← Назад к обзору

Сын монарха

Скрытое пламя и узы крови

Пар, заполнивший ванную комнату, медленно оседал на зеркальной поверхности, скрывая отражение. Алекс выключил воду и несколько секунд стоял неподвижно, прислонившись лбом к холодному кафелю. Этот месяц выпил из него все силы. Сеул оказался не просто городом воспоминаний и семейных драм — он стал полем битвы, скрытой от глаз обывателей.

Месяц назад он ушел из дома Сон Джинву, оставив после себя лишь пепел сожженных лабораторий и недоумение в глазах отца. С тех пор Алекс жил в тени. Квартира, которую он купил тайно через подставные счета еще до прилета в Корею, была его крепостью. Высокий этаж, панорамные окна, минимум мебели и идеальная звукоизоляция. Здесь он мог быть собой — не «старшим сыном Монарха», не «проблемным подростком», а тем, кем он стал за годы жизни в штатах.

Он вышел из душа, обмотав полотенце вокруг бедер. Капли воды стекали по рельефным мышцам торса, задерживаясь в ложбинке между лопатками, где красовался тот самый шрам. Черное пламя внутри него сейчас мирно дремало, но Алекс чувствовал его пульсацию в каждой клетке. Он подошел к окну и посмотрел на ночной город. Где-то там Джинву всё еще посылал своих теней на поиски, не подозревая, что его сын находится в паре километров от него.

Внезапный стук в дверь заставил Алекса мгновенно подобраться. Его рука инстинктивно дернулась к запястью, где под кожей были скрыты механизмы клинков. Никто не должен был знать этот адрес. Никто.

Он подошел к двери бесшумно, как тень. В глазке он увидел того, кого ожидал увидеть меньше всего на свете в этой части земного шара. Сердце, которое Алекс привык считать куском льда, пропустило удар.

Он рванул замок и распахнул дверь.

– Ли Вон? – Голос Алекса, обычно холодный и уверенный, дрогнул.

На пороге стоял молодой мужчина двадцати двух лет. Чон Ли Вон выглядел безупречно, несмотря на длительный перелет: строгий темно-серый костюм, черные волосы, аккуратно уложенные назад, и пронзительные серые глаза, в которых сейчас плескалась смесь ярости и нежности. Ли Вон был одним из самых блестящих адвокатов Нью-Йорка, человеком, который умел уничтожать врагов в зале суда так же эффективно, как Алекс — на поле боя.

Но главное было не в нем. На руках Ли Вона, завернутый в мягкое одеяло, спал маленький ребенок. Мальчик, которому едва исполнился годик.

– Что ты здесь делаешь? – Алекс стоял в дверях, не в силах пошевелиться.

– Что я здесь делаю? – Ли Вон вошел в квартиру, буквально оттеснив Алекса плечом. – Ты серьезно спрашиваешь меня об этом, Сон Алекс? После того как ты пропал на месяц, оставив мне лишь записку в духе «мне нужно разобраться с прошлым»?

Он осторожно прошел в центр комнаты и обернулся. Малыш на его руках зашевелился, послышалось тихое сопение. Рюкзак с детскими вещами глухо упал на пол.

– Сон Юки очень скучал по своему непутевому отцу, – тихо, но веско произнес Ли Вон. – И я, честно говоря, тоже. Хотя сейчас мне больше хочется тебя засудить за похищение моего душевного спокойствия.

Алекс подошел ближе, глядя на сына. Юки был его точной копией, смешанной с чертами Ли Вона. Черные взъерошенные волосы, фарфоровая кожа и, когда малыш приоткрыл глаза, пронзительный небесно-голубой цвет радужки. Ребенок потянулся маленькой ручкой к лицу Алекса, узнавая знакомый запах.

– Ли Вон... здесь опасно, – прошептал Алекс, принимая сына на руки. – Мой отец... он ищет меня. Если он узнает о вас...

– Твой отец — Теневой Монарх, я в курсе, – Ли Вон сложил руки на груди, его серые глаза сузились. – Но я — твой законный муж. И если ты думал, что сможешь спрятаться от меня в этой бетонной коробке, то ты плохо меня знаешь. Я поднял все связи, отследил твой перелет и купил информацию у тех же информаторов, которыми пользуешься ты.

Ли Вон сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. От него пахло дорогим парфюмом и домом — тем самым домом, который Алекс пытался защитить, уехав в Корею.

– Я тебя засужу, Алекс, – Ли Вон прошипел это прямо ему в губы, его дыхание обжигало. – Я подам иск за каждую бессонную ночь, за каждую слезинку Юки, когда он искал тебя в пустой спальне. Ты хоть представляешь, что я чувствовал?

– Прости, – только и смог вымолвить Алекс.

В следующую секунду Ли Вон впился в его губы требовательным, собственническим поцелуем. Это не было нежным приветствием — это была кара за разлуку, клеймо, подтверждающее их связь. Алекс ответил с той же страстью, одной рукой прижимая к себе спящего Юки, а другой обнимая мужа за талию. Черное пламя внутри него довольно заурчало, признавая своих.

– Ты сумасшедший, – выдохнул Алекс, когда они наконец отстранились друг от друга. – Прилететь в Корею с годовалым ребенком на руках...

– Я адвокат, Алекс. Сумасшествие — это часть моей профессии, – Ли Вон провел рукой по мокрым волосам мужа. – А теперь рассказывай. Что за игру ты затеял со своим «дорогим папочкой»? Почему весь Каннам гудит о взорванных лабораториях, а тени Джинву рыщут по подворотням?

Алекс вздохнул и усадил Ли Вона на диван, осторожно перекладывая Юки на мягкие подушки. Малыш крепко спал, сжимая в кулачке край футболки, которую Алекс успел натянуть.

– Джинву создал этот мир, Ли Вон. Он верит, что здесь всё идеально. Но он не видит грязи, которая скапливается в углах. Организация «Звездная пыль»... они нашли способ использовать магию из прошлого. Они убили мою мать. И они продолжают убивать других.

Ли Вон внимательно слушал, его лицо стало непроницаемым. Профессиональная деформация — он анализировал факты, выстраивая линию защиты или нападения.

– И ты решил стать судьей, присяжным и палачом в одном лице? – Ли Вон покачал головой. – Типичный Сон Алекс. Ты всегда предпочитал холодную сталь долгому разбирательству.

– У меня не было времени на суды, – Алекс сел на ковер у ног мужа, положив голову ему на колени. – Они похищали людей. Я должен был выжечь их.

– И теперь ты в бегах от собственного отца, – Ли Вон начал медленно перебирать блондинистые пряди Алекса. – Ты понимаешь, что он рано или поздно найдет эту квартиру? Твои тени не так хороши, как его, Алекс.

– Я знаю. Но теперь, когда вы здесь... всё усложняется.

Юки во сне тихо всхлипнул, и Алекс мгновенно напрягся. Черное пламя на мгновение лизнуло его пальцы, но он быстро взял себя в руки.

– Ты не отправишь нас назад, – твердо сказал Ли Вон. – Даже не надейся. Если ты собираешься воевать с призраками прошлого, мы будем рядом. Юки должен знать своего отца, даже если этот отец — наполовину демон с комплексом бога.

– Ли Вон, я серьезно. Джинву... он не просто человек. Если он почувствует силу Юки, а она в нем уже пробуждается...

Ли Вон усмехнулся, его серые глаза блеснули холодным стальным блеском.

– Пусть попробует забрать моего сына. Я завалю его такими исками и международными скандалами, что даже его теневой армии станет неуютно. В этом мире всё еще действуют законы людей, Алекс. И я — лучший в их применении.

Алекс посмотрел на своего мужа с нескрываемым восхищением. В этом был весь Ли Вон — он не боялся богов, потому что знал, как работают правила, по которым эти боги вынуждены существовать среди смертных.

– Ты невыносим, – прошептал Алекс.

– А ты — преступно красив в этом полотенце, – парировал Ли Вон, бросив взгляд на мускулистую грудь мужа. – Но сначала мы покормим ребенка, а потом ты объяснишь мне, почему в твоем холодильнике только энергетические напитки и пачка замороженных пельменей.

Алекс рассмеялся — впервые за этот долгий, изматывающий месяц. Тяжесть, которую он нес на своих плечах, вдруг стала легче. Его маленькая семья, его личный якорь в этом бушующем океане теней и пламени, была здесь.

– Я купил нормальную еду, она в сумке, – Ли Вон кивнул на рюкзак. – И да, Алекс... я серьезно насчет суда. Если ты еще раз исчезнешь, не предупредив, я найму лучших охотников, чтобы они доставили тебя на слушание по делу о разводе.

– Я никуда не уйду, – Алекс поднялся и притянул Ли Вона к себе, целуя его в лоб. – Больше нет.

В эту ночь в секретной квартире в центре Сеула было тихо. Сон Юки спал между своими родителями, его маленькое тело излучало слабое, едва заметное тепло, в котором смешивались холодная сталь Ли Вона и черное пламя Алекса.

Алекс лежал в темноте, слушая дыхание своих любимых людей. Он знал, что завтра Джинву может постучать в эту дверь. Он знал, что враги из «Звездной пыли» всё еще рыщут в поисках мести. Но теперь он не был один.

– Ничто не истинно, – прошептал он, глядя на спящего сына. – Всё дозволено. Особенно — защищать свою семью.

Черное пламя внутри него отозвалось мягким, согласным теплом. Охота продолжалась, но теперь у ассасина был смысл возвращаться домой. И этот смысл стоил того, чтобы бросить вызов самому Монарху.

Утром солнечный свет залил квартиру. Юки проснулся первым и начал увлеченно дергать Алекса за нос, издавая радостные звуки. Алекс открыл глаза и увидел улыбающегося Ли Вона, который уже успел заварить кофе.

– Доброе утро, – сказал Ли Вон, протягивая ему чашку. – Кстати, я проверил твои счета. Ты переплатил за эту квартиру почти тридцать процентов. Я свяжусь с риелтором по поводу возврата разницы.

Алекс только покачал головой, забирая сына на руки.

– Ты никогда не меняешься, Ли Вон.

– За это ты меня и любишь, – адвокат подмигнул ему. – А теперь собирайся. Нам нужно составить план. Твой отец не дурак, и если мы хотим переиграть его, нам нужно действовать юридически грамотно и... магически эффективно.

Алекс посмотрел на мужа, затем на сына, чьи голубые глаза сияли счастьем.

– Хорошо. Давай составим план.

Сеул еще не знал, что в игру вступила третья сила. Сила, вооруженная не только черным пламенем и скрытыми клинками, но и кодексами законов и бесконечной любовью. И Сон Джинву предстояло узнать, что его старший сын вырос в мужчину, у которого есть то, ради чего стоит перевернуть весь мир.

Алекс подошел к окну. В отражении стекла он увидел свою семью. Он больше не был одинокой тенью. Он был Сон Алексом, и его история только начиналась.

– Папа! – Юки впервые четко произнес это слово, указывая на Алекса.

Алекс замер, чувствуя, как по телу пробежали мурашки. Он крепче прижал малыша к себе.

– Да, Юки. Папа здесь. И папа никого не даст в обиду.

Ли Вон подошел к ним, кладя руку на плечо Алекса.

– Мы не дадим, – поправил он.

Впереди был долгий день, полный опасностей и тайн. Но в эту минуту, в этой квартире, всё было идеально. Прямо как на обложке журнала, о которой когда-то думал Алекс, только гораздо, гораздо лучше. Потому что это была реальность. Его реальность. Выкованная в огне и защищенная сталью.