Сын
Пустота за порогом
– Джинву, ты не видел Юки? – Голос Юми, обычно мелодичный и спокойный, прозвучал с кухни с легкой ноткой недоумения.
Я открыл глаза, чувствуя, как утренний свет пробивается сквозь шторы нашей спальни. В воздухе плыл аромат свежесваренного кофе и жареного риса. Обычное утро. Мирное утро.
– Наверное, еще спит, – отозвался я, потягиваясь. – После того ритуала очищения ему нужно много сил.
Я поднялся, накинул халат и вышел в коридор. Проходя мимо комнаты сына, я привычно потянулся восприятием к его ауре, но... наткнулся на пустоту. Внутри кольнуло нехорошее предчувствие. Я толкнул дверь.
Комната была прибрана, кровать заправлена с той педантичностью, которая появилась у Юки в последнее время. Окно было приоткрыто, впуская свежесть раннего часа. На тумбочке, рядом с аккуратно сложенными часами, лежал его телефон. Экран был темным.
– Странно, – пробормотал я. Юки никогда не уходил без телефона, особенно теперь, когда Касуми могла позвонить ему в любой момент.
Я спустился на кухню. Юми в фартуке возилась у плиты, а Касуми, одетая в домашнее кимоно, помогала ей накрывать на стол. Девушка выглядела посвежевшей, но стоило ей увидеть меня одного, как в её глазах промелькнула тень тревоги.
– Доброе утро, господин Сон, – она поклонилась. – А Юки-сан еще не спустился? Я хотела предложить ему вместе заняться дыхательной гимнастикой.
– Его нет в комнате, – я подошел к окну, всматриваясь в сад. – Наверное, ушел на пробежку пораньше. Телефон оставил дома.
– На пробежку? – Юми обернулась, нахмурив брови. – Без телефона? Он ведь знает, что я волнуюсь, когда он не на связи.
– Не переживай, – я попытался улыбнуться, хотя внутри всё сильнее разгоралось беспокойство. – Он взрослый парень. Вернется к завтраку.
Но он не вернулся. Ни к завтраку, ни к обеду, ни к ужину.
Я призвал своих теней. Игрис, Кайсел, Берр — тысячи моих солдат прочесывали город, заглядывали в каждый переулок, в каждую тень. Но ответ был один: «Мой Повелитель, след молодого господина обрывается прямо у порога дома».
Это было невозможно. Юки не мог просто испариться. Даже если бы он использовал скрытность, мои тени должны были почувствовать колебания пространства. Но мир словно проглотил его.
Прошло три дня. В доме воцарилась гнетущая тишина. Юми больше не суетилась на кухне — она сидела в гостиной, глядя в одну точку, её кожа стала еще бледнее, почти прозрачной. Ай постоянно плакала, чувствуя общее напряжение, и звала брата. Сухо и Миджун, обычно шумные и задиристые, замкнулись в себе. Они часами пропадали в тренировочном зале, выплескивая свой страх и бессилие на манекенах. Касуми... она осунулась, её магия жрицы дрожала, как пламя свечи на ветру.
Я подал заявление в полицию, задействовал все связи в Ассоциации Охотников. Весь Сеул стоял на ушах. Но полиция лишь разводила руками. Камеры наблюдения не зафиксировали Юки, свидетелей не было. Сын Монарха исчез, словно его никогда и не существовало.
Прошла неделя. Семь дней ада.
Я стоял на крыше самого высокого небоскреба Сеула, глядя вниз на копошащийся город. Ветер трепал мои волосы, но я не чувствовал холода. Внутри меня бушевала буря, готовая стереть этот мир в порошок, если я не найду сына.
– Где же ты, Юки? – прошептал я, сжимая кулаки. – Мама не находит себе места. Ай скучает... Сухо и Миджун... они ломаются на глазах.
Внезапно пространство вокруг меня дрогнуло. Это было едва уловимое колебание, похожее на эхо далекого взрыва. Моё восприятие, обостренное до предела неделей поисков, вцепилось в этот сигнал.
Это был след. Едва заметный, призрачный, пахнущий озоном и... тенью. Но не моей тенью. Это была искаженная, извращенная версия моей силы.
– Нашел, – мой голос прозвучал как рык.
Я сорвался с места, превратившись в черную молнию. След вел прочь из города, в сторону диких гор, где редко ступала нога человека. Я бежал быстрее ветра, прорезая пространство, пока не оказался перед входом в странную пещеру. Она была скрыта мощнейшим барьером, который не просто маскировал её, а буквально вырезал этот кусок реальности из общего полотна. Именно поэтому мои тени не могли его найти.
Я не стал церемониться. Собрав ману в кулак, я ударил по барьеру. Раздался звон разбитого стекла, и завеса пала.
Внутри пещеры было холодно и пахло древностью. Я скользнул вглубь, скрывая свое присутствие в тенях. Впереди забрезжил тусклый, неживой свет. До меня донеслись голоса. Холодные, лишенные эмоций, они резонировали в самом мозгу.
Монархи.
Я замер за выступом скалы. В центре просторного зала, залитого мертвенно-голубым сиянием, я увидел Юки.
Мой сын был прикован к стене массивными цепями из черного металла. Теми самыми, что оставили ожоги на его теле, но теперь их было в десятки раз больше. Они опутывали его руки, ноги, грудь, впиваясь в плоть. Юки был без сознания, его голова бессильно свисала на грудь, а по телу пробегали судороги.
Перед ним стояли две фигуры. Их ауры были мне до боли знакомы. Монархи, которые должны были быть мертвы. Или те, кто пришел им на смену в этом искаженном мире.
– Он сопротивляется, – произнес один из них, чье тело было соткано из морозного тумана. – Сын Теневого Монарха... Его воля невероятна. Мы уже неделю пытаемся сломить его, но он продолжает бороться.
– Нам нужно его тело, – ответил второй, чей голос напоминал шелест сухой травы. – Его кровь — идеальный сосуд. Если мы сможем подчинить его, мы получим ключ к силе его отца. Теневой Монарх не сможет убить собственного первенца.
Я почувствовал, как ярость внутри меня превращается в ледяное спокойствие. Они похитили моего сына. Они пытали его. Они хотели использовать его как оружие против меня.
– Мы не можем убить его, – продолжал Ледяной Монарх. – Только он сам может открыть врата своей души. Но его сопротивление... оно выматывает. Если бы я только мог полностью занять его тело, мы бы покончили с Теневым Монархом раз и навсегда.
– Он не сдастся, – прохрипел Юки, медленно поднимая голову. Его глаза, обычно ярко-синие, сейчас были застланы кровавой пеленой, но в них всё еще горел огонь непокорности. – Мой отец... придет за вами. И тогда... тени поглотят вас.
– Твой отец слеп, мальчик, – рассмеялся Монарх. – Он ищет тебя в мире людей, не подозревая, что ты здесь, в колыбели богов.
Я вышел из тени. Медленно, шаг за шагом, позволяя своей ауре заполнить всё пространство пещеры. Воздух стал настолько тяжелым, что камни на полу начали трескаться.
– Слеп, говоришь? – мой голос заставил Монархов вздрогнуть и резко обернуться.
Юки вскинул голову, и на его измученном лице просияла слабая улыбка.
– Папа... – выдохнул он.
– Сон Джинву?! – Ледяной Монарх отшатнулся, его туманное тело задрожало. – Как ты нашел это место?! Барьер был безупречен!
– Для отца, который ищет своего сына, нет ничего безупречного, – я вскинул руку, и в ней материализовался Гнев Монарха. – Вы совершили самую большую ошибку в своей жалкой жизни. Вы тронули мою семью.
– Стой! – закричал второй Монарх, выставляя руку в сторону Юки. – Один шаг, и я разорву его душу! Он прикован цепями, которые питаются его жизнью! Если ты убьешь нас, он умрет вместе с нами!
Я остановился. Мой взгляд скользнул по цепям. Они действительно были связаны с жизненными искрами этих существ. Подлая ловушка.
– Папа, не слушай их! – Юки задергался в оковах, цепи со звоном впились в его раны. – Убей их! Я справлюсь! Не дай им...
– Молчи, Юки, – я посмотрел ему прямо в глаза. – Я здесь. И я больше не позволю тебе страдать.
Я перевел взгляд на Монархов. Мои глаза светились фиолетовым пламенем.
– Вы думали, что можете использовать моего сына против меня? – я начал медленно идти вперед, игнорируя их угрозы. – Вы думали, что я буду выбирать между его жизнью и вашей смертью?
– Остановись! Я убью его! – Ледяной Монарх вскинул руку, собирая магию для удара.
– Попробуй, – бросил я.
В ту же секунду я активировал «Территорию Монарха». Весь зал погрузился в абсолютную тьму. Это была не просто тень, это была моя воля, ставшая реальностью. В этой тьме время и пространство принадлежали только мне.
Я оказался за спиной Ледяного Монарха раньше, чем он успел моргнуть. Кинжал прошел сквозь его призрачное тело, замораживая саму суть его магии.
– Ты... как... – он рассыпался ледяной крошкой, не успев закончить фразу.
Второй Монарх попытался бежать, но из пола вырвались сотни теневых рук, намертво пригвоздив его к месту. Игрис и Берр материализовались рядом с ним, их клинки замерли у его горла.
– Нет... это невозможно... – шептал он.
Я проигнорировал его и бросился к Юки. Цепи начали пульсировать красным, пытаясь вытянуть последнюю энергию из моего сына после смерти их создателя.
– Держись, – я обхватил звенья руками.
Металл жег мою кожу, антимагические руны пытались пробиться сквозь мою защиту, но я просто игнорировал боль. С рыком я рванул цепи на себя. Раздался оглушительный скрежет, и черное железо лопнуло, рассыпаясь прахом.
Юки упал в мои руки. Он был невероятно легким, его тело горело от лихорадки.
– Пап... – он вцепился в мой пиджак дрожащими пальцами. – Они... они хотели, чтобы я открыл им путь... к маме и Ай... Я не открыл...
– Я знаю, сынок. Я знаю. Ты был очень храбрым.
Я поднял его на руки, как когда-то в детстве. Он был моим первенцем, моей гордостью, и видеть его в таком состоянии было невыносимо.
– Игрис, добей его, – бросил я через плечо, кивая на оставшегося Монарха. – Медленно. Чтобы он почувствовал каждую секунду той боли, которую причинил моему сыну.
– Будет исполнено, мой Повелитель, – голос Игриса был полон холодной решимости.
Я вышел из пещеры, не оборачиваясь на крики, полные агонии. Снаружи уже занимался рассвет. Небо окрашивалось в нежно-розовые тона, напоминая мне о глазах Юми, когда она счастлива.
Я призвал Кайсела. Огромный дракон склонил голову, позволяя мне взойти на спину вместе с Юки.
– Домой, – скомандовал я.
Полет до Сеула занял считанные минуты. Я видел, как под нами проплывают леса и поля, как просыпается город, не знающий о том, какая битва только что завершилась в горах.
Когда Кайсел приземлился во дворе нашего особняка, дверь дома распахнулась. Юми выбежала на крыльцо, за ней — Сухо, Миджун и Касуми. Они замерли, глядя на меня и на израненное тело Юки в моих руках.
– Живой, – выдохнула Юми, и слезы хлынули из её глаз.
Касуми бросилась к нам, её руки уже светились исцеляющей магией.
– Юки-сан! – она упала на колени рядом с нами, когда я бережно уложил сына на траву.
Юки медленно открыл глаза. Он посмотрел на Касуми, потом на мать, на брата и сестру. Его взгляд остановился на мне.
– Мы... мы дома? – прошептал он.
– Да, – я положил ладонь на его лоб, чувствуя, как его жар начинает спадать под воздействием магии Касуми. – Мы дома. И больше никто тебя не тронет. Обещаю.
Юми опустилась рядом с ним, прижимая его голову к своей груди и тихо плача. Сухо и Миджун встали по бокам, их лица светились облегчением, которое невозможно было описать словами.
Я отошел на шаг, давая им пространство. Внутри меня всё еще бушевало пламя, но теперь оно было тихим. Я смотрел на свою семью и понимал: Монархи могут возвращаться, они могут плести заговоры и искать лазейки, но пока я дышу, пока тени служат мне, я буду их щитом.
Я посмотрел на свои руки. На запястьях остались красные следы от цепей — они заживут через пару минут, но память о них останется навсегда.
– Берр, – позвал я мысленно.
– Да, мой Повелитель? – тень верного муравья возникла за моей спиной.
– Усиль охрану дома. Удвой количество теней в тени каждого члена семьи. И... найди мне всё, что известно о «колыбели богов». Если в этом мире остались еще те, кто считает, что может охотиться на моих детей, я хочу знать их имена до того, как они успеют об этом подумать.
– Будет сделано, мой Повелитель.
Я вернулся к семье. Юки уже пытался сесть, поддерживаемый Касуми и Юми. Он выглядел ужасно, но его дух был не сломлен. Он посмотрел на меня и едва заметно кивнул — мужское признание силы и благодарности.
Я улыбнулся ему в ответ.
– Пойдемте в дом, – сказал я. – Нам нужно многое обсудить. И, кажется, Ай скоро проснется. Она будет очень рада увидеть брата.
Мы входили в дом, и я чувствовал, как тьма внутри меня наконец-то отступает, уступая место свету этого утра. Мы победили. Снова. И так будет всегда, пока мы вместе. Потому что сила Теневого Монарха — это не только легионы мертвых, это любовь тех, ради кого стоит возвращаться даже из самой глубокой бездны.