← Назад к обзору

Сын монарха

Шепот алых сумерек

Я стоял в VIP-терминале аэропорта Инчхон, прислонившись к холодной мраморной колонне. Мой взгляд был устремлен на табло прилетов, но мысли витали далеко отсюда. В кармане пиджака вибрировал телефон — уже в сотый раз за последние полчаса. Я даже не смотрел на экран. Я и так знал, что там.

Мир сошел с ума. Кто-то из Ассоциации, какая-то «крыса», не побоявшаяся моего гнева, слила данные о вчерашнем тестировании в сеть. Снимок экрана с тремя буквами «SSS» и фамилией Сон разлетелся по всем мировым СМИ быстрее, чем я успел доехать до дома. Теперь Юки был не просто моим сыном, он стал самой обсуждаемой фигурой на планете.

– Папочка! – звонкий детский голос вырвал меня из раздумий.

Маленькая фигурка в ярко-розовом пальто неслась ко мне через весь зал ожидания, расталкивая редких пассажиров. Миджун, моя маленькая принцесса, светилась от счастья. Я присел, ловя её в объятия, и почувствовал, как всё напряжение последних часов мгновенно испаряется, сменяясь чистой, безусловной любовью.

– Привет, моя маленькая охотница, – я подбросил её в воздух, вызывая восторженный визг. – Как прошел полет?

– Мы видели облака! Они были похожи на твоих теней, только белые! – она обхватила меня за шею, утыкаясь носом в плечо.

Следом за ней, элегантно катя чемодан, шла Юми. Моя жена выглядела отдохнувшей, но в её небесно-голубых глазах я заметил тень беспокойства. Она знала меня слишком хорошо, чтобы не почувствовать, что атмосфера в Сеуле накалилась до предела.

– Привет, милый, – она подошла вплотную, и я, не выпуская Миджун, обнял её свободной рукой. – Я так соскучилась.

– Я тоже, Юми. Очень, – я поцеловал её в висок, вдыхая знакомый аромат её духов.

– Мама! – Сухо, стоявший чуть поодаль, шагнул вперед и крепко обнял мать. Он всегда был «маминым сыном», несмотря на внешнее сходство со мной и суровый характер охотника.

Юми ласково потрепала его по волосам, а затем огляделась по сторонам, нахмурившись.

– А где Юки? Я думала, он приедет встречать нас.

Я тяжело вздохнул и потер переносицу. Это был вопрос, которого я боялся больше всего.

– Юки остался дома, – ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. – В Ассоциации завелась крыса. Данные о его ранге слили в сеть сегодня утром. Возле аэропорта дежурят сотни журналистов. Если бы он появился здесь, мы бы не смогли выйти из здания без боя.

Юми побледнела, её рука непроизвольно сжалась на ручке чемодана.

– SSS-ранг... Значит, это правда? Джинву, они же не оставят его в покое.

– Не оставят, – подтвердил я, жестом указывая охране, чтобы они забирали багаж. – Но сейчас важнее доставить вас домой в безопасности. Сухо, возьми Миджун.

Мы быстро направились к черному выходу, где нас ждал кортеж. Машины были окружены тенями, скрытыми от обычного глаза, но я чувствовал их присутствие — Игрис и Берилл лично курировали охрану периметра.

В машине Миджун тут же уснула, утомленная перелетом, а Юми взяла меня за руку, пристально глядя в глаза.

– Как он это воспринял? – спросила она тихо.

– Как Юки, – я усмехнулся, вспоминая утренний разговор. – Сказал, что теперь ему придется брать больше денег за автографы. Но я вижу, что он на взводе. Ли Вон сейчас с ним, пытается сдерживать натиск юристов и прессы по телефону.

– Ли Вон? – Юми приподняла бровь. – Наш адвокат всё еще у нас?

– Он... скажем так, он взял на себя роль личного опекуна Юки, – вставил Сухо с заднего сиденья, хитро улыбаясь. – Они теперь не разлей вода. Ли Вон даже научился не падать в обморок, когда Юки призывает своих красных теней.

Юми перевела взгляд с сына на меня, и в её глазах промелькнуло понимание. Она всегда была проницательнее всех нас вместе взятых.

– Значит, у нашего Алого Монарха появился свой рыцарь в деловом костюме? – она слабо улыбнулась. – Это хорошо. Юки нужен кто-то, кто будет твердо стоять на земле, пока он летает в своих облаках маны.

Когда мы подъехали к дому, я увидел, что мои опасения подтвердились. У ворот поместья стояло несколько фургонов с логотипами телеканалов. Охрана ассоциации едва сдерживала толпу.

– Пригнитесь, – скомандовал я, когда мы проезжали сквозь кордон.

Вспышки камер осветили салон машины, но тонировка была надежной. Стоило нам въехать на территорию и воротам захлопнуться, как я почувствовал мощный всплеск маны со стороны дома. Это была аура Юки — густая, горячая и явно раздраженная.

Мы вошли в дом, и нас встретила тишина, нарушаемая лишь приглушенными криками с улицы. В гостиной на диване сидел Ли Вон. Его пиджак висел на спинке стула, галстук был ослаблен, а перед ним на кофейном столике стояло три ноутбука. Он выглядел так, будто не спал неделю, хотя прошло всего несколько часов с момента утечки.

– Господин Сон, госпожа Юми, с возвращением, – он попытался встать, но я жестом остановил его.

– Сиди, Ли Вон. Где он?

– В своей мастерской на заднем дворе, – Ли Вон вздохнул, потирая виски. – Он злится. Сказал, что если еще хоть один дрон залетит на территорию, он призовет Игриса и устроит «авиашоу». Я уже сбил три штуки из пневматики, но они лезут и лезут.

– Я пойду к нему, – сказала Юми, передавая спящую Миджун на руки Сухо. – Джинву, разберись с прессой. Ли Вон, выпей кофе, ты выглядишь ужасно.

Адвокат лишь слабо кивнул, снова утыкаясь в экран. Я же вышел на задний двор через кухонную дверь.

Здесь было тихо. Защитный барьер, который я установил вокруг дома, надежно отсекал шум улицы. В глубине сада, в небольшой постройке, которую Юки использовал как мастерскую для рисования, горел свет. Оттуда доносился запах аэрозольной краски и громкая рок-музыка.

Я подошел к двери и постучал. Музыка мгновенно стихла.

– Я же сказал, Ли Вон, я не буду давать интервью! Даже «Нью-Йорк Таймс»! – рявкнул Юки из-за двери.

– Это я, – сказал я спокойно.

Послышался шорох, и дверь открылась. Юки стоял на пороге, весь перепачканный в алой и черной краске. Его футболка была мокрой от пота, а в глазах всё еще плясали искры маны. За его спиной я увидел огромное полотно — на нем был изображен рыцарь, объятый пламенем, подозрительно похожий на Игриса, но в совершенно ином стиле.

– Мама приехала? – спросил он, опуская баллончик с краской.

– Приехала. И она хочет тебя видеть.

Юки отвел взгляд, его плечи поникли.

– Пап, я не хотел, чтобы так вышло. Я думал, у нас есть время. Что я смогу просто... ну, быть обычным.

Я подошел ближе и положил руку ему на плечо. Несмотря на его рост и силу, в этот момент он снова казался мне тем маленьким мальчиком, который боялся темноты под кроватью, пока не узнал, что темнота — это его дом.

– Ты никогда не был обычным, Юки. SSS-ранг — это не просто цифры. Это твоя судьба. И крыса в Ассоциации просто ускорила неизбежное.

– Они называют меня «Алым Монархом», – он горько усмехнулся. – Будто я какой-то злодей из комиксов. Ли Вон говорит, что мне нужно выступить с заявлением, но я хочу просто... рисовать. И чтобы меня оставили в покое.

– У Монархов не бывает покоя, сын. Но у нас есть семья. И у тебя есть Ли Вон, который готов зубами грызть любого, кто к тебе приблизится с микрофоном.

Юки посмотрел на меня, и в его глазах промелькнула теплота.

– Он классный, да? Ли Вон. Он не испугался, когда я вчера случайно подпалил ковер в гостиной, когда злился. Просто пошел за огнетушителем и сказал, что это будет стоить мне лишнего часа тренировок по этикету.

Я рассмеялся, представляя эту картину.

– Идем в дом. Мама привезла твои любимые сладости из того магазинчика в Париже.

Мы пошли к дому. В сумерках алые татуировки на руке Юки казались светящимися. Он действительно был другим. Сухо был моей тенью, моим продолжением. Юки же был чем-то новым. Тем, чего этот мир еще не видел.

В гостиной уже вовсю шел семейный совет. Юми сидела на диване, обнимая Юки, который уткнулся ей в плечо, словно и не было тех ста девяноста сантиметров роста и мощи SSS-ранга. Ли Вон и Сухо обсуждали план «обороны».

– Значит так, – Ли Вон поправил очки, его голос стал жестким и профессиональным. – Завтра утром мы организуем закрытую пресс-конференцию. Только проверенные СМИ. Юки сделает короткое заявление, я возьму на себя юридическую часть. Господин Сон, ваше присутствие обязательно для... психологического давления на прессу.

– Согласен, – я сел в кресло, чувствуя, как дом наполняется теплом.

– А потом? – спросил Юки, поднимая голову. – Что потом?

– А потом, – Юми ласково погладила его по щеке, – мы устроим настоящий ужин. И никакой магии, никаких рангов и никакой прессы. Только мы.

В этот момент Миджун, проснувшаяся и выбравшаяся из своей комнаты, вбежала в гостиную. Она увидела Юки и с криком «Алый братик!» запрыгнула ему на колени.

– Юки, а ты покажешь мне фокус с красными искрами? – пропищала она, дергая его за ухо.

Юки посмотрел на нас, затем на Миджун, и его лицо окончательно расслабилось. Он щелкнул пальцами, и маленькая алая искорка, похожая на светлячка, заплясала вокруг девочки.

– Только один, мелочь. А потом спать.

Я смотрел на них и понимал: пусть весь мир гудит, пусть враги строят планы, а журналисты караулят у ворот. В этом доме, за этим барьером, мы были просто семьей. И пока это было так, ни один Монарх — ни Теневой, ни Алый — не проиграет свою битву.

– Ли Вон, – позвал я адвоката.

– Да, господин Сон?

– Бросай свои ноутбуки. Пирог остывает. Это приказ.

Ли Вон на мгновение опешил, а затем улыбнулся — искренне и открыто.

– Слушаюсь, мой повелитель.

Вечер опустился на Сеул, укрывая город тенями. Но в доме семьи Сон горел свет, и алое пламя в камине отражалось в глазах тех, кто был готов защищать свой мир до последнего вздоха. Крыса в Ассоциации думала, что разрушила нашу жизнь, слив тайну. Она не знала, что настоящая сила Монарха не в его ранге, а в тех, кто сидит с ним за одним столом.

– Пап, – позвал Юки, когда мы уже расходились по комнатам. – Спасибо.

– За что?

– За то, что не заставляешь меня быть тобой.

Я посмотрел на него — на его алые татуировки, на его синие глаза, полные огня.

– Быть мной скучно, Юки. Быть собой — гораздо сложнее. Но у тебя это отлично получается.

Я закрыл дверь своего кабинета и подошел к окну. Толпа журналистов внизу казалась маленькими насекомыми. Я знал, что завтра начнется новая глава. Но сегодня... сегодня тени были спокойны. И Алый Монарх спал крепким сном, зная, что его рыцарь в деловом костюме и его семья всегда будут рядом.

Я достал телефон и отправил одно короткое сообщение Президенту Ассоциации: «Найдите крысу до рассвета. Или я пришлю за ней Берилла».

Ответ пришел через секунду: «Понял вас, Сон Джинву-ним. Уже занимаемся».

Я убрал телефон и улыбнулся. Мир еще не знал, что шутить с семьей Сон — это самая большая ошибка, которую можно совершить в этой жизни. Но скоро они это поймут. Очень скоро.