Сын монарха
Закон притяжения и власти
Я стоял в дверях спальни, наблюдая, как Алекс выбирается из кокона одеял. Солнечный свет падал на его обнаженные плечи, подчеркивая каждую линию его молодого, божественного тела. В моей голове всё еще эхом отдавался голос Сон Джин Ву. «Месяц». Всего тридцать дней, чтобы доказать человеку, который повелевает смертью, что я достоин его сына. Но, глядя на Алекса, я понимал: мне не нужно тридцать дней. Мне не хватит и вечности, чтобы насытиться им, но я докажу это право каждой секундой своей жизни.
– О чем ты так напряженно думаешь, Ли Вон? – Алекс щурился от солнца, его голос после сна был низким и тягучим, как мед. – Ты выглядишь так, будто готовишься к финальному слушанию в Верховном суде.
– В каком-то смысле так и есть, – я подошел к кровати, не сводя с него взгляда. – Твой отец поставил условие. Месяц, Алекс. Месяц, чтобы я доказал, что достоин тебя.
Алекс замер, а затем на его губах заиграла та самая дерзкая, порочная улыбка, которая когда-то заставила меня забыть о профессиональной этике. Он медленно поднялся, позволяя простыне соскользнуть к бедрам.
– Достоин? – он издал короткий смешок, поднимаясь на ноги прямо на матрасе, чтобы оказаться выше меня. – Ли Вон, ты уже доказал это вчера, когда не сбежал из офиса. И сегодня, когда вернулся от него живым.
Я протянул руки, обхватывая его за талию и снимая с кровати. Его кожа была горячей, и аромат персика, смешанный с моим кедровым запахом, ударил в голову сильнее любого алкоголя. Я уложил его обратно на подушки, нависая сверху, блокируя любые пути к отступлению.
– Я докажу это, – прошептал я, целуя его в уголок губ. – Каждым своим вдохом. Ты — мой омега, Алекс. И я не позволю никому, даже Монарху, усомниться в моем праве на тебя.
Я ожидал, что он ответит колкостью или поцелуем, но Алекс вдруг резко подался вперед. Его руки, украшенные татуировками, уперлись мне в грудь, и одним резким, неожиданным движением он перевернул нас. Я оказался на спине, ошеломленный его скоростью, а он оседлал мои бедра, глядя на меня сверху вниз своими небесно-голубыми глазами, в которых сейчас плясали черти.
– Хватит разговоров о моем отце, – отрезал он, и его голос вибрировал от властности доминантного омеги. – Сейчас ты здесь. Со мной. И я хочу видеть не адвоката в дорогом костюме, а своего альфу.
Его пальцы, тонкие и сильные, вцепились в мой галстук. Он потянул его на себя, развязывая узел одним уверенным движением, и отбросил шелковую полоску куда-то на пол. Затем пришла очередь рубашки. Пуговицы с тихим треском вылетали из петель под его напором. Алекс не церемонился. Он жаждал прикосновений так же сильно, как и я.
Когда моя грудь обнажилась, он приник к ней губами, оставляя влажный след на коже. Я почувствовал, как его зубы слегка прикусили мой сосок, и по моему телу прошла волна электрического разряда.
– Алекс... – выдохнул я, пытаясь перехватить его руки, но он лишь сильнее прижал меня к кровати.
– Молчи, Ли Вон, – прошептал он мне в кожу. – Сегодня я веду это дело.
Он спускался всё ниже, его поцелуи становились горячее и требовательнее. Его руки скользнули к моему ремню. Я слышал металлический щелчок пряжки, звук расстегивающейся ширинки. Мое дыхание сбилось, а внизу живота всё стянулось в тугой узел ожидания. Алекс действовал уверенно, словно он точно знал, какую власть имеет надо мной в этот момент.
Когда он полностью освободил меня от одежды, я увидел в его глазах не только страсть, но и некое триумфальное сияние. Он медленно опустился на колени между моих ног, не разрывая зрительного контакта. Его черные взъерошенные волосы обрамляли его лицо, делая его похожим на прекрасного демона-искусителя.
– Посмотрим, насколько крепко ты сможешь держать себя в руках, адвокат, – прошептал он.
И затем он взял меня в рот.
Мир вокруг меня просто перестал существовать. Я откинул голову на подушки, мои пальцы судорожно впились в простыни, комкая ткань. Ощущения были запредельными. Тепло его рта, мягкость языка и тот напор, с которым он это делал, выбивали из меня остатки самообладания. Алекс был невероятен. Он двигался ритмично, глубоко, заставляя меня стонать в голос, забыв о всякой гордости.
В моих глазах всё поплыло. Я видел лишь потолок и яркие вспышки света, которые рождались в мозгу от каждого его движения. Его ладони ласкали мои бедра, подстегивая возбуждение, доводя его до той точки, когда контроль становится невозможен.
– Алекс... хватит... я сейчас... – прохрипел я, пытаясь отстраниться, чтобы не закончить слишком быстро, но он лишь крепче обхватил меня руками, не давая двинуться.
Он поднял на меня взгляд, не прерывая ласки, и в этом взгляде было столько вызова и любви, что я окончательно сдался. Я позволил себе просто чувствовать. Чувствовать, как он забирает мою силу, мою волю, мою страсть.
Когда пик накрыл меня, я выгнулся дугой, выкрикивая его имя. Оргазм был таким мощным, что на мгновение мне показалось, будто я теряю сознание. Всё мое тело сотрясалось в конвульсиях, а Алекс принимал всё до последней капли, не отстраняясь ни на секунду.
Тишина, наступившая после, была наполнена лишь нашим тяжелым дыханием. Алекс медленно поднялся, вытирая рот тыльной стороной ладони, и снова забрался на меня, укладываясь головой на мою грудь. Я чувствовал, как его сердце колотится так же неистово, как и мое.
– Ну что, – прошептал он, лениво водя пальцем по моим ребрам. – Как продвигается твой испытательный срок, господин Чон?
Я нашел в себе силы обнять его, прижимая к себе так крепко, как только мог. Мои пальцы запутались в его волосах, поглаживая выбритые виски.
– Я думаю, – я перевел дыхание, чувствуя, как ко мне возвращается дар речи, – что я только что проиграл все свои позиции. Ты невозможен, Алекс.
– Я просто Сон Алекс, – он приподнял голову и посмотрел на меня с нежностью, которая была доступна только мне. – И я не хочу, чтобы ты что-то доказывал моему отцу. Я хочу, чтобы ты был моим. Просто моим.
– Я и так твой, – я поцеловал его в кончик носа. – С того самого момента, как ты вошел в мой кабинет в тех коротких шортах и с этим вызывающим взглядом.
– О, так это были шорты? – он рассмеялся, и этот звук был для меня лучшей музыкой. – А я-то думал, мои блестящие аргументы по поводу дела.
– Твои аргументы были неоспоримы, – я перевернул нас снова, возвращая себе доминирующую позицию, но на этот раз без всякой агрессии. – Но теперь, когда мы разобрались с формальностями... может, перейдем к основной части процесса?
Алекс обхватил мои плечи ногами, притягивая ближе.
– Я весь во внимании, адвокат.
Весь этот месяц, который мне отвел его отец, казался теперь чем-то далеким и неважным. Да, за стенами этого дома нас ждал мир, полный теней, опасностей и политики охотников. Да, Сон Джин Ву будет наблюдать за каждым моим шагом. Но здесь, в этой спальне, пропитанной запахом секса, персика и кедра, существовала только одна истина.
Я любил этого дерзкого, сильного и невероятно красивого омегу. И я был готов пойти против целого мира, чтобы сохранить эту улыбку на его лице.
– Знаешь, – прошептал Алекс, когда я начал медленно входить в него, заполняя его собой. – Отец сказал мне когда-то, что настоящая сила — это не то, сколько теней ты можешь призвать. А то, ради чего ты готов сражаться, когда у тебя не останется сил.
Я замер на секунду, глядя в его глаза, которые сейчас были цвета самого чистого неба.
– И ради чего сражаешься ты? – спросил я.
Алекс притянул мое лицо к своему, касаясь губами моих губ.
– Ради этого, – ответил он.
Я начал двигаться, чувствуя, как мы снова теряем связь с реальностью. Каждый толчок, каждый стон, каждое прикосновение были нашим общим законом. Мы писали свою историю прямо здесь, на этих простынях, и ни один Монарх в мире не смог бы её оспорить.
Позже, когда мы лежали в ванне, наполненной горячей пеной, и Алекс лениво пускал мыльные пузыри, я смотрел на него и понимал: мой испытательный срок никогда не закончится. Потому что любить его — это постоянный процесс, ежедневный вызов и высшая награда.
– Ли Вон, – позвал он, не оборачиваясь.
– Да?
– Если завтра отец пришлет Бера, чтобы проверить, как я, постарайся не слишком пугаться. Он просто любит подглядывать из углов.
Я усмехнулся, притягивая его ближе к своей груди в теплой воде.
– Пусть смотрит. Пусть весь мир теней знает: Чон Ли Вон не отступает. Особенно когда дело касается его сердца.
Алекс повернулся ко мне, его лицо было мокрым от брызг, а глаза светились счастьем.
– Ты лучший адвокат, которого я когда-либо нанимал, – прошептал он.
– Я не нанят, Алекс, – я поцеловал его в мокрое плечо. – Я добровольно сдался в плен. И я не планирую выходить под залог.
Мы сидели в тишине, слушая шум ветра за окном. Впереди был месяц испытаний, но я знал: мы пройдем его. Потому что когда на твоей стороне сердце Монарха, никакие тени не страшны. И когда твоим законом становится любовь, ты всегда выигрываешь дело.
Я смотрел на Алекса — моего омегу, моего самого сложного и самого любимого клиента — и знал, что это только начало. Наша история только начиналась, и она обещала быть куда более захватывающей, чем любые легенды о подземельях и рангах.
Потому что в мире, где люди могут двигать горы, самым важным всё равно оставалось то, как двое могут найти друг друга в темноте и зажечь свой собственный свет.
– Я люблю тебя, Ли Вон, – тихо произнес Алекс, засыпая у меня на плече прямо в воде.
– Я люблю тебя, мой омега, – ответил я, зная, что он слышит меня даже во сне.
И в этот момент я был уверен: Сон Джин Ву может быть королем теней, но здесь, в этом маленьком мире на двоих, королем был я. И моим троном были эти объятия.
Месяц? Мне не нужно столько времени. Я уже победил.