← Назад к обзору

Сын монарха

Кровавый эндшпиль и зов крови

В доме семьи Сон всегда пахло спокойствием — тонким ароматом жасмина, который любила Ча Хэ Ин, и едва уловимым озоном, исходящим от скрытой мощи Сон Джинву. Но сегодня этот уют был отравлен. Воздух в гостиной казался густым, как патока, и горьким от невысказанного гнева.

Ча Хэ Ин стояла у панорамного окна, глядя на огни Сеула. В её руках был стакан воды, но пальцы сжимали его так крепко, что на стекле появились микроскопические трещины. Она была не просто женой Монарха и матерью. Она была охотником ранга S, женщиной, чей меч когда-то танцевал в вихре смерти, защищая человечество. И сейчас этот меч, метафорический и вполне реальный, жаждал крови.

– Они думали, что он легкая цель, – негромко произнесла она, не оборачиваясь. – Они решили, что если у моего сына нет маны, его можно использовать как лабораторную крысу.

Сон Джинву, сидевший в тени глубокого кресла, поднял взгляд. Его глаза светились холодным, потусторонним пламенем.

– Они ошиблись, Хэ Ин. Юки сильнее многих, кто наделен маной. Но они перешли черту, которую переходить нельзя.

В этот момент на лестнице послышались шаги. Сон Сухо спускался медленно, его лицо было бледным, а челюсти сжаты. Он только что закончил разговор по телефону с Тех Ваном, который оставался в больнице подле Юки и Ли Вона.

– Юки заснул, – коротко сообщил Сухо, подходя к родителям. – Врачи говорят, показатели стабилизировались, но яд... этот мана-токсин, который они использовали, всё еще выходит из системы. Он бредил во сне, звал Ли Вона и детей.

Хэ Ин резко обернулась. Её глаза, обычно мягкие и полные материнской любви, теперь напоминали два острых лезвия.

– Сухо, – её голос прозвучал как удар хлыста. – Твой отец уже начал зачистку тенями, но есть цели, которые требуют... личного присутствия. Те, кто отдавал приказы. Те, кто спонсировал этот кошмар здесь, в Корее.

Сухо выпрямился, и его собственная аура золотого ранга S непроизвольно вспыхнула, заставляя мебель в комнате мелко задрожать.

– Я готов, мам. Я ждал этого момента с той секунды, как увидел Юки на носилках.

– Тогда идем, – Хэ Ин подошла к стене, где за скрытой панелью хранилось её снаряжение. – Джинву, ты присмотришь за внуками? Ли Вон попросил Михо и Рея остаться здесь, пока он не восстановится.

Джинву кивнул, и из тени за его спиной бесшумно выступил Игрис.

– Игрис и Берру останутся с детьми. Они не пропустят даже муху, – голос Монарха стал глубже. – Я пойду по следу «Химеры» в международном масштабе. А вы... вырвите сорняки в нашем саду.

***

Ночной Сеул дышал безразличием. В элитном районе Каннам, в пентхаусе одного из небоскребов, проходил закрытый ужин. Трое мужчин в дорогих костюмах потягивали коллекционный коньяк, обсуждая «временные неудачи» в китайском филиале.

– Сон Юки оказался крепким орешком, – лениво произнес один из них, глава крупного инвестиционного фонда, который тайно перекачивал деньги «Химере». – Но его гены у нас. Даже если он выжил, прототип сыворотки почти готов. Ассоциация прикроет нас, если Джинву начнет задавать вопросы. Он ведь всего лишь охотник, пусть и великий. Против системы не попрешь.

Второй мужчина, высокопоставленный чиновник из Министерства по делам охотников, кивнул.

– Мы скажем, что это был несчастный случай во время несанкционированных исследований «Мортэ Индастриз». Юки сам виноват, что полез в дебри без охраны.

Внезапно свет в пентхаусе мигнул и погас. Роскошная люстра из чешского хрусталя жалобно звякнула.

– Что за черт? – чиновник поставил бокал на столик. – Система безопасности должна была сработать...

– Она сработала, – раздался холодный женский голос из темноты. – Но мой сын сам проектировал электронику для этого здания. Вы ведь знали об этом, когда покупали здесь апартаменты? Юки всегда оставляет за собой право «выключить свет».

Окна пентхауса, сделанные из сверхпрочного стекла, внезапно разлетелись вдребезги, впуская внутрь ледяной ночной ветер. На фоне лунного света возникли две фигуры. Ча Хэ Ин, облаченная в свой боевой доспех, держала в руке изящный меч, лезвие которого светилось нежно-розовым, почти белым светом. Рядом с ней стоял Сухо, его золотая аура освещала комнату лучше любых ламп.

– Охотница Ча? Сон Сухо? – инвестор вскочил, опрокидывая кресло. – Что это значит?! Это частная территория! Мы немедленно вызовем полицию и Ассоциацию!

– Вызывайте, – Сухо сделал шаг вперед, и пол под его ногами треснул. – Мой отец сейчас как раз занят тем, что объясняет руководству Ассоциации правила этикета. А мы здесь, чтобы поговорить о моем брате.

Хэ Ин медленно пошла по кругу, её меч чертил тонкую линию на дорогом паркете.

– Вы называли его «пустым»? – тихо спросила она. – Вы думали, что если у него нет маны, он беззащитен? Юки — сердце этой семьи. И вы совершили ошибку, решив, что сердце можно безнаказанно вырвать.

– Это недоразумение! – закричал чиновник, пятясь к выходу. – Мы просто инвесторы! Мы не знали о методах «Химеры»!

– Ложь, – Сухо в мгновение ока оказался перед ним, хватая за лацканы пиджака. Его глаза горели праведным гневом. – Юки нашел все ваши транзакции. Он взломал ваши зашифрованные архивы еще до того, как отправился в Китай. Он знал, кто вы. Он просто ждал, когда вы проявите себя.

Сухо швырнул мужчину в центр комнаты.

– Мой брат играет в шахматы, – продолжал Сухо, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. – И вы были пешками, которых он собирался пожертвовать ради безопасности мира. Но вы решили сжульничать и ударить его ножом в спину.

Хэ Ин подняла меч, направив острие в грудь инвестора.

– Где остальные лаборатории на территории Кореи? – спросила она. – У вас есть три секунды, прежде чем я начну отсекать лишнее. Один.

– Я... я не могу сказать! Они убьют мою семью! – взмолился мужчина.

– Два, – Хэ Ин сделала едва заметный выпад, и кончик лезвия рассек кожу на шее мужчины. Капля крови упала на его белоснежную рубашку.

– В подвалах старого завода в Инчхоне! – закричал он, падая на колени. – И в клинике «Грин Лайф» в Пусане! Пожалуйста, пощадите!

Хэ Ин посмотрела на сына.

– Сухо, Инчхон на тебе. Я займусь Пусаном.

– А что делать с этими? – Сухо кивнул на дрожащих мужчин.

– Оставь их теням, – раздался голос Сон Джинву прямо из воздуха.

В центре комнаты материализовался теневой портал, из которого вышли три солдата тени. Они молча окружили предателей.

– Джинву? – Хэ Ин взглянула на мужа.

– Я закончил с верхушкой в США и Японии, – Джинву вышел из портала, его лицо было непроницаемым. – Эти люди пойдут под суд, но сначала они передадут все свои активы в фонд помощи сиротам «Мортэ Индастриз». Юки так хотел. Он даже в бреду шептал о документах на передачу собственности.

Сухо невольно усмехнулся.

– Типичный Юки. Даже умирая, он умудряется грабить негодяев в пользу бедных.

– Идите, – кивнул Джинву. – Очистите эти лаборатории. Я хочу, чтобы к утру от «Химеры» не осталось даже воспоминания.

***

Инчхон встретил Сухо запахом ржавчины и морской соли. Заброшенный завод выглядел мертвым, но Сухо чувствовал вибрации маны глубоко под землей. Это была грязная, искусственная энергия, которая вызывала тошноту.

Он не стал играть в скрытность. Сухо ворвался в главный цех, как золотой метеор. Охрана — модифицированные люди с имплантами — попыталась остановить его, но они были для него не более чем бумажными преградами.

– Где Тех Ван и Ли Вон находят силы работать с Юки? – пробормотал Сухо, снося очередную бронированную дверь ударом ноги. – Это же постоянный стресс.

Он спустился на нижний уровень и замер. Перед ним были ряды капсул, в которых находились люди. Большинство из них были без сознания, опутанные трубками и датчиками.

– Твари... – прошипел Сухо.

Он начал методично крушить оборудование, стараясь не повредить системы жизнеобеспечения капсул. Внезапно из тени в углу вышел человек. Он был одет в белый халат, но его глаза светились красным.

– Сон Сухо... золотой мальчик, – проскрежетал ученый. – Вы опоздали. Мы уже получили то, что хотели от вашего брата. Его тело может быть «пустым», но его кровь — это чистый катализатор. Мы создадим армию Монархов!

Сухо не стал слушать. Он исчез со своего места и в следующую секунду прижал ученого к стене, сдавливая его горло.

– Мой брат — не катализатор, – прорычал Сухо. – Он человек, который любит персиковое саке, аниме и свою семью. Он человек, который готовит лучший ужин в Сеуле. И вы... вы недостойны даже произносить его имя.

Раздался хруст, и ученый обмяк в руках охотника. Сухо отбросил тело и связался с Ассоциацией, требуя немедленно прислать медиков для спасения людей в капсулах.

***

К рассвету всё было кончено. Ча Хэ Ин вернулась из Пусана, её меч был чист, но её взгляд оставался суровым. Она и Сухо встретились в больничном коридоре клиники «Мортэ».

У двери палаты Юки на скамейке спал Тех Ван, уронив голову на плечо Ли Вона, который тоже дремал, несмотря на неудобную позу. Ли Вон крепко прижимал к себе сверток с новорожденной Лили.

Хэ Ин подошла к ним и тихонько коснулась плеча Ли Вона. Тот вздрогнул и открыл глаза.

– Всё кончено? – прошептал он, поправляя одеяльце дочери.

– Да, – Хэ Ин присела рядом. – Больше никто не причинит вреда вашей семье. Мы позаботились об этом.

Ли Вон посмотрел на дверь палаты, за которой лежал Юки.

– Спасибо. Я... я не знаю, что бы мы делали без вас. Юки всегда говорит, что он сам по себе, что он строит свою империю... но я знаю, как сильно он дорожит тем, что вы рядом.

– Мы — семья, Ли Вон, – Сухо опустился на корточки рядом с ними. – И если кто-то нападает на одного из нас, он нападает на всех. Юки — наш мозг, отец — наша сила, мама — наш меч. А ты... ты наш голос совести.

В этот момент из палаты послышался шорох. Все мгновенно вскочили. Юки сидел в кровати, бледный, с растрепанными волосами, но в его глазах снова плясали искорки интеллекта. Он держал в руках смартфон и что-то быстро печатал.

– Юки! – Ли Вон ворвался в палату. – Тебе нельзя вставать!

– Подожди, Ли Вон, – Юки поднял руку, не отрываясь от экрана. – Я только что обвалил акции трех корпораций, связанных с «Химерой», и перевел их резервные фонды на счета нашего детского дома. Пять миллиардов вон... неплохо для утра понедельника.

Он наконец отложил телефон и посмотрел на вошедших. Его взгляд смягчился, когда он увидел мать и брата.

– Вы ведь всё уладили, да? – спросил он, и на его губах появилась та самая полуулыбка.

– Твой отец лично проследил, чтобы от них не осталось и следа, – Хэ Ин подошла к сыну и нежно погладила его по щеке. – Как ты себя чувствуешь?

– Как будто меня пережевал и выплюнул дракон, – честно признался Юки. – Но, эй, у меня есть отличная новость. Пока я лежал здесь, я придумал новую систему фильтрации маны для охотников низких рангов. Это произведет революцию на рынке.

Сухо закатил глаза, но в его жесте было столько облегчения, что это заметили все.

– Ты неисправим. Тебя чуть не убили, а ты думаешь о патентах.

– Бизнес не ждет, братец, – Юки протянул руки к Ли Вону. – Дай мне подержать Лили. Мне нужно зарядиться правильной энергией.

Ли Вон бережно передал ему дочь. Юки прижал малышку к своей груди, туда, где под бинтами еще заживала глубокая рана. Девочка зашевелилась и издала тихий звук, похожий на вздох.

– Она такая крошечная, – прошептал Юки, и его ярко-голубые глаза наполнились слезами, которые он тут же поспешил скрыть, уткнувшись носом в одеяльце. – Я сделаю этот мир для нее идеальным. Никаких «Химер», никаких грязных игр. Только свет.

Тех Ван, который к этому времени уже проснулся и стоял в дверях, робко улыбнулся.

– Юки-ним, я подготовил пресс-релиз о вашем выздоровлении. И... Сухо-ним, спасибо, что нашли мой телефон.

Сухо покраснел и отвел взгляд, а Юки весело хмыкнул.

– О, Тех Ван, боюсь, тебе придется готовить не только пресс-релизы. Сухо теперь твой личный телохранитель на неопределенный срок. Я так решил. Это мой приказ как директора.

– Юки! – возмутился Сухо, но Тех Ван лишь тихо рассмеялся.

– Я не против, господин директор.

Вечер опустился на Сеул, окрашивая небо в персиковые тона — такие же, как любимое саке Юки. В палате было тихо и тепло. Сон Джинву стоял на крыше клиники, глядя на город. Он чувствовал, как его семья снова воссоединилась. Тени вокруг него были спокойны.

Он знал, что впереди еще много битв, но сегодня они победили. Победил интеллект младшего сына, победила отвага старшего, победила любовь матери.

А в палате Сон Юки заснул, держа за руки Ли Вона и Сухо. На его тумбочке лежал планшет с открытым чертежом нового оружия, а в углу комнаты стоял невидимый Игрис, охраняя сон тех, кто был дороже всего мира.

Партия была сыграна. И Сон Юки снова поставил мат самой смерти.