Сын
Галактика в обручальном кольце
Утро в Сеуле началось с суеты, которая была мне в новинку. Обычно мои дни состояли из планирования рейдов, тренировок или бесконечных встреч с главами гильдий, где каждое слово взвешивалось на весах силы. Но сегодня всё было иначе. Сегодня я был не Монархом Теней, а мужчиной, который везет свою беременную невесту к врачу.
Анна сидела рядом в машине, одетая в легкое кремовое платье, которое я попросил маму купить ей рано утром. Она выглядела такой хрупкой на фоне кожаного салона моего внедорожника, что я невольно сбавлял скорость на каждом повороте. Запах персиков, исходящий от нее, действовал на меня лучше любого успокоительного.
– Джинву, ты слишком напряжен, – тихо произнесла она, положив свою маленькую ладонь на мою руку, лежащую на рычаге переключения передач. – Врач сказал, что всё будет хорошо.
– Я просто не хочу, чтобы ты чувствовала дискомфорт, – ответил я, на мгновение переплетая свои пальцы с её. – Моя мана... она может быть тяжелой. Я стараюсь ее подавлять, но дети... они реагируют на меня.
В частной клинике «Асгард» нас ждали. Директор лично встретил нас у входа, рассыпаясь в поклонах, но я лишь коротко кивнул, жестом прося его пропустить нас к специалисту. Я не хотел внимания. Я хотел убедиться, что с моими сыновьями всё в порядке.
Кабинет УЗИ был залит мягким светом. Анна легла на кушетку, заметно нервничая. Когда врач нанес прохладный гель на её округлившийся живот и приложил датчик, я затаил дыхание. На экране, среди черно-белых теней и магических помех, вызванных силой плода, проступили очертания.
– Вот они, – улыбнулся доктор, указывая на монитор. – Смотрите, господин Сон. Вот первый, он чуть крупнее. А вот второй. Оба развиваются идеально. Уровень их маны уже сейчас соответствует рангу B, что просто невероятно для такого срока.
Я смотрел на экран, и в груди что-то сжалось. Мои мальчики. Два крошечных существа, которые уже обладали силой, способной перевернуть мир, но сейчас они были просто моими детьми. Я видел, как бьются их сердца — два быстрых, ритмичных огонька в темноте.
– Можно сделать фото? – спросил я, и мой голос прозвучал неожиданно хрипло.
– Конечно, господин Сон.
Я немедленно отправил снимки родителям. Ответ от мамы пришел через секунду: «Боже, Джинву! У них твой профиль! Я уже плачу. Ждем вас домой!». Отец прислал короткое: «Горжусь. Береги их».
После осмотра я внимательно выслушал врача. Он говорил о диете, о том, что Анне нужно больше отдыхать и избегать стрессов, а также о специальных витаминах с добавлением очищенной эссенции маны, чтобы поддерживать её организм, пока дети забирают силы. Я записывал каждое слово в телефон, словно это был отчет о слабостях национального босса.
Выйдя из клиники, я заехал в лучшую магическую аптеку города, скупив всё необходимое в тройном экземпляре.
– Теперь в ЗАГС? – спросила Анна, когда мы вернулись в машину.
– Сначала за кольцами, – я вырулил на главную улицу. – Я не позволю тебе подписывать документы без достойного украшения.
Мы заехали в закрытый ювелирный бутик, куда пускали только по предварительной записи или если ты входил в топ-10 мирового рейтинга. Владелец, дрожащими руками, выставил перед нами лучшие образцы.
Мой выбор пал на два кольца, которые лежали на черной глянцевой поверхности витрины. Свет ламп подчеркивал их невероятную красоту.
– Это они, – сказал я, глядя на украшения.
Слева лежало кольцо для Анны. Тонкое, из розового золота, оно казалось ажурным и невесомым. В центре сиял крупный темно-синий сапфир, ограненный так идеально, что казалось, внутри него заключена глубина океана. Вокруг него располагались прозрачные бриллианты разной формы — круглые и каплевидные, напоминающие лепестки диковинного цветка. Оно идеально подходило к её фарфоровой коже.
Справа лежало моё кольцо. Широкое, с гладкими золотисто-розовыми краями, оно имело необычную вставку по центру. Темная полоса с сине-фиолетовыми вкраплениями и яркими голубыми искрами напоминала звездное небо или далекую галактику. Это было отражение моей сути — Монарха, властвующего над бесконечной пустотой, но теперь обрамленного теплом.
– Они прекрасны, Джинву... – прошептала Анна, касаясь пальцем сапфира. – Но это, должно быть, баснословно дорого.
– Для тебя нет цены, которая была бы слишком высокой, – я взял её за руку и надел кольцо на безымянный палец. Оно село как влитое.
В ЗАГСе всё прошло быстро и без лишнего шума, как и обещал отец. Закрытый кабинет, сухой шелест бумаг, официальные печати. Но когда я поставил свою подпись рядом с её, я почувствовал странный прилив триумфа — более острого, чем после победы над Антаресом.
– Поздравляю, госпожа Сон Анна, – сказал чиновник, передавая нам свидетельство.
Она улыбнулась, и в её глазах стояли слезы счастья. Теперь она была под моей защитой не только по праву силы, но и по праву закона. Моя жена. Мать моих детей.
Мы вернулись домой, где мама уже накрыла стол, но я сначала увел Анну в нашу новую спальню. Я решил, что ей нужно полностью сменить гардероб. Никаких вещей из прошлой жизни, которые напоминали бы о трудностях.
Я открыл ноутбук и зашел на сайт элитного бренда, с которым у моей гильдии был контракт.
– Так, – я начал быстро пролистывать страницы. – Тебе нужны платья из натурального шелка, свободные, чтобы не давили на живот. Обувь только на плоской подошве, ортопедическая, но красивая.
Я начал добавлять товары в корзину: кашемировые кардиганы, мягкие домашние костюмы, десятки пар обуви. Анна сидела рядом, наблюдая за моими манипуляциями, пока я не дошел до раздела с бельем.
– Джинву, стой! – воскликнула она, когда на экране появилось кружевное белье нежно-персикового цвета. – Я... я сама это выберу!
Она покраснела так сильно, что стала похожа на спелый томат. Её смущение было таким искренним и милым, что я не удержался и тихо хихикнул, глядя на неё.
– Почему ты смеешься? – возмутилась она, пытаясь закрыть экран руками.
– Просто ты очень красивая, когда смущаешься, – я притянул её к себе, усаживая на свои колени. – Я хочу, чтобы у тебя было всё самое лучшее. И если я выбираю тебе белье, это значит, что я забочусь о твоем комфорте... и о своем эстетическом удовольствии.
– Ты невозможен, – пробормотала она, пряча лицо у меня на груди, но не пытаясь уйти.
Мы сидели в тишине несколько минут. Я вдыхал её запах, чувствуя, как внутри меня утихает вечная буря маны.
– Джинву, – тихо позвала она. – Я думала об именах.
Я замер, прислушиваясь.
– Мальчики... я хочу, чтобы у них были имена, отражающие и твою силу, и моё наследие. Я ведь наполовину японка, наполовину русская, хотя родителей у меня уже давно нет... Но я помню их рассказы.
Она подняла на меня свои небесно-голубые глаза.
– Сон Сухо. «Сухо» значит «защита» или «хранитель». Я хочу, чтобы он был таким же сильным защитником, как ты.
– Мне нравится, – одобрил я. – Сон Сухо. Сильное имя. А второй?
– Сон Юкио. Или просто Юки. На японском это может означать «счастливое дитя» или «снег». Он будет напоминать о чистоте и новом начале.
Я повторил эти имена про себя. Сон Сухо и Сон Юкио. Мои сыновья. Моя кровь.
– Это идеальные имена, Анна, – я коснулся её губ нежным поцелуем. – Сухо и Юкио. Хранитель и Счастье.
В этот момент в дверь постучали. Это был Бер. Он возник из тени, но на этот раз не в боевой форме, а в каком-то странном фартуке, который, видимо, выдала ему моя мать.
– Повелитель! Королева! – проскрежетал он, стараясь говорить тише. – Госпожа Кён Хи требует вашего присутствия за столом. Она приготовила суп из морепродуктов, который «необходимо съесть немедленно ради здоровья принцев».
Я усмехнулся, глядя на обескураженную Анну.
– Кажется, у нас нет выбора. Идем, жена. Нас ждет семейный ужин.
Когда мы спускались вниз, я мельком глянул на свое кольцо. Звездная пыль внутри него мерцала, отражая свет ламп. Раньше я думал, что моя судьба — это вечная тьма и одиночество на вершине силы. Но теперь, глядя на Анну и думая о Сухо и Юкио, я понял: даже в самой глубокой тени можно найти свою галактику. И я не отдам её никому.