Сын
Пепел правосудия и зов крови
– Пусто. Снова пусто, – я смахнул со стола стопку документов, и они веером разлетелись по холодному полу арендованной квартиры в Кенсингтоне.
Мои руки дрожали. Я, Чон Ли Вон, адвокат, который гордился своей выдержкой и умением сохранять ледяное спокойствие в самых безнадежных процессах, сейчас был на грани безумия. Прошло сорок восемь часов с того момента, как Алекс ушел в магазин за продуктами и не вернулся. Сорок восемь часов тишины, которая давила на барабанные перепонки сильнее, чем крики в зале суда.
Я знал, кто это сделал. Я чувствовал это кожей, каждой клеткой своего тела. Сон Джин Ву. Бог среди людей. Монарх, который решил, что его воля выше законов природы и человечности.
Эвелин сидела в кресле напротив, бледная, как привидение. Её глаза, такие же небесно-голубые, как у Алекса, были полны немого ужаса. Она знала Джин Ву лучше, чем кто-либо. Она знала, что он не похититель в обычном смысле слова. Он — стихия.
– Ли Вон, ты не сможешь найти его обычными методами, – её голос был едва слышным шелестом. – Он стер его след. Ты не найдешь камер, не найдешь свидетелей. Тени не оставляют улик.
Я резко обернулся к ней, поправляя очки. В моем взгляде, обычно расчетливом, сейчас горел огонь, который напугал бы любого моего оппонента.
– Мне плевать на тени, Эвелин! – я ударил кулаком по стене. – Алекс — мой. Он не вещь, не наследник империи и не инструмент для спасения мира. Он человек, которого я люблю. И если его отец думает, что его статус Монарха делает его неприкосновенным, он глубоко ошибается. У каждого божества есть ахиллесова пята. И я найду её, даже если мне придется сжечь весь Лондон дотла.
Я подошел к окну. Дождь всё еще барабанил по стеклу, смывая надежду. Мой телефон разрывался от звонков из Сеула — моя фирма, клиенты, помощники. Я игнорировал их. Моя жизнь разделилась на «до» и «после» в тот момент, когда я впервые увидел Алекса в том кресле, его дерзкую улыбку и взъерошенные черные волосы.
– У него есть слабость, – продолжала Эвелин, глядя в пустоту. – Его гордыня. Он считает, что Алекс — это его продолжение. Он не видит в нем отдельную личность. Он будет пытаться сломать его, чтобы встроить в свою систему.
– Сломать? – я почувствовал тошноту, подступившую к горлу. – Если он тронет его... если он причинит ему боль...
– Он уже причинил, – горько усмехнулась она. – Самим фактом своего существования.
Я сел за стол и снова открыл карту города. Мой аналитический ум работал на пределе. Джин Ву не мог увезти его далеко — перемещение такого уровня силы, как у Алекса, даже в бессознательном состоянии, оставляет след в магическом фоне. Ассоциация охотников Британии фиксирует всплески маны.
– Эвелин, мне нужны твои связи, – я пристально посмотрел на неё. – Старые семьи Лондона. Те, кто ненавидит Джин Ву за то, что он сделал с их влиянием. Те, кто боится его расширения. Мне нужны датчики магических колебаний за последние двое суток.
– Ты хочешь пойти против него с помощью других охотников? – она покачала годовой. – Это самоубийство, Ли Вон. Они разбегутся при одном виде его теней.
– Нет, – я хищно улыбнулся. – Мне не нужны охотники. Мне нужна информация. Я адвокат, Эвелин. Я не сражаюсь мечами. Я сражаюсь фактами, шантажом и общественным мнением. Если я предам огласке то, что «великий спаситель» похитил собственного сына и удерживает его в заложниках, международный скандал свяжет ему руки. Он дорожит своей репутацией в Корее. Он хочет, чтобы Сухо был чистым героем. Тень на его имени — это тень на будущем Сухо.
Я начал быстро печатать на клавиатуре. Мои пальцы летали по клавишам. Я составлял досье. Каждое незаконное действие Ассоциации, каждое «секретное» перемещение Джин Ву, которое мне удалось отследить через международные юридические архивы за годы моей практики.
– Ли Вон, ты играешь с огнем, – прошептала Эвелин, подходя ближе.
– Огонь — это всё, что у меня осталось, – я поднял на неё взгляд. – Алекс — мой свет. Без него я во тьме. А во тьме я ориентируюсь лучше, чем любой Монарх.
***
Прошло еще шесть часов. Я не спал, не ел. Кофе в чашке давно остыл, превратившись в горькую жижу. Наконец, экран мигнул. Сообщение от анонимного источника в Ассоциации Британии. Координаты. Всплеск маны в районе загородного поместья в тридцати милях от города.
– Нашел, – я выдохнул, и это был звук выходящего из легких яда.
Я схватил ключи от машины.
– Ли Вон, подожди! – Эвелин преградила мне путь. – Ты не можешь просто приехать туда. Там Игритт, там Берион... его тени уничтожат тебя раньше, чем ты переступишь порог.
– Пусть пробуют, – я мягко отодвинул её. – Я не охотник. Я гражданин другой страны, известный адвокат. Если я исчезну вслед за Алексом, мои доверенные лица в Сеуле немедленно опубликуют документы, которые уничтожат репутацию Сон Джин Ву на мировом уровне. Он это знает. Он расчетлив. Он не убьет меня, пока не поймет, насколько глубоко я зарылся в его грязное белье.
Я вышел в ночь. Мой черный «Мерседес» рычал, словно чувствуя мою ярость. Дорога до поместья казалась бесконечной. Перед глазами стоял образ Алекса — его фарфоровая кожа, его татуировка, его шепот: «Ты мой, Ливони».
– Держись, мой мальчик, – шептал я, выжимая педаль газа до упора. – Я иду за тобой. И ни один бог не встанет у меня на пути.
Поместье возникло из тумана внезапно. Огромный особняк, окруженный высокой оградой. Тишина здесь была неестественной, мертвой. Воздух вибрировал от магического напряжения. Я заглушил мотор и вышел из машины.
У ворот не было охраны. Но я чувствовал, как сотни глаз наблюдают за мной из теней деревьев. Холодный пот катился по спине, но я не позволил себе ни единого лишнего жеста. Я поправил галстук, проверил папку с документами в руках и уверенно подошел к калитке.
– Сон Джин Ву! – выкрикнул я в пустоту. – Я знаю, что ты здесь! И я знаю, что Алекс здесь! Выходи и поговорим как люди, если в тебе осталось хоть что-то человеческое!
Тени у ворот начали сгущаться. Из земли медленно поднялся рыцарь в черных доспехах с фиолетовым плюмажем на шлеме. Игритт. Его меч был обнажен, и от него исходил холод могилы.
– Прочь, смертный, – прозвучал голос прямо в моей голове.
– Нет, – я сделал шаг вперед, почти касаясь грудью острия меча. – Передай своему хозяину: Чон Ли Вон здесь. И если через пять минут я не увижу Алекса, мир узнает правду о том, что скрывается за фасадом семьи Сон. У меня есть доказательства его сделки с британскими магическими родами. У меня есть записи.
Рыцарь замер. Казалось, он прислушивается к чему-то невидимому. Через мгновение он медленно опустил меч и отступил в сторону. Ворота со скрипом открылись.
Я шел по аллее, и каждый мой шаг отдавался эхом. Я чувствовал мощь этого места — Джин Ву превратил поместье в свою личную крепость. Но я не боялся. Моя любовь к Алексу была моим щитом, более прочным, чем любая мана.
Дверь особняка открылась сама собой. В холле было темно, только тусклый свет падал из глубины коридора. Я вошел, и дверь за моей спиной захлопнулась.
– Ты смел, адвокат, – голос Джин Ву раздался сверху.
Он стоял на балюстраде второго этажа, глядя на меня сверху вниз. Его лицо было скрыто тенью, но глаза сияли фиолетовым пламенем.
– Смелость тут ни при чем, – я поднял голову, встречаясь с ним взглядом. – Это называется преданность. То, чего ты, кажется, лишен, раз смог так поступить с собственной кровью. Где он?
– Он дома, – холодно ответил Джин Ву. – С семьей. Там, где ему и положено быть.
– Твой дом для него — тюрьма, – я открыл папку и вытащил лист бумаги. – Это ордер на обыск, подписанный моими связями в Интерполе. Конечно, ты можешь его проигнорировать. Ты можешь убить меня прямо здесь. Но тогда через час файлы с описанием «Лондонского инцидента» и твоей роли в исчезновении Эвелин Эйнсворт отправятся во все крупные СМИ. Ты хочешь, чтобы Сухо узнал, что его отец — похититель и насильник?
Джин Ву мгновенно оказался передо мной. Я даже не заметил его движения. Его рука сжала моё горло, приподнимая над полом. Воздуха стало не хватать, перед глазами поплыли круги.
– Ты ничтожество, – прошипел он мне в лицо. – Маленький человек, который возомнил, что может шантажировать Монарха. Я могу стереть тебя из реальности так, что даже само воспоминание о тебе исчезнет.
– Стери... – прохрипел я, из последних сил глядя ему в глаза. – Но Алекс... он никогда... не простит тебя. Он будет... ненавидеть тебя... вечно. Ты потеряешь его... навсегда.
Джин Ву замер. Его пальцы на моем горле дрогнули. В его глазах промелькнуло что-то похожее на сомнение, на ту самую человеческую слабость, которую он так старательно выжигал в себе.
Он резко отпустил меня. Я упал на колени, жадно хватая ртом воздух и кашляя.
– Ты думаешь, он любит тебя? – Джин Ву смотрел на меня с презрением. – Ты для него лишь способ досадить мне. Он использует тебя, чтобы показать свою независимость.
– Ты ошибаешься, – я поднялся, опираясь на стену. – Он любит меня, потому что я вижу в нем человека. Не наследника, не проблему, не угрозу. А Алекса. Со всеми его демонами и его светом. А ты... ты видишь в нем только отражение своей силы.
– Уходи, – Джин Ву отвернулся. – Пока я не передумал.
– Не уйду без него, – я упрямо сжал кулаки. – Можешь убить меня, можешь пытать. Но я не оставлю его здесь.
В этот момент сверху раздался грохот. Звук разбитого стекла и лязг цепей.
– Ли Вон! – крик Алекса прорезал тишину особняка.
Этот голос... в нем было столько боли и надежды, что мое сердце едва не разорвалось. Я бросился к лестнице, но Джин Ву преградил мне путь.
– Он не в себе, – произнес Монарх, и в его голосе впервые послышалась тревога. – Он пробуждает силу, которую не может контролировать.
– Это ты сделал его таким! – я оттолкнул его руку. – Уйди с дороги!
Я взлетел на второй этаж. Дверь в конце коридора была выбита. Я вошел внутрь и замер.
Комната была разгромлена. Повсюду валялись осколки мебели. В центре, у изголовья кровати, стоял Алекс. Его руки были в крови от цепей, которые он каким-то чудом сумел сорвать. Его небесно-голубые глаза светились потусторонним светом, а вокруг тела клубилась темная, ледяная аура, не похожая на ауру Джин Ву. Это была магия Эйнсвортов, пробужденная яростью и отчаянием.
– Алекс... – я медленно пошел к нему, протягивая руки. – Это я. Ливон.
Он посмотрел на меня, и на мгновение его взгляд сфокусировался. Безумие отступило, сменяясь нечеловеческой мукой.
– Ли... Вон... – он пошатнулся. – Уходи... он... он убьет тебя...
– Не убьет, – я подошел вплотную и обнял его, игнорируя холод, исходящий от его кожи. – Я здесь. Я заберу тебя.
Алекс уткнулся мне в плечо, и я почувствовал, как его тело содрогается от рыданий. Весь его боевой напор, всё его высокомерие исчезли. Остался только израненный мальчик, которого предал самый близкий человек.
– Он... он сделал это со мной... – прошептал он мне в ухо, и я почувствовал, как моя кровь закипает от ненависти к человеку, стоявшему в дверях.
Я обернулся к Джин Ву. Монарх Теней стоял в проеме, глядя на нас. Его лицо было непроницаемым, но я видел, как сжаты его челюсти.
– Мы уходим, – твердо сказал я. – И если ты попробуешь нас остановить, я клянусь всеми богами, которых ты победил: я сделаю твою жизнь адом. У меня нет твоей силы, но у меня есть правда. А правда — это то, чего ты боишься больше всего.
Джин Ву долго молчал. Тени в комнате метались, отражая его внутреннюю борьбу. Он смотрел на Алекса, который прижимался ко мне, словно я был последним якорем в этом мире.
– Забирай его, – наконец произнес Джин Ву. Его голос был сухим и безжизненным. – Но помни, адвокат. Он — Сон. И однажды его природа возьмет верх. Тогда ты сам приползешь ко мне, умоляя о помощи.
– Этого не случится, – я подхватил Алекса под руку, помогая ему идти. – Потому что в отличие от тебя, я никогда его не предам.
Мы проходили мимо Джин Ву, и я почувствовал исходящий от него холод. Это был холод одиночества существа, которое вознеслось так высоко, что потеряло связь с землей.
Мы вышли из особняка. Воздух ночного Лондона показался мне самым сладким нектаром в мире. Я усадил Алекса на переднее сиденье машины, пристегнул его и быстро сел за руль.
– Ты как? – я коснулся его щеки.
Алекс открыл глаза. Голубое свечение исчезло, осталась только бесконечная усталость.
– Ливон... – он взял мою руку и прижал к своим губам. – Спасибо.
– Не за что, любимый. Мы едем домой. К Эвелин. А потом... потом мы уедем отсюда. Далеко. Туда, где его тени нас не найдут.
– Он найдет, – тихо сказал Алекс, глядя на удаляющееся поместье. – Он всегда находит. Но теперь... теперь я знаю, что у меня есть за что сражаться.
Я завел мотор и нажал на газ. Мы мчались сквозь туман, прочь от этого проклятого места. Я знал, что это не конец. Сон Джин Ву не из тех, кто признает поражение. Битва только начиналась. Но сегодня я победил бога.
Я посмотрел на Алекса. Он уснул, привалившись к окну. Его лицо в свете приборной панели казалось спокойным, но я видел синяки на его шее и следы от цепей на запястьях. Моя ярость не утихла — она трансформировалась в холодную, расчетливую решимость.
– Я защищу тебя, – прошептал я, сжимая руль. – Чего бы мне это ни стоило. Даже если мне придется стать дьяволом, чтобы остановить Монарха.
В зеркале заднего вида я увидел, как на дороге стоит одинокая черная фигура. Джин Ву провожал нас взглядом. Он не пытался преследовать. Он просто стоял, как памятник самому себе.
– Посмотрим, кто из нас окажется сильнее в итоге, Сон Джин Ву, – подумал я. – Твои тени или моя правда.
Лондон просыпался. Начинался новый день. День, в котором Сон Алекс больше не был тенью своего отца. Он стал моей судьбой. И я не собирался отдавать свою судьбу никому. Даже Богу Смерти.