← Назад к обзору

Сын

Гроза в тишине и шепот костяного дракона

– Юкио Сон, если ты сейчас же не выйдешь из этой комнаты, я попрошу твоего отца использовать «Власть Монарха», чтобы вытащить тебя за шкирку! – Голос Чха Хаин, обычно мелодичный и спокойный, сейчас вибрировал от той самой опасной нотки, которая заставляла даже Игритта лишний раз не попадаться ей на глаза.

Юкио, растянувшийся на кровати в одних джинсах, только сильнее натянул подушку на голову. Его ярко-голубые глаза, обычно пылающие дерзостью, сейчас были затуманены тяжелым недосыпом и легким раздражением.

– Мам, имей совесть, – пробурчал он в подушку. – Сейчас шесть утра субботы. Даже тени еще спят. Кай вон вообще в спячку впал под кроватью.

– Кай – это твой личный легионер, а не будильник, – Хаин вошла в комнату, и Юкио почувствовал, как температура в помещении упала на пару градусов. – Внизу бабушка Кён Хе уже составила план тренировок для тебя и Сухо. Она считает, что вы оба размякли. И не заставляй меня повторять дважды.

Юкио тяжело вздохнул и сел, отбрасывая подушку. Его растрепанные черные волосы торчали в разные стороны, а массивная татуировка на плече в утреннем свете казалась почти живой, словно узоры медленно перетекали под кожей.

– Сухо-то за что? – спросил он, потирая лицо. – Он же у нас «золотой мальчик», гордость Академии. Он вчера до полуночи полировал свои мечи и повторял теорию маны.

– Именно поэтому, – Хаин подошла к окну и резко раздвинула шторы, заливая комнату беспощадным солнечным светом. – Бабушка говорит, что Сухо слишком полагается на технику, а ты – на инстинкты. Она хочет, чтобы вы поменялись ролями в спарринге.

Юкио замер, и на его лице медленно расплылась хищная, предвкушающая улыбка. Спарринг с братом? Да еще и когда Сухо запретят использовать его выверенные до миллиметра приемы?

– Ну, если так... – Юкио соскочил с кровати, демонстрируя рельефную мускулатуру пресса, покрытую легкой испариной – следствие ночных кошмаров, которые всегда преследовали его после выбросов силы. – Передай бабуле, что я буду внизу через пять минут.

***

Тренировочный зал в подвале особняка был спроектирован самим Сон Джин Ву. Стены, укрепленные магией пространства и усиленные материалами из врат S-ранга, могли выдержать удар, способный стереть с лица земли небольшой квартал.

Когда Юкио вошел, Сухо уже был там. Старший брат выглядел безупречно даже в простой тренировочной форме: прямая спина, сосредоточенный взгляд, аура спокойствия, которая всегда немного бесила Юкио.

– Готов проиграть, братишка? – Юкио небрежно наматывал бинты на кулаки, проходя мимо Сухо.

– Проигрыш – это статистическая погрешность, к которой я не склонен, Юки, – спокойно ответил Сухо, даже не повернув головы. – Тебе стоит меньше думать о своих татуировках и больше о защите. Твой левый бок вчера был открыт во время тренировки с тенями.

– Ах ты, следил за мной? – Юкио усмехнулся. – Лучше следи за своими ногами.

– Довольно разговоров! – Голос бабушки Кён Хе разнесся по залу, отражаясь от стен. Она стояла на наблюдательном мостике вместе с Сон Джин Ву. Дед Иль Хван сидел рядом, молча попивая чай, но его глаза-бусинки не упускали ни одного движения внуков.

– Правила просты, – продолжила Кён Хе. – Сухо, ты дерешься как уличный боец. Никакой системности, никаких учебников. Юкио, ты используешь дисциплину. Если я увижу хотя бы один хаотичный замах – 200 кругов по периметру сада под присмотром Берилла.

Юкио поморщился. Берилл был тем еще занудой, когда дело касалось наказаний.

– Начали! – скомандовал Джин Ву.

Сухо первым сорвался с места. Его движения были непривычно рваными. Он не нападал прямо, а пытался запутать Юкио, используя ложные выпады. Юкио же, вопреки своей натуре, застыл в классической стойке, которую отец вбивал в него на редких личных тренировках.

– Слишком медленно, «идеал», – выдохнул Юкио, блокируя удар Сухо предплечьем.

Удар был тяжелым. Юкио почувствовал, как кости заныли от столкновения. Сухо, несмотря на свою правильность, обладал чудовищной физической силой.

– Ты слишком много говоришь, – Сухо резко сократил дистанцию и попытался провести захват.

Юкио уклонился, его голубые глаза вспыхнули ярким светом. Сила внутри него забурлила, просясь наружу. Тени под его ногами начали удлиняться, превращаясь в острые шипы, но он вовремя пресек это. Дисциплина.

Они обменивались ударами еще несколько минут. Юкио чувствовал, как пот заливает глаза, как мышцы горят от напряжения. Сухо был великолепен в своей новой, «грязной» манере боя. Он использовал локти, колени, даже пытался подсечь Юкио в момент прыжка.

– Ну всё, хватит формальностей, – прорычал Юкио, когда Сухо едва не задел его скулу кулаком.

Он резко отпрыгнул назад, и его мана взорвалась холодным, мертвенным пламенем.

– Кай! – рявкнул он.

Из тени Юкио мгновенно вырос огромный скелет в истлевших доспехах. Он не напал на Сухо, но создал вокруг Юкио непроницаемый щит из костей.

– Юкио, дисциплина! – крикнула бабушка, но парень её уже не слышал.

Он чувствовал зов Ант-араса — того самого костяного дракона, чья душа была связана с его собственной. В зале стало невыносимо тесно. Стены задрожали, магические ограничители жалобно заскрипели.

– Юки, остановись, – Сухо замер, его аура вспыхнула золотом, пытаясь уравновесить тьму брата. – Ты снова теряешь контроль.

– Я... я в порядке! – Юкио сжал зубы так, что послышался хруст.

За его спиной начал формироваться призрачный силуэт огромных крыльев. Огромная черепная коробка дракона проступила сквозь реальность, открывая пасть, полную синего пламени.

– Достаточно, – негромкий голос Джин Ву прозвучал прямо над ухом Юкио, хотя отец всё еще стоял на мостике.

В ту же секунду всё исчезло. Дракон растворился, Кай втянулся обратно в тень, а Юкио рухнул на колени, тяжело дыша. На его шее вздулись вены, а татуировка пульсировала черным светом.

– Ты опять пытался использовать силу дракона для подавления личного разочарования, – Джин Ву оказался рядом с сыном в мгновение ока. Он положил руку на плечо Юкио, и холодная, бесконечная мощь Монарха мгновенно успокоила бушующую ману парня.

– Он... он просто слишком правильный, пап, – прохрипел Юкио, вытирая пот с лица. – Это бесит.

Сухо подошел и протянул брату руку. На его лице не было триумфа, только глубокое, почти отеческое беспокойство.

– Ты силен, Юки. Возможно, сильнее меня. Но твоя сила – это хаос. Если ты не научишься подчинять её себе, она подчинит тебя.

Юкио принял руку и поднялся. Он посмотрел на брата, на отца, на бабушку, которая теперь смотрела на него не с гневом, а с печалью.

– Я знаю, – тихо сказал он. – Просто иногда кажется, что внутри меня живет кто-то другой. И он очень хочет выйти.

***

После тренировки Юкио сидел на заднем дворе, прислонившись спиной к прохладному камню фонтана. В пальцах он вертел незажженную сигарету – дурная привычка, которую он приобрел, чтобы хоть как-то заземляться. Курение помогало сосредоточиться на физическом ощущении дыма, а не на шепоте мертвецов в голове.

– Опять эта гадость? – Лия материализовалась рядом так тихо, что даже его обостренные чувства охотника сработали с опозданием.

Она была в легком летнем сарафане, её каштановые волосы были распущены, а в зеленых глазах плясали солнечные зайчики.

– Это помогает не вызывать драконов в жилых кварталах, – Юкио убрал сигарету за ухо и улыбнулся ей. – Привет. Как ты зашла? Тетя Джин Хи тебя не допросила?

– Твой дедушка Иль Хван провел меня через черный ход, – Лия села рядом, прижавшись плечом к его плечу. – Он сказал, что тебе сейчас нужно «что-то живое, а не костяное».

Юкио рассмеялся, обнимая её за талию. От Лии пахло ванилью и свежестью – идеальный контраст его запаху пепла и магии смерти.

– Он прав. Я сегодня чуть не разнес зал. Сухо в порядке, но я видел, как у него дрожали руки. Я пугаю его, Лия. Своего собственного брата.

– Ты пугаешь его, потому что он любит тебя и боится потерять, – Лия взяла его ладонь в свои и начала медленно поглаживать татуировку на его запястье. – Сухо – это щит, Юки. А ты – это меч. Меч всегда опаснее, но без него щит бесполезен.

Юкио прикрыл глаза, наслаждаясь моментом тишины. Но тишина в семье Сон никогда не длилась долго.

– Дети! – Голос бабушки Кён Хе донесся с террасы. – Обед готов! Юкио, если ты приведешь Лию к столу с этой палочкой за ухом, я заставлю тебя съесть её вместо десерта!

Юкио вздрогнул и поспешно выкинул сигарету в кусты.

– Она видит сквозь стены, я клянусь, – прошептал он Лие.

– Она просто бабушка, Юки, – Лия хихикнула и потянула его к дому. – Идем. Я слышала, твоя мама приготовила тот самый суп.

Обед прошел в на удивление мирной обстановке. Сухо обсуждал с отцом какие-то технические детали последних врат, бабушка Кён Хе давала Лие советы по уходу за магическим оружием, а дед Иль Хван просто довольно кивал, подкладывая всем добавки.

Юкио сидел молча, наблюдая за ними. Он чувствовал, как напряжение внутри него медленно отступает. Здесь, за этим столом, он не был Теневым Наследником или опасным бунтарем. Он был младшим сыном, братом, внуком.

– Юкио, – негромко позвал его Джин Ву, когда все начали расходиться.

Отец и сын остались вдвоем на террасе.

– Да, пап?

– На следующей неделе я отправляюсь в Инчхон. Там открылись врата, которые Ассоциация классифицирует как «нестабильный А-ранг». Я хочу, чтобы ты пошел со мной.

Юкио замер. Отец редко брал его на рейды, предпочитая тренировать в контролируемой среде.

– Ты серьезно? А как же школа? Мама меня убьет.

– С мамой я договорюсь, – Джин Ву посмотрел на горизонт. – Тебе нужно увидеть настоящий бой. Не спарринг с братом, а схватку, где на кону стоят жизни. Твой дракон... он требует крови монстров, а не твоих нервов. Если мы не дадим ему волю там, он заберет её здесь.

Юкио почувствовал, как по спине пробежал холодок, но это был не страх. Это был азарт. Тот самый огонь, который горел в глазах его отца, когда тот еще был обычным охотником.

– Я буду готов, – твердо сказал Юкио.

– Знаю, – Джин Ву положил руку ему на шею, на то самое место, где под кожей пульсировала мана. – И еще... Юкио.

– Что?

– Пластырь на шее. Лия вчера перестаралась, или ты правда порезался, когда брился?

Юкио вспыхнул так сильно, что, казалось, его волосы сейчас загорятся. Он бросился в дом под тихий, редкий смех отца, бормоча что-то про «невыносимую семью».

***

Вечером Юкио стоял перед зеркалом в своей комнате. Он снял футболку, рассматривая татуировку. Она казалась спокойной. Он провел пальцами по шрамам на спине – следам прошлых тренировок и ошибок.

В дверь тихо постучали. Это был Сухо. Он вошел, держа в руках небольшую коробочку.

– Это тебе, – Сухо протянул её брату. – Я заказал это у мастеров Ассоциации.

Юкио открыл коробку. Внутри лежал тонкий черный браслет из магической стали, инкрустированный мелкими синими кристаллами.

– Это ограничитель? – Юкио нахмурился.

– Нет, – Сухо покачал головой. – Это стабилизатор. Он не подавляет твою силу, он помогает тебе чувствовать её границы. Когда мана начнет зашкаливать, он станет холодным. Это даст тебе секунду, чтобы прийти в себя.

Юкио надел браслет на левое запястье. Металл был приятно прохладным.

– Спасибо, Сухо. И... извини за сегодня. Я не хотел тебя пугать.

Сухо улыбнулся – редкой, искренней улыбкой, которая делала его похожим на мать.

– Ты меня не пугаешь, Юки. Ты меня мотивируешь. Если я не буду становиться сильнее, кто будет вытаскивать тебя из неприятностей, когда ты решишь оседлать очередного дракона?

Братья переглянулись, и в этот момент между ними восстановилась та невидимая связь, которую не могли разрушить ни амбиции, ни разная природа их сил.

– Спокойной ночи, «идеал», – бросил Юкио, заваливаясь на кровать.

– Спокойной ночи, «катастрофа», – отозвался Сухо, закрывая дверь.

Юкио смотрел в потолок, слушая, как дом погружается в сон. Где-то в глубине его подсознания костяной дракон сложил крылья и затих. Впереди был Инчхон, впереди были новые битвы и новые тайны. Но сейчас, под защитой этого дома и этой семьи, Сон Юкио мог просто закрыть глаза и уснуть.

Он знал, что он – тень своего отца. Но он также знал, что даже самая густая тень нуждается в свете, чтобы существовать. И этого света в его жизни было более чем достаточно.

За окном Сеул сиял миллионами огней, и где-то там, в своей квартире, Лия наверняка смотрела на те же звезды. Юкио улыбнулся своим мыслям, чувствуя, как браслет на запястье дарит ему долгожданный покой.

Теневой Монарх мог спать спокойно – его наследие было в надежных, хоть и немного буйных руках.