Сын монарха
Шепот алых сумерек
– Оставайся, Ли Вон. Уже слишком поздно для поездок на такси, а дороги в этом районе в такое время не самые спокойные, – голос Сон Джинву прозвучал мягко, но в нем, как всегда, чувствовалась та непререкаемая уверенность, которой невозможно было противостоять.
Я замер в дверях, сжимая в руках свой портфель с документами. Мое сердце предательски пропустило удар. Остаться здесь? В доме человека, который является живой легендой, и... рядом с его сыном, который сегодня едва не перевернул мое представление о реальности?
– Я... я не хотел бы стеснять вашу семью, господин Сон, – выдавил я, стараясь сохранять профессиональный тон, хотя чувствовал, как горят кончики ушей.
– Глупости, – Юки возник рядом со мной словно из ниоткуда, его высокая фигура накрыла меня тенью. – У нас полно места. Сухо уже дрыхнет без задних ног, отец тоже собирается уходить. Идем.
Он, не дожидаясь моего ответа, бесцеремонно перехватил мой портфель и поставил его на тумбу, а затем взял меня за руку. Его ладонь была горячей и сухой, а пальцы — длинными и сильными. В этом жесте не было грубости, только та странная, обезоруживающая прямота, которая была присуща только ему.
Джинву лишь коротко кивнул нам на прощание и скрылся в глубине коридора, направляясь в свое крыло дома. Я остался один на один с Юки в полумраке огромного холла.
– Идем, адвокат. Моя комната на втором этаже, – Юки потянул меня за собой вверх по лестнице.
Я шел за ним, глядя на его широкую спину. Куртка была окончательно заброшена где-то внизу, и теперь я видел татуировки на его правой руке во всей красе. Цветы и абстрактные узоры казались живыми в неверном свете ночников, словно они медленно извивались по его мускулам. От него пахло костром, острыми специями и чем-то неуловимо опасным — тем самым запахом алой маны, которую он выпустил на полигоне.
Комната Юки оказалась именно такой, какой я её себе представлял: творческий беспорядок, смешанный с идеальной чистотой в зоне тренировок. У стен стояли баллончики с краской, на столе — графический планшет и куча набросков, а на вешалке висели наушники. Но при этом кровать была заправлена идеально, а в углу стояла стойка для тренировочного меча.
– Вот, держи, – Юки открыл шкаф и выудил оттуда чистую черную футболку и свободные спортивные штаны. – Мои вещи будут тебе великоваты, но это лучше, чем спать в костюме-тройке. Полотенце вон там, ванная в конце коридора направо. Иди мойся, я пока постелю.
– Спасибо, Юки, – я взял вещи. Они пахли им — смесью дорогого парфюма и свежести.
В ванной я долго стоял под струями горячей воды, пытаясь привести мысли в порядок. Чон Ли Вон, тебе двадцать три года, ты один из лучших молодых адвокатов страны, ты работаешь на Теневого Монарха... почему же твои руки дрожат так, будто ты школьник на первом свидании?
Я посмотрел в зеркало. Мои светло-серые глаза казались почти прозрачными из-за влаги, а аккуратные стрелки, которые я наношу каждое утро для придания лицу строгости, слегка размазались. Я быстро умылся, смывая остатки косметики и усталости. В одежде Юки я действительно утонул: футболка едва не доходила мне до колен, открывая ключицы, а штаны пришлось затянуть на шнурок до предела.
Когда я вернулся в комнату, Юки уже расправил огромную кровать и сидел на краю, открывая ноутбук. Он переоделся в серую майку, которая подчеркивала его рельефные плечи. Увидев меня, он на мгновение замер, его взгляд скользнул от моих босых ног до мокрых волос.
– Тебе идет, – коротко бросил он, и в его голосе проскользнула хрипотца. – Ложись. Посмотрим что-нибудь, чтобы голова разгрузилась.
Я нерешительно забрался под одеяло. Кровать была мягкой, пахнущей кондиционером для белья и теплом. Юки лег рядом, накрывая нас обоих тяжелым одеялом. Между нашими телами оставалось всего несколько сантиметров, но я чувствовал исходящий от него жар, как от раскаленной печи.
На экране ноутбука начались какие-то титры, зазвучала музыка, но я не мог сосредоточиться. Все мои чувства были обострены до предела. Я слышал его мерное дыхание, чувствовал, как матрас слегка прогибается под его весом.
– О чем думаешь? – спросил он тихо, не поворачивая головы.
– О том, что произошло сегодня, – честно ответил я, глядя в потолок. – Ты напугал их всех, Юки. Ты напугал даже меня. Не своей силой, а тем, как ты смотрел на них. Словно они... уже мертвы.
Юки вздохнул, и я почувствовал, как его плечо коснулось моего.
– Это кровь Монарха, Ли Вон. Иногда она требует выхода. Но когда ты был рядом... там, за барьером... я чувствовал твой взгляд. Это единственное, что не дало мне превратить тот полигон в настоящее кладбище.
Я повернул голову к нему. Юки уже смотрел на меня. Его глаза в темноте снова начали приобретать тот странный, глубокий оттенок, но на этот раз в них не было ярости. Только бесконечная, томительная нежность, от которой у меня перехватило дыхание.
– Ты слишком много думаешь, адвокат, – прошептал он.
Я не успел ничего ответить. Юки молниеносным, но удивительно плавным движением сократил расстояние между нами. Его рука, покрытая татуировками, мягко, но властно скользнула мне за затылок, пальцы запутались в моих влажных волосах.
Его лицо оказалось так близко, что я видел каждую ресничку, каждую капельку воды, оставшуюся на его коже после душа. Его дыхание коснулось моих губ, и в следующую секунду он поцеловал меня.
Это не было похоже на те поцелуи, о которых пишут в книгах. Это было столкновение двух стихий. Сначала осторожное, почти пробующее, а затем — властное и глубокое. Юки целовал меня так, словно заявлял свои права, словно ставил невидимое клеймо, которое никто и никогда не сможет стереть. В этом поцелуе была вся его скрытая натура: и ум, и сила, и та самая алая ярость, превращенная в чистую страсть.
Я невольно ответил, мои руки сами собой нашли его плечи, вцепляясь в твердые мышцы. Мир вокруг перестал существовать — исчез ноутбук с фильмом, исчез огромный дом Джинву, исчезли страхи и сомнения. Остался только этот парень, который пах дымом и звездами.
Когда он отстранился, всего на пару сантиметров, его лоб уперся в мой. Мы оба тяжело дышали.
– Я давно хотел это сделать, – прошептал Юки, и его голос вибрировал прямо у меня в груди. – С того самого дня, как ты впервые пришел к отцу с документами и посмотрел на меня так, будто я — самая сложная загадка в твоей практике.
– Ты и есть загадка, – выдохнул я, чувствуя, как сердце колотится о ребра. – Самая опасная из всех, что мне встречались.
Юки усмехнулся, и эта его полуулыбка в полумраке комнаты выглядела почти демонически красиво. Он притянул меня ближе, заставляя мою голову лечь ему на плечо.
– Спи, Ли Вон. Тени сегодня будут тихими. Я обещаю.
Я закрыл глаза, чувствуя, как его рука мерно поглаживает меня по плечу. Удивительно, но страх исчез. На его месте осталось странное, почти пугающее спокойствие. Я знал, что завтра всё изменится. Я знал, что Сон Джинву наверняка уже всё понял — если не знал заранее. Я знал, что быть рядом с истинным наследником Монарха — значит идти по краю бездны.
Но, засыпая под мерный стук сердца Юки, я впервые в жизни почувствовал, что я именно там, где должен быть. В самом сердце алой тени, которая стала моим единственным домом.
– Юки... – пробормотал я уже на грани сна.
– М-м?
– Только не кури больше. Пожалуйста.
Я почувствовал, как он тихо рассмеялся, прижимая меня к себе еще крепче.
– Ради тебя — попробую. Спи, мой адвокат.
И тени в углах комнаты, послушные воле своего юного господина, действительно замерли, оберегая наш сон от всего мира, который еще не знал, какая сила родилась в тишине этой ночи.