Сын
Шепот крови и старых обид
Я сидел в глубине элитного ресторана, который сегодня был полностью закрыт для посетителей. Владелец, узнав, кто забронировал столик, едва не лишился чувств от волнения, но мне нужна была лишь абсолютная тишина. Теневые солдаты оцепили здание, создав невидимый барьер, сквозь который не проскользнул бы даже самый искушенный папарацци.
Юки и Ливон улетели в Италию. Их пригласили для эксклюзивных съемок в одном из старинных палаццо — мировая индустрия моды буквально помешалась на «самой красивой паре Востока». Юки не хотел оставлять Мину, но Юми настояла, чтобы внучка осталась с ней. Она знала, что я буду искать встречи. Она знала, что я не смогу просто так отпустить всё то, что узнал.
Дверь тихо скрипнула. Я почувствовал её присутствие еще за несколько кварталов — её мана была слабой, человеческой, но она била по моим чувствам сильнее, чем аура любого Монарха.
Юми вошла уверенно. На ней был строгий черный костюм, подчеркивающий её холодную красоту. Но всё моё внимание было приковано к маленькому свертку в её руках. Девочка, которой едва исполнился год, сидела в кенгуру-переноске и с любопытством оглядывалась по сторонам своими ярко-голубыми глазами. Глазами моего сына. Моими глазами, если бы в них когда-то не поселилась тьма.
– Ты пришел один, – Юми не спрашивала, она констатировала факт, садясь напротив меня.
– Я всегда один, Юми, – ответил я, не в силах отвести взгляд от ребенка. – Даже если вокруг меня армия теней.
Она усмехнулась, расстегивая крепления и аккуратно усаживая Мину на высокий мягкий стул рядом с собой. Малышка тут же потянулась к блестящей ложке на столе.
– Познакомься, Джинву. Это Мина. Твоя внучка, которую ты никогда не должен был увидеть.
Я медленно протянул руку, боясь напугать её своей силой, но девочка лишь схватила мой указательный палец своей крошечной ладошкой и звонко рассмеялась. В этот момент внутри меня что-то окончательно рухнуло. Весь мой статус, вся моя власть над жизнью и смертью — всё это казалось прахом перед этим маленьким, теплым существом.
– Она... она прекрасна, – мой голос прозвучал непривычно хрипло.
– Она — Окумура, – жестко напомнила Юми, отодвигая мою руку. – И она здесь только потому, что я устала от твоих теней, которые кружат над домом моего сына. Скажи им уйти, Джинву. Юки не нужна твоя милость.
Я вздохнул и откинулся на спинку кресла. Тень под моими ногами шевельнулась, но я подавил её.
– Тени защитили их в Токио. Если бы не Игрис, наемники Хэ Ин могли бы успеть.
Юми прищурилась. Её лицо исказилось от презрения.
– Честно скажи мне, Джинву... зачем твоя бывшая сучка это сделала? Чего она хотела добиться? Юки ведь ни разу не упомянул твоего имени. Он даже не подтвердил, что ты его отец. Он просто жил своей жизнью. Зачем ей понадобилось пытаться убить его и этого ребенка?
Я посмотрел на Юми, чувствуя, как горечь подступает к горлу.
– Страх, Юми. Она жила в страхе двадцать лет. Она знала о тебе. Знала, что где-то есть другой наследник. Для неё идеальный фасад нашей семьи был важнее человеческих жизней. Она думала, что если сотрет упоминание о Юки, то сотрет и мою ошибку.
– Твоя ошибка сейчас сидит в Италии и покоряет мир своей харизмой, – Юми погладила Мину по голове. – А твоя «золотая жизнь» превратилась в пепелище. Ты доволен, Джинву? Твой сын Сухо теперь не может выйти из дома, чтобы ему в спину не шептали о позоре матери. Твоя репутация уничтожена. Стоило ли оно того? Тот выбор, который ты сделал тогда?
– Нет, – я закрыл глаза. – Не стоило. Я понял это слишком поздно. Когда увидел Юки на той обложке, я увидел не угрозу статусу. Я увидел человека, которым мог бы стать сам, если бы не Система. Он свободен. А я... я всего лишь инструмент в руках вечности.
Юми долго молчала, наблюдая за тем, как Мина пытается грызть край салфетки.
– Юки не хочет тебя видеть, – наконец произнесла она. – Он запретил мне приводить сюда Мину. Если он узнает, он не простит меня. Но я хотела, чтобы ты посмотрел на неё. Чтобы ты понял, что ты потерял не просто «первенца». Ты потерял право быть частью их света.
– Я знаю, – я открыл глаза и посмотрел на Юми. – Я не прошу прощения. Это было бы слишком просто. Я просто хочу знать... он счастлив с Ливоном?
Юми смягчилась, и в её взгляде промелькнула тень нежности.
– Ливон — единственный, кто смог собрать Юки по кусочкам после того, что я ему рассказала о тебе. Они любят друг друга так, как ты никогда не умел любить, Джинву. Без условий, без оглядки на ранги и мнение ассоциации. Ливон для него — это весь мир. А Мина... она их маленькое чудо.
– Я видел, как они смотрят друг на друга, – тихо сказал я. – Мои тени докладывали мне. Они сказали, что в их доме нет места тьме.
– И не будет, – Юми начала собирать вещи. – Мы уезжаем завтра. Юки и Ливон закончат съемки и вернутся в Токио. Я прошу тебя, как женщину, которую ты когда-то предал: оставь их. Убери своих солдат. Не лезь в их жизнь со своей «защитой». Твоё присутствие — это и есть главная опасность.
Я смотрел, как она снова усаживает Мину в переноску. Девочка посмотрела на меня и помахала ручкой, всё еще сжимая ту самую серебряную ложку.
– Юми, – позвал я её, когда она уже встала.
– Что еще?
– Хэ Ин... она больше не вернется в мой дом. Я подал на развод. И я официально признаю Юки своим сыном в завещании. Ему не нужны мои деньги, я знаю. Но это меньшее, что я могу сделать, чтобы восстановить справедливость.
Юми остановилась у самой двери. Она не обернулась, но я увидел, как напряглись её плечи.
– Ему не нужно твое признание, Джинву. Ему нужно, чтобы ты перестал существовать в его реальности. Но если это поможет тебе очистить совесть... делай что хочешь. Только не жди, что он придет на твои похороны сказать «спасибо».
Она вышла, и тишина ресторана снова сомкнулась вокруг меня, став еще более тяжелой.
Я остался сидеть в полумраке. На столе лежала та самая серебряная ложка, которую Мина выронила в последний момент. Я взял её — холодный металл обжег пальцы.
– Берион, – позвал я негромко.
Из тени за моей спиной соткался великий маршал. Его доспехи тускло мерцали в свете ламп.
– Да, мой Повелитель.
– Отзови всех теневых солдат от дома Юки в Токио. Оставь только одного. Самого незаметного. Пусть следит издалека. Если возникнет угроза, которую они не смогут отразить сами — только тогда вмешивайтесь. Но так, чтобы они никогда не узнали.
– Будет исполнено.
Я встал и подошел к панорамному окну. Сеул лежал у моих ног — город, который я спас, мир, который я защитил. Но мой собственный мир был разрушен до основания маленькой девочкой с голубыми глазами и женщиной, которая нашла в себе силы уйти от бога.
Юки сейчас в Италии. Наверное, они с Ливоном гуляют по вечернему Риму, смеются и строят планы на будущее. Юки, мой сын, который перерос меня не только ростом, но и душой. Он не стал охотником, но он победил самого страшного монстра — наследие своего отца.
Я сжал ложку в кулаке, и металл жалобно хрустнул, превращаясь в бесформенный комок.
– Будь счастлив, Юки, – прошептал я в пустоту ночи. – Пусть твой ад закончится там, где начался мой.
Я вышел из ресторана, и тени послушно расступились передо мной. Я всё еще был Теневым Монархом. Я всё еще был сильнейшим существом на планете. Но, шагая по пустому тротуару, я впервые в жизни чувствовал себя просто старым, усталым человеком, который наконец-то понял цену своего выбора.
Золотая дочь Ча Хэ Ин не превратила мою жизнь в ад — она лишь показала мне, что я сам создал этот ад давным-давно. И теперь мне предстояло жить в нем до конца своих дней, глядя на глянцевые обложки журналов и радуясь тому, что мой сын никогда не станет похожим на меня.
Это была моя последняя битва. И в ней я проиграл самому себе.