← Назад к обзору

Сын монарха

Пепел на голубом снегу

Две недели пролетели как один смазанный кадр в ускоренной киноленте. Особняк Сон Джинву постепенно возвращался к жизни после бури гона, оставив после себя лишь едва уловимый аромат озона и шлейф абсолютного спокойствия. Юджин и Ли Вон, теперь уже официально связанные узами истинных со своими альфами, с головой ушли в работу. Ли Вон разгребал завалы судебных исков, которые Ча Хэ Ин пыталась подать из-за границы, а Юджин помогал ему, став не просто ассистентом, а настоящим доверенным лицом семьи.

Джинву и Юки остались вдвоем. Утро выдалось на редкость ясным для середины зимы. Холодный воздух бодрил, а солнце, отражаясь от свежевыпавшего снега, заставляло щуриться.

– Пап, выглядишь намного лучше, – заметил Юки, поправляя воротник своей неизменной кожаной куртки. – Монарх наконец-то насытился?

Джинву усмехнулся, глядя на сына. Юки за эти две недели словно стал еще выше и шире в плечах. Его движения приобрели ту самую кошачью грацию, которая была присуща самому Джинву. Метка на шее юноши, скрытая высоким воротом, пульсировала в такт его уверенности.

– Можно и так сказать, – Джинву глубоко вдохнул морозный воздух. – Юджин... он удивительный. Никогда не думал, что омега может дать столько сил, не забирая ничего взамен. А как твой адвокат? Не подал на тебя в суд за превышение полномочий истинного?

Юки рассмеялся, и этот звук эхом отозвался в полупустом парке, через который они решили сократить путь до торгового центра.

– Ли Вон ворчит для порядка, но я-то вижу, как он смотрит на метку в зеркало. Он доволен. Хотя вчера пытался доказать мне, что по закону я должен ложиться спать не позже одиннадцати. Пришлось доказывать ему обратное делом.

Они шли по заснеженной аллее, окруженной старыми дубами. Парк был закрыт на реконструкцию, поэтому вокруг не было ни души. Тишина казалась идиллической, почти неестественной для оживленного Сеула.

– Знаешь, Юки, – Джинву остановился и положил руку на плечо сына. – Я горжусь тобой. Тем, как ты справился с предательством Сухо. Ты оказался мудрее меня в твои годы.

– Я просто не хотел, чтобы ненависть сожрала меня изнутри, как его, – ответил Юки, глядя на замерзшее озеро впереди. – У меня есть Ли Вон, есть ты. Мне не за чем гнаться за призраками.

В этот момент пространство вокруг них словно треснуло. Тишина не просто исчезла — она взорвалась.

Джинву почувствовал это за долю секунды до удара. Магический фон парка исказился, превращаясь в черную воронку. Это не были тени Монарха. Это была чужеродная, гнилая магия, пропитанная кровью и запретными ритуалами.

– Юки, назад! – крикнул Джинву, мгновенно призывая «Гнев Камиша» в руки.

Но атака пришла не снаружи. Она пришла из самой реальности. Из воздуха соткались фигуры в серых плащах — жрецы какого-то забытого культа, чьи лица были скрыты масками из костей. Их было десятеро, и каждый излучал силу уровня S.

– Теневой обмен! – Джинву попытался переместиться к Юки, но пространство вокруг него застыло, превращаясь в вязкий кисель.

– Пространственная ловушка! – прошипел один из жрецов. – Монарх, ты слишком долго полагался на свои тени. Сегодня они тебе не помогут.

Юки среагировал мгновенно. Его небесно-голубые глаза вспыхнули, и из-под земли с грохотом вырвались гигантские ребра костяного дракона, создавая защитный купол.

– Уходите от моего отца! – взревел юноша. Из его рук вырвались костяные бластеры, посылая лучи чистой магической энергии в нападавших.

Двое жрецов были стерты в пыль на месте, но остальные даже не дрогнули. Они начали песнопение, от которого снег под ногами начал чернеть и плавиться.

– Юки, не трать силы на защиту! Атакуй сердце круга! – Джинву с яростью берсерка прорубался сквозь невидимые преграды, но жрецы использовали свои жизни как топливо для заклинания.

Один за другим они падали замертво, но их ауры не исчезали, а вливались в центр круга, где формировалось нечто ужасающее.

– Это ради него... ради истинного наследника... – прохрипел последний жрец, вонзая ритуальный кинжал себе в сердце.

Из вспышки кровавого света вырвался Сухо. Но это был не тот сломленный брат, которого Юки видел в суде. Его тело было изуродовано магическими татуировками, глаза светились безумным алым светом, а в руках он сжимал копье, выкованное из кости древнего бога-отступника.

– Привет, братишка, – голос Сухо звучал как скрежет металла по камню. – Соскучился?

– Сухо, остановись! – крикнул Джинву, чувствуя, как барьер вокруг него наконец начинает поддаваться. – Это убьет тебя! Ты сжег свою душу ради этого момента!

– Моя душа сгорела в тот день, когда ты выбрал этого щенка вместо меня! – взревел Сухо и метнулся вперед со скоростью, превосходящей человеческое восприятие.

Юки выставил вперед руки, призывая костяной щит, но копье Сухо прошло сквозь него, как сквозь бумагу. Кость бога-отступника игнорировала любую защиту, созданную из магии костей.

– Юки! – Джинву рванулся вперед, его тени взвыли, прорывая пространство, но он опоздал на мгновение. Всего на одно проклятое мгновение.

Сухо сделал выпад. Копье с влажным хрустом вошло в грудную клетку Юки, пробивая его насквозь и пригвождая к каменной стене старой ротонды, стоявшей неподалеку.

Мир для Джинву замер. Он видел, как из уголка рта Юки потекла тонкая струйка крови. Видел, как его небесно-голубые глаза расширились от шока и боли. Видел, как жизнь начала стремительно покидать его тело, окрашивая снег в ярко-алый цвет.

– Нет... – шепот Джинву перерос в оглушительный крик, от которого в радиусе километра лопнули все стекла. – НЕТ!

Монарх Теней перестал сдерживаться. Его аура расширилась, поглощая парк, небо и само солнце. Сухо, ослепленный своим триумфом, даже не успел осознать, что произошло. Джинву оказался перед ним в мгновение ока. Он схватил старшего сына за горло, и его пальцы впились в плоть, ломая шейные позвонки.

– Ты... ты не достоин даже смерти, – прошипел Джинву.

Он не просто убил его. Он вырвал саму суть Сухо из реальности, стирая его из круговорота душ. Не будет ни теней, ни возрождения. Только вечное небытие.

Отбросив безжизненное тело предателя, Джинву упал на колени перед Юки. Юноша сидел, прислонившись к стене, копье всё еще торчало из его груди, удерживая его в вертикальном положении. Его взлохмаченные черные волосы налипли на бледный лоб.

– Пап... – голос Юки был едва слышным шелестом. – Холодно...

– Тише, тише, мой щенок, – Джинву дрожащими руками коснулся лица сына. – Я здесь. Я сейчас... я всё исправлю.

Монарх попытался направить исцеляющую магию в рану, но черное пламя на копье отталкивало его силу. Это было проклятие, предназначенное специально для того, чтобы убить бессмертное существо.

– Юки, смотри на меня! Не закрывай глаза! – Джинву сорвался на крик. – Ли Вон... он ждет тебя. Ты обещал ему ужин, помнишь? Юджин... он расстроится, если ты не придешь.

Юки попытался улыбнуться, но вместо этого из его горла вырвался хрип. Его рука, вся в крови, слабо дернулась, пытаясь коснуться руки отца.

– Скажи... Ли Вону... что он... лучший адвокат... – Юки судорожно вздохнул, и его голова бессильно упала на плечо.

– Юки? Юки! – Джинву прижал его к себе, не обращая внимания на копье, которое теперь кололо и его собственную грудь. – Не смей! Я приказываю тебе! Восстань!

Но тени молчали. Система, которая когда-то дала Джинву власть над смертью, сейчас была бессильна. Юки не был тенью. Он был его живым сыном, его плотью и кровью.

Джинву сидел на окровавленном снегу, баюкая остывающее тело своего щенка. Вокруг них кружили черные хлопья пепла — остатки жрецов и магии Сухо. Великий Монарх Теней, победитель правителей и богов, сейчас выглядел как самый несчастный человек во вселенной.

– Я найду способ, – прошептал Джинву в неподвижное ухо сына. – Я выверну этот мир наизнанку, я спущусь в самые темные глубины пустоты, но я верну тебя. Слышишь, Юки? Сон никогда не уходит просто так.

Он поднял голову к небу. Его глаза больше не горели фиолетовым. В них застыла ледяная, абсолютная тьма, которая была страшнее любого гнева.

– Игрис. Берион. Камиш.

Из теней вышли его величайшие воины. Они склонили головы в скорбном поклоне.

– Найдите того, кто выковал это копье. Найдите всех, кто хоть словом помог Сухо. Я хочу, чтобы их существование стало бесконечной пыткой.

– Слушаемся, мой Повелитель, – хором ответили тени.

Джинву осторожно перехватил Юки поудобнее. Он должен был отнести его домой. Он должен был сказать Ли Вону. Эта мысль причиняла ему больше боли, чем любое копье. Как сказать омеге, что его истинный, его молодой и полный жизни альфа, больше не вернется?

Он встал, неся сына на руках. Снег под его ногами продолжал чернеть. В этот день Сеул содрогнулся не от землетрясения, а от горя своего негласного правителя.

– Мы еще поборемся, Юки, – тихо сказал Джинву, ступая в открывшийся портал теней. – Твой дракон еще взлетит. Я обещаю тебе.

Портал закрылся, оставив в парке только кровавый след на снегу и сломанное копье, которое начало медленно рассыпаться в прах. Но пепел, осевший на голубом снегу, еще долго напоминал о том, что даже у богов есть уязвимые места. И это место — их дети.

Через час в офисе Ли Вона зазвонил телефон. Адвокат, только что закончивший сложный контракт, с улыбкой потянулся к трубке, ожидая услышать дерзкий голос своего альфы.

– Юки, если ты опять хочешь прогулять тренировку... – начал он.

Но на том конце была тишина. А затем раздался тяжелый, надтреснутый голос Сон Джинву.

– Ли Вон... Приезжай в госпиталь Ассоциации. Сейчас же.

Ли Вон почувствовал, как сердце пропустило удар, а метка на шее обожгла его ледяным холодом. Ручка выпала из его пальцев, оставляя жирную кляксу на важном документе.

– Что с ним? – прошептал он, уже зная ответ.

– Просто приезжай.

Мир Ли Вона рухнул в одно мгновение. Но он еще не знал, что Джинву уже начал свою игру против самой Смерти. И в этой игре Монарх Теней не собирался проигрывать.

Юки лежал в реанимационном боксе, окруженный лучшими целителями страны, но их магия лишь поддерживала тлеющую искру жизни. Копье задело сердце и повредило магическое ядро.

Джинву стоял за стеклом, сжимая кулаки. Рядом с ним плакал Юджин, прижимаясь к его плечу. Ли Вон, приехавший через десять минут, просто стоял и смотрел на неподвижное тело Юки, прижав ладонь к метке.

– Он вернется, – сказал Джинву, и в его голосе было столько силы, что целители внутри бокса невольно вздрогнули. – Я не позволю этой истории закончиться так.

В глубине его глаз снова затеплился фиолетовый огонек. Монарх Теней нашел решение. Опасное, безумное, нарушающее все законы мироздания. Но для него больше не существовало законов. Существовал только его щенок, который должен был жить.

– Готовьте ритуальный зал, – приказал он подошедшему помощнику председателя Ассоциации. – Я собираюсь сделать то, чего не делал ни один Монарх до меня.

Он посмотрел на Ли Вона.

– Ты веришь мне?

Адвокат медленно кивнул, вытирая слезы.

– Верните мне его. Любой ценой.

Джинву кивнул и вошел в палату. Тень Игриса последовала за ним, закрывая дверь. Начиналась битва, в которой мечи были бесполезны. Битва за душу Сон Юки. И пепел на снегу был лишь прелюдией к настоящему шторму, который вот-вот должен был разразиться над миром.