← Назад к обзору

Сын

Скрытая гавань за неоновыми вывесками

Рев мотора затих так же внезапно, как и начался, оставив после себя лишь звон в ушах и запах жженой резины. Юки небрежно бросил шлем на сиденье мотоцикла, даже не заботясь о том, что дорогущий байк стоит на неохраняемой парковке. Ему было плевать. Внутри него всё еще клокотала ярость, густая и темная, словно смола. Каждое слово, брошенное в лицо мачехе, каждое мгновение того фальшивого ужина прокручивалось в голове, заставляя кулаки сжиматься до хруста.

Он вошел в лифт своего пентхауса и прислонился затылком к зеркальной стене. Отражение выглядело пугающе: ярко-голубые глаза горели недобрым огнем, а татуировки на плече, казалось, стали еще чернее на фоне бледной от гнева кожи. Юки тяжело дышал, пытаясь унять дрожь в руках. Он знал, что этот вечер изменит всё, но горечь предательства и многолетней лжи, которую он сорвал с лица семьи, всё еще жгла горло.

Дверь квартиры открылась бесшумно. Внутри пахло дорогим парфюмом, свежим кофе и чем-то неуловимо уютным — тем, что Юки называл «домом». Это было единственное место в Сеуле, где он мог снять свою броню и перестать быть «непутевым сыном Монарха».

– Боже, как же она меня бесит... – прорычал он в пустоту, сбрасывая куртку прямо на пол прихожей.

Из глубины гостиной послышались мягкие шаги. Навстречу ему вышел мужчина, чей вид мгновенно заставил Юки немного расслабить плечи. Чон Ли Вон. Его Ли Вон. Высокий, стройный, с идеально уложенными черными волосами и серыми глазами, которые из-за природного разреза казались подведенными тонкими стрелками. На нем был мягкий домашний кардиган, который не мог полностью скрыть то, о чем пока не знал никто в этом мире, кроме них двоих.

– Милый, что случилось? – Ли Вон подошел ближе, внимательно вглядываясь в лицо мужа. Его голос был спокойным и обволакивающим, как целебный бальзам.

Юки вместо ответа просто шагнул вперед и уткнулся лбом в плечо Ли Вона, вдыхая его запах. Только сейчас, в этих руках, его начало «отпускать».

– Скажем так... ужин не удался, – хрипло произнес Юки, отстраняясь и проходя в гостиную. Он тяжело рухнул в глубокое кожаное кресло, закинув голову. – Я вывалил на стол всё. И её измену, и её отношение к Сухо, и всё то дерьмо, которое она копила годами.

Ли Вон молча подошел сзади и положил ладони на напряженные плечи Юки, начиная медленно разминать мышцы.

– Ты сказал отцу об измене? – тихо спросил он.

– Да. Прямо при всех. Старик выглядел так, будто у него мир под ногами треснул. Мне почти жаль его, Ли Вон. Почти. Если бы он не был таким слепым все эти годы, Сухо не вырос бы запуганным ребенком, а я бы не чувствовал себя чужаком в собственной семье.

Ли Вон вздохнул, его пальцы коснулись татуировки на плече Юки.

– Ты сделал то, что должен был. Гнойник нужно было вскрыть, иначе он бы отравил Сухо окончательно. Ты как? Мальчики не сильно бушевали?

Юки на мгновение замер, и его взгляд смягчился. Он перехватил руку Ли Вона и осторожно притянул его к себе, заставляя сесть на подлокотник кресла. Его ладонь легла на живот мужа — туда, где теплилась новая жизнь.

– Они вели себя тихо, – Юки едва заметно улыбнулся, и эта улыбка была предназначена только Ли Вону. – Кажется, они чувствуют, что их папа сегодня сражался с драконами. Даже если эти драконы были в дорогих платьях.

Ли Вон накрыл руку Юки своей. Он был успешным адвокатом, человеком логики и закона, но рядом с Юки он становился просто любящим партнером. Их брак был тайной. В мире, где каждый шаг сына Сон Джинву обсуждался в таблоидах, они умудрились создать свой собственный остров безопасности. О ребенке Юки не решался сказать даже отцу — не сейчас, когда вокруг семьи Сон кружило столько стервятников.

– Тебе нужно отдохнуть, – Ли Вон коснулся губами лба Юки. – Ты весь горишь. Эта ярость тебя сожжет, если не отпустишь.

– Я не могу просто отпустить, – Юки резко выпрямился, его глаза снова вспыхнули. – Ты бы видел лицо Сухо. Он был раздавлен. Хэ Ин лепила из него идеального солдата, а сама в это время... Господи, Ли Вон, как отец мог этого не замечать? Он же чувствует каждое колебание маны в этом чертовом городе, но не почувствовал, что его жена — лживая сука?

– Любовь ослепляет даже богов, Юки, – Ли Вон печально улыбнулся. – Сон Джинву так сильно хотел человеческого счастья, что сам создал себе иллюзию. И ты был единственным, кто не побоялся её разрушить. Это требует огромной силы. Не той, что измеряется рангами, а настоящей.

Юки притянул Ли Вона к себе в объятия, пряча лицо у него на груди.

– Я боюсь за Сухо. Отец сказал, что завтра приедет ко мне. Вместе с ним.

Ли Вон вздрогнул.

– Он приедет сюда? В эту квартиру?

– Я не знаю. Я сказал, что если Сухо нужно место, где его не будут поучать, он может прийти ко мне. Но я не думал, что старик решит явиться следом.

– Юки, если они придут... – Ли Вон запнулся, глядя на свой живот. – Мы не сможем долго это скрывать. Твой отец поймет всё в ту же секунду, как переступит порог. Ему не нужны тесты или признания, он просто почувствует кровь Сон.

Юки тяжело вздохнул. Он представил эту встречу: его отец, Теневой Монарх, и Ли Вон — человек, который стал его спасением. И их нерожденные дети. Двойня. Юки уже знал это, хотя срок был еще небольшим. Он чувствовал их связь, странную, почти магическую, несмотря на отсутствие у него маны.

– Пусть чувствует, – наконец сказал Юки, поднимая взгляд на мужа. – Хватит тайн. Этот вечер показал, к чему приводит ложь. Если старик хочет быть частью моей жизни, ему придется принять всё. Тебя, наш брак и то, что он скоро станет дедушкой. И если он попробует диктовать свои условия... что ж, он знает, что я не Сухо. Я уйду и больше не вернусь.

Ли Вон провел рукой по растрепанным волосам Юки, убирая прядь с его лба.

– Ты слишком суров к нему. Он потерял жену сегодня. Точнее, потерял образ той, кого любил.

– Он обрел правду, – отрезал Юки. – Это гораздо ценнее.

Они сидели в тишине, глядя на огни города через панорамное окно. Сеул казался бесконечным океаном света, в котором так легко было потеряться. Но здесь, в этой квартире, всё было предельно ясно.

– Знаешь, – тихо произнес Ли Вон, – я сегодня закончил дело того парня, помнишь? Которого подставили с контрабандой магических кристаллов. Мы выиграли.

Юки усмехнулся, в его глазах промелькнула гордость.

– Мой муж — лучший адвокат в этом прогнившем городе. Иногда я думаю, что твои серые глаза видят людей насквозь не хуже, чем магия отца.

– Я просто умею читать факты, Юки. А факт в том, что ты — самый добрый и преданный человек, которого я знаю. Несмотря на все эти тоннели в ушах и пугающие татуировки.

Юки рассмеялся, впервые за вечер искренне и открыто. Он поднялся с кресла, увлекая Ли Вона за собой.

– Пойдем спать. Завтра будет тяжелый день. Если старик действительно придет, мне понадобятся все мои силы, чтобы не сорваться на новый раунд обвинений.

– Я буду рядом, – пообещал Ли Вон, прижимаясь к его плечу.

Они прошли в спальню, где мягкий свет ночников создавал интимную атмосферу. Юки помог Ли Вону раздеться, делая это с такой осторожностью, будто тот был сделан из тончайшего фарфора. Его пальцы задержались на округлившемся животе, и он почувствовал едва заметный толчок.

– Смотри-ка, – прошептал Юки, замирая. – Кажется, они согласны с папой. Тоже хотят спать.

– Или они требуют, чтобы их отец перестал злиться, – улыбнулся Ли Вон, ложась в постель.

Юки лег рядом, обнимая его со спины и кладя руку на его живот. В этот момент весь мир за пределами этой комнаты перестал существовать. Не было ни Теневого Монарха, ни предательства Хэ Ин, ни тяжелых ожиданий общества. Был только он, его муж и их будущее, которое пульсировало под его ладонью.

– Ли Вон? – позвал Юки уже в полусне.

– М-м?

– Спасибо, что ты есть. Без тебя я бы точно стал тем чудовищем, которым меня считает Хэ Ин.

– Ты никогда бы им не стал, Юки. У тебя сердце твоего отца, даже если ты не хочешь этого признавать. Такое же огромное и готовое защищать тех, кто тебе дорог.

Юки не ответил, но крепче прижал Ли Вона к себе. Он засыпал, зная, что завтра ему придется столкнуться с прошлым лицом к лицу. Но теперь у него была причина стоять до конца. Его собственная семья. Настоящая. Без фальшивого блеска и масок.

А в это время на другом конце города Сон Джинву стоял на балконе своего пустого дома, глядя на звезды. Он чувствовал нить, связывающую его со старшим сыном. Она была натянута, полна боли и гнева, но она была прочнее любой магии. И где-то там, на периферии его божественного восприятия, он чувствовал еще две крошечные искры жизни, тесно связанные с кровью Сон.

Джинву прикрыл глаза. Юки думал, что он скрывает свою жизнь. Но отец знал... он всегда знал, что Юки найдет свой путь. Просто он не ожидал, что этот путь приведет к такому сокрушительному финалу их прежней жизни.

– Завтра, Юки, – прошептал Монарх в ночную прохладу. – Завтра мы поговорим как мужчины.

Город продолжал жить своей жизнью, не подозревая, что судьба величайшей династии в истории человечества решается не на полях сражений, а в тихих разговорах и смелых поступках одного «пустого» парня, который просто хотел быть свободным.