил мать, но не мог оправдать её поступков.

– Береги её, – сказал я, кладя руку ему на плечо. – Тебе теперь придется быть главой семьи. Если тебе что-то понадобится... действительно понадобится... ты знаешь, как меня найти.

Я не стал ждать ответа. Тени вокруг меня сгустились, и через мгновение я уже стоял на крыше здания суда, вдыхая прохладный воздух Сеула. Город жил своей жизнью, не подозревая, что Теневой Монарх официально стал холостяком.

Я переехал к Алексу неделю назад. Его лофт стал моим убежищем. Там не было антиквариата, не было шелковых обоев и прислуги. Там были игровые приставки, запах персикового табака и разбросанные чертежи новых клинков. Там была жизнь.

Сейчас Алекса не было дома. Он ушел на зачистку врат ранга А три часа назад. Я предложил пойти с ним, но он лишь рассмеялся, надевая свою кожаную куртку.

– Эй, Монарх, если ты будешь ходить со мной на каждое задание, я растеряю всю квалификацию, – он дерзко подмигнул мне, поправляя черную сережку. – К тому же, это отличный способ выпустить пар после той заварушки с наемниками. Мое золотое пламя требует пищи.

– Будь осторожен, – сказал я тогда, притягивая его за пояс к себе. – Я не хочу снова латать тебя с помощью Бера.

– Не дождешься, – он впился в мои губы быстрым, горячим поцелуем. – Приготовь ужин. Я вернусь голодным как волк.

И вот я здесь. В его квартире, которая теперь стала нашей. Я снял пиджак и бросил его на диван. В холодильнике было пустовато — Алекс предпочитал еду на вынос или простые перекусы. Я решил, что сегодня стоит заказать что-то особенное.

Я подошел к окну. Вид на ночной город успокаивал. Мои тени, невидимые для обычных людей, патрулировали периметр здания. Я чувствовал присутствие Игритта где-то неподалеку от врат, в которые ушел Алекс. Я приказал ему не вмешиваться, если только жизни парня не будет угрожать реальная опасность.

Внезапно мой телефон завибрировал. Сообщение от Ассоциации. «Врата ранга А в районе Каннам зачищены. Потерь нет. Лидер группы: Алекс Окумура».

Я почувствовал, как напряжение в плечах исчезает. Он в порядке.

Через сорок минут послышался рев мотоцикла внизу, а затем — звук открывающегося электронного замка. Алекс вошел в квартиру, прихрамывая на правую ногу, но с широкой, победной улыбкой на лице. Его пшеничные волосы были растрепаны и припорошены пылью подземелья, на щеке красовалась свежая царапина, а от одежды пахло гарью и озоном.

– Я дома! – выкрикнул он, бросая шлем на пол. – Монарх, скажи мне, что ты заказал пиццу, иначе я съем этот диван.

Я подошел к нему, забирая из рук тяжелый рюкзак со снаряжением.

– Я заказал стейки из того ресторана, который тебе нравится, – я провел ладонью по его щеке, стирая пыль. – И бутылку вина. Как всё прошло?

– Скучно, – Алекс поморщился, снимая куртку. – Босс подземелья оказался слишком медленным для моего пламени. Я даже не вспотел... ну, почти. Только ногу подвернул, когда прыгал с колонны.

Я прищурился, глядя на его лодыжку.

– Дай посмотрю.

– Ой, только не начинай, – он попытался увернуться, но я подхватил его под локоть и усадил на кухонный остров.

Я опустился на одно колено и осторожно снял его ботинок. Лодыжка действительно припухла. Мои пальцы засветились мягким фиолетовым светом, когда я начал вливать манию, снимая отек.

– Ты сегодня необычно заботлив, – тихо сказал Алекс. – Как прошел суд?

Я замер на мгновение, затем продолжил массаж.

– Всё кончено. Мы официально разведены. Я отдал ей всё имущество.

Алекс молчал. Я поднял голову и увидел, что он внимательно смотрит на меня. В его голубых глазах не было торжества, только глубокое понимание.

– И как ты? – спросил он, протягивая руку и взъерошивая мои черные волосы. – Не жалеешь? Пятнадцать лет — это большой кусок жизни, Джинву.

– Я жалею только о том, что не сделал этого раньше, – ответил я честно. – Я чувствую себя так, словно с меня сняли доспехи, которые вросли в кожу. Больно, но теперь я могу дышать.

Алекс спрыгнул с острова, пробуя ногу на пол.

– Отлично. Мастер Теневой Монарх — лучший физиотерапевт в мире.

Он подошел к окну, глядя на город, затем обернулся ко мне.

– Знаешь, теперь, когда ты официально свободен, нам придется столкнуться с прессой. Завтра твой развод будет на каждой полосе. И они начнут копать. Они найдут меня, Джинву.

– Пусть ищут, – я подошел к нему со спины и обнял, прижимаясь грудью к его лопаткам. – Я больше не собираюсь прятаться. Если мир хочет знать, кто стал моим лучиком света, я им покажу.

Алекс развернулся в моих объятиях, закидывая руки мне на шею.

– Ты понимаешь, что это разрушит твой имидж «святого героя»? Тебя будут обвинять, называть предателем.

– Я убил дракона Камиша и остановил армию Монархов. Ты думаешь, меня волнуют заголовки в желтой прессе? – я усмехнулся, глядя в его сияющие глаза. – Пусть говорят. Главное, что здесь, в этой квартире, всё по-настоящему.

– По-настоящему, – эхом отозвался он.

Он потянулся к моему уху и легонько прикусил мочку, заставляя меня вздрогнуть.

– Кстати, о «по-настоящему». Я сегодня в подземелье нашел один артефакт. Говорят, он усиливает чувствительность магических каналов... Хочешь проверить?

Я рассмеялся, чувствуя, как внутри разливается тепло. Этот парень никогда не перестанет меня удивлять.

– Ты неисправим, Окумура. Тебе только что лечили ногу.

– Нога в порядке, а вот другие части тела требуют внимания, – он дерзко улыбнулся и потянул меня за собой в сторону спальни.

В этот вечер мы не открыли вино. Стейки остыли в коробках, оставленные на кухонном столе. В спальне, залитой лунным светом, не было места теням и призракам прошлого. Было только золото его кожи, жар его дыхания и ритмичный стук двух сердец.

Когда мы лежали, переплетясь телами, и Алекс уже почти заснул, положив голову мне на грудь, я смотрел в потолок и думал о том, как странно устроена жизнь. Я был богом, который мог управлять смертью, но я был бессилен перед простым человеческим желанием быть любимым.

– Джинву... – пробормотал он, засыпая.

– Да?

– Спасибо, что выбрал меня.

Я поцеловал его в макушку, вдыхая запах персика, который теперь навсегда стал моим личным ароматом счастья.

– Спасибо, что ты есть, Алекс.

На следующее утро Сеул действительно взорвался. Сон Джинву, Теневой Монарх, развелся с Ча Хэ Ин. Фотографии Хэ Ин, выходящей из суда — бледной и осунувшейся, — облетели все каналы. Журналисты дежурили у нашего старого дома, у здания Ассоциации, у Академии Сухо.

Я сидел на балконе нашего лофта, потягивая кофе и лениво пролистывая новости на планшете. Алекс спал внутри, разметавшись по всей кровати.

– Господин Сон, – раздался голос из тени.

Бер материализовался рядом со мной, выглядя необычно серьезным.

– Репортеры обнаружили адрес этого здания. Они будут здесь через десять минут.

– Пусть приходят, – ответил я, не отрывая взгляда от экрана. – Игритт, Бер, обеспечьте порядок. Никто не должен войти внутрь, но и вреда им не причиняйте. Я сам выйду к ним.

– Вы уверены, Мой Король? – Бер склонил голову. – Ваша репутация...

– Моя репутация — это то, что я сам о себе думаю, Бер. Остальное — шум.

Через пятнадцать минут под окнами лофта собралась толпа. Машины с логотипами телеканалов, вспышки камер, выкрики. Я чувствовал их любопытство, их жажду скандала.

Я зашел в комнату. Алекс уже проснулся и сидел на кровати, потирая глаза.

– Там внизу цирк, да? – спросил он, глядя на меня.

– Самое время для представления, – я протянул ему руку. – Ты со мной?

Алекс посмотрел на мою ладонь, затем на меня. В его глазах не было страха. Только тот самый азарт, который я полюбил в нашу первую встречу.

– Всегда, Монарх.

Он быстро оделся — черные джинсы, белая майка, открывающая татуировку ассасина, и неизменная кожаная куртка. Я остался в простой футболке. Мы вышли на балкон вместе.

Внизу наступила тишина. Сотни камер нацелились на нас. Я чувствовал, как воздух вокруг электризуется.

Я не стал ничего говорить. Я просто обнял Алекса за плечи и притянул к себе. Он не отстранился. Напротив, он дерзко улыбнулся в объективы, и на его руке на мгновение вспыхнуло золотое пламя, играя на солнце.

Это было лучше любого заявления. Теневой Монарх и его пламя. Новая реальность, которую миру придется принять.

Мы стояли так несколько минут, глядя на суету внизу. Я чувствовал тепло тела Алекса, его спокойствие и уверенность.

– Ну что, теперь мы официально «самая скандальная пара года»? – шепнул он мне, не меняя позы.

– Думаю, десятилетия, – ответил я, усмехнувшись.

– Неплохо для парня, который просто любит видеоигры.

Мы зашли обратно в квартиру, закрыв панорамные окна и отсекая шум толпы. Внутри воцарилась тишина.

– Что теперь? – спросил Алекс, усаживаясь на диван и включая приставку.

Я сел рядом с ним, чувствуя, как внутри меня наконец-то наступил абсолютный штиль.

– Теперь мы будем жить, Алекс. По-настоящему.

Я взял второй джойстик. На экране загружалась его любимая игра про ассасинов. Мои тени за окном надежно охраняли наш мир от внешнего хаоса.

Пятнадцать лет я строил идеальный мир для других. Теперь я начинал строить его для себя. И в этом мире не было места фиолетовым глазам и запаху карамели. В нем было только золото пламени, запах персикового табака и свобода быть тем, кто я есть на самом деле.

Теневой Монарх нашел свою пару. И эта пара была идеально неидеальной.

– Эй, Джинву, – Алекс толкнул меня плечом, когда игра началась. – Чур, я за главного героя. А ты прикрывай меня из тени.

– Как и всегда, Алекс, – ответил я, нажимая кнопку «Старт». – Как и всегда.