← Назад к обзору

Сын

Девятая тень в зеркале пустоты

– Божество, ну конечно... – Юкио тяжело вздохнул, и этот звук отозвался в тишине комнаты девятикратным шорохом. – Сначала я был просто охотником, потом стал «котиком» из-за проклятого артефакта, а теперь я — девятихвостая демоническая лисица. Жизнь, ты издеваешься?

Он стоял перед ростовым зеркалом в своей спальне, запершись на все замки. Окна были плотно зашторены, а по периметру комнаты Юкио инстинктивно выставил барьер из своей новой, потяжелевшей маны. После того случая в подземелье его тело окончательно решило, что человеческого облика ему недостаточно.

Сейчас на нем было свободное шелковое кимоно глубокого черного цвета, которое он нашел в старых запасах отца — подарок от какой-то японской делегации, который Джинву никогда не носил. Ткань едва прикрывала широкие плечи и рельефную грудь, на которой теперь отчетливо виднелись багровые узоры, переплетающиеся с его старой татуировкой.

Но главным изменением были не узоры. Его черные волосы, обычно короткие и растрепанные, теперь струились по спине, доходя почти до поясницы. На макушке чутко подергивались треугольные лисьи уши, покрытые густым черным мехом. А за спиной... за спиной лениво и величественно колыхались девять массивных хвостов. Они не были призрачными, как в момент боя. Сейчас они ощущались абсолютно реальными, тяжелыми и теплыми.

Юкио протянул руку и коснулся одного из хвостов. Мех был мягче самого дорогого шелка, но внутри чувствовалась стальная мощь, способная крушить адамант.

– Простонал бы я от восторга, если бы не знал, что завтра мне нужно идти в Ассоциацию, – пробормотал он, глядя на свое отражение. – Как я это объясню? «Извините, у меня аллергия на обычную жизнь, поэтому я отрастил хвосты»?

Он попытался втянуть их усилием воли. Хвосты дернулись, один из них задел напольную вазу, и та с глухим звоном разлетелась на куски. Юкио зашипел от досады, и его зрачки мгновенно сузились в вертикальные щели.

– Спокойно, Юки, спокойно... Дыши ровно. Ты — венец творения, ты — младший брат великого Сухо, ты... ты выглядишь как божество из древних свитков, и это начинает меня пугать.

В дверь коротко и властно постучали. Юкио вздрогнул, и все девять хвостов мгновенно встали дыбом, превращая его в подобие огромного черного шара.

– Юки, открой. Я знаю, что ты не спишь.

Голос отца был спокойным, но в нем чувствовалась та сталь, которой невозможно было противостоять. Сон Джинву чувствовал ману сына сквозь любые преграды.

Юкио вздохнул, щелкнул пальцами, снимая засов, и отошел вглубь комнаты, пытаясь прикрыть хвостами хотя бы часть своего нового облика.

Джинву вошел медленно. Его взгляд скользнул по разгромленной вазе, по длинным волосам сына и, наконец, остановился на девяти хвостах, которые теперь занимали добрую половину спальни. Монарх Теней не выглядел удивленным. Скорее, в его глазах читалось некое меланхоличное узнавание.

– Сухо уехал к матери на выходные, – буднично сообщил Джинву, закрывая дверь. – Так что можешь перестать ломать мебель от напряжения. Его здесь нет, и подкалывать тебя некому.

– Пап, это не смешно, – Юкио сел на край кровати, и хвосты послушно улеглись вокруг него, напоминая живой ковер. – Я не могу это контролировать. Стоит мне расслабиться, как они вылезают. А волосы? Я их состриг утром, а через час они снова были такой длины. Эта лисья магия восстанавливает тело быстрее, чем твоя регенерация.

Джинву подошел ближе и сел в кресло напротив. Он выглядел как обычно — безупречный костюм, холодная аура, но сейчас его взгляд был направлен только на сына.

– Ты принял силу древнего божества, Юки. Ты думал, что сможешь просто засунуть её в карман и забыть? Твое тело перестраивается. Теперь ты не просто человек с магией теней. Ты — носитель сущности, которая старше многих миров.

– Но почему я? – Юкио вскинул голову, и его ярко-голубые глаза сверкнули обидой. – Почему не Сухо? Он такой правильный, такой... золотой. Он бы носил эти хвосты как почетный караул. А я просто хочу печь круассаны и чтобы меня никто не трогал!

Джинву тихо рассмеялся. Этот смех был редким гостем в их доме, и Юкио невольно замолк.

– Именно поэтому, – Джинву подался вперед. – Сухо слишком прямолинеен. Его сила — это свет, который бьет в лоб. Но ты... ты всегда был другим. В тебе есть гибкость, есть хитрость и та самая тьма, которая не подчиняется приказам, а договаривается. Лисья сущность не выбрала бы того, кто хочет только сражаться. Она выбрала того, кто умеет наслаждаться жизнью.

– Наслаждаться жизнью с девятью хвостами — это сомнительное удовольствие, – буркнул Юкио, но его хвосты согласно шевельнулись, будто опровергая слова хозяина. – Я чувствую себя... странно. Будто я вижу мир в десяти разных проекциях. Я слышу, как бьется сердце соседа через три дома. Я чувствую запах дождя, который пойдет только завтра.

– Это чувства Монарха, умноженные на инстинкты зверя, – Джинву протянул руку и коснулся одного из хвостов. Юкио вздрогнул, но не отстранился. – Тебе придется научиться с этим жить. Ты больше не сможешь быть «просто Юки».

– Я знаю, – Юкио опустил взгляд на свои руки. – Но иногда мне кажется, что я теряю себя. Когда я вхожу в этот транс... когда хвосты начинают двигаться сами по себе... я чувствую такую жажду разрушения, что мне становится страшно.

– Для этого у тебя есть я, – голос Джинву стал тише и глубже. – И для этого ты изучал боевые искусства. Твое тело — твой главный якорь. Пока ты владеешь своими мышцами, ты владеешь и своей магией.

Юкио поднялся. Кимоно соскользнуло с одного плеча, обнажая татуировку лиса, которая, казалось, подмигнула в полумраке комнаты.

– Ты хочешь проверить? – Юкио вызвающе улыбнулся, и на его щеках проступили едва заметные полоски, похожие на кошачьи усы.

– Хочу, – Джинву встал, и его тень мгновенно заполнила всю комнату, вступая в резонанс с багровой аурой сына. – Покажи мне, на что способно это «божество».

Они переместились в тренировочный зал мгновенно — Обмен Тенями сработал безупречно. Зал был пуст, освещен лишь тусклыми лампами под потолком. Юкио встал в центре, его хвосты расправились, создавая за его спиной веер из черного меха и красных искр.

– Не сдерживайся, пап, – Юкио сорвал с себя кимоно, оставаясь в одних тренировочных штанах. Его тело блестело в свете ламп, мышцы были напряжены, как стальные тросы. – Я хочу знать, где мой предел.

Джинву не стал отвечать словами. Он просто исчез.

В ту же секунду Юкио почувствовал удар. Он не увидел его, он почувствовал его всеми девятью хвостами сразу. Рефлексы сработали быстрее мысли. Один из хвостов метнулся вперед, блокируя невидимый выпад отца, а сам Юкио сделал сальто назад, приземляясь на четыре конечности, словно настоящий зверь.

– Быстро, – прокомментировал Джинву, появляясь в десяти метрах. – Но ты всё еще слишком много думаешь. Доверься инстинктам.

Юкио оскалился. Его ярко-голубые глаза теперь светились неестественным светом. Он рванулся вперед, и его скорость была такова, что воздух за ним начал гореть.

Это не был бой двух охотников. Это была битва стихий. Юкио использовал хвосты как дополнительные руки: они атаковали с разных сторон, пытались опутать Джинву, создавали ложные выпады. Его движения стали рваными, непредсказуемыми. Он то двигался как мастер кунг-фу, то переходил на звериную грацию, атакуя когтями и зубами.

Джинву отражал каждую атаку с пугающим спокойствием. Он был как скала, о которую разбивались волны багрового шторма. Но даже он начал замечать, что мана Юкио меняется. Она становилась плотнее, приобретая металлический привкус.

– Больше! – крикнул Юкио.

Вокруг него начали формироваться тени. Но это не были солдаты Джинву. Из-под земли выпрыгивали черные лисы с багровыми глазами. Их было девять — по одной на каждый хвост. Они двигались в унисон с хозяином, создавая безумный водоворот из клыков и когтей.

Джинву пришлось призвать «Гнев Монарха». Фиолетовое пламя столкнулось с красным, и тренировочный зал содрогнулся. Защитные заклинания на стенах начали трескаться.

– Хватит! – Джинву поднял руку, и волна чистой силы прижала Юкио и его лис к полу.

Юкио тяжело дышал, его хвосты бессильно распластались по бетону. Лисы-тени растаяли в воздухе. Он поднял голову, глядя на отца сквозь пряди длинных волос.

– Ну как? – прохрипел он. – Достаточно божественно?

Джинву подошел к нему и помог подняться.

– Ты прогрессируешь быстрее, чем я ожидал. Но твоя мана... она всё еще конфликтует с твоим человеческим началом. Ты пытаешься бороться с хвостами, вместо того чтобы стать ими.

– Легко сказать, – Юкио вытер пот со лба. – Ты попробуй пожить с девятью лишними конечностями, которые живут своей жизнью.

– Я жил с тысячами теней в своей голове, Юки, – Джинву посмотрел ему прямо в глаза. – Это вопрос воли.

Они вернулись в дом, когда небо уже начало светлеть. Юкио чувствовал себя выжатым как лимон, но странное спокойствие наконец-то воцарилось в его душе. Хвосты стали послушнее, а длинные волосы больше не казались такими чужими.

– Завтра приедет мама, – сказал Джинву, когда они стояли на кухне. Юкио уже по привычке ставил чайник. – И Сухо вернется. Тебе придется им всё рассказать.

– Мама меня убьет, – Юкио обреченно вздохнул, помешивая чай. Один из его хвостов услужливо подтолкнул к нему сахарницу. – Она всегда говорила, что я слишком много времени провожу в подземельях. Теперь она скажет, что я превратился в монстра.

– Хэ Ин поймет, – Джинву коснулся плеча сына. – Она любит тебя любого. Даже с ушами.

Юкио посмотрел на свое отражение в темном окне кухни. Там стоял мужчина с телом атлета, глазами бога и хвостами демона. Но когда он взял в руки кружку с чаем и по привычке проверил, не осталось ли на столе крошек от вчерашнего пирога, он понял, что Джинву прав.

– Знаешь, пап... – Юкио отпил горячий чай. – А ведь в этом есть свои плюсы.

– Какие же?

Юкио хитро прищурился, и его хвосты задорно вильнули.

– Теперь я могу взбивать тесто сразу для девяти тортов. Представляешь, какая экономия времени?

Джинву не выдержал и негромко рассмеялся, качая формой.

– Ты неисправим, Юки.

– Я просто практичен, – Юкио зевнул, и его лисьи уши смешно прижались к голове. – Пойду спать. Надеюсь, к утру я не превращусь в дракона. А то в спальне места маловато.

Когда Юкио ушел, Джинву еще долго сидел на кухне, глядя на пустую чашку. Он чувствовал, как сила его сына растет, как она переплетается с миром, создавая нечто совершенно новое. Юкио был прав — он не был похож на своего брата или отца. Он был чем-то уникальным, мостом между человеческой слабостью и божественным величием.

А в своей комнате Юкио уже спал, свернувшись калачиком среди своих девяти хвостов. Ему снились бескрайние поля, запах вишневого цвета и тихий шепот ветра, который называл его по имени. Он больше не боялся своей тени. Он просто сделал её частью своего личного рецепта жизни.

На следующее утро дом наполнился шумом. Сухо вернулся первым, и его крик «Юки, я привез те самые специи!» разбудил всё поместье.

Юкио вышел в гостиную, не скрываясь. Он был в том же черном кимоно, с распущенными волосами и всеми своими хвостами.

Сухо замер в дверях, выронив пакет со специями. Его глаза расширились до предела, а рот смешно приоткрылся.

– Юки... ты... ты что, вступил в какую-то секту косплееров? – наконец выдавил старший брат.

– Нет, Сухо, – Юкио лениво потянулся, и его хвосты заняли всё пространство за его спиной. – Просто твой младший брат теперь официально божество. А теперь подними специи и иди на кухню. Нам нужно испечь что-то особенное к приезду мамы.

– Божество... – пробормотал Сухо, послушно поднимая пакет. – Отец, ты это видел? Он же теперь выглядит круче меня! Это несправедливо!

Джинву, наблюдавший за этой сценой из глубины коридора, лишь едва заметно улыбнулся.

Семья Сон снова была в сборе. И пусть один из них сиял золотом, другой повелевал тенями, а третий отрастил девять хвостов и пек лучшие в мире пироги — они оставались семьей. Самой могущественной и самой странной семьей в этом мире.

Юкио зашел на кухню, чувствуя, как лисья мана внутри него довольно мурлычет. Жизнь продолжалась, и она была чертовски интересной. Даже если для этого приходилось иногда быть немного «не от мира сего».

– Эй, Сухо! – крикнул он брату. – Не стой столбом! Нам нужно почистить яблоки. И не смей использовать магию, делай это руками. Божество так приказало!

– Да иду я, иду... – донеслось из коридора.

Юкио улыбнулся, глядя на свои руки. Его татуировка на мгновение вспыхнула красным, а затем погасла. Он был готов к любому вызову. Ведь у него теперь было девять жизней, девять хвостов и бесконечное количество рецептов, которые еще предстояло воплотить в жизнь.