← Назад к обзору

Сын монарха

Наследие Плоти и Тени

Юки открыл глаза, и первое, что он ощутил, была невыносимая тяжесть в пояснице. Тело, обычно гибкое и послушное, словно налилось свинцом. Стоило ему шевельнуться, как между бедер отозвалась тупая, тянущая боль — напоминание о том, что произошло ночью.

Он сел на кровати, и его взгляду предстала картина полного разгрома. Роскошная кровать из темного дерева, способная выдержать вес нескольких человек, была буквально разворочена: изголовье превратилось в щепу под его собственными пальцами, когда экстаз смешивался с болью. Дорогие подушки с гусиным пухом были разорваны в клочья, и белые перья теперь устилали пол, словно выпавший среди лета снег.

Юки замер, глядя на свои руки. На пальцах всё еще виднелись следы засохшей маны — его собственной, фиолетовой, и иссиня-черной маны отца. Он медленно опустил взгляд вниз, к своим бедрам. Странно, но он не чувствовал того всепоглощающего отвращения, которого ожидал. Скорее, это было глубокое, экзистенциальное недоумение. Теперь его суть изменилась. Там, где раньше была мужская гордость, теперь скрывалась нежная, глубокая складка плоти, всё еще хранящая в себе тепло Джинву.

– Значит, теперь это моя реальность... – прошептал он, и его голос, обычно звонкий, прозвучал хрипло.

Он встал, пошатываясь. Мышцы протестовали, но «Кармическое возмездие» внутри него уже начало медленный процесс исцеления, окрашивая внутренние повреждения в фиолетовый цвет, постепенно сводя боль на нет. Юки подошел к зеркалу. Высокий, атлетичный, с идеальным прессом и татуировкой, уходящей под ключицу — он всё еще выглядел как принц охотников. Только небесно-голубые глаза стали какими-то иными, более глубокими.

Юки быстро оделся, выбрав свободные штаны и объемное худи, чтобы скрыть дрожь в коленях. В ушах привычно блеснули по три сережки. Он вышел из комнаты, стараясь ступать бесшумно, но в доме Теневого Монарха ничто не могло остаться незамеченным.

На кухне пахло свежезаваренным кофе и поджаренным хлебом. Сон Джинву стоял у окна, глядя на сад, где тени деревьев казались длиннее и гуще, чем обычно. Когда Юки вошел, Джинву обернулся. Его взгляд мгновенно просканировал сына, отмечая каждую деталь: походку, цвет лица, уровень маны.

– Доброе утро, пап, – тихо произнес Юки, останавливаясь у порога.

– Доброе, Юки, – голос Джинву был ровным, но в глубине зрачков всё еще тлели угли ночного пожара. – Как ты себя чувствуешь?

Юки прошел к столу и сел, стараясь не морщиться от дискомфорта в теле.

– Если не считать того, что я чувствую себя так, будто по мне проехался один из моих любимых маслкаров, то нормально. Но мне нужно поговорить с тобой серьезно.

Джинву поставил перед ним чашку кофе и сел напротив, сложив замком сильные руки.

– Я слушаю.

– Та магия, «Смена Сути»... она ведь не просто изменила внешность, верно? – Юки поднял на отца прямой, пронзительный взгляд. – Ты — Монарх, твоя система должна была проанализировать моё состояние, пока... пока мы были вместе. Раз я теперь «такой», то получается, я и родить могу?

Джинву на мгновение замолчал. Тишина в кухне стала звенящей. Он вспомнил, как его мана входила в резонанс с телом Юки, как он чувствовал формирование новых органов, идеально созданных магией для продолжения рода.

– Твоё тело полностью перестроено на биологическом уровне, – наконец произнес Джинву. – Это не иллюзия и не временная трансформация. Алхимия тех охотников была направлена на создание идеального сосуда. Да, Юки. С точки зрения биологии ты теперь способен к зачатию.

Юки нервно усмехнулся, помешивая кофе, хотя сахара в нем не было.

– И мы не предохранялись вчера. Учитывая твой ранг и мою совместимость с твоей маной... Пап, ты можешь провести полное обследование моей системы? Я хочу знать, насколько глубоко это зашло. Не хочу проснуться через месяц и обнаружить, что внутри меня растет маленькая тень.

Джинву поднялся и подошел к сыну со спины, положив руки ему на плечи. Юки вздрогнул, но тут же расслабился под тяжелым, уверенным теплом ладоней.

– Моя система не видит тебя как обычного игрока или монстра, – негромко сказал Джинву. – Но я могу использовать «Взор Монарха», чтобы просмотреть твои энергетические потоки. Закрой глаза.

Юки повиновался. Он почувствовал, как в его затылок вливается холодная, мощная волна чужой магии. Это было похоже на сканирование рентгеном, только гораздо интимнее. Он чувствовал, как сознание отца проходит по его позвоночнику, опускается к тазу, задерживается там, где теперь пульсировал новый центр тяжести.

Перед глазами Джинву развернулась сложная схема. Магические каналы Юки, обычно ярко-голубые, теперь были густо переплетены фиолетовыми нитями Кармы. Но в самом низу, в области матки, зародился крошечный золотистый вихрь. Это была точка пересечения их сил.

– Ну что там? – прошептал Юки, не открывая глаз.

– Твои каналы стабильны, – голос Джинву стал тише. – Но яд сработал эффективнее, чем я думал. Твоя репродуктивная система сейчас находится в состоянии гипер-активности. Любой контакт с мощной маной... особенно моей... приведет к результату почти со стопроцентной вероятностью.

Юки открыл глаза и резко обернулся. В его взгляде смешались страх и какое-то странное, дикое торжество.

– Значит, я могу носить твоего наследника? Не просто тень, а живое существо?

– Похоже на то, – Джинву внимательно смотрел на него. – Тебя это пугает?

Юки встал и подошел к окну, обхватив себя руками. Его мысли неслись вскачь. Он вспомнил Сухо, своего старшего брата, который ушел с матерью. Сухо всегда был «правильным», идеальным героем. А он, Юки, всегда был в тени — и отца, и брата. Но теперь... теперь у него была сила, о которой Сухо и мечтать не смел. И связь с отцом, которую невозможно разорвать.

– Это безумие, – наконец произнес Юки, оборачиваясь. – Весь мир сойдет с ума, если узнает. Ассоциация, другие охотники... они убьют нас обоих, если поймут, что мы натворили.

– Пусть попробуют, – в глазах Джинву вспыхнуло фиолетовое пламя, и тени в углах кухни хищно зашевелились. – Я стер с лица земли целые расы. Ты думаешь, меня остановят жалкие правила людей?

Юки подошел к отцу вплотную. Его рост позволял ему смотреть Джинву почти в глаза. Он протянул руку и коснулся щеки Монарха.

– Ты неисправим. Но именно поэтому я остался с тобой.

Он замолчал на мгновение, а затем его лицо приняло деловое выражение, свойственное ему, когда он планировал рейды.

– Если я действительно забеременею, мне нужно будет изменить режим тренировок. Моя сила «Кармического возмездия» может быть опасна для плода, если я буду использовать её слишком агрессивно. И «Гастер-бластеры»... они потребляют слишком много энергии.

Джинву невольно улыбнулся. Его сын, даже оказавшись в такой невероятной ситуации, первым делом начал анализировать стратегические риски.

– Мы разберемся с этим. Я выделю лучших теневых воинов для твоей охраны. Белл будет следовать за тобой даже в ванной, хотя тебе это и не понравится.

– Только попробуй приставить ко мне этого муравья, и я превращу его в костяную инсталляцию, – фыркнул Юки, но в его глазах блеснули искорки смеха.

Он снова посерьезнел.

– Пап, а что с теми охотниками? Ты сказал, что они умрут.

Лицо Джинву мгновенно превратилось в маску ледяного спокойствия.

– Они уже в подземелье. Я оставил их живыми только потому, что обещал тебе — последний удар будет твоим. Они еще не знают, что их ждет. Я приказал теням поддерживать в них жизнь, пока ты не придешь.

Юки сжал кулаки. Его татуировка отозвалась пульсацией.

– Хорошо. Я хочу пойти туда сейчас. Я хочу, чтобы они увидели, кем я стал. И я хочу, чтобы они почувствовали всю тяжесть моей кармы, прежде чем их поглотит твоя тень.

Джинву кивнул, одобряя это решение. Он видел, как в Юки просыпается истинный наследник трона — не просто напуганный подросток, а будущий правитель, способный на жестокость ради справедливости.

– И еще одно, – Юки замялся, его щеки слегка порозовели. – Если обследование системы показало, что зачатие возможно... то как нам быть дальше? Ты... ты ведь не собираешься останавливаться на одной ночи?

Джинву сократил расстояние между ними, прижимая Юки к столешнице. Его руки легли на талию сына, властно и собственнически.

– Ты теперь моя пара, Юки. Не только по крови, но и по мане. Моё тело и моя тень никогда не отпустят тебя к другому.

Юки выдохнул, закрывая глаза и прижимаясь лбом к плечу Джинву.

– Тогда мне нужно научиться готовить что-то более питательное, чем персиковые пироги. Кажется, нам обоим понадобится много сил.

– У тебя вся вечность впереди, чтобы практиковаться, – прошептал Джинву, целуя его в макушку.

В этот момент где-то в глубоких подземельях Ассоциации охотники S-ранга, еще недавно считавшие себя хозяевами жизни, содрогнулись от внезапного приступа первобытного ужаса. Они чувствовали, как к ним приближается нечто — не человек и не монстр. К ним шла сама Карма, ведомая рукой Теневого Монарха.

А в светлой кухне Юки наконец-то почувствовал, что боль в пояснице отступает, сменяясь странным, вибрирующим чувством новой жизни. Он еще не знал точно, произошло ли зачатие в ту первую ночь, но он знал одно: он больше не боится своей новой сути. Если это цена за то, чтобы быть рядом с отцом на равных — он заплатит её с гордостью.

– Пойдем, – сказал Юки, отстраняясь и поправляя худи. – Пора напомнить этому миру, почему не стоит злить семью Сон.

Джинву щелкнул пальцами, и пространство вокруг них начало искажаться, открывая проход в теневой мир. Юки шагнул в него первым, его небесно-голубые глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым, предвещая бурю, которая вот-вот должна была обрушиться на их врагов.