← Назад к обзору

Сын

Пепел на троне Монарха

Дождь в Сеуле всегда пах озоном, но сегодня этот запах был невыносимым, едким, пробирающим до самых костей. Алекс вел машину по мокрому шоссе, и его пальцы, сжимавшие руль, мелко подрагивали. Не от страха — от предвкушения. Сон Джинву назначил встречу на заброшенном стадионе в пригороде, месте, где когда-то проводились первые испытания охотников. Официально это был разговор тет-а-тет. Неофициально — Алекс чувствовал, как воздух вокруг сгущается, превращаясь в липкую паутину.

Когда он вышел из машины, стадион встретил его мертвой тишиной. Огромные бетонные трибуны возвышались над полем, словно надгробные плиты. В центре, под проливным дождем, стояла одинокая фигура в черном плаще. Сон Джинву.

– Ты пришел один, – произнес Джинву, не оборачиваясь. Его голос, обычно глубокий и властный, сейчас звучал как-то надтреснуто.

– Ты просил разговора, – Алекс остановился в десяти метрах. Между его пальцами уже начали проскакивать злые черные искры. – Но я не чувствую здесь желания говорить. Я чувствую здесь запах предательства.

Джинву медленно повернулся. Его глаза светились фиолетовым, но это был не свет силы, а свет обреченности.

– Мир не может существовать в хаосе, Алекс. Твое появление... оно разрушает всё, что я строил десятилетиями. Ты — аномалия. И Ассоциация не позволит этой аномалии уничтожить порядок.

– «Порядок»? – Алекс горько усмехнулся. – Ты имеешь в виду свою ложь? Свою фальшивую святость? Ты объединился с ними, чтобы убрать меня? Своего собственного сына?

– Мы объединились, чтобы спасти человечество от новой угрозы, – раздался холодный голос сверху.

Алекс поднял голову. На краях трибун стояли десятки охотников S-ранга. В центре, на судейской вышке, возвышался Председатель Ассоциации. Его лицо было маской ледяного высокомерия. В руках он держал артефакт подавления — древнюю реликвию, предназначенную для усмирения богов.

– Вот, значит, как, – прошептал Алекс, и его аура взорвалась черным пламенем. – Ты действительно такой же, как они. Мелкий трус, дрожащий за свой трон.

– Взять его! – скомандовал Председатель.

В ту же секунду небо раскололось. Но это был не гром. Это был крик ярости Алекса, облеченный в форму электрического шторма. Черные молнии ударили из его тела во всех направлениях, превращая капли дождя в раскаленный пар.

Первая волна охотников, попытавшаяся приблизиться, была сметена мгновенно. Их магические щиты лопались, как мыльные пузыри, под напором первобытной, хаотичной энергии. Алекс двигался как тень, но тень, сотканная из разрядов тока. Он не фехтовал, он уничтожал само пространство вокруг себя.

– Стиль Ассасина: Гнев Первенца! – выкрикнул он, вонзая руки в землю.

По полю пробежала волна черного электричества, подбрасывая бетонные плиты и превращая охотников в обугленные статуи. Председатель Ассоциации в ужасе активировал артефакт, но Алекс уже был перед ним. Вспышка — и вышка разлетелась в щепки, а Председатель отлетел к трибунам, харкая кровью.

Но главной целью был он. Сон Джинву.

Монарх Теней призвал свои кинжалы. Его тени — Игрит и Берилл — материализовались рядом, но их движения были скованными. Даже они чувствовали, что сражаются против того, кто имеет на их господина больше прав, чем сама смерть.

– Остановись, Алекс! – крикнул Джинву, отражая удар молниеносного клинка. – Ты погубишь себя!

– Я уже погиб семнадцать лет назад! – Алекс наносил удары такой силы, что при каждом столкновении воздух вибрировал, выбивая стекла в окрестных зданиях. – Когда ты выбрал «высшее благо» вместо моей матери!

Бой превратился в танец смерти. Золотое сияние Монарха сталкивалось с черной бездной Молнии. Джинву был опытнее, его техника была совершенна, но Алекс сражался с отчаянием обреченного. Он не блокировал удары — он принимал их, чтобы подобраться ближе. Кровь Алекса, смешиваясь с дождем, текла по его лицу, но он только безумно улыбался.

– Ты думал, что ты Бог? – Алекс перехватил руку отца, игнорируя кинжал, вонзившийся ему в плечо. – Я покажу тебе, что чувствует Бог, когда его низвергают.

Алекс сконцентрировал всю свою ману в одну точку — в свои пальцы, прижатые к груди Джинву. Черная молния начала сжиматься, превращаясь в крошечную, невыносимо яркую сферу.

– Прощай, Величие, – прошипел он.

Вспышка была такой силы, что на мгновение весь Сеул погрузился в ослепительную белизну. Громовой раскат выбил барабанные перепонки у выживших охотников. Когда свет погас, на поле стадиона осталась гигантская дымящаяся воронка.

В центре воронки, на коленях, стоял Сон Джинву. Его плащ сгорел, его кожа была покрыта сетью черных трещин. Но самое страшное было в его глазах. Фиолетовое пламя, горевшее там вечность, погасло. Ядро маны Монарха Теней, его божественная искра, была не просто повреждена — она была аннигилирована.

Джинву закашлялся, и из его рта хлынула густая темная кровь. Он попытался призвать тень, но из земли поднялся лишь серый дымок. Система, поддерживавшая его, рухнула. Величайший охотник в истории человечества превратился в обычного, смертного человека.

Алекс стоял над ним, тяжело дыша. Его левая рука безвольно висела, плечо было растерзано ударом кинжала, а из многочисленных ран на теле сочилась кровь. Он выглядел как демон, восставший из ада, но в его глазах больше не было ярости. Только холодная, мертвая пустота.

– Твое величество теперь в грязи, – Алекс сплюнул кровь под ноги отцу.

Джинву поднял голову, его взгляд был затуманенным.

– Ты... ты сделал это... – прохрипел он. – Ты освободил... тень...

– Я не освобождал тебя, я тебя уничтожил, – отрезал Алекс.

Он медленно повернулся к трибунам, где, пошатываясь, поднимался Председатель Ассоциации, прижимая руку к сломанным ребрам. Остальные охотники, видевшие падение своего бога, замерли в ужасе, не смея даже поднять оружие.

Алекс сделал шаг в сторону Председателя, и тот невольно отступил, споткнувшись о обломки.

– Слушай меня внимательно, ты, кусок бюрократического мусора, – голос Алекса разнесся над стадионом, усиленный остатками магии. – И ты, Джинву, слушай тоже.

Он вытер кровь с лица тыльной стороной ладони.

– Сегодня я забрал у вас силу. Но если вы... или кто-то из ваших цепных псов... посмеет хоть пальцем тронуть моего деда или бабушку... если я увижу хоть одну вашу машину в радиусе километра от их дома...

Алекс сделал паузу, и воздух вокруг него снова начал насыщаться статическим электричеством.

– Я приду не за вашей магией. Я приду за вашими душами. Я выжгу этот город до основания, и мне плевать, сколько «героев» встанет у меня на пути. Вы построили свое счастье на крови Юми. Теперь вы будете жить в страхе перед моей.

Алекс пошатнулся, его силы были на исходе, но он продолжал стоять прямо, глядя на них сверху вниз.

– Тьфу на вашу «идеальную семью», – бросил он в сторону Джинву, который всё еще пытался осознать свою человеческую слабость. – Вы — пустые оболочки. И теперь мир увидит вас такими, какие вы есть на самом деле.

Он развернулся и, прихрамывая, пошел к своей машине сквозь ряды застывших охотников. Никто не посмел преградить ему путь. Никто не посмел даже вздохнуть, пока звук его шагов не затих в шуме дождя.

Сон Джинву остался сидеть в грязи, глядя на свои пустые ладони. Он был жив, но он был мертв как Монарх. Его сын, его «ошибка», только что преподал ему последний урок: тень не может существовать без света, но молния сама себе и свет, и тьма.

Над Сеулом продолжал лить дождь, смывая кровь с бетонных плит стадиона, но он не мог смыть позор рухнувшего трона. Эпоха Монарха Теней закончилась. Началась эпоха Черной Молнии. И мир еще не знал, что этот шторм будет гораздо беспощаднее предыдущего.