← Назад к обзору

Сын монарха

Гамбит блондина: Теневой дедушка

Прошел ровно месяц с того момента, как мой старший сын, Сон Алекс, исчез с радаров, оставив после себя лишь руины подпольной лаборатории и шлейф черного пламени. Весь этот месяц я не знал покоя. Мои тени, способные просочиться сквозь замочную скважину любого бункера, возвращались ни с чем. Игрит виновато склонял голову, Беру в ярости кромсал воздух когтями, а я... я чувствовал, как внутри закипает холодная, расчетливая ярость Теневого Монарха.

Я думал, что знаю его. Я видел в нем отражение своей собственной тьмы — озлобленного, одинокого парня, который ненавидит весь мир и меня в частности за то, что я не был рядом. Я думал, что его дерзость в разговоре с Хэ Ин и его уход — это крик о помощи, попытка привлечь внимание или просто желание сжечь всё дотла.

Как же я ошибался.

Я сидел в своем кабинете, уставившись в монитор, на который мои тени-разведчики наконец-то вывели свежие данные. Чем больше я читал отчеты, полученные через взломанные базы данных Нью-Йорка и скрытые камеры одной из элитных высоток Сеула, тем сильнее во мне поднималось странное, давно забытое чувство.

Это был смех.

Сначала это был тихий смешок, едва заметное подергивание плеч. Но затем я откинулся на спинку кожаного кресла и расхохотался в голос. Это был смех человека, которого обвели вокруг пальца самым изящным образом. Мой собственный сын, восемнадцатилетний парень, которого я считал «потерянным во тьме», переиграл меня на моем же поле.

Дверь кабинета распахнулась. Хэ Ин и Сухо вбежали внутрь, встревоженные моим внезапным приступом веселья.

– Джинву, что случилось? – Хэ Ин испуганно прижала ладонь к груди. – Ты нашел его? С ним что-то случилось?

– Пап, всё хорошо? – Сухо переминался с ноги на ногу, глядя на меня так, будто я окончательно сошел с ума от горя.

Я вытер выступившие слезы и повернул монитор к ним. Мои пальцы всё еще подрагивали, но не от гнева, а от осознания того, насколько грандиозную роль сыграл Алекс.

– Черт... он меня переиграл, – выдохнул я, качая heads. – Собственный сын оставил меня в дураках.

– О чем ты говоришь? – Хэ Ин подошла ближе, всматриваясь в фотографии на экране.

– Я думал, что он — раненый зверь, – сказал я, указывая на снимки. – Я думал, он погряз в ненависти к нам, в этой своей роли «одинокого ассасина». А он просто играл роль, чтобы я не лез в его настоящую жизнь. Он хотел, чтобы я искал «опасного преступника», пока он обустраивает свое семейное гнездо.

Хэ Ин замерла, вглядываясь в кадр, сделанный скрытой камерой в холле одного из жилых комплексов. На фото был Алекс — высокий, в черном худи, но его лицо... оно не было холодным. Он улыбался. И рядом с ним шел молодой мужчина в дорогом костюме, который держал за руку маленького ребенка, едва научившегося ходить.

– Джинву... это... – голос Хэ Ин сорвался.

– Да, – я снова усмехнулся, чувствуя, как кровь кипит от возбуждения. – Оказывается, у меня есть внук. А мой сын женат.

В кабинете повисла такая тишина, что было слышно, как гудит системный блок компьютера. Сухо подошел вплотную к монитору, его серые глаза расширились до предела.

– У меня... есть племянник? – прошептал он. – И Алекс... он что, серьезно? Женат на парне?

– Чон Ли Вон, – я вывел на экран досье. – Один из самых перспективных адвокатов Штатов. Блестящий ум, железная хватка. Он прилетел в Корею три дня назад вместе с ребенком. Сон Юки. Ему год и два месяца.

Я откинулся назад, чувствуя, как во мне борются две личности. Теневой Монарх требовал немедленно отправить армию и привести их всех сюда, чтобы обеспечить безопасность. Но отец... отец во мне просто восхищался. Алекс не просто скрылся. Он создал себе алиби «трудного подростка», чтобы я не рыл глубже, чтобы не нашел Ли Вона и Юки раньше времени. Он защищал их от меня.

– Он боялся, – тихо произнесла Хэ Ин, садясь на край стула. – Он боялся, что ты вмешаешься в их жизнь, Джинву. Или что твои враги найдут их через тебя.

– Он не просто боялся, – поправил я ее. – Он просчитал меня. Он знал, что если он будет вести себя как дерзкий и озлобленный парень, я сосредоточусь на его «исправлении» или слежке за его «преступлениями». Он дал мне кость, которую я грыз целый месяц, пока он обеспечивал их безопасность.

Я встал и подошел к окну. Сеул расстилался внизу, сверкая огнями. Где-то там, в одной из этих высоток, мой старший сын сейчас, возможно, меняет подгузники или обсуждает с мужем стратегию защиты от «всемогущего дедушки».

– Пап, и что мы будем делать? – Сухо посмотрел на меня с надеждой. – Мы же пойдем к ним? Я хочу познакомиться с Юки! И с Ли Воном!

– Пойдем, – кивнул я. – Но не так, как я планировал раньше. Никаких теней. Никакого давления.

– Он нас не пустит, – покачала головой Хэ Ин. – После всего, что он наговорил мне... он будет защищать свою квартиру как крепость.

– Пустит, – я хищно улыбнулся. – Потому что теперь я знаю правила игры. Он хотел анонимности? Хорошо. Но он забыл, что я всё еще его отец. И если мой внук находится в этом городе, я не собираюсь наблюдать за ним через объектив камеры.

Я чувствовал, как внутри меня просыпается азарт. Алекс бросил мне вызов не мечом, а интеллектом и мудростью, которой я в нем не замечал. Он вырос гораздо быстрее, чем я ожидал. В восемнадцать лет иметь семью, ребенка и при этом вести двойную игру против сильнейшего существа на планете...

– Подготовьте машину, – скомандовал я, и тень у моих ног мгновенно метнулась в сторону гаража.

– Джинву, будь осторожен, – попросила Хэ Ин, вставая рядом. – Он может воспринять это как нападение.

– Я буду само очарование, – пообещал я, хотя понимал, что встреча будет тяжелой.

Мы ехали через ночной город в тишине. Сухо не переставая листал фотографии Юки, которые я успел скачать.

– Смотри, мам, у него глаза синие, как у Алекса! – восклицал он. – А волосы черные, как у нас. Он такой мелкий...

Я смотрел в окно, прокручивая в голове всё, что узнал. Ли Вон. Адвокат. Человек закона. Как Алекс, этот бунтарь и ассасин, сошелся с кем-то настолько правильным? Или Ли Вон только кажется правильным? Чтобы быть рядом с Алексом и скрывать его тайны, нужно иметь нервы из титана.

Когда мы подъехали к нужному жилому комплексу, я приказал теням полностью отойти. Мы вошли в холл как обычная семья. Лифт поднял нас на верхний этаж.

Перед дверью квартиры я на мгновение помедлил. Мое восприятие четко улавливало три ауры внутри. Одна — горячая, пульсирующая черным пламенем, сейчас она была напряжена, как струна. Вторая — спокойная, холодная, как сталь, удивительно стабильная для обычного человека. И третья... крошечная, чистая искра энергии, в которой смешивались тени и огонь. Мой внук.

Я нажал на звонок.

За дверью послышалось движение. Шаги были тяжелыми и уверенными. Дверь распахнулась, и я увидел Алекса. Он был в домашней одежде, босиком, с растрепанными волосами. В его глазах мгновенно вспыхнуло синее пламя, а из наруча на запястье с тихим щелчком выскочил черный клинок.

– Я же сказал тебе, старик, – прорычал он, загораживая собой проход. – Оставь меня в покое. Если ты сделаешь хоть шаг внутрь...

– Алекс, убери зубочистку, – спокойно сказал я, глядя ему прямо в глаза. – Мы пришли не воевать.

Из-за его спины вышел Ли Вон. Он выглядел именно так, как на фото — собранный, холодный и невероятно уверенный в себе. На его плече сидел малыш Юки, который с любопытством уставился на нас.

– Алекс, успокойся, – голос Ли Вона был ровным, с легким американским акцентом. – Господин Сон Джинву, я полагаю? Я Чон Ли Вон. И если вы планируете войти без приглашения, я вынужден буду напомнить вам о статье о неприкосновенности жилища, даже если вы — национальный герой.

Я не смог сдержать улыбки. Этот парень мне уже нравился.

– Приятно познакомиться, Ли Вон, – я слегка склонил голову. – Я пришел не как «национальный герой». Я пришел как дедушка, который хочет увидеть своего внука. И как отец, который хочет извиниться за то, что был настолько слеп.

Алекс замер. Его клинок медленно втянулся обратно в наруч. Он перевел взгляд с меня на Хэ Ин, которая стояла чуть позади с мягкой, виноватой улыбкой, а затем на Сухо, который буквально подпрыгивал от нетерпения.

– Ты... ты всё узнал? – спросил Алекс, и в его голосе впервые прозвучала не злость, а какая-то мальчишеская растерянность.

– Ты хорошо спрятался, сын, – признал я. – Твоя игра была безупречной. Ты заставил меня поверить во всё, что хотел. Но ты забыл одну вещь: тени видят не только то, что на свету. Они видят то, что скрыто в сердце.

Алекс молчал несколько секунд, а затем тяжело вздохнул и отошел в сторону, пропуская нас.

– Входите. Только если Юки начнет плакать из-за вашей ауры, я вас вышвырну, и мне плевать, сколько у тебя легионов в подчинении.

Квартира была просторной и светлой, совсем не похожей на логово «мрачного убийцы». Везде были разбросаны детские игрушки, на столе стояли ноутбуки и кипы юридических документов. Это был дом. Настоящий, живой дом.

Сухо первым сорвался с места.

– О боже, он такой крошечный! – он подбежал к Ли Вону. – Можно мне его подержать? Привет, Юки! Я твой дядя!

Юки посмотрел на Сухо, затем на Алекса, и вдруг радостно засучил ножками, протягивая руки к новому человеку. Ли Вон осторожно передал ребенка Сухо, внимательно следя за каждым движением подростка.

Я подошел к Алексу. Мы стояли друг напротив друга — два высоких мужчины, две силы, которые могли бы разрушить этот город, если бы захотели.

– Зачем, Алекс? – тихо спросил я. – Почему ты не сказал? Мы бы помогли. Мы бы защитили их.

– Защитили? – Алекс горько усмехнулся, глядя, как Хэ Ин помогает Сухо играть с малышом. – Ты сам знаешь, отец. Твоя защита — это золотая клетка. Я не хотел, чтобы Ли Вон и Юки стали частью твоего «идеального мира» под надзором теней. Я хотел, чтобы у них была обычная жизнь. Без монстров, без рангов, без Теневого Монарха за завтраком.

– Но ты сам — не обычный, – заметил я. – Твое пламя... оно растет. И Юки... я чувствую его искру. Ты не сможешь скрывать это вечно.

– Я знаю, – он опустил голову. – Но я хотел дать им хотя бы несколько лет спокойствия.

Ли Вон подошел к нам и положил руку Алексу на плечо. Это было простое движение, но в нем чувствовалась такая колоссальная поддержка, что я невольно позавидовал сыну. У него был свой якорь. Свой свет.

– Господин Сон, – обратился ко мне Ли Вон. – Алекс слишком много берет на себя. Он думает, что должен сражаться со всем миром в одиночку. Я пытаюсь объяснить ему, что семья — это не только ответственность, но и ресурс.

– Ресурс? – я приподнял бровь.

– Именно. С вашей силой и моими знаниями законов мы можем обеспечить Юки такое будущее, которое Алексу и не снилось в его ассасинских планах. Но для этого нам нужно доверие.

Я посмотрел на Ли Вона, затем на Алекса. Мой старший сын всё еще выглядел напряженным, но в его глазах больше не было той ледяной стены.

– Доверие нужно заслужить, – сказал я. – И я готов начать прямо сейчас. Алекс, те лаборатории... «Звездная пыль»... я знаю, что ты их уничтожаешь. И я знаю почему.

Алекс вскинул голову.

– Они убили мою мать, – его голос стал жестким. – Они использовали ее как подопытную, потому что в ее крови оставались следы твоей энергии после нашего расставания. Они искали способ создать искусственных охотников.

Я почувствовал, как внутри меня что-то треснуло. Боль Элизабет, ее страдания... это было моей виной. Мое прошлое действительно настигло их.

– Я помогу тебе, – сказал я, и это не было предложением, это был приказ Монарха. – Мы выжжем их всех. До последнего человека, до последней пробирки. Но ты больше не будешь делать это один.

Алекс долго смотрел на меня, а затем медленно кивнул.

– Ладно, старик. Но Юки остается вне этого. Никаких тренировок, никаких «пробуждений», пока он сам не захочет.

– Договорились, – я протянул ему руку.

Алекс помедлил, а затем крепко пожал ее. Его рука была горячей, пронизанной искрами черного пламени.

В этот вечер в квартире Алекса было шумно. Хэ Ин и Ли Вон быстро нашли общий язык, обсуждая тонкости жизни в Корее и воспитание детей. Сухо был полностью поглощен игрой с Юки, который, кажется, нашел в «золотом мальчике» идеальную жертву для своих проказ.

Я сидел на диване, наблюдая за этой сценой. Теневой Монарх, правитель смерти, дедушка годовалого малыша. Мир был странным местом.

– Знаешь, отец, – Алекс подсел ко мне, протягивая чашку кофе. – Я ведь правда ненавидел тебя. Долгое время.

– Я знаю, – ответил я.

– Но когда родился Юки... я понял. Понял, почему ты иногда делаешь то, что делаешь. Ты просто хочешь, чтобы они жили. Любой ценой.

Он посмотрел на Ли Вона, который смеялся над какой-то шуткой Хэ Ин.

– Я всё еще не люблю твою жену, – добавил он с привычной дерзостью. – Но я вижу, что она делает тебя счастливым. И... спасибо, что не разнес дверь, когда пришел.

– Я бы разнес, если бы ты не открыл, – честно признался я.

Мы оба рассмеялись. Хрупкий мир был восстановлен, но впереди была война. Война за будущее этого маленького ребенка, в чьих жилах текла кровь Монарха и пламя ассасина.

Когда мы уходили, Юки уже спал на руках у Ли Вона. Алекс проводил нас до лифта.

– Завтра, – сказал я ему на прощание. – Полигон. С оружием. И на этот раз я не буду поддаваться, даже если ты приведешь своего адвоката.

– Посмотрим, кто кого, старик, – Алекс дерзко вскинул голову и закрыл дверь.

В машине Сухо не переставая болтал о том, какой Юки классный и как он хочет научить его играть в видеоигры. Хэ Ин просто улыбалась, прислонившись к моему плечу.

Я смотрел на огни Сеула и чувствовал, как тени вокруг меня радостно вибрируют. Семья Сон стала больше. И теперь, когда огонь и тень объединились, горе тем, кто посмеет встать на нашем пути.

Алекс думал, что переиграл меня. И в чем-то он был прав. Он заставил меня увидеть в нем не просто сына, а равного. Мужчину, у которого есть то, что дороже любой власти — любовь и семья.

– Хороший ход, Алекс, – прошептал я, закрывая глаза. – Очень хороший ход.

Гамбит блондина удался. Но партия только начиналась. И теперь мы будем играть ее вместе. В этом мире, где ничто не истинно, но где наша связь стала самой прочной истиной из всех возможных.