← Назад к обзору

Цена лжи

Клеймо Монарха и шепот истинности

Я думал, что Ли Вон и Алекс окончательно сошли с ума. Доминантный омега и Теневой Монарх, чье имя заставляет содрогаться целые миры, сейчас лежал на шелковых простынях, зажатый между двумя мужчинами. Но безумие оказалось заразительным. Запах Алекса — эта густая, обволакивающая корица — проникал под кожу, парализуя волю и заставляя тени внутри меня довольно урчать, признавая в нем вожака.

Алекс двигался над Ли Воном с какой-то первобытной одержимостью. Его спина, покрытая бисеринками пота, напрягалась при каждом толчке, а небесно-голубые глаза были затуманены гоном. Я лежал сбоку, вплетая свои пальцы в волосы Ли Вона, целуя его влажный лоб, пока он стонал под напором своего альфы. Это было немыслимо, неправильно с точки зрения человеческих законов, но абсолютно естественно для нашей природы.

В какой-то момент Ли Вон, чей голос уже охрип от наслаждения, резко подался вперед. Его рука, тонкая, но сильная, легла мне на затылок, притягивая мою голову к лицу Алекса.

– Детка, – прошептал Ли Вон, глядя на мужа расширенными зрачками, – ты должен пометить его. Поставь метку. Сейчас.

Мое сердце пропустило удар. Метка. Для омеги это означало окончательную капитуляцию. Это была печать, которую невозможно стереть, связь, которая привязывала душу к альфе навсегда. Я, Теневой Монарх, никогда не принадлежал никому. Даже мой фиктивный брак с Хэ Ин был лишь бумагой.

Алекс остановился. Его тяжелое дыхание опалило мои губы. Он посмотрел на меня так, словно видел впервые — не как союзника, не как отца своего ребенка, а как свою добычу, свою пару, которую он жаждал подчинить.

– Джинву... – его голос был похож на рокот далекого грома.

Одним мощным движением он перевернулся, подминая меня под себя. Я оказался прижат к матрасу его тяжелым, горячим телом. Ли Вон переместился, устраиваясь у меня в изголовье, переплетая свои пальцы с моими, словно давая мне опору в этом океане страсти.

– Пожалуйста... альфа... – сорвалось с моих губ прежде, чем я успел это осознать. Моя омежья сущность, которую я подавлял годами, наконец-то взяла верх. Я выгнул шею, подставляя самую уязвимую часть своего тела, место, где под кожей бешено колотилась вена.

Я почувствовал его клыки. Сначала это было лишь легкое, дразнящее давление, от которого по позвоночнику пробежал электрический разряд. Алекс медленно облизывал мою кожу, вдыхая мой аромат грозовой тучи, смешивая его со своей корицей.

– Ты будешь моим, – прорычал он в самую кожу. – Не только в этой спальне. Не только в этом гоне. Навсегда. Ты слышишь меня, Сон Джинву?

– Да... – выдохнул я, зажмурившись. – Слышу.

Резкая, острая боль прошила всё мое существо, когда его зубы сомкнулись на моей шее. Я вскрикнул, но крик захлебнулся, когда Ли Вон накрыл мои губы своими в глубоком, утешающем поцелуе. В этот миг я почувствовал, как в мою кровь впрыскивается яд истинности. Это не было похоже на атаку монстра в подземелье. Это было так, словно в мою теневую энергию влилось расплавленное золото, структурируя хаос и даря невероятное чувство завершенности.

Система внутри моей головы, обычно холодная и расчетливая, вдруг выдала каскад сообщений, которые я едва успевал считывать:

«Внимание! Обнаружена связь с истинным альфой». «Процесс синхронизации маны... 10%... 40%... 90%». «Статус: Помечен».

Тени, дремавшие в углах комнаты, вдруг взметнулись вверх, радостно приветствуя нового хозяина. Игрис, Бер, Беллион — я чувствовал их ментальный отклик, их преклонение перед тем, кто смог укротить их Короля.

Алекс отстранился, тяжело дыша. На моей шее теперь красовался багровый след — его клыки оставили четкую печать. Он смотрел на нее с первобытным торжеством, а затем нежно прикоснулся губами к ранке, слизывая капельку крови.

– Теперь ты дома, – прошептал он.

– Мы дома, – поправил его Ли Вон, обнимая нас обоих.

Я лежал, чувствуя, как внутри меня устанавливается новый баланс. Боль ушла, сменившись густой, вязкой негой. Моя мания, которая раньше всегда была на грани взрыва, теперь текла ровно, подпитываемая силой Алекса.

– Ты понимаешь, что ты наделал? – тихо спросил я, открывая глаза. Мой голос всё еще дрожал. – Ассоциация... мир охотников... они увидят это. Они поймут, что Монарх принадлежит Окумуре.

Алекс усмехнулся, и в этой улыбке было столько наглости и уверенности, что я невольно улыбнулся в ответ.

– Пусть смотрят, – отрезал он. – Пусть знают, что любой, кто посмеет косо взглянуть на тебя или на Сухо, будет иметь дело со мной. И мне плевать, сколько у них рангов. У меня есть ты, Ли Вон и наши дети. Этого достаточно, чтобы перевернуть планету.

Ли Вон приподнялся, опираясь на локти. Его лицо светилось счастьем, несмотря на усталость.

– Джинву, ты ведь сам этого хотел. С той самой ночи в Токио. Ты просто боялся признаться, что тебе тоже нужен кто-то, кто сильнее твоих теней.

Я вздохнул, признавая поражение.

– Ты чертовски хороший адвокат, Ли Вон. Всегда находишь слабые места.

– Я просто люблю тебя, – ответил он просто, и эти слова значили для меня больше, чем все титулы мира.

Остаток ночи прошел в каком-то полузабытьи. Гон Алекса продолжался, но теперь он не был яростным штормом, разрушающим всё на своем пути. Это был глубокий, ритмичный танец трех душ. Мы сплетались телами, шептали друг другу признания, которые никогда не решились бы произнести при свете дня, и засыпали на несколько минут, чтобы снова проснуться от прикосновений друг друга.

Утром, когда первые лучи солнца пробились сквозь плотные шторы, я проснулся первым. Алекс спал, закинув руку мне на талию, а Ли Вон уютно устроился у него под боком. Я осторожно коснулся метки на своей шее. Она горела легким теплом, пульсируя в такт моему сердцу.

Я встал с кровати, стараясь не разбудить их, и подошел к зеркалу. Из отражения на меня смотрел прежний Сон Джинву — черные волосы, серые глаза, холодная бледность кожи. Но на шее, прямо над ключицей, отчетливо виднелись следы зубов. Моя печать. Мое освобождение.

– Мой Король, – раздался тихий шепот в моей голове. Бер проявился из тени у окна. – Маленький принц Сухо проснулся. Он спрашивает, где вы.

– Иду, Бер, – ответил я мысленно. – И... приготовь что-нибудь особенное на завтрак. Для всех.

– Будет исполнено! – муравей склонился в глубоком поклоне и исчез.

Я вернулся к кровати и присел на край. Алекс открыл один глаз и, увидев меня, улыбнулся — той самой открытой, теплой улыбкой, которую он берег только для своих.

– Не уходи, – пробормотал он, хватая меня за руку.

– Сухо проснулся, – сказал я, наклоняясь и целуя его в переносицу. – Нам пора начинать этот день. Как семья.

Алекс потянулся, демонстрируя мощные мышцы, и сел рядом со мной. Он посмотрел на спящего Ли Вона, затем на меня, и в его взгляде я увидел такую решимость, что мне стало ясно: вчерашняя ночь была не просто эпизодом. Это был фундамент новой империи.

– Знаешь, – сказал Алекс, потирая затылок, – я ведь действительно собираюсь построить этот портал. Или куплю авиакомпанию. Чтобы мы могли быть вместе каждый день.

– Купи авиакомпанию, – хмыкнул я. – Это будет меньше пугать соседей, чем разрывы в пространстве посреди гостиной.

Мы вышли из спальни вместе. В гостиной Сухо уже вовсю играл с Юки и Тэцу под присмотром Бера, который сегодня превзошел сам себя, жонглируя подносами с едой.

– Папа! – Сухо бросился ко мне, обхватывая мои колени. – Ты долго спал!

Я подхватил его на руки и прижал к себе. Малыш вдруг замер, принюхался и уставился на мою шею. Его маленькие пальчики коснулись метки.

– У тебя болит? – спросил он с беспокойством.

Я посмотрел на Алекса, который стоял рядом, положив руку мне на плечо.

– Нет, малыш, – ответил я, и мой голос был тверд как никогда. – Это значит, что теперь у нас есть тот, кто всегда будет нас защищать.

Сухо перевел взгляд на Алекса, затем снова на меня, и на его лице расплылась широкая улыбка.

– Как в сказке про рыцаря?

– Лучше, – усмехнулся Алекс, подхватывая на руки Юки и Тэцу. – Намного лучше.

За завтраком мы обсуждали будущее. Никакой лжи, никаких контрактов с Ча Хэ Ин. Я официально объявлю о нашем союзе. Мир может реагировать как угодно — мне было всё равно. У меня были мои тени, мои дети и мои альфы.

Ли Вон, который вышел к нам чуть позже, выглядел умиротворенным. Он сел рядом с Алексом, и они обменялись быстрым, полным нежности взглядом.

– Джинву, – сказал Ли Вон, отпивая кофе, – я уже начал готовить документы для признания отцовства Алекса в отношении Сухо. Это будет непросто с юридической точки зрения, учитывая твой статус в Корее, но...

– Сделай это, – перебил я его. – Я хочу, чтобы у моего сына была фамилия его отца. И чтобы у него были братья не только на словах.

Алекс сжал мою руку под столом.

– Спасибо, Джинву.

В этот момент я понял, что моя жизнь, которая раньше состояла из бесконечных битв и одиночества, наконец-то обрела смысл. Я больше не был просто инструментом системы или защитником человечества. Я был омегой, отцом и частью чего-то гораздо большего, чем я сам.

Днем мы отправились в парк. Токио сиял на солнце, и люди оборачивались нам вслед. Еще бы — Теневой Монарх, гуляющий с главой «Okumura Industries» и тремя детьми, был зрелищем не для слабонервных. Но мне было плевать на шепотки за спиной.

Я смотрел, как Алекс учит Сухо бросать мяч, как Ли Вон смеется, когда Тэцу пытается поймать бабочку. Внутри меня царила тишина. Метка на шее пульсировала, связывая меня с Алексом невидимой нитью, и я чувствовал каждое его движение, каждую эмоцию.

Вечером, когда мы вернулись домой, Алекс отвел меня в сторону.

– Я хочу кое-что показать тебе, – сказал он, ведя меня в свой кабинет.

Он открыл сейф и достал оттуда небольшую коробочку. Внутри лежало кольцо — платина, инкрустированная черным бриллиантом, который, казалось, поглощал свет, точь-в-точь как мои тени.

– Я заказал его еще до того, как ты приехал в Японию, – признался Алекс. – Ли Вон помог с дизайном. Я не знал, примешь ли ты меня, но я хотел, чтобы у тебя было что-то, что принадлежит только нам троим.

Он взял мою руку и надел кольцо на безымянный палец. Оно подошло идеально.

– Сон Джинву, – произнес Алекс, глядя мне в глаза, – ты — самое сильное существо на этой планете. Но для меня ты — тот, кого я хочу оберегать до последнего вздоха. Станешь ли ты частью нашей семьи официально? Не ради политики, а ради нас?

Я посмотрел на кольцо, затем на метку на своей шее, и, наконец, на него.

– Я уже стал ею, Алекс. С того момента, как позволил тебе поставить эту метку.

Он притянул меня к себе, и мы стояли так долго, слушая дыхание друг друга. За окном сгущались сумерки, и мои тени начали медленно выползать из углов, создавая вокруг нас защитный кокон.

Я знал, что впереди нас ждут битвы. Ассоциация охотников не примет это легко, Ча Хэ Ин попытается отомстить, а мир будет содрогаться от новости о союзе двух титанов. Но глядя на Алекса, я понимал — мы справимся.

Потому что теперь я был не один. У меня был мой истинный север, мой причал и моя стая.

– Мой Король, – раздался голос Беллиона в моей голове. – Врата ранга S открылись в районе Синдзюку. Требуется ваше вмешательство.

Я вздохнул и посмотрел на Алекса.

– Работа зовет? – догадался он.

– Да. Похоже, мне нужно напомнить миру, почему не стоит злить Теневого Монарха и его семью.

Алекс улыбнулся и достал свой пиджак.

– Я еду с тобой. «Okumura Industries» обеспечит логистику и оцепление. А Ли Вон присмотрит за детьми.

– Идет, – кивнул я.

Мы вышли из кабинета, и я почувствовал, как во мне просыпается та самая мощь, которая заставляла богов дрожать. Но теперь это была не холодная, разрушительная сила. Это было пламя, которое я готов был обрушить на любого, кто посмеет угрожать моему счастью.

– Игрис! Беллион! Бер! – позвал я, и тени послушно выстроились за моей спиной. – Выходим. У нас есть дело.

Мы шагнули в портал, и последнее, что я увидел перед тем, как пространство сомкнулось — это спокойная, уверенная улыбка Ли Вона и решительный взгляд Алекса.

Моя история как одинокого охотника закончилась. Начиналась легенда о Теневом Монархе и его истинном альфе. И эта легенда обещала быть великой.