← Назад к обзору

Сын

Стеклянное сердце и стальной клинок

– Если с головы моего сына упадет хоть один волос по вашей вине — никакие обложки журналов вас не спасут, – мой голос прозвучал тише обычного, но в этой тишине таилась мощь, способная обрушить своды галереи.

Тень под моими ногами хищно вильнула, откликаясь на гнев. Я не шутил. В мире, где я мог повелевать армиями мертвых, жизнь одного смертного фотомодели стоила меньше, чем пыль на сапогах Игриса. Но этот смертный сейчас крепко держал за локоть моего сына.

– Оставь это для своего золотого мальчика, – бросил Юки, даже не повернув головы в мою сторону.

Его слова ударили больнее, чем любой магический снаряд. «Золотым мальчиком» он называл Сухо — моего младшего, того, кто унаследовал мою внешность, мои силы и, что важнее всего для Юки, мою новую семью. Для Юки я навсегда остался человеком, который заменил его мать другой женщиной, едва успев смыть кровь с рук после битвы.

– Завтра мы будем в Ассоциации, – Ли Вон внезапно перехватил инициативу.

Он не выглядел испуганным моим предупреждением. Напротив, в его серых глазах, подведенных безупречными стрелками, вспыхнул дерзкий вызов. Он обхватил ладонь Юки своей, переплетая их пальцы с такой естественностью, будто они занимались этим годами.

– Пойдем, Окумура-кун. Здесь слишком душно от чужого величия, – добавил Ли Вон.

Он потянул Юки за собой, и мой сын, этот упрямый, гордый боец, который никогда ни перед кем не склонялся, послушно последовал за ним. Они ушли быстрым шагом, скрываясь в лабиринте коридоров галереи, прежде чем вспышки камер репортеров успели ослепить их окончательно.

Я остался стоять один среди разгромленного зала. Игрис безмолвно материализовался за моей спиной, склонив голову в шлеме.

– Мой Король, приказать Теням следовать за ними вплотную? – его голос прозвучал в моей голове как шелест старой стали.

– Нет, – я сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает бессильное раздражение. – Юки прав. Он не Сухо. Если я буду давить, он просто исчезнет с радаров, и тогда я действительно его потеряю. Но... присматривайте издалека. Если появится хоть намек на тех существ из Пустоты — вмешайтесь немедленно.

Я вышел на улицу, где ночной Сеул сиял неоном. Город жил своей жизнью, не подозревая, что на его улицах разворачивается драма, способная пошатнуть равновесие между мирами.

***

На следующее утро в штаб-квартире Ассоциации охотников царила атмосфера, которую можно было описать как «затишье перед бурей». Председатель лично распорядился очистить главный холл.

Когда двери лифта открылись, я уже ждал их. Рядом со мной стояла Ча Хэ Ин. Она нервно поправляла манжеты своего охотничьего костюма. Я видел, как она переживает — несмотря на холодность Юки, она искренне пыталась стать ему матерью, но каждый раз натыкалась на стену из фарфора и стали.

Юки вошел первым. На нем была та же серая водолазка, черные брюки и тяжелые армейские сапоги. В ушах — неизменные наушники, хотя сейчас они висели на шее. Его взъерошенные черные волосы с выбритыми висками придавали ему вид бунтаря, случайно зашедшего в храм власти.

Следом шел Ли Вон. Даже в официальной обстановке Ассоциации он умудрялся выглядеть так, будто шел по подиуму. Черный шелковый костюм, расстегнутая на две пуговицы рубашка и эта его лисья улыбка, от которой у большинства женщин-охотников подгибались колени.

– Доброе утро, – Ли Вон вежливо поклонился, но его взгляд тут же метнулся к Юки, проверяя его реакцию.

– Перейдем к делу, – я проигнорировал любезности. – Юки, вчерашнее нападение подтвердило мои худшие опасения. Эти существа не из подземелий. Это «стигматы» — остаточная энергия разрушенных миров. Они ищут источники высокой концентрации внимания и эмоций. Ли Вон для них как маяк. А ты...

– А я — единственная преграда, которую они не могут просчитать, потому что у меня нет маны, – закончил Юки, проходя к столу совещаний и бесцеремонно усаживаясь в кресло. – Я это уже слышал. Что нового?

– Новое то, – вмешалась Ча Хэ Ин, делая шаг вперед, – что мы не можем гарантировать безопасность Ли Вона только силами одного человека. Юки, ты мастер боевых искусств, но ты человек. Твои мышцы могут устать, твои реакции могут замедлиться.

Юки медленно поднял на неё свои небесно-голубые глаза. В этом взгляде было столько льда, что Хэ Ин невольно осеклась.

– Мои реакции пока что справляются лучше, чем ваши радары, – отчеканил он. – И если вы хотите приставить к нам «няньку» из ранга S, то Ли Вон откажется от контракта. Верно?

Ли Вон, который до этого с интересом разглядывал татуировки на руке Юки, встрепенулся.

– О, абсолютно, – он облокотился на спинку кресла Юки, опасно близко склоняясь к его уху. – Мне не нужны телохранители, которые смотрят на меня как на ценный груз. Мне нужен тот, кто видит во мне... что-то интригующее.

– Это не игра, Ли Вон, – я почувствовал, как в комнате начал сгущаться сумрак. – Вы оба рискуете жизнями.

– Жизнь без риска — это просто медленная смерть, господин Сон, – Ли Вон выпрямился, и его лицо внезапно стало серьезным. – Я знаю, кто я. Я знаю, что я приманка. Но я также знаю, что ваш сын — единственный, кто не боится меня. Ни моей славы, ни моей... внешности.

Я посмотрел на них. Они сидели рядом — два абсолютных антипода. Юки, чья красота была суровой и функциональной, как боевой нож, и Ли Вон, чья привлекательность была декоративной и острой, как осколок зеркала.

– У нас через два часа выезд на съемки в старый район города, – Юки встал, давая понять, что разговор окончен. – Если Ассоциация хочет помочь — обеспечьте периметр в радиусе трех километров. Но внутрь не заходить. Ли Вон нервничает, когда видит людей в форме.

– Я не нервничаю, я просто теряю вдохновение, – поправил его Ли Вон, подмигнув мне.

Они направились к выходу. Проходя мимо меня, Юки на мгновение остановился. Его плечо коснулось моего.

– Не пытайся быть отцом сейчас, Джинву, – прошептал он так тихо, что услышал только я. – Ты опоздал на двадцать лет. Просто будь Монархом и делай свою работу. А я сделаю свою.

Двери закрылись, оставляя нас с Хэ Ин в тишине.

– Он так похож на тебя, – тихо сказала она, глядя на закрытую дверь. – Такой же упрямый и одинокий.

– В этом и проблема, – я потер переносицу. – Я знаю, к чему приводит такое одиночество. Оно либо делает тебя богом, либо ломает окончательно. И я боюсь, что Ли Вон — это тот молот, который может его разбить.

***

Старый район Сеула, Мунрэ-дон, был идеальным местом для съемок в стиле «индастриал». Ржавые конструкции, узкие переулки и запах старого железа. Юки ненавидел такие места — слишком много слепых зон, слишком много возможностей для засады.

Ли Вон позировал на фоне заброшенного завода. На нем была сетчатая майка и тяжелые цепи — образ, который должен был подчеркнуть его хрупкость на фоне грубого металла.

Юки стоял в тени, не снимая наушников, но я видел через глаза тени, притаившейся в его тени, что он предельно сосредоточен. Его пальцы постоянно касались рукояти ножа, спрятанного в рукаве.

– Эй, Окумура-кун! – крикнул Ли Вон в перерыве между сменой объективов. – Подойди сюда!

Юки нехотя вышел на свет.

– Что еще?

– Ты слишком напряжен, – Ли Вон подошел к нему, игнорируя вопли стилиста о том, что он может испортить грим. – Твои плечи как каменные плиты. Если на нас нападут, ты просто треснешь от напряжения.

– Занимайся своей работой, Ли Вон, – буркнул Юки, пытаясь отстраниться.

Но Ли Вон был настойчив. Он протянул руки и положил ладони на плечи Юки.

– Дыши, – скомандовал он. – Просто дыши. Ты чувствуешь? Здесь нет магии. Только мы и это старое железо.

Я наблюдал за этой сценой через ментальную связь и чувствовал, как внутри Юки что-то дрогнуло. Его дыхание, до этого прерывистое, выровнялось. Он посмотрел на Ли Вона, и в его голубых глазах промелькнуло что-то похожее на признательность. Или на страх перед тем, как сильно этот парень на него влияет.

– Ты странный, – произнес Юки.

– Я исключительный, – поправил его Ли Вон с улыбкой. – И ты тоже. Мы с тобой — два дефекта в этой идеальной системе охотников и монстров.

В этот момент реальность вокруг них начала искажаться. Воздух стал вязким, как смола. Фотограф и стафф замерли, словно мухи в янтаре — время для обычных людей замедлилось до почти полной остановки.

– Юки! – крикнул я через связь, но он уже и сам всё понял.

Из ржавых стен завода начали выходить существа, сотканные из чистого фиолетового пламени. Это были не тени, это были элементали Пустоты.

– Ли Вон, за спину! – Юки рванул вперед, на ходу выхватывая два коротких клинка.

Бой был коротким, но яростным. Юки двигался на грани человеческих возможностей. Его серая водолазка быстро пропиталась потом, а на руках вздулись вены. Он не просто сражался — он защищал. Каждый раз, когда элементаль пытался обойти его, чтобы достать Ли Вона, Юки оказывался там раньше, принимая удары на свои клинки.

Один из элементалей взорвался прямо перед ним, отбросив Юки назад. Он врезался в железную балку, и я почувствовал через тень, как у него перехватило дыхание.

– Юки! – Ли Вон подбежал к нему, не заботясь о собственной безопасности.

– Уходи... – прохрипел Юки, пытаясь подняться.

Но Ли Вон не ушел. Он встал перед Юки, раскинув руки, словно пытаясь закрыть его своим телом. В этот момент произошло то, чего никто из нас не ожидал.

Глаза Ли Вона вспыхнули ослепительным серебряным светом. Вокруг него образовался купол чистой энергии, который буквально испарил приближающихся элементалей.

Я сорвался с места, мгновенно переместившись через тени.

Когда я появился на заводе, всё уже было кончено. Ли Вон сидел на коленях рядом с Юки, поддерживая его голову. Серебряный свет в его глазах медленно гас, оставляя после себя лишь серую глубину и шок.

– Что это было? – прошептал Юки, глядя на Ли Вона.

Тот выглядел не менее растерянным.

– Я... я не знаю. Я просто очень сильно не хотел, чтобы тебе было больно.

Я подошел к ним, чувствуя, как воздух всё еще вибрирует от остаточной энергии. Это не была мана охотника. Это было что-то другое. Древнее.

– Ли Вон, – я положил руку на плечо модели. – Кажется, вы не просто приманка. Вы — пробужденный. Но не того типа, к которым мы привыкли.

Юки с трудом сел, опираясь на руку Ли Вона. Он посмотрел на меня, затем на свои дрожащие руки.

– Ты знал? – спросил он меня.

– Нет, – честно ответил я. – Но теперь я понимаю, почему они охотились за ним. Им нужен был не ты, Юки. Им нужен был его свет.

Юки горько усмехнулся, вытирая кровь с губы.

– Значит, я всё-таки просто телохранитель при настоящем герое?

Ли Вон вдруг резко притянул Юки к себе, обнимая за шею.

– Заткнись, Окумура-кун. Без тебя этот «герой» сгорел бы еще в первую секунду.

Я смотрел на них и понимал, что всё изменилось. Юки больше не был «бессильным» сыном, нуждающимся в опеке. Он стал якорем для силы, которую мир еще не видел. А Ли Вон... Ли Вон стал для него чем-то гораздо большим, чем просто работой.

– В Ассоциацию, – скомандовал я. – Обоих. Нам нужно понять, что это за сила, пока за ней не пришли те, кто посерьезнее этих элементалей.

Юки поднялся, опираясь на Ли Вона. На этот раз он не оттолкнул его руку.

– Пошли, Ли Вон, – сказал он, и в его голосе впервые прозвучала не сталь, а тепло. – Похоже, теперь мне придется защищать тебя еще усерднее.

– Я только «за», – улыбнулся Ли Вон, и они пошли к выходу, оставляя меня позади.

Я смотрел на их переплетенные тени на пыльном полу завода. Теневой Монарх мог править смертью, но жизнь... жизнь всегда находила свои, непредсказуемые пути. И мой сын, мой гордый Юки, наконец-то нашел свой путь. Пусть даже он лежал через серебряный свет человека, которого я так опасался.

– Кайсел, – позвал я, глядя в небо. – Сегодня мы будем летать высоко. Нам нужно охранять этот свет.

Потому что теперь я знал: если упадет Ли Вон, Юки не просто разобьется. Он погаснет. А этого я, как отец и как Монарх, допустить не мог.