УБийца волшебников и Стражница Воды
Кошачий конвой, баллистика и смех Калейдоскопа
Медный рупор модифицированного радиоприемника «Зенит» тихо гудел, согревая воздух мансарды запахом нагретой канифоли, пыли и перегруженных ламп военной приемки. Кварцевый кристалл в латунном кольце пульсировал мерным изумрудным светом, улавливая мельчайшие вибрации воздуха из книжной лавки лорда Седрика.
В комнате над рестораном «Серебряный Дракон» стояла такая тишина, что было слышно, как за окном моросит дождь и шуршат шины редких автомобилей на мокром асфальте Хизерфилда.
Все взгляды были прикованы к раструбу.
Калеб, сжимая в руке кружку с остывшим отваром, замер каменным изваянием. Стражницы сгрудились вокруг верстака: Вилл нервно теребила воротник свитера, Корнелия морщилась при каждом шорохе, а Хай Лин и Тарани делили один блокнот, готовые фиксировать любые стратегические данные.
Рядом с Гарри сидела Ирма. Ее плечо упиралось в его плечо, ладонь лежала на колене парня, и пальцы девушки то сжимались, то расслаблялись, выдавая скрытое напряжение. Сам Гарри, уже успевший сменить школьный пиджак на привычную черную тактическую водолазку с пустыми пока наплечными кобурами, методично полировал замшей ствол запасной «Беретты», превращая оружие в зеркало.
Из динамика донесся усталый, надтреснутый вздох.
Это был вздох существа, чья вековая выдержка, закаленная в кампаниях против мятежников и темных магов, только что на полном ходу врезалась в железобетонную стену девичьего романтизма.
– Мисс Браун... Элион, дитя мое, – голос Седрика звучал так, будто генерал армии Меридиана только что в одиночку разгрузил вагон чугунных чушек. – Я бесконечно ценю ваш... нетривиальный полет фантазии. Но давайте вернемся к сути. Древний свиток Памяти, который я вам показал, описывает священную структуру Королевской Стражи Эсканоров. Непоколебимые рыцари в адамантовых доспехах. Безмолвные исполины, чьи мечи рассекают скалы, а щиты держат натиск драконьего пламени. Мужи из кости и стали, принесшие клятву на крови предков!
– Ну да, мужи из стали — это так старомодно, мистер Хоффман! – зазвенел в ответ чистый, восторженный голос Элион, сопровождаемый шелестом плотной рисовальной бумаги. – Это же прошлый век! Скучные серые доспехи, тяжелые мечи... Кому это нужно в наше время? Вы посмотрите на мой новый эскиз!
Послышался мягкий стук альбома о полированную столешницу прилавка.
– Что это? – выдавил Седрик сдавленным голосом.
– Это моя концепция личной гвардии! – с гордостью возвестила будущая владычица Меридиана. – Я назвала их «Особый кошачий конвой Ее Величества»! Смотрите: у них такие мягкие, пушистые ушки на шлемах, короткие форменные курточки пастельно-бирюзового цвета с золотыми эполетами и маленькие, круглые щиты в форме кошачьих лапок! Это выглядит так дружелюбно, так эстетично! Народ сразу поймет, что новая власть несет любовь и гармонию!
Корнелия на верстаке беззвучно уронила челюсть на грудь. Вилл прижала ладонь ко лбу, издав протяжный стон.
– Кошачьи... лапки? – переспросил Седрик, и в его голосе прорезалось опасное, шипящее вибрато оборотня, находящегося на грани нервного срыва. – На щитах императорских телохранителей?! Девочка моя, Меридиан — это мир суровых законов! Если мятежники увидят кошачьи лапки, они... они просто не испугаются!
– А зачем их пугать?! – возмутилась Элион. – Мы их очаруем! И главное — командир! Я уже нарисовала командира конвоя! Смотрите, мистер Хоффман!
В динамике повисла короткая пауза. Было слышно, как книготорговец с явной неохотой берет лист бумаги.
– Это... опять этот юноша? – проскрежетал лорд Седрик. – Тот самый британский наглец из Шеффилдской школы?
– Это Гарри! – с благоговейным придыханием пропела принцесса. – Взгляните, как ему идет этот темно-синий бархатный дублет с вышивкой серебряной нитью! А на плечах — плащ из лунного бархата с капюшоном, отороченным белым мехом! И на макушке... маленькие аккуратные ушки рыси! Он выглядит таким строгим, таким недоступным... Но в то же время невероятно милым! Я назначу его Верховным Кошачьим Маршалом Трона! Он будет везде сопровождать меня, стоять у изголовья моей опочивальни и отгонять дурные сны своим верным мечом... или чем он там стреляет!
В мансарде ресторана «Серебряный Дракон» замерло само время.
Тарани медленно повернула голову к Гарри. Очки сползли на кончик ее носа, но девушка даже не подумала их поправить. Хай Лин зажала рот обеими руками, ее глаза округлились до размера чайных блюдец, а все тело сотрясалось от конвульсий беззвучного, дикого смеха.
Ирма не смеялась.
Стражница Воды медленно перевела взгляд на Гарри. Ее синие глаза полыхнули таким первобытным, ослепительным пламенем, что воздух вокруг ее ладоней затрещал от статических разрядов.
– Верховный. Кошачий. Маршал, – с расстановкой, чеканя каждый слог ледяным резцом, произнесла она. – С пушистыми ушками. И меховой оторочкой. Поттер... скажи мне, что я ослышалась. Скажи мне, что в этот приемник вселился бес бреда и радиопомех.
Гарри сидел неподвижно.
Замша выпала из его пальцев. Ствол «Беретты» с глухим металлическим стуком упал на деревянный верстак.
Челюсти юноши сжались с такой силой, что на скулах вздулись желваки. Его мозг — безупречный аналитический механизм ликвидатора, просчитывавший траектории пуль, концентрацию взрывчатых веществ и рунические контуры, — дал фатальный, катастрофический сбой.
Паранойя дома Джостаров, помноженная на циничный фатализм Эмии Кирицугу и кошмары лондонского дна, мгновенно раздула крошечную девичью фантазию до масштабов неописуемого космического хоррора.
***
Реальность раскололась, осыпаясь осколками битого хрусталя.
Гарри больше не был в мансарде Хизерфилда.
Он стоял посреди циклопического тронного зала, залитого приторно-розовым, зефирным сиянием. Стены из белого мрамора были расписаны пастельными гирляндами из ромашек и бантиков. Высокие стрельчатые окна выходили на бескрайние равнины Меридиана, где вместо грозных бастионов и рвов высились гигантские пряничные башни, а реки текли чистейшим клубничным сиропом.
Гарри опустил взгляд на себя и едва не взвыл вслух.
На нем был надет темно-синий бархатный камзол в обтяжку, расшитый серебряными блестками в форме котят. Пышные шелковые панталоны небесно-голубого цвета с кружевными лампасами сжимали бедра. На ногах красовались сафьяновые сапожки с загнутыми носами и крошечными золотыми бубенчиками, которые предательски звенели при каждом вдохе: *динь-динь-динь*.
Но самым страшным было другое.
Гарри в ужасе вскинул руки к голове.
На макушке, прямо среди его вечно растрепанных черных волос, шевелились две пары настоящих, пушистых, черных кошачьих ушей. Они нервно подергивались, улавливая малейшие колебания этого проклятого пространства.
– О нет... – прошептал Гарри, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом. – Только не это. НЕТ!
– Ня-а-а-а! Приказ по гарнизону, командующий! Бюрюню-ю-ю!
Гарри резко обернулся.
Вокруг него ровными шеренгами, вытянувшись во фрунт, стояли его «подчиненные».
Это были не люди. И даже не тролли Меридиана.
Это были Неко-Арки. Сотни, тысячи маленьких, уродливо-карикатурных кошачьих созданий ростом по колено взрослому человеку. У них были круглые белые морды с огромными, пустыми, безумными желтыми глазами, торчащие треугольные уши, крошечные пухлые ручки и нелепые платья. На головах монстриков красовались рыцарские шлемы с павлиньими перьями, а в лапках они сжимали крошечные алебарды и пачки с сигаретами без фильтра.
– Дя-а-а! – хором завопили твари тончайшими, скрипучими голосами, от которых лопались барабанные перепонки. – Мы верный конвой Ее Величества! Служить и защищать! Дорри-дорри-дорри-дорри!
– Прочь с дороги, демоны Хаоса! – взревел Гарри, пытаясь выхватить оружие.
Но на его поясе не было кобур. Вместо верных девятимиллиметровых пистолетов там висели две огромные плюшевые рыбины, пахнущие сушеной валерианой.
– Гарри-и-и! Мой милый маршал!
Голос раскатился под сводами тронного зала, словно раскат грома, сотканный из девичьего смеха.
В дальнем конце помоста, на колоссальном золотом ложе, заваленном пуховыми перинами и шелковыми одеялами с монограммами «Э.Б.», сидела Ее Императорское Величество Элион.
Венценосная девочка была одета в ночную сорочку из лунной парчи, на ее голове сияла платиновая корона, а в руках она держала гигантский акварельный маркер толщиной с бревно. Ее карие глаза полыхали абсолютной, нечеловеческой властью истинного монарха Меридиана.
– Ты плохо выполняешь свои обязанности, мой рыцарь! – надула губки венценосная школьница. – Ты слишком много думаешь о своей скучной баллистике и совсем не уделяешь времени своей королеве! Стража! Доставить Маршала ко Мне! Время вечерней сказки и примерки нового кружевного воротничка!
– Слушаемся, Ваше Кавайшество! – взвизгнула армия Неко-Арков. – Заломать лапы командующему! Бюрюню-ю-ю!
Орда пушистых бесов сорвалась с места, топоча сотнями крошечных ножек и поднимая тучи розовой пыли.
В этот критический миг, когда надежда казалась потерянной, древняя кровь предков пробудилась в жилах Гарри Поттера. Лицо юноши исказилось гримасой чистого, первобытного, театрального ужаса, глаза вылезли из орбит, а челюсть отвисла до пола.
– NIGERUNDAYOOOOOO! – взревел Гарри во всю мощь легких, вскидывая колени к груди. – ТАКТИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ ПО МЕТОДУ ДОМА ДЖОСТАРОВ!
Он развернулся на каблуках сафьяновых сапожек, бубенчики истошно заверещали, и парень рванул к выходу из тронного зала, развивая скорость сверхзвукового истребителя. Полы бархатного камзола развевались на ветру, уши на макушке прижались к черепу от чудовищного аэродинамического сопротивления.
Двери были уже близко! Два массивных дубовых полотна, ведущих к спасительной свободе, к холодным окопам и нормальным, человеческим пулям!
Но стоило Гарри протянуть руку к латунной ручке, как пространство перед ним свернулось в спираль.
– Куда же вы, сэр Маршал? – раздался писклявый хор снизу.
Из воздуха материализовалась стена из десятков Неко-Арков, сцепившихся лапками.
– Захват цели! Активация кошачьего захвата! – заверещала центральная тварь, доставая откуда-то гигантский вантуз.
– ПШЛИ ВОН! – Гарри попытался пробить строй ударом ноги, но законы физики в этом кошмаре больше не работали.
Маленькие пушистые чудовища обладали плотностью нейтронной звезды. Они облепили его ноги, повисли на панталонах, вцепились зубами в полы бархатного дублета. Их крошечные лапки весили по центнеру каждая.
– Не пущать! Тащить командующего в постельку! Королева ждет обнимашек! Бюрюню-ю!
– Отпустите, проклятые мутанты! – хрипел Гарри, отбиваясь плюшевой рыбиной. – Я ветеран двух войн! Я ломал ребра пожирателям смерти! Я стреляю по-македонски без промаха!
– В постельку! В постельку! Ня-а-а-а!
Сотни крошечных лапок оторвали элитного британского ликвидатора от пола. Словно муравьи, несущие пойманного кузнечика, орда Неко-Арков развернула Гарри в воздухе и мерным, неотвратимым шагом понесла его обратно к гигантскому царскому ложу. Бубенчики на его сапожках жалобно и похоронно позвякивали: *динь... динь... динь...*
На ложе сияла победной улыбкой Элион, распахивая объятия и поправляя шелковые подушки:
– Ну вот, Гарри... Теперь мы будем неразлучны. Ты будешь пить молочко из золотого блюдечка и рассказывать мне про свои смешные пистолеты всю ночь напролет!
Гарри в отчаянии запрокинул голову к расписному своду тронного зала, моля о спасении любых богов — старых, новых, кельтских или мерлинских.
Но небеса Меридиана разорвались.
Вместо ангелов или спасительной пустоты потолок зала превратился в гигантский, бесконечный витраж из тысяч параллельных миров — Великий Калейдоскоп.
И прямо из центра этой космической бездны, скрестив ноги на парящем антикварном кресле и прихлебывая чай из фарфоровой чашки, на Гарри взирал он.
Киштур Зелретч Швайнорг.
Мастер Второй Магии. Маршал магов. Древний вампир и величайший межпространственный тролль во всей обозримой мультивселенной. Его седая борода тряслась от неудержимого, садистского хохота, а рубиновые глаза мерцали тысячами отражений чужого позора.
– АХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! – громовой, издевательский голос Зелретча заполнил всё сущее, заглушая визг Неко-Арков. – Беги, мальчик мой, беги! Ищи поправку на ветер! Рассчитывай баллистику, глупый британский щенок! Второй Магии плевать на твои рунические пули! Наслаждайся своим новым измерением! Ты просил жизни без Волан-де-Морта? Получай царство абсолютного умиления! АХА-ХА-ХА-ХА-ХА!
– ЗЕЛРЕ-Е-Е-ЕТЧ, ТЫ СТАРАЯ КРОВОСОСУЩАЯ СВОЛО-О-ОЧЬ! – истошно заорал Гарри, когда край шелкового балдахина накрыл его с головой.
***
– ...СВОЛО-О-ОЧЬ!
Гарри с диким хрипом распахнул глаза и подскочил на табурете так, будто под ним сработал кумулятивный заряд.
Его рука мгновенно метнулась к поясу. Запястье провернулось, хватая пустой воздух, парень потерял равновесие, снес локтем медный рупор граммофона, зацепил ногой ящик с инструментами и с оглушительным грохотом рухнул спиной на дощатый пол мансарды, судорожно втягивая ртом воздух.
Грудь вздымалась, как кузнечные меха. По лбу градом катил холодный, липкий пот.
Пальцы Гарри лихорадочно ощупали собственные уши.
Человеческие. Нормальные. Никакого меха. Никаких бубенчиков на ботинках.
– Поттер... – раздался сверху тихий, пугающий голос.
Гарри медленно перевел взгляд.
Над ним, уперев руки в бока, стояла Ирма. В полумраке мансарды ее силуэт казался воплощением Немезиды. В руке девушки мерцал крошечный водяной шарик, готовый в любую секунду превратиться в ледяную сосульку.
Рядом, держась за животы и буквально сползая по верстаку, рыдали от смеха Хай Лин и Корнелия. Внучка Ян Лин колотила ладонью по ящику с патронами, не в силах издать ни звука кроме свистящего всхлипа, а Корнелия безуспешно пыталась стереть тушь, потекшую от слез. Даже Вилл и Тарани, прикрыв рты блокнотами, сотрясались в беззвучных спазмах.
Один Калеб сохранял подобие воинской дисциплины, хотя его губы кривились в такой чудовищной гримасе сдерживаемого гогота, что лидер меридианского сопротивления рисковал прокусить себе щеку до кости.
– Кто такой Зелретч? – ласково, с интонациями опытного следователя по особо важным делам поинтересовалась Ирма, наклоняясь к лежащему парню. – И почему ты орал на него так, будто он украл твой годовой запас пороха?
Гарри судорожно сглотнул, медленно поднимаясь на локтях. Его взгляд был пуст и глубок, как Марианская впадина:
– Ирма... Ты не понимаешь. Там... там были существа. Они кричали «бюрюню». У них не было шеи. Ими командовал старый вампир с калейдоскопом.
– Чего-о-о? – Ирма приподняла бровь, и водяной шарик в ее пальцах с легким «пшиком» испарился.
– Унеси меня отсюда, – совершенно серьезно, замогильным тоном попросил парень, глядя в потолок. – Запри меня в трюме ржавого танкера. Вывези в открытый океан. Скорми меня мегалодону. Всё что угодно, только не постель с шелковыми панталонами.
– Так, ликвидатор, подъем, – фыркнула Ирма, хотя в ее глазах снова блеснуло неподдельное, теплое веселье.
Она протянула ему обе руки. Гарри ухватился за ее тонкие, но удивительно сильные ладони, и девушка помогла ему подняться на ноги, не преминув ощутимо ткнуть кулачком в ребра:
– С панталонами мы разберемся позже. А сейчас вернись в реальный мир, спящая красавица. Твоя будущая хозяйка как раз закончила издеваться над генералом.
Гарри моргнул, стряхивая остатки кошмара, и торопливо поправил сбитый медный рупор.
Из динамика радиоприемника снова лился диалог, но атмосфера в книжной лавке Рика Хоффмана явно изменилась.
Седрик, судя по всему, наконец нащупал дно собственного терпения и решил перейти в контратаку, пока шестнадцатилетняя девочка окончательно не превратила его вторжение в показ детской моды.
– ...Элион, дитя мое, – голос книготорговца звучал глухо, сдавленно, но в нем снова проступили металлические, гипнотические нотки высшего оборотня. – Оставим пока фасоны мундиров. Искусство требует времени. Но сегодня я позвал вас не ради рисунков.
Шуршание бумаги стихло.
– А ради чего, мистер Хоффман? – в голосе девочки послышалось легкое разочарование.
– Ради правды, – Седрик сделал паузу, явно выверенную до доли секунды. – Вы чувствуете, как холодны к вам те, кого вы называете родителями? Вы замечаете, как отводят глаза ваши школьные подруги? Они знают, Элион. Они знают, кто вы на самом деле. И они боятся вас.
– Корни не боится меня! – вскинулась девочка, но в ее тоне прозвучала предательская, тонкая нотка сомнения. – Она просто... она занята этой школьной газетой...
– Ложь, – мягко, как скользящая по песку гадюка, оборвал ее Седрик. – Они следят за вами. Те, кто называет себя четой Браун — не ваши отец и мать. Они ваши тюремщики. Они удерживают вас в этом сером, убогом мирке, скрывая ваше истинное имя и ваше великое предназначение. Вы — принцесса Меридиана, Элион. Законная владелица трона Света. А ваш венценосный брат, князь Фобос, долгие годы оплакивает вашу потерю в осажденном замке.
В динамике послышался сухой стук дерева о дерево. Седрик что-то положил перед девочкой.
– Что... что это? – дыхание Элион перехватило.
– Это Книга Звезд, – торжественно возвестил генерал. – Фамильная реликвия правящего дома Эсканор. Прикоснитесь к ней, Элион. Пусть кровь заговорит с кровью.
В тишине радиоэфира раздался тихий, стеклянный звон.
Воздух в мансарде над «Серебряным Драконом» мгновенно похолодел. Кварцевый кристалл приемника замерцал нервным, алым светом, улавливая колоссальный всплеск магии, пробившийся сквозь барьер книжной лавки.
– О боже... – прошептала Элион в динамике. Ее голос дрожал, в нем звенели слезы и первобытный, ошеломляющий восторг. – Я... я помню эти башни. Белый мрамор... Сады из серебряных трав... Это не сны! Это было на самом деле!
– Да, моя королева, – голос Седрика сочился ядовитым триумфом. Ловушка захлопывалась. – Ваша память возвращается. Но оставаться здесь смертельно опасно. Ваши стражи почувствуют пробуждение силы. Они попытаются запереть вас снова. Мы должны уходить.
– Уходить? Куда? – в голосе девочки мелькнул страх.
– Домой. В Меридиан. В ночь Хэллоуина, тридцать первого октября. В эту ночь барьер между мирами истончится, и я открою для вас прямой проход в тронный зал вашего брата. Вы шагнете навстречу короне... и оставите эту темницу навсегда.
– Но... а как же... – Элион запнулась. – А как же Гарри? Я не могу оставить его здесь! Он ведь мой защитник! Он должен пойти со мной!
В радиоприемнике послышался звук, подозрительно напоминающий скрежет зубов Седрика о край чернильницы. Генералу явно стоило нечеловеческих усилий сохранить бархатный тон:
– Гарри... мистер Поттер присоединится к вам позже, дитя мое. Мужчинам положено следовать за своими монархами, когда путь уже расчищен. Сначала вы должны принять корону и власть. И тогда... одним лишь словом вы сможете призвать своего британского рыцаря к подножию трона, и никто не посмеет встать между вами.
– Правда? – в голосе девочки снова вспыхнула наивная, слепая надежда. – Вы обещаете, мистер Хоффман?
– Клянусь честью древнего рода, – соврал оборотень, не моргнув и глазом. – А теперь идите домой. Ведите себя как обычно. Ни слова тюремщикам. Ждите тридцать первого октября. Я сам приду за вами.
Колокольчик над дверью лавки прозвенел, возвещая уход девочки.
А затем из динамика донеслось глухое, яростное рычание монстра, наконец сбросившего человеческую личину.
Раздался треск ломающегося дерева — Седрик со всей силы опустил когтистую лапу на прилавок, круша дубовую панель:
– Мерзкая... сопливая... человеческая девка! «Кошачий маршал»?! Я вырву этому британскому щенку хребет прямо на глазах у Фобоса! Еще три дня... Всего три дня, и эта соплячка отдаст нам всю свою силу до последней капли!
Связь с тихим щелчком оборвалась — Гарри провернул тумблер на панели приемника, гася накал ламп.
***
В мансарде повисла тяжелая, густая тишина.
Веселье испарилось без следа. Призрак Неко-Арков и шутовские кошмары растаяли, уступив место холодной, смертоносной реальности надвигающейся войны.
Калеб медленно поставил кружку на верстак. Лицо лидера повстанцев посерело:
– Тридцать первое октября. Через трое суток. Седрик не станет открывать портал в центре города — Кондракар засечет пространственный прорыв мгновенно.
– Он использует старый коллектор у заброшенного водоочистного завода, – отчеканил Гарри.
Его голос изменился до неузнаваемости.
Больше не было ни тени наглого Джозефа Джостара, ни испуганного мальчика. Перед Стражницами снова стоял Оружейник — хладнокровный тактик и мастер ликвидации, чьи предки веками выжигали скверну в трущобах Лондона. Изумрудные глаза стали жесткими, как граненый вольфрам.
Гарри подошел к чертежному столу, смахнув рукавом остатки полировочной пасты, и развернул карту подземных коммуникаций Хизерфилда:
– Завод изолирован. Толстые железобетонные перекрытия экранируют магический фон. Там уже есть готовый пространственный узел, который Седрик готовил две недели назад. Он приведет Элион туда под видом «тайного портала во дворец».
– Мы перехватим их на подходе, – решительно шагнула вперед Вилл, сжимая кулак. – Сердце Кондракара запечатает вход, Корнелия свяжет Седрика корнями, а мы с девочками...
– И получите взрыв стихийного выброса мощностью в десять килотонн прямо под жилым массивом, – ледяным тоном перебил ее Гарри, даже не подняв взгляда от карты.
Вилл осеклась.
– Вы слышали ее, – продолжал юноша, проводя пальцем по линии коллектора. – Элион верит ему. Она искренне считает, что идет домой к любящему брату, спасаясь от «тюремщиков». Если мы выскочим из засады в боевой форме Стражниц и набросимся на «доброго дядюшку Хоффмана», кого она посчитает врагами?
– Нас, – глухо уронила Корнелия, опустив голову. В ее голосе сквозило беспросветное отчаяние. – Она решит, что Седрик был прав. Что мы действительно держали ее в клетке.
– Именно, – кивнул Гарри. – В состоянии аффекта печать на ее ядре лопнет. Неконтролируемая магия созидания, помноженная на панику подростка... Хизерфилд просто смоет в океан. А Седрик под шумок утянет оглушенную наследницу в портал. План ясен?
– И что ты предлагаешь, мистер Стратег? – тихо спросила Ирма, подойдя к нему вплотную и положив ладонь на его напряженное предплечье.
Гарри медленно повернул к ней голову. Уголок его губ дрогнул в едва заметной, опасной усмешке:
– Твоя следующая фраза, русалочка: «Поттер, если твой план включает в себя взрывчатку и стрельбу в упор, я лично выдам тебе лицензию на отстрел змей!»
Ирма слабо улыбнулась, качнув головой:
– Почти угадал. Моя фраза звучит иначе: я с тобой до конца, снайпер. Говори, что делать.
Гарри глубоко вдохнул, чувствуя, как тепло ее руки смывает последние следы усталости и фантомного бреда.
– Первое, – он ткнул пальцем в точку пересечения дренажных тоннелей под заводом. – Мы не станем мешать Седрику вести ее к порталу. Напротив. Мы позволим ему дойти до центрального зала фильтрации. Там нет окон, глухие стены толщиной в два метра и единственный выход. Идеальный огневой мешок.
– А дальше? – подался вперед Калеб.
– Второе. Элион должна увидеть истинную морду своего «благодетеля» своими глазами. До того, как переступит порог Меридиана. Слова здесь бессильны — нужен шок. Прямая демонстрация угрозы.
Гарри выдвинул нижний ящик верстака.
Там, в бархатных гнездах тяжелого оружейного кейса, лежали не стандартные девятимиллиметровые патроны.
Там ровными рядами блестели массивные револьверные гильзы сорок пятого калибра. Пули были выточены вручную из цельного метеоритного серебра, а на свинцовых сердечниках тончайшим резцом были выгравированы руны «Абсолютного нуля» и «Рассечения плоти».
– Седрик — гордец, – спокойно продолжал Гарри, доставая из кейса тяжелый вороненый револьвер «Кольт Питон» с шестидюймовым стволом — оружие, модифицированное по чертежам самого Рё Саэбы. – Когда он поймет, что привел добычу на место, он не удержится. Он захочет насладиться триумфом. Он сбросит человеческую личину, чтобы запугать девчонку и сломать ее волю перед переносом.
Юноша взвел курок. Барабан провернулся с сухим, хищным звуком: *щелк-щелк-щелк*.
– И в эту самую секунду, когда его чешуйчатая морда раскроется для пафосной речи... в бой вступает баллистика.
– Ты собираешься убить его на ее глазах? – нахмурилась Тарани.
– Я собираюсь лишить его подвижности за четыре сотых секунды, – поправил ее Гарри. – Разрывные серебряные пули по коленным суставам и основанию хвоста. Руны холода мгновенно заморозят его нервные узлы, заблокировав трансформацию. Никакой крови, никаких оторванных конечностей — чистая нейромышечная блокада. Монстр падает на колени, личина спадает, иллюзия разрушена.
– А портал? – спросила Вилл.
– А портал запечатаете вы, – Гарри посмотрел на лидера Стражниц. – Вы впятером накроете зал куполом Кондракара в момент первого выстрела. Ирма создаст водяную взвесь для гашения ударной волны, Корнелия заблокирует прорыв изнутри Меридиана, если Фобос решит выслать подкрепление. Калеб держит коридор эвакуации.
В комнате снова воцарилось молчание.
План был дерзким, наглым и пугающе точным. В нем не было места случайностям — чистая математика боя, где каждый шаг был рассчитан до миллиметра.
– А если... если Элион всё равно не поверит? – тихо спросила Корнелия, глядя на тяжелый револьвер в руках британца. – Если она решит защитить его?
Гарри плавно опустил курок и положил оружие на карту:
– Тогда, принцесса... мне придется применить самое страшное оружие из моего арсенала.
– Какое? – насторожилась Ирма.
Гарри повернулся к ней, и на его лице снова расцвела та самая безумная, неотразимая ухмылка Джозефа Джостара:
– Я надену свой синий школьный блейзер, сделаю шаг вперед,