← Назад к обзору

Цена лжи

Шепот теней и пламя гона

Токио за окном плавился в лучах закатного солнца, но внутри поместья Окумура время, казалось, остановилось, превратившись в густой, пряный коктейль из феромонов и магии. Семь дней. Целая неделя, вырванная из реальности, где не существовало ни Ассоциации охотников, ни мировых угроз, ни политики. Был только этот огромный, изолированный тенями кокон, в котором три души сплетались в одну.

Алекс сидел на краю огромной кровати, тяжело опершись локтями о колени. Его плечи, обычно широкие и непоколебимые, сейчас слегка подрагивали от усталости. Волосы были спутаны, а на лице залегли глубокие тени. Он выглядел как человек, который в одиночку сдержал прорыв врат ранга S, причем делал это семь суток без перерыва. Доминантный альфа был выжат как лимон — физически и эмоционально.

– Вы... вы просто сумасшедшие, – прохрипел Алекс, обхватив голову руками. – Оба. Абсолютно.

Я, Сон Джинву, Теневой Монарх, приподнялся на локтях, чувствуя во всем теле непривычную, почти забытую легкость. Моя кожа, обычно бледная, теперь словно светилась изнутри. Я чувствовал себя так, будто прошел через полное очищение маны. Метка на моей шее, оставленная Алексом в порыве первобытной страсти, больше не горела болью — она мягко пульсировала, связывая меня с ним невидимой, но неразрывной нитью.

– Мы просто очень любим своего альфу, – раздался мягкий, мелодичный голос Ли Вона.

Мой второй омега, мой союзник в этом безумии, выглядел не менее сияющим. Ли Вон грациозно потянулся, словно сытый кот, и прижался к спине Алекса, обвивая его шею руками. Его серые глаза, такие похожие на мои в моменты ярости, сейчас светились спокойным счастьем.

– Ты сам просил нас не сдерживаться, Алекс, – я усмехнулся, садясь рядом и кладя руку на его подрагивающее плечо. – Монарх и доминантный омега в одном флаконе — ты должен был понимать, на что идешь.

Алекс поднял голову и посмотрел на нас. В его небесно-голубых глазах, всё еще затуманенных остатками гона, отразилась смесь обожания и чистого ужаса перед нашей объединенной силой.

– Я думал, что я здесь главный, – пробормотал он, криво ухмыляясь. – Но в какой-то момент мне показалось, что это вы двое решили проверить меня на прочность. Джинву, твои тени... они буквально подпитывали меня, не давая упасть в обморок. Это было... чересчур.

– Тени любят тебя, Алекс, – я наклонился и коснулся губами его виска. – Они признали твою власть над моим телом. Теперь ты для них такой же господин, как и я.

Ли Вон поцеловал Алекса в другую щеку, и мы вдвоем буквально взяли его в кольцо своих объятий.

– Ты справился, любимый, – прошептал Ли Вон. – Твой гон был самым мощным из всех, что я помню. Но посмотри на нас. Мы целы. Мы счастливы.

Алекс наконец расслабился, откидываясь назад и увлекая нас за собой на измятые простыни. Мы лежали в тишине, слушая, как выравнивается наше дыхание. Запах корицы, исходящий от Алекса, стал мягче, смешиваясь с моим озоном и сладким лотосом Ли Вона. Это была гармония, о которой я, одинокий охотник, никогда не смел даже мечтать.

– Сухо... – вдруг вспомнил я, и тревога кольнула сердце. – Он был с Бером всё это время?

– И с моими нянями, – успокоил Ли Вон, поглаживая мою руку. – Не волнуйся, Джинву. Бер — самая ответственная нянька в мире. Я уверен, они с Юки и Тэцу уже построили в игровой комнате крепость из подушек и захватили половину кухни.

Алекс издал тихий смешок, закрывая глаза.

– Если Бер научит Сухо манерам муравьиного рыцаря, у нас будут проблемы.

– Сухо уже называет его «дядя Жук», – улыбнулся я, представляя эту картину. – Думаю, они поладили.

Мы пролежали так еще какое-то время, наслаждаясь тишиной, пока реальный мир не начал настойчиво стучаться в двери нашего убежища. В прихожей раздался топот маленьких ножек и заливистый смех.

– Папа! Алекс! – голос Сухо был звонким и полным нетерпения.

Алекс застонал, но в этом стоне не было раздражения — только усталость отца семейства.

– Похоже, отпуск официально закончен, – сказал он, с трудом принимая сидячее положение. – Приведите меня в порядок, омеги. Я не могу показаться детям в таком виде, будто меня переехал грузовик.

Я щелкнул пальцами, и тени послушно метнулись по комнате, собирая разбросанную одежду и приводя пространство в относительный порядок. Ли Вон быстро причесал Алекса, а я накинул на плечи легкий халат, скрывая многочисленные метки на теле, хотя та, что была на шее, всё равно оставалась на виду.

Дверь распахнулась, и в комнату влетел Сухо, а за ним — близнецы Юки и Тэцу. Бер, облаченный в свой парадный доспех, скромно замер в дверях, склонив голову.

– Мой Король, – прозвучал его голос в моей голове. – Маленькие принцы требовали аудиенции. Я не смог им отказать.

– Ты всё правильно сделал, Бер, – ответил я мысленно, ловя Сухо, который с разбегу запрыгнул ко мне на колени.

– Папа! Вы так долго спали! – Сухо обхватил меня за шею, а затем с любопытством уставился на мою шею. – Ой, у тебя тут пятнышко. Как у Алекса на руке.

Я почувствовал, как мои щеки слегка порозовели. Алекс, сидевший рядом, неловко кашлянул, а Ли Вон прыснул в кулак.

– Это... это знак того, что мы теперь одна большая семья, малыш, – быстро нашелся я, целуя сына в макушку.

Алекс подхватил Юки и Тэцу, усаживая их по обе стороны от себя. Несмотря на крайнюю степень истощения, он улыбался так широко и искренне, что я в очередной раз понял: этот человек — мой истинный север.

– Ну что, банда? – Алекс взъерошил волосы близнецам. – Чем вы занимались, пока взрослые... отдыхали?

– Мы строили замок! – гордо объявил Юки. – И дядя Жук помогал нам! Он умеет делать порталы для конфет!

Я бросил строгий взгляд на Бера. Тот виновато переступил с ноги на ногу.

– Мой Король, это было необходимо для поддержания морального духа наследников...

– Поговорим об этом позже, Бер, – вздохнул я.

Ли Вон поднялся и подошел к окну, раздвигая тяжелые шторы. Комнату залил яркий свет.

– Алекс, Джинву, – он обернулся к нам, и его лицо стало серьезным. – Мы не можем вечно прятаться здесь. Мир снаружи гудит. Твой развод, Джинву, вызвал бурю в Сеуле. А наше совместное появление в Токио... журналисты уже осаждают главный офис «Okumura Industries».

Алекс вздохнул, его взгляд стал стальным.

– Пусть гудят. Я уже распорядился, чтобы юридический отдел подготовил все документы. Сухо будет официально признан моим сыном. А наш союз с Джинву... я сделаю официальное заявление на следующей неделе.

– Ты уверен? – я посмотрел на него. – Это будет удар по твоей репутации. Доминантный альфа с двумя омегами, один из которых — сильнейший охотник мира... это вызов обществу.

Алекс подошел ко мне и взял мою руку в свою. Его ладонь была горячей и надежной.

– Джинву, я — Алекс Окумура. Я сам создаю правила, по которым живет это общество. Если им не нравится, что я люблю двух потрясающих мужчин и воспитываю троих детей — это их проблемы. У меня хватит власти, чтобы заставить их замолчать.

– И у меня хватит силы, чтобы защитить этот покой, – добавил я, чувствуя, как тени за моей спиной довольно зашевелились.

Ли Вон подошел и положил руку на наши сцепленные ладони.

– А у меня хватит ума, чтобы облечь это в законную форму, против которой никто не посмеет пикнуть.

Мы стояли в центре комнаты — два омеги и наш альфа, окруженные детьми. Это была странная, невозможная для многих семья, но для нас она была единственно верной.

– Папа, а мы поедем в Корею? – спросил Сухо, дергая меня за край халата. – Я хочу показать бабушке мой новый замок.

– Обязательно поедем, малыш, – я подхватил его на руки. – Мы поедем все вместе. Бабушка будет очень рада познакомиться с твоими братьями и... с Алексом и Ли Воном.

– Я уже предвкушаю лицо твоей мамы, когда она увидит нас всех сразу, – хмыкнул Алекс.

– Она мудрая женщина, – улыбнулся я. – Она поймет.

Вечер прошел в суете. Мы наконец-то выбрались из спальни, пообедали в большой столовой, где дети устроили настоящий хаос, а затем долго гуляли по саду поместья. Я смотрел на Алекса, который, несмотря на усталость, упрямо таскал Сухо на плечах, и чувствовал, как внутри меня окончательно затягивается рана одиночества, которую я носил в себе с момента получения силы Монарха.

Позже, когда детей уложили спать, мы втроем сидели на террасе, глядя на ночной Токио.

– Знаешь, Джинву, – тихо сказал Ли Вон, прижимаясь к плечу Алекса, – я долго думал о том, что случилось в ту ночь в Токио. О том афродизиаке.

Я напрягся. Эта тема всё еще была болезненной.

– Ты думаешь, это было подстроено специально, чтобы свести нас? – спросил я.

– Не исключено, – кивнул Ли Вон. – У Алекса много врагов, и у тебя тоже. Но ирония в том, что их план сработал против них самих. Вместо того чтобы уничтожить твою репутацию или шантажировать Алекса, они создали союз, который невозможно разрушить.

Алекс притянул нас обоих ближе к себе.

– Если я найду тех, кто это сделал, – в его голосе прорезался рык, – они пожалеют, что вообще родились на свет. Но Ли Вон прав. Благодаря их глупости у меня есть вы. И это самое ценное приобретение в моей жизни.

Я посмотрел на свою руку, где на безымянном пальце поблескивало кольцо с черным бриллиантом.

– Я никогда не думал, что смогу принадлежать кому-то, – признался я. – Моя сила всегда требовала одиночества. Тени не терпят конкуренции. Но ты, Алекс... ты не конкурируешь с ними. Ты стал их частью.

– Потому что я люблю тебя не как Монарха, Джинву, – ответил Алекс, глядя мне прямо в глаза. – А как человека, который прячется за этими тенями. Того самого парня, который спас меня в ту ночь, рискуя собой.

Я почувствовал, как метка на шее снова согрелась. Это было странное, новое чувство — быть под защитой, оставаясь при этом самым сильным существом в мире.

– Нам пора готовиться к возвращению, – сказал Ли Вон, поднимаясь. – Завтра утром прилетает частный рейс в Сеул. Джинву, ты готов предстать перед своей Ассоциацией с... обновленным статусом?

Я встал вслед за ним, расправляя плечи. Мои тени мгновенно материализовались за спиной, создавая величественный и грозный ореол.

– Пусть только попробуют что-то сказать, – я усмехнулся, и в моих глазах вспыхнул холодный серый огонь. – Теневой Монарх возвращается домой. И он возвращается не один.

Алекс встал рядом со мной, и его мощная аура доминантного альфы переплелась с моей магией. Мы стояли на террасе — два титана, готовые переписать историю.

– Мы покажем им, что такое настоящая сила, – произнес Алекс, сжимая мой кулак своим.

Ночь над Токио была тихой, но я знал, что это лишь затишье перед бурей. Бурей, которую мы сами и возглавим.

– Бер! – позвал я.

– Да, мой Король! – муравей возник из воздуха, преклонив колено.

– Собери всех генералов. Завтра мы летим в Корею. Обеспечить полную безопасность периметра. Ни один журналист, ни один охотник не должен приблизиться к моей семье без моего разрешения.

– Будет исполнено в лучшем виде, господин! Ваши враги познают вкус истинного отчаяния!

Я посмотрел на Ли Вона и Алекса. Они улыбались. Мы были готовы.

– Идемте в дом, – сказал я. – Завтра будет длинный день.

Мы ушли с террасы, и огни города остались позади, мерцая в темноте. Впереди была новая жизнь — жизнь, где Монарх больше не был одинок, где у омеги был свой альфа, а у маленького мальчика — целых три папы, готовых ради него перевернуть весь мир.

И в этом мире запах корицы и грозовой тучи стал символом самой крепкой связи, которую когда-либо знала эта земля. Связи, скрепленной клеймом Монарха и шепотом истинности.