← Назад к обзору

Сын монарха

Слияние двух бездн

В спальне пентхауса Сон Юки пахло грозой, можжевельником и тем первобытным, густым ароматом, который источает только альфа в момент наивысшего триумфа. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, уступив место неоновому мареву Сеула, которое просачивалось сквозь панорамные окна и расцвечивало потную кожу любовников в синие и фиолетовые тона.

Ли Вон сидел сверху, его бедра плотно обхватывали талию Юки. Адвокат, который еще вчера казался образцом холодного беспристрастия, сейчас выглядел как сошедшее с ума божество. Его иссиня-черные волосы намокли от пота и прилипли ко лбу, а серые глаза, обычно ясные и острые, затуманились от наслаждения. Он двигался быстро, рвано, в такт собственному сбивчивому дыханию.

Юки сжимал его талию так крепко, что на фарфоровой коже омеги наверняка останутся следы его широких ладоней. В свои шестнадцать Юки обладал силой, которая пугала его самого, но сейчас он не сдерживался. Его небесно-голубые глаза горели потусторонним светом, отражая мощь Монарха, пульсирующую в его жилах.

– Юки... – выдохнул Ли Вон, запрокидывая голову назад. Его шея, тонкая и изящная, была полностью открыта. – Ты... ты слишком...

– Тише, – прорычал Юки, его голос вибрировал от низкого, рычащего тембра альфы. – Смотри на меня.

Он подался вперед, сокращая расстояние, и впился зубами в нежную кожу на стыке шеи и плеча Ли Вона. Это не был просто укус. Это было клеймо. Метка истинного альфы, которая связывала их души крепче любого юридического контракта. Ли Вон вскрикнул, но этот крик быстро перешел в стон облегчения. Магия Юки хлынула в него, заполняя каждую клетку теплом и осознанием того, что отныне он принадлежит самому опасному хищнику в этом мире.

Юки почувствовал, как Ли Вон содрогнулся под ним, как его тело обмякло, принимая метку. Но альфе было мало. Его инстинкты требовали полного подчинения, полного слияния.

Одним мощным движением Юки перевернул их, прижимая Ли Вона лицом к подушкам. Адвокат оказался к нему спиной, его лопатки тяжело вздымались, а позвоночник казался хрупким под неоновым светом. Юки навис над ним, как огромная тень, его татуировка ассасина на шее, казалось, ожила в полумраке.

– Ты мой, Ли Вон, – прошептал Юки прямо в покрасневшее ухо омеги. – Ты слышишь? Мой адвокат. Мой омега. Моя истина.

Он перехватил Ли Вона под бедра, приподнимая его и проникая еще глубже. Ли Вон вцепился пальцами в простыни, его тело выгнулось дугой от невыносимой остроты ощущений. Каждое движение Юки было наполнено первобытной мощью; он не просто брал его тело, он забирал его душу, заменяя холодную логику Ли Вона своим пламенем.

– Юки... пожалуйста... – Ли Вон не мог закончить фразу. Слова тонули в густом, наэлектризованном воздухе.

– Я никогда не отпущу тебя, – Юки прижался грудью к его спине, чувствуя, как их сердца бьются в унисон, словно один огромный барабан войны. – Теперь ты часть моей стаи. Часть моей тени.

Когда пик наслаждения накрыл их обоих, в комнате словно произошел магический разряд. Костяные искры, порожденные силой Юки, на мгновение вспыхнули в воздухе, оседая на простынях призрачной пылью. Ли Вон затих, полностью исчерпанный, его дыхание постепенно выравнивалось под тяжестью тела Юки.

Прошло немало времени, прежде чем Юки осторожно перекатился на бок, увлекая Ли Вона за собой и укрывая их обоих одеялом. Он прижал омегу к своей широкой груди, вдыхая аромат можжевельника, который теперь смешался с его собственным запахом озона и стали.

– Ты в порядке? – спросил Юки, его голос вернул свою привычную мягкость, хотя в нем всё еще слышались отголоски недавнего рыка.

Ли Вон медленно открыл глаза и посмотрел на юношу. На его шее отчетливо алела метка — символ того, что мир для него навсегда изменился.

– Ты невыносим, Сон Юки, – тихо ответил Ли Вон, но в его голосе не было злости. – Ты разрушил мою жизнь за одну ночь. Теперь я не смогу смотреть ни на один закон, не думая о том, как ты его нарушаешь.

Юки усмехнулся, его пирсинг под губой блеснул в свете луны, пробравшейся в комнату.

– Законы пишут люди, Ли Вон. А мы с тобой... мы выше этого. Ты сам это сказал в суде.

– Я сказал это про твоего отца, – поправил его адвокат, устраиваясь поудобнее на плече альфы. – Но, кажется, я недооценил наследственность. Ты еще опаснее, чем он. Потому что ты не прячешься за маской величия. Ты просто берешь то, что хочешь.

– И я хочу тебя, – Юки поцеловал его в макушку. – Каждый день. Каждую минуту.

Ли Вон промолчал, но его рука, лежащая на животе Юки, слегка сжалась. Он понимал, что эта связь — не просто прихоть судьбы. Это был вызов всему его мировоззрению. Он, человек порядка и буквы закона, стал парой для существа, чья природа подчинялась лишь инстинктам и магии.

– Знаешь, – Ли Вон поднял голову, глядя Юки прямо в глаза. – Твой брат, Сухо... он ведь никогда не поймет этого. Он искал силы в клинках и заговорах, а сила была здесь. В этой связи.

Юки помрачнел при упоминании брата.

– Сухо мертв для меня, – отрезал он. – У него был шанс быть частью семьи. Он выбрал зависть. Теперь у него есть только его одиночество.

– Твой отец... Джинву... – Ли Вон замялся. – Как он отреагирует на метку?

Юки рассмеялся, и этот звук был чистым и радостным.

– Папа? Он будет в восторге. Он сам сейчас метит Юджина в каждом углу особняка. Мы с ним в этом похожи — если Сон находит свое, он никогда это не отдаст.

Ли Вон вздохнул, закрывая глаза.

– Значит, мне придется привыкать к роли «омеги Монарха». Это будет самый сложный кейс в моей карьере.

– Не «омеги Монарха», – Юки приподнял его подбородок, заставляя снова посмотреть на себя. – Моего омеги. Я не мой отец, Ли Вон. Я Сон Юки. И моя империя начинается здесь, с тебя.

Они пролежали в тишине еще несколько часов, наблюдая, как рассвет начинает окрашивать небо над Сеулом в нежно-розовые тона. Юки чувствовал себя абсолютно спокойным. Вчерашняя ярость, вызванная предательством Сухо, окончательно угасла, сгорев в пламени страсти. Теперь на ее месте была холодная, уверенная решимость.

– Юки, – позвал Ли Вон, когда солнце коснулось шпилей небоскребов.

– Да?

– У тебя завтра тренировка. И ты не спал всю ночь.

– Я альфа, Ли Вон, – Юки подмигнул ему. – Я могу не спать неделями, если у меня есть правильная мотивация. А сейчас моя мотивация пытается заставить меня чувствовать вину за прогул.

– Я просто забочусь о твоем графике, – буркнул Ли Вон, хотя его рука продолжала нежно поглаживать татуировку на плече Юки.

– Позаботься лучше о завтраке, – Юки поднялся, демонстрируя всё свое атлетическое величие. В утреннем свете он действительно выглядел божественно — длинные ноги, узкая талия, широкие плечи и эта аура несокрушимости. – Я умираю от голода. И, кажется, у нас закончилась кола.

Ли Вон тоже сел, кутаясь в одеяло. Несмотря на усталость, он чувствовал себя странно обновленным. Словно метка Юки стерла с него годы скучной офисной работы и разочарований.

– Я закажу доставку, – сказал он, потянувшись за телефоном. – И не надейся, что я буду готовить. Я адвокат, а не домохозяйка.

– Я и не прошу, – Юки подошел к окну и потянулся, хрустнув суставами. – Мне нравится, когда ты командуешь по телефону. Это напоминает мне о том, какого крутого парня я заполучил.

Ли Вон набрал номер ресторана, а Юки продолжал смотреть на город. Он знал, что впереди их ждут трудности. Сухо и Хэ Ин еще могут попытаться отомстить, Ассоциация охотников будет пристально следить за каждым шагом сына Монарха, а пресса устроит настоящую охоту за подробностями его личной жизни.

Но глядя на свое отражение в стекле — на взлохмаченные волосы, на пирсинг, на небесно-голубые глаза — Юки видел не просто подростка. Он видел будущего правителя. Того, кто сможет призвать костяного дракона не только для разрушения, но и для защиты того, что ему дорого.

– Заказ принят, – Ли Вон отложил телефон и подошел к нему сзади, осторожно обнимая за талию. – Приедут через сорок минут.

Юки развернулся в его руках и прижал омегу к себе.

– Значит, у нас есть сорок минут на раунд в «Black Flag»? – с надеждой спросил он.

Ли Вон рассмеялся, и этот смех был самым прекрасным звуком, который Юки слышал за всю свою жизнь.

– Ты неисправим, Юки. Ладно, показывай свой корабль. Но если я проиграю, ты будешь неделю сам заполнять свои отчеты для школы.

– Идет! – Юки схватил контроллер, его глаза азартно блеснули.

Они уселись на диване перед огромным экраном. Ли Вон, всё еще завернутый в одеяло, и Юки, абсолютно нагой и уверенный в себе. В этот момент они не были Монархом и Адвокатом. Они были просто двумя людьми, которые нашли друг друга в мире, полном теней и предательства.

Игра началась. На экране зашумело море, взметнулись черные паруса, а в комнате снова воцарилась атмосфера азарта и близости. Юки ловко управлял штурвалом, комментируя каждое движение, а Ли Вон, вопреки своим словам, быстро освоился и начал давать вполне дельные советы по тактике морского боя.

– Слушай, а этот Эдвард Кенуэй... он чем-то похож на тебя, – заметил Ли Вон, наблюдая за маневрами героя.

– Такой же красавчик? – хмыкнул Юки.

– Такой же безрассудный, – парировал Ли Вон. – Но у него есть цель. И он знает, ради чего стоит сражаться.

Юки на мгновение отвлекся от игры и посмотрел на Ли Вона.

– Моя цель сейчас сидит рядом со мной и пытается отобрать у меня контроллер, – серьезно сказал он. – И ради этой цели я готов уничтожить не только легендарные корабли, но и весь этот мир, если потребуется.

Ли Вон замер, пораженный искренностью в голосе юноши. Он понял, что Юки не шутит. В этом альфе жила та же абсолютная преданность, которая сделала его отца легендой.

– Тогда давай просто выиграем эту битву, – тихо ответил Ли Вон, кладя голову на плечо Юки. – Вместе.

И они выиграли. Не только в игре, но и в реальности, где их связь стала самым мощным артефактом из всех существующих. Рассвет окончательно вступил в свои права, освещая новую главу их жизни — главу, написанную кровью, магией и бесконечной верностью истинных сердец.

Когда в дверь наконец постучал курьер, Юки нехотя отложил контроллер.

– Еда! – провозгласил он, направляясь к двери.

Ли Вон смотрел ему в спину, на его уверенную походку и метку на собственной шее, которая теперь слегка пульсировала в такт сердцебиению Юки. Он знал, что его жизнь никогда не будет прежней. Но, честно говоря, он бы не променял этот хаос ни на один самый спокойный законный акт в мире.

Ведь быть парой Сон Юки — это само по себе было высшей формой правосудия. Правосудия, в котором побеждает не буква закона, а сила любви, способная сокрушить даже самых древних монархов.