← Назад к обзору

Связь

Полночный резонанс и аромат запретной свободы

Ночь в академии Юэй всегда была особенной. Когда гасли огни в общих гостиных, а строгий староста Иида Тенья совершал свой последний обход, здание общежития погружалось в густую, почти осязаемую тишину. Но для Хомики Ураками эта тишина была иллюзией. Даже сейчас, лежа в своей кровати под мягким одеялом, она слышала далекое, мерное сопение Бакуго, чей ментальный фон даже во сне напоминал тлеющий фитиль, и беспокойные, обрывистые сны Мидории, полные формул и тренировочных боев.

Внезапно в её сознании вспыхнула искра. Это не был шум опасности — резкий и колючий. Это был мягкий, знакомый импульс, похожий на щелчок выключателя.

– Хомика-тян, ты спишь? – Голос Денки Каминари прозвучал прямо у неё в голове. Он не обладал телепатией, но за последние недели Хомика научилась настраиваться на его волну так тонко, что ловила его направленные мысли, стоит ему лишь сосредоточиться на её имени.

Хомика приподнялась на локтях, её темные волосы рассыпались по подушке. Она не стала надевать наушники. В темноте комнаты её глаза, глубокие, как бездна, блеснули озорством.

– Теперь уже нет, Денки-кун, – прошептала она, зная, что он почувствует её ответный ментальный отклик. – Что-то случилось?

– Мне скучно. И я умираю от голода. А еще я вспомнил, что в круглосуточном магазине за воротами Юэй сегодня завезли лимитированную серию мороженого «Галактический взрыв» с шипучкой. Помнишь, ты говорила, что хочешь попробовать?

Хомика замерла. Нарушение комендантского часа было серьезным проступком. Если их поймает Айзава-сенсей, им не поздоровится. Но мысль о том, чтобы сбежать из этой «крепости» посреди ночи вместе с Денки, отозвалась в её сердце сладким трепетом.

– Но нас поймают, – передала она, уже потянувшись за своей толстовкой.

– Не поймают, если с нами будет лучший «радар» академии и парень, который может временно вырубить камеру наблюдения коротким импульсом. Ну же, Хомика! Немного хулиганства нам не повредит.

Через десять минут Хомика, одетая в темные спортивные штаны и объемное худи, осторожно приоткрыла дверь своей комнаты. Коридор был пуст. Она закрыла глаза, расширяя радиус своей причуды. Пусто. Только сонный гул из комнат.

Она скользнула к лестнице, стараясь не наступать на скрипучие половицы. У черного входа её уже ждал Каминари. Он выглядел как заговорщик из шпионского кино: натянул капюшон, а в руках сжимал два фонарика.

– Готова к великому побегу? – шепнул он, когда она подошла вплотную.

– Только если ты обещаешь не превращаться в «вай-вай» посреди улицы, – так же тихо ответила она, невольно улыбаясь.

– Клянусь своей зарядкой! – Он подмигнул ей и осторожно приоткрыл дверь.

Ночной воздух Юэй был прохладным и пах свежескошенной травой. Они двигались тенями, огибая освещенные участки. Хомика шла впереди, её пальцы то и дело касались висков — она сканировала периметр.

– Стой, – внезапно прошептала она, хватая Денки за рукав.

Они вжались в стену за густыми кустами. Через секунду мимо них проплыл автоматический дрон-охранник, его красный лазерный луч лениво скользил по асфальту.

– Сейчас он повернет за угол, – передала Хомика. – У тебя будет три секунды, чтобы воздействовать на датчик у ворот.

– Понял, – Денки сосредоточился. По его пальцам пробежали едва заметные синие искорки.

Как только дрон скрылся, они рванули к забору. Каминари приложил ладонь к электронной панели управления калиткой. Легкий треск — и индикатор сменил цвет с красного на зеленый.

– Взлом системы по-электрически! – гордо заявил он, пропуская Хомику вперед.

Оказавшись за воротами, они почувствовали себя так, словно вышли в открытый космос. Ночной город за пределами академии жил своей жизнью. Далекий гул машин, неоновые вывески и отсутствие строгого надзора учителей пьянили.

– Мы это сделали! – Каминари схватил её за руку и потянул за собой в сторону ярких огней комбини.

Магазинчик был почти пуст. Сонный продавец за кассой даже не поднял глаз, когда двое подростков ввалились внутрь. Хомика сразу направилась к холодильнику.

– Вот оно! – Она вытащила две яркие упаковки с изображением взрывающихся звезд. – Денки-кун, смотри, тут написано, что оно меняет вкус каждые тридцать секунд.

– Звучит как вызов для моих вкусовых рецепторов, – он расплатился, и они вышли на улицу, усаживаясь на невысокий парапет под фонарем.

Тишина ночи была нарушена лишь шорохом оберток. Первое прикосновение холодного лакомства к языку вызвало настоящий фейерверк.

– Ого! – Каминари зажмурился. – Сначала кислый лимон, а теперь... это что, перец чили?

– У меня клубника, – Хомика рассмеялась, глядя на его забавную гримасу. – Ой, нет, теперь мята. Это действительно странно.

Они сидели рядом, болтая ногами и наслаждаясь моментом. В этот миг Хомика чувствовала себя абсолютно счастливой. Здесь, в свете дешевого уличного фонаря, не было злодеев, не было ожиданий общества, не было «бесполезной причуды». Был только вкус мороженого и тепло парня, сидящего рядом.

– Знаешь, Хомика-тян, – Денки вдруг посерьезнел. Он смотрел на свои руки, по которым всё еще пробегали остаточные искры. – Я часто думаю о том, что если бы не Юэй, мы бы никогда не встретились. Ты ведь из другого района, верно?

– Да. И если бы я провалилась в четвертый раз... я бы, наверное, просто пошла в обычную школу. И никогда бы не узнала, что мысли могут быть такими теплыми.

Она повернулась к нему. В её глазах отражался свет фонаря, делая их похожими на два глубоких озера.

– Твои мысли, Денки... они спасли меня в первый день. Я так боялась этого шума. А ты просто пришел и... заземлил меня.

Каминари замер, глядя на неё. Его обычная веселость на мгновение отступила, обнажая нечто более глубокое и искреннее.

– Я просто не мог пройти мимо такой милой девчонки, которая выглядела так, будто сейчас упадет в обморок от громкости собственных мыслей.

Он осторожно потянулся к ней и убрал прядь темных волос, упавшую ей на лицо. Его пальцы задержались на её щеке. Хомика почувствовала легкое покалывание — не от причуды, а от того самого чувства, которое заставляло её сердце замирать.

– Ты очень особенная, Хомика. И я не про причуду. А про то, как ты смотришь на мир. Как ты любишь этих своих котиков... и как ты терпишь мои глупые шутки.

– Они не глупые, – шепнула она, подаваясь вперед. – Они... искристые.

В этот момент в голове Хомики раздался тихий, но отчетливый сигнал. Шум опасности. Но он не был направлен на них — это был звук приближающегося патруля.

– Денки-кун, патрульные герои на соседней улице! – Она вскочила, хватая его за руку. – Если нас увидят здесь в два часа ночи, нам конец!

– Ой-ой! Быстрее, доедай «галактику»!

Они сорвались с места, смеясь и давясь остатками мороженого. Обратный путь казался еще более захватывающим. Им пришлось перелезать через забор в тени старого дуба, потому что у главных ворот внезапно остановилась машина охраны.

– Подсади меня! – прошептала Хомика.

Денки подставил ладони, и она легко взлетела на верхнюю перекладину, а затем спрыгнула в мягкую траву с другой стороны. Каминари последовал за ней, приземлившись чуть менее изящно и едва не задев куст роз.

– Мои штаны! – театрально прошептал он, осматривая зацепку. – Это была жертва во имя любви и мороженого.

Они прокрались обратно в общежитие, используя тот же путь. Когда они остановились у лестницы, разделяющей мужское и женское крыло, адреналин всё еще бурлил в их жилах.

– Ну что, миссия выполнена? – Каминари выглядел растрепанным, но невообразимо довольным.

– Выполнена, – кивнула Хомика. Она подошла к нему и, быстро приподнявшись на цыпочки, коснулась губами его щеки. – Спасибо за «взрыв», Денки. Это было лучшее свидание, которого у нас официально не было.

Каминари застыл, его лицо в темноте приобрело оттенок спелого помидора.

– Я... э-э... всегда пожалуйста! Обращайся! Я могу взломать любой холодильник ради тебя!

Хомика хихикнула и начала подниматься по лестнице. Она уже почти скрылась из виду, когда снова «услышала» его.

«Вау. Она меня поцеловала. Кажется, я сейчас перегорю... Блин, я самый счастливый идиот в Юэй».

Она улыбнулась, заходя в свою комнату и аккуратно закрывая дверь на замок. Сбросив кроссовки, она упала на кровать, даже не снимая худи. В воздухе всё еще витал слабый запах озона и клубничной шипучки.

Хомика закрыла глаза. Гул общежития теперь не казался ей утомительным. Это была музыка жизни, в которой она наконец-то нашла свою партию. И где-то этажом ниже один «электрический мальчик» наверняка сейчас лежал, глядя в потолок и думая о галактиках, мороженом и темноволосой девушке, которая умеет слышать тишину его сердца.

Завтра их ждала тяжелая тренировка, ворчание Айзавы-сенсея и, возможно, выговор за сонный вид на первом уроке. Но это будет завтра. А сегодня у них была их маленькая победа, их общее хулиганство и вкус свободы, который оказался намного слаще любого лимитированного десерта.

Хомика заснула с улыбкой на губах, и в её снах не было шума — только тихие, ласковые искры золотистого цвета.