← Назад к обзору

Сын аватара

Пепел и узы

Аппа тяжело приземлился на главной площади Храма, подняв в воздух облака серой пыли и сажи. Когда-то белоснежные плиты, по которым Юкио бегал с самого детства, теперь были испещрены трещинами и завалены обломками древних колонн. Запах гари стоял такой плотный, что щипало в горле.

Юми первой соскочила со спины зубра. Она всё еще прихрамывала, а повязка на ее голове пропиталась кровью, но взгляд огненной магички был полон решимости. Она огляделась вокруг, и ее лицо медленно начало наливаться краской — не от смущения, а от той праведной ярости, которая всегда предшествовала большой буре.

– Мой дом... – прошептала она, и ее голос дрогнул от гнева. – Они посмели осквернить мой дом.

Аанг спрыгнул следом, поддерживая Юкио, чей запас сил был практически на исходе. Аватар выглядел постаревшим на десять лет за одну эту ночь. Он смотрел на разрушенные пагоды, на выбитые окна святилища, и в его глазах отражалась бесконечная печаль. Это было не первое разрушение Храма, которое он видел в своей жизни, но на этот раз здесь была его семья.

– Мама! Папа! Юки!

Крик Соры разорвал тишину. Из-за уцелевшей стены северного крыла высыпали дети. Сора бежала первой, за ней, спотыкаясь и размахивая руками, несся десятилетний Кай, а позади всех, прижимая к себе маленькую Роми, семенил Тензин. Катара, следовавшая за ними, едва успевала следить, чтобы малыши не зацепились за обломки.

– Мамочка! – Кай с разбегу врезался в Юми, чуть не сбив ее с ног. Он обхватил ее за талию и зарыдал в голос, уткнувшись в обгоревшую одежду.

Юми тут же забыла о своей ярости. Она опустилась на колени, несмотря на боль в раненой ноге, и прижала к себе всех детей сразу. Сора обняла ее за шею, содрогаясь от беззвучных рыданий, а Тензин просто вцепился в ее рукав, широко открытыми глазами глядя на Юкио и отца.

– Мы здесь, маленькие мои, мы здесь, – Юми целовала их в макушки, ее голос стал мягким и обволакивающим, как тепло домашнего очага. – Всё закончилось. Драконы не бросают свое гнездо.

Юкио стоял чуть поодаль, прислонившись к боку Аппы. Его тело ломило, а внутри всё еще вибрировало странное эхо той силы, которую он выпустил в катакомбах. Он смотрел на младших братьев и сестер, и странное чувство ответственности, тяжелое и твердое, окончательно пустило корни в его душе.

– Юки! – Кай оторвался от матери и подбежал к старшему брату. – Ты правда упал с моста? Сора сказала, что ты упал! И мама упала!

Юкио слабо улыбнулся и потрепал брата по всклокоченным волосам.

– Упал, Кай. Но, как видишь, я не очень люблю оставаться внизу. Слишком скучный вид.

– Ты летел? – глаза Кая расширились. – Ты использовал магию воздуха, как папа?

– Скорее, я просто очень не хотел разбиться, – ответил Юкио, бросив мимолетный взгляд на отца.

Аанг подошел к ним. Он обнял Катару, которая выглядела измученной, но спокойной.

– Спасибо, что присмотрела за ними, – тихо сказал он.

– Они были напуганы, Аанг, но они держались храбро, – Катара посмотрела на Юкио. – Особенно Юкио. Тензин рассказал, как брат защищал их у входа.

Аватар кивнул и повернулся к жене. Юми уже поднялась на ноги, поддерживаемая Сорой. Она снова оглядывала разрушения, и на этот раз в ее глазах читался четкий план действий.

– Аанг, – она указала на дымящиеся руины библиотеки. – Там древние свитки. Нам нужно немедленно потушить тлеющие завалы, пока ветер не раздул новый пожар. Юки, ты сможешь помочь?

– Я... – Юкио попытался выпрямиться, но покачнулся.

– Нет, – отрезал Аанг, мягко кладя руку на плечо сына. – Юкио выложился полностью. Ему нужен отдых и помощь Катары. Я займусь огнем. Катара, Сора, помогите Юми добраться до лазарета.

– Я никуда не пойду, пока не буду уверена, что детям ничего не угрожает! – вспыхнула Юми, ее внутренний огонь снова начал брать верх над усталостью.

– Юми, пожалуйста, – Аанг посмотрел ей в глаза с той нежностью, перед которой она никогда не могла устоять. – Ты ранена. Дети увидят твою кровь и испугаются еще больше. Позволь нам с Каем и Сорой начать уборку.

Юми на мгновение поджала губы, готовая поспорить, но затем ее плечи опустились. Она посмотрела на испуганного Тензина и кивнула.

– Хорошо. Но как только Катара залатает мне ногу, я вернусь. Этот храм будет сиять ярче прежнего, клянусь Агни.

Катара увела Юми и младших в уцелевшую часть жилых помещений. Юкио побрел следом, чувствуя, как каждый шаг дается ему с огромным трудом.

Через час в лазарете стало тише. Катара, используя свои целительские способности, мягко водила светящимися водяными плетями над ранами Юми и Юкио. Прохладная вода вытягивала боль, оставляя после себя лишь легкое покалывание.

– Тебе повезло, Юки, – сказала Катара, закончив с его плечом. – Несколько глубоких ушибов и истощение магических каналов. Ты использовал слишком много силы за один раз. Это типично для первого пробуждения второй стихии.

– Это было странно, тетя Катара, – Юкио сидел на краю кушетки, завернутый в одеяло. – Это не было похоже на магию воздуха, которой папа учил младших. Это не было мягко. Это было... как взрыв, но направленный.

– Потому что ты смешал ее с огнем, – Юми подала голос с соседней кровати. Она уже выглядела гораздо лучше, хотя бледность еще не сошла с ее лица. – Ты не просто дул ветром, ты создавал давление. Это редкий дар, сын. Но он требует дисциплины, о которой ты раньше и не задумывался.

– Мама права, – Катара убрала воду в кувшин. – Твое тело — это поле битвы двух стихий. Если ты не научишься их примирять, они разрушат тебя изнутри.

– Я готов учиться, – твердо сказал Юкио. – Тот человек в маске... он сказал, что я аномалия. Что меня не должно существовать. Если они вернутся, я должен быть готов защитить братьев.

Юми резко села.

– Они не вернутся просто так, Юки. Это были не просто наемники. У них были знаки отличия, которые я видела давным-давно в хрониках Народа Огня. Это радикалы, которые считают, что Аватар нарушил баланс, смешав кровь наций.

В комнату вошел Аанг. Он был весь в саже, его одежда превратилась в тряпье, но взгляд был ясным.

– Я потушил последние очаги, – сообщил он, присаживаясь рядом с женой. – Кай и Сора собирают обломки на площади. Они очень стараются.

Он помолчал, глядя на свои руки.

– Юми, ты права. Это были «Очистители». Группа, которая возникла в тени после окончания Столетней войны. Они верят, что нации должны жить строго раздельно, как в старые времена. И наш союз для них — величайшее преступление.

– Значит, они охотятся за Юкио, потому что он живое доказательство того, что они неправы? – Юми сжала кулак, и вокруг него проскочили искры.

– Именно, – Аанг вздохнул. – Ребенок, владеющий магией двух стихий от рождения, не будучи Аватаром... это ломает всю их идеологию. Они боятся, что таких детей станет больше. Что мир изменится навсегда.

Юкио слушал отца, и в его голове складывалась картина будущего. Он больше не мог быть просто подростком, который тренируется ради удовольствия.

– Отец, – позвал он. – Ты сказал, что мои тренировки станут вдвое сложнее. Я хочу начать завтра.

– Завтра ты будешь отдыхать, – мягко улыбнулся Аанг. – А вот послезавтра... послезавтра мы начнем учить тебя «Танцу Солнечного Ветра». Это форма, которую я разработал специально для тебя, еще когда ты был младенцем. Я надеялся, что она тебе никогда не понадобится, но...

– Я справлюсь, – перебил его Юкио.

Вечером вся семья собралась в обеденном зале. Стол был накрыт скромно — запасы еды пострадали от пожара, но никто не жаловался. Юми, несмотря на протесты Катары, сама приготовила острый суп, который всегда возвращал ей силы.

Дети сидели тихо, что было совсем на них не похоже. Даже Кай не пытался подшучивать над Тензином. Они все чувствовали, что мир вокруг них стал немного холоднее и опаснее.

– Знаете, – вдруг произнес Тензин, ковыряя ложкой в тарелке. – А когда Юкио крутил тот огненный вихрь, это было красиво. Как будто в небе появилось маленькое солнце.

Юкио посмотрел на младшего брата.

– Спасибо, Тензин. Но в следующий раз я постараюсь сделать так, чтобы это солнце не сжигало всё вокруг.

– Мы восстановим Храм, – Юми обвела всех взглядом. – Мы отстроим каждую стену. И мы сделаем его выше. Чтобы те, кто смотрит на нас снизу, видели: мы не боимся.

Аанг положил свою руку на ее ладонь.

– Мы восстановим его вместе. Как семья.

После ужина Юкио вышел на балкон. Ночной воздух был прохладным, а звезды казались удивительно яркими. Он посмотрел на свои руки. Раньше он видел в них только инструмент для создания пламени. Теперь он чувствовал движение воздуха в каждом жесте.

Он закрыл глаза и сделал плавное движение рукой, как будто отодвигал невидимую занавеску. Легкий ветерок послушно закружился вокруг его пальцев, а в центре этого маленького смерча замерцал крошечный огонек. На этот раз пламя не пыталось вырваться и сжечь всё вокруг. Оно просто грело воздух, заставляя его двигаться быстрее.

– Гармония, – прошептал Юкио.

Он понял, что его путь не будет похож на путь отца. Ему не нужно было овладевать всеми стихиями, чтобы спасти мир. Ему нужно было овладеть собой, чтобы защитить то, что ему дорого.

В тени за его спиной стояла Юми. Она наблюдала за сыном, и в ее глазах блестели слезы гордости. Она знала, что впереди их ждут тяжелые времена. «Очистители» не остановятся, за ними могут стоять более могущественные силы. Но глядя на то, как уверенно Юкио управляет своей новой силой, она чувствовала: они справятся.

Потому что огонь Народа Огня и воздух Кочевников теперь бились в одном сердце. И это сердце было полно решимости.

– Идем спать, Юки, – тихо позвала она. – Завтра нам предстоит много работы. Нужно разобрать завалы в саду.

– Иду, мам, – парень погасил огонек и обернулся. – Знаешь, я думаю, нам стоит посадить там новые деревья. Те, что цветут белым и красным одновременно.

Юми улыбнулась и обняла сына за плечи.

– Отличная идея. Белый и красный. Цвета нашего нового мира.

Они ушли внутрь, и над разрушенным, но не сломленным Храмом воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом крыльев ночных птиц и далеким рокотом горной реки. Это была первая ночь новой эпохи. Эпохи, в которой магия перестала быть просто наследием предков и стала чем-то совершенно иным. Чем-то, что могло как разрушить, так и спасти всё живое.