УБийца волшебников и Стражница Воды
Шесть голосов в перекрестии и золотой гамбит
Межпространственный коридор между ветвями реальности номер двести сорок и земным сектором Шеффилда напоминал изнанку антикварного шкафа, набитого битым хрусталем, старыми грампластинками и перевернутыми картами созвездий.
Кишкур Зелретч Швайнорг сидел в массивном кожаном кресле викторианской эпохи, левитирующем посреди абсолютной радужной пустоты.
Старик держал в левой руке массивную хрустальную пепельницу, в правой — тлеющую гаванскую сигару, а перед его глазами в воздухе висели тридцать шесть полупрозрачных зеркальных экранов.
На центральном экране, подернутом багровой рябью, разворачивалась презабавная сцена.
В полуразрушенном склепе на заброшенном кладбище Литтл-Хэнглтона бледный, лишенный носа гуманоид в черном шелковом балахоне бесновался перед гигантской теневой паучихой. Волан-де-Морт яростно сжимал тисовую палочку, с кончика которой срывались бессильные алые искры, и шипел что-то о чистоте крови, величии Салазара Слизерина и страшной мести старшему Поттеру, изуродовавшему его генералов крупнокалиберным свинцом.
Рядом, опираясь на посох из переплетенных костей, парила Нерисса. Бывшая Хранительница Кондракара улыбалась той сладкой, ядовитой улыбкой хищника, который только что поймал в капкан глупую бродячую собаку и обещал ей кусок тухлого мяса в обмен на верную службу.
– Какая восхитительная, первобытная, концентрированная глупость, – выпустив плотную струю сизого дыма, проскрипел Зелретч, и его рубиновые глаза весело сверкнули из-под косматых седых бровей. – Эта помешанная на Квинтэссенции девица всерьез собирается пробить брешь в Завесе, вывалить в Хизерфилд полторы сотни английских фанатиков в масках пожирателей падали, чтобы они связали боем Стражниц, а сама тем временем подкрадется к мальчишке со спины?
Маршал Волшебства стряхнул пепел, лениво покручивая в пальцах свою багровую трость.
– Тактический замысел на уровне второгодника академии наемников в трущобах Каира. Но... – старик прищурился, глядя на экран, где высвечивались энергетические графики Хизерфилда. – Мальчишка только что разорвал себе связки двойным ускорением на Замбалле. Его магические цепи напоминают перегретые нихромовые спирали в сломанном тостере. Если на него навалится вся эта свора одновременно — даже его верные «Беретты» могут заклинить от перегрузки.
Зелретч опустил руку в глубокий карман своего дорожного пальто и извлек на свет плоский, тяжелый футляр из полированного звездного орихалка.
На крышке футляра горела древняя гравировка в виде шестиугольной печати призыва.
Внутри, на мягком черном бархате, покоились шесть металлических карт. Каждая пластина была выкована из сплава небесного железа и окаменевшей крови дракона, переливаясь собственным неповторимым оттенком: лазурным, алым, золотым, смоляно-черным, изумрудным и нежно-розовым.
– Оставлять ученика с одним лишь тузом в рукаве — дурной тон для мастера Второй Магии, – усмехнулся старик в усы. – Война за Грааль в том захолустном таймлайне все равно закончилась фарсом, а эти копии Героических Душ запылились в архиве. Пора выпустить жильцов на свежий воздух.
Он щелкнул сухими пальцами.
Крышка футляра защелкнулась. Зелретч размахнулся и, словно швыряя плоский камешек по водной глади, запустил орихалковый футляр прямо в мерцающую дыру пространственного тоннеля, ведущего в спальню мансарды над рестораном «Серебряный Дракон».
– Развлекайся, Гарри, – пробормотал Маршал Калейдоскопа, затягиваясь сигарой. – И если они сведут тебя с ума раньше, чем придут англичане... считай это проверкой на стрессоустойчивость перед выпускными экзаменами.
***
Воскресное утро в Хизерфилде пахло чистым морским озоном, влажной брусчаткой и карамелизирующимися на медленном огне кислыми антоновскими яблоками.
На кухне «Серебряного Дракона» царила тишина, прерываемая лишь мерным, уютным потрескиванием газовой конфорки да тихим шипением растопленного сливочного масла на широкой чугунной сковороде.
Гарри Поттер стоял у разделочного стола.
На нем были свободные серые домашние штаны и чистая белая футболка, сквозь тонкую ткань которой отчетливо проступали контуры эластичных бинтов, стягивавших его ребра и левое плечо. На носу юноши сидели запасные круглые очки в тонкой стальной оправе.
В правой руке он держал тонкую бамбуковую лопатку, переворачивая пышный, золотистый блинчик, от которого поднимался пар с ароматом ванили, корицы и тростникового сахара.
– *Структурный анализ: толщина теста — два миллиметра. Внутренняя влажность яблочной начинки — сорок восемь процентов. Температура карамели — ровно сто тринадцать градусов,* – шептал юноша, контролируя пламя кончиками пальцев. – *Идеальный баланс. Никакой горечи. Русалочка будет довольна.*
– Если русалочка не получит этот шедевр через тридцать секунд, она начнет жевать твою футболку прямо на тебе, шеф!
Гарри даже не вздрогнул.
Он лишь мягко ухмыльнулся, не оборачиваясь:
– Твоя следующая фраза, Ирма: «Поттер, я пахну корицей уже от одной этой кухни, и это единственный повод не утопить тебя в раковине!»
В дверном проеме кухни замерла Ирма Лэр.
На ней была огромная, явно снятая с плеча старшего брата или Гарри фланелевая рубашка в сине-черную клетку, надетная поверх коротких джинсовых шорт, а каштановые волосы были собраны на макушке в забавный, растрепанный пучок, закрепленный двумя деревянными шпажками для шашлыка.
Девушка открыла рот, ее синие глаза сверкнули, и она выпалила:
– Поттер, я пахну корицей уже от одной этой кухни, и это единственный повод... – Ирма осеклась, топнула босой ногой по кафелю и зашипела: – ДА ЧТОБ ТЕБЯ КРАКЕН ПРОГЛОТИЛ! Ты когда-нибудь перестанешь залезать мне в голову, британский снайпер?!
– Чистая статистика вероятностей, дорогая, – Гарри виртуозным движением подбросил блинчик в воздух, поймал его на край сковороды и плавно соскользнул им на широкое фарфоровое блюдо, где уже высилась стопка таких же безупречных золотых кругов. – Голодная девушка с ускоренным стихийным метаболизмом предсказуема на девяносто восемь целых и шесть десятых процента. Садись. Чай с мелиссой уже на столе.
Ирма проворно скользнула на высокий барный стул, подогнув под себя одну ногу.
Она потянулась к стопке блинчиков, подцепила пальцами ломтик прозрачного, янтарного яблока в густом сиропе и с наслаждением отправила его в рот. Ее глаза блаженно прищурились, а по кухне разнесся тихий стон восторга:
– О боги... Это преступление против диетологии. Если Корнелия узнает, сколько здесь калорий, она вызовет полицию нравов. Но я готова умереть прямо на этом стуле.
– Калории необходимы для восстановления миокарда после гидрокинетических перегрузок, – назидательно заметил Гарри, ставя перед ней фарфоровую кружку с дымящимся настоем.
Юноша оперся бедром о край столешницы, скрестив руки на груди и с тихой, теплой улыбкой наблюдая за тем, как девушка уплетает завтрак.
Утреннее солнце Хизерфилда пробивалось сквозь бамбуковые жалюзи, расчерчивая пол золотыми полосами.
В этот момент, глядя на перепачканные сладким сиропом пальцы Ирмы, на ее забавный пучок из волос и ясные, полные жизни синие глаза, Гарри отчетливо понимал: за это утро он готов был выжечь дотла не только армию Нериссы, но и весь совет Кондракара вместе с британским Министерством магии.
– Гарри... – Ирма вдруг перестала жевать, опустив вилку. Ее взгляд упал на его левое предплечье, скрытое рукавом. – Как твои связки? Ты ночью не стонал, но я слышала, как скрипели половицы. Ты опять вставал в четыре утра чистить ружья?
– Простая профилактика механики, – уклончиво ответил он. – Оружие не любит сырости, а морской воздух ускоряет окисление капсюлей.
– Ты неисправим, ликвидатор, – вздохнула она, протягивая руку и накрывая его загрубевшую ладонь своей теплой, липкой от сиропа ладошкой. – Пообещай мне. Хотя бы сегодня — никаких вылазок, никаких тренировок на причале. Мы просто пойдем в кино. Там показывают старую комедию с Джимом Керри, а потом съедим мороженое в парке. Без пистолетов. Договорились?
Гарри посмотрел в ее глаза, чувствуя, как ледяная стена внутри него тает без следа:
– Договорились, русалочка. Только кино и...
Закончить фразу он не успел.
Прямо над центром кухонного острова воздух внезапно разорвался тонкой радужной щелью.
Никакого взрыва. Никакого предупреждающего свиста.
Из сияющей калейдоскопической дыры с глухим стуком вывалился тяжелый продолговатый предмет из темного полированного металла и шлепнулся точно на деревянную разделочную доску, подняв облачко белой муки.
Щель схлопнулась, оставив после себя слабый запах дорогого табака и сухое старческое хихиканье, прошелестевшее где-то под вытяжкой.
Гарри среагировал мгновенно: левая рука сместила Ирму назад за угол барной стойки, а правая уже на рефлексе выхватила за поясом складной боевой нож с тефлоновым покрытием лезвия.
– Ложись! – скомандовал он.
– Да что опять-то?! – возмущенно пискнула девушка, выглядывая из-за его плеча с вилкой наперевес. – В этом городе хоть один омлет можно доесть без пространственных интервенций?!
Юноша замер, сканируя предмет аналитическим взглядом:
– *Структурный анализ: сплав орихалка и метеоритного железа. Радиационный фон в норме. Следов термитных или пластических взрывчатых веществ нет. Сигнатура Второй Магии... Зелретч.*
На крышке металлического футляра лежала аккуратно приколотая кнопкой записка, выведенная витиеватым викторианским почерком:
*«Мальчик мой. Твоя бледная британская родня и безносый франт со змеиным лицом подписали пакт с нашей фиолетовой дамочкой. Ожидай гостей к вечеру. Чтобы ты не позорил мою репутацию наставника банальной нехваткой огневой мощи — держи комплект гуманитарной помощи. P.S. Береги уши. Они очень шумные».*
Гарри медленно выдохнул, убирая нож.
Он подошел к столу и коснулся пальцем замка на футляре.
Тонкий щелчок.
Крышка откинулась. На черном бархате мягко мерцали шесть металлических Классовых Карт, выстроенных в безупречный круг вокруг пустой выемки, где когда-то лежала карта Ассасина.
– Карты Слуг... – прошептал Гарри, и его зрачки сузились. – Шесть штук. Полный набор Войны за Грааль.
– Карты чего? – подозрительно прищурилась Ирма, подходя ближе и заглядывая через его плечо. – Это те самые штуки, одна из которых вчера чуть не превратила твое сердце в отбивную котлету? Поттер, не смей к ним прикасаться! Я выкину эту коробку в океан!
– Они не взрываются, русалочка, – юноша протянул руку, намереваясь просто закрыть футляр и спрятать его в сейф.
Но стоило кончикам его пальцев оказаться в двух дюймах от металлической поверхности, как спящая в его левом предплечье матрица Эмии Кирицугу вошла в мгновенный, неудержимый резонанс со всем комплектом!
*ВСПЫШКА.*
Шесть карт одновременно взмыли в воздух, закружившись вокруг Гарри хороводом разноцветных огней!
А в следующую секунду тишина уютной кухни Хизерфилда перестала существовать.
Она не просто нарушилась.
Она была растоптана, расстреляна и разрублена на куски шестью абсолютно разными, громогласными голосами, которые разом ворвались прямо в черепную коробку Гарри Поттера с мощью симфонического оркестра, играющего тяжелый металл внутри пустой цистерны!
– ХА! НАКОНЕЦ-ТО СВЕЖИЙ ВОЗДУХ! – первым разорвал тишину наглый, звонкий, хрипловатый девичий голос, источающий запах грозы и раскаленной стали. – Эй, ты! Очкарик в фартуке! Ты мой Мастер?! Где враги?! Где предатели?! Кому здесь выпустить кишки за круглым столом?! И почему тут пахнет яблоками, а не кровью сражений?!
– Заткнись, мятежный щенок, – холодно, с невыразимой усталостью и глубоким сарказмом процедил второй голос — глубокий, бархатный баритон зрелого мужчины. – Твой визг вызывает мигрень даже в духовной форме. Мастер, структурный анализ помещения завершен. Ваша осанка у плиты была удовлетворительной, но сковороду следовало прогреть еще на три градуса. Впрочем, концепция рунической гравировки на огнестрельном оружии... признаю, весьма недурна для дилетанта.
– О-о-о-о! Какой золотой расклад! – громыхнул третий голос, похожий на раскат грома над хайвеем. – Слышишь этот бит, Мастер?! ЗОЛОТО! ЭТА КУХНЯ ПРОСТО СВЕРКАЕТ ЗОЛОТОМ! Ты жаришь блинчики с пушками за поясом?! Да ты крутой мужик! Мой байк уже рвет копыта в астрале!
– Ха-ха-ха! Гляньте на него! – раздался четвертый голос — ленивый, насмешливый, дикий, с певучим ирландским акцентом. – Парень обвешан железом, как наемник из Ольстера! Эй, стрелок, у тебя найдется выпивка для старого пса? А то сидеть в этой жестянке Зелретча было скучнее, чем охранять коров королевы Медб!
– МИКО-О-О-О-ОН~! – пятый голос, высокий, мелодичный, полный звенящего кокетства и лисьего лукавства, буквально ввинтился Гарри в виски: – Ах, какая судьба! Мой Мастер — мужественный воин, который умеет готовить изысканные блюда своими руками! Боги услышали молитвы идеальной жены! Отойдите все, грубияны! Тамамо-но-Маэ берет шефство над этим очагом! Мы немедленно сыграем свадьбу, наденем парные кимоно и... постойте! КТО ЭТА ДЕВИЦА В ТВОЕЙ РУБАШКЕ?! ПОЧЕМУ ОНА ЕСТ ТВОИ ЯБЛОКИ БЕЗ МОЕГО ВЫСОЧАЙШЕГО СОИЗВОЛЕНИЯ?!
И наконец, шестой звук не был голосом.
Это был чудовищный, вибрирующий в самых костях первобытный бас, сотрясающий внутренние органы, словно рев запертого в подземелье титана:
– ■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■!
Гарри схватился за голову обеими руками.
Его глаза округлились, рот раскрылся в немом крике, тело юноши изогнулось в классической, драматической позе Джозефа Джостара, балансируя на одной ноге посреди летающих карт:
– О-О-О М-А-А-А-Й Г-А-А-А-А-Д! МОЙ МОЗГ! МОЙ МОЗГ ЗАХВАТИЛ ЦЫГАНСКИЙ ТАБОР ДРЕВНИХ ВОИТЕЛЕЙ!
– Гарри?! – Ирма в ужасе вскочила со стула, роняя салфетку. Вокруг ее пальцев мгновенно вскипели защитные водяные капли. – Гарри, что с тобой?! Ты позеленел! Тебя тошнит от яблок?!
– Они... они все здесь, – прохрипел юноша, падая на колени и судорожно массируя виски. – Сейбер, Арчер, Лансер, Райдер, Кастер, Берсеркер... Они поселились у меня в голове! И они спорят о температуре карамели и праве наследования престола Британии!
– О, так эта соплячка — твоя подружка? – снова рявкнула в его сознании Сейбер — Мордред, Рыцарь Предательства. Ее образ в тяжелых багрово-серебряных латах с рогатым шлемом вспыхнул перед внутренним взором Гарри. – Выглядит тощей! Сможет ли она удержать двуручный меч?! Эй, девка, прекрати таращиться на моего Мастера, пока я не расколола твою миску с тестом своим Кларентом!
– Успокойся, хомункул-переросток, – сухо оборвал ее Арчер — Эмия. Его седовласая фигура в красном плаще стояла, скрестив руки на груди, свысока глядя на метания остальных. – Ее контроль над стихией Воды на удивление органичен. Никаких формальных арий, прямое манипулирование эфиром через резонансный контур на запястье. Работа Мастера над ее браслетом заслуживает сдержанной похвалы. Хотя балансировку солевого раствора можно было сделать точнее.
– Да брось ты ворчать, лучник! – заржал Кухулин, Лансер, поигрывая алой остроконечной пикой на широком плече. – Девчонка с огоньком! Смотри, как у нее глаза горят — того и гляди спустит на нас всю местную речку! Мне нравится такой настрой! С ней можно пойти в любой набег!
– Эй, Мастер! – перебил всех Райдер — Саката Кинтоки, сверкая белозубой улыбкой из-под золотых очков и поглаживая руль воображаемого духовного мотоцикла. – Забей на их треп! У нас гости на радаре! Золотые искры в пространстве! Злые типы с палками и мерзкие змеи ползут к городу! Пора заводить моторы и врубать рок-н-ролл!
– Я требую ее немедленной депортации из этой кухни! – продолжала верещать лисица Тамамо, потрясая пышным золотистым хвостом и зеркалом-артефактом. – Как она смеет расхаживать перед моим Мастером с голыми коленками?! Это монополия законной жены! Мастер, позвольте мне наслать на нее легкое проклятие вечной икоты! Всего на три дня, ради гармонии в доме!
– ■■■■■■■■■■■■■■■■! – снова утробно взревел Геракл, и от ментального давления полубога у Гарри перед глазами поплыли радужные круги.
– ЗАТКНИТЕСЬ! ВСЕ! ВЫ! – мысленно заорал Гарри с такой чудовищной силой воли, закаленной годами одиночества и тренировок на выживание, что голоса в его голове разом поперхнулись и притихли.
Юноша тяжело, со свистом выдохнул, упершись ладонями в пол.
Шесть карт перестали хаотично метаться и плавно опустились на разделочную доску, выстроившись аккуратной стопкой.
Ирма стояла на коленях рядом с ним, ее руки бережно, с бесконечной тревогой обнимали его за плечи:
– Гарри... пожалуйста, не пугай меня. Что произошло? Кто в твоей голове?
Гарри медленно поднял голову.
На его лице снова начала проступать та самая знакомая, усталая, но несгибаемая ухмылка Джостара:
– Зелретч... старый манипулятор. Он решил, что мне скучно жить.
Юноша сел, прислонившись спиной к кухонному шкафу, и потер ноющие виски:
– Эти карты... внутри них запечатаны слепки душ величайших героев параллельных миров. Легендарные воины. И старик привязал их каналы прямо к моей нервной системе.
– Они... говорят с тобой? – округлила глаза девушка.
– Говорят? – Гарри нервно хихикнул. – Русалочка, они устроили в моем мозгу ток-шоу с драками, критикой моих блинчиков и матримониальными планами девятихвостой лисы-шаманки.
– Лисы?! – брови Ирмы мгновенно взлетели вверх, а ее синие глаза опасно сузились. – Какой еще лисы?! Каких планов?! Поттер, ты завел себе призрачный гарем, пока я мазала яблоки карамелью?!
– Микон! Какая грубая смертная! – немедленно пискнула в голове Гарри Тамамо. – Мастер, скажи ей, что благородная куртизанка и богиня солнца неизмеримо превосходит ее по всем параметрам кулинарного этикета!
– Тамамо, молчать, – мысленно отрезал Гарри. – Или я запру твою карту в морозилку рядом с замороженным лососем.
Лисица обиженно фыркнула и затихла.
Гарри глубоко вздохнул, взял верхнюю записку Зелретча и протянул ее Ирме.
Лицо девушки, по мере того как она читала короткие, безжалостные строчки Маршала Волшебства, стремительно менялось.
Беззаботная, сонная утренняя нежность исчезла без следа. На смену ей пришла холодная, жесткая собранность Стражницы Кондракара, прошедшей сквозь огонь Меридиана и шторм Замбаллы.
– Волан-де-Морт, – тихо, с отвращением произнесла она. – Нерисса привела его сюда. Они хотят ударить по Хизерфилду.
– Именно, – Гарри легко, одним пружинистым движением поднялся на ноги.
Боль в теле никуда не ушла, но она отодвинулась на задний план, вытесненная ледяным адреналином боевой готовности:
– Тактический расчет Нериссы прост и циничен. Она знает, что потерпела поражение на Замбалле. Ее рыцари уничтожены, Кадма вернула Сердце планете. Единственный способ сломать нас — создать критическую перегрузку обороны. Она натравит английских магов на город, заставит нас распылить силы по улицам, защищая мирных жителей, а сама попытается нанести смертельный удар, когда мы истощим боекомплект.
– Они думают, что это беззащитный магловский городок, – прошипела Ирма, и вокруг ее кулаков закружились тяжелые, маслянистые водяные жгуты. – Они думают, что могут явиться сюда со своими палочками и устроить охоту на людей, как в своих английских деревнях?!
– Они совершают главную ошибку любого высокомерного агрессора, – Гарри подошел к верстаку в углу, где лежала его разгрузка. – Они думают, что нападают на мирных граждан. А нападут... на подготовленный укрепрайон специального назначения.
В его голове снова проснулся Арчер — Эмия.
Его голос больше не звучал насмешливо. В нем звенела сталь ветерана сотен войн:
– *Мастер. Твой арсенал хорош для точечной ликвидации отдельных целей на коротких дистанциях. Но против полутора сотен магов с площадными проклятиями тебе понадобится подавляющая плотность огня. Я могу проецировать для тебя клинки и стрелы. Но твоя огнестрельная база... ты можешь превратить ее в абсолютную артиллерию.*
– *Что ты предлагаешь?* – мысленно отозвался Гарри, доставая из сейфа ящик с тяжелыми вольфрамовыми пулями калибра .30-06.
– *Сломанный Фантазм,* – отчеканил Эмия. – *Концепция перегрузки мистической структуры до точки необратимой детонации. Ты можешь вшивать в гильзы проекции благородных фантазмов низшего ранга. Каждая твоя пуля станет эквивалентом тактического фугаса, способного пробивать древние британские щиты, как мокрую промокашку.*
– О ДА! ВОТ ЭТО ПО-НАШЕМУ! – взревела Мордред. – Врубай Кларент прямо в патронник, стрелок! Сотри их в радиоактивный пепел!
– И не забудь про колющие удары, парень! – подмигнул Кухулин. – Если кто-то из их главарей попытается прикрыться щитом — я дам тебе концепт Гэ-Болга. Сердце всегда найдет свою пулю, даже если она вылетит из дула за угол дома!
– ЗОЛОТОЙ ДРАЙВ! – кричал Кинтоки. – Я заряжу твои электрические цепи молниями райдзина! Ни один их щит не удержит десять миллионов вольт чистого золотого грома!
Гарри медленно повернулся к Ирме.
На его лице играла та самая, пугающая, леденящая душу ухмылка Джозефа Джостара, помноженная на циничный оскал Кирицугу:
– Русалочка. Объявляй общий сбор по каналу Сердца.
– Вилл уже на связи, – Ирма коснулась своего переговорного кристалла. – Девочки будут здесь через десять минут. Каков план, шеф?
– План предельно прост, мисс Лэр, – юноша с сухим щелчком загнал обойму в «Беретту». – Мы не станем ждать, пока они откроют порталы на центральных улицах. Мы перехватим их в точке выхода. Шеффилдский промышленный порт. Причал номер девять.
Он подошел к девушке, его пальцы осторожно стерли пятнышко карамели с ее щеки:
– Британские волшебники четырнадцать лет твердили мне, что убийство врагов делает нас похожими на них. Они молились на своего «мальчика, который выжил» и прятали головы в песок. Что ж... Сегодня мы покажем Дамблдору и Волан-де-Морту, как выглядит настоящая баллистика возмездия. Без компромиссов. Без второго шанса.
***
Шеффилдский залив, причал номер девять.
Сумерки опускались на побережье необычайно быстро, словно кто-то накрыл небо тяжелым серым сукном.
Океан у мола замер, превратившись в черное, неподвижное зеркало. Чайки давно покинули берег, испуганные неестественным, давящим статическим напряжением, висевшим над водой.
На крыше заброшенного диспетчерского склада портовых кранов, в тени массивной стальной балки, лежали двое.
Гарри Поттер прильнул к оптическому прицелу тяжелой модифицированной винтовки, собранной на базе советской СВД, но с полностью переработанным руническим стволом из адамантовой стали Замбаллы. Рядом с ним, затаив дыхание, лежала Ирма, не сводя глаз с темной водной глади.
Внизу, рассредоточившись по секторам среди ржавых морских контейнеров, заняли позиции остальные Стражницы.
Тарани минировала подходы термическими огненными ловушками. Корнелия сплела под бетоном набережной чудовищную сеть гранитных корней, готовых по первой команде расколоть пирс на части. Хай Лин контролировала воздушные потоки, создавая вакуумный купол, который должен был заглушить звуки предстоящей бойни от ушей горожан.
А в центре периметра парила Вилл Вандом, сжимая в кулаке пульсирующее грозным багрянцем Сердце Кондракара.
– Фиксирую пространственное возмущение, – прошептал Гарри в микрофон полевой рации. – Координаты: триста ярдов мористее маяка. Ширина прорыва — сорок метров.
– *Они идут,* – раздался в его голове спокойный голос Эмии. – *Магическая плотность сигнатур крайне неоднородна. В авангарде около восьмидесяти низкоранговых бойцов. Позади — тяжелая пехота в масках. В центре... тварь с фрагментарным ядром души. Тот самый недобитый гуль.*
– *И Нерисса,* – рыкнула Мордред. – *Я чую эту фиолетовую суку за милю! Она прячется во второй складке Завесы, ждет, пока они свяжут тебя боем!*
– *Пусть ждет,* – мысленно усмехнулся Гарри. – *Ее ждет сюрприз.*
Воздух над заливом лопнул.
Это не было похоже на аккуратную аппарацию.
Нерисса использовала грубую мощь Квинтэссенции, чтобы буквально вырезать в Завесе Кондракара гигантскую гниющую язву. Черно-фиолетовая воронка закружилась над водой, источая удушливый запах серы, гнилых болот Меридиана и могильного праха.
Из воронки, один за другим, на скользкие деревянные мостки причала повалили люди.
Их было много.
Больше сотни черных фигур в развевающихся мантиях и серебряных черепообразных масках. Они вываливались на пирс с диким, торжествующим хохотом, вздымая волшебные палочки к небу.
А в центре строя, ступая босыми, змеиными ступнями по мокрым доскам, шел сам лорд Волан-де-Морт.
Темный Лорд выглядел жутко.
Правая сторона его груди и плечо, простреленные пулями Гарри на кладбище, были затянуты грубой черной чешуей темной трансфигурации, а из-под шелковой мантии виднелись стальные фиксаторы, удерживающие перебитые кости.
Рядом с ним, хромая и тяжело опираясь на палочку, шел Люциус Малфой с перевязанной культей левой кисти. Позади скалились оставшиеся в живых члены Внутреннего Круга: Нотт, Джагсон и обезумевшая Беллатриса Лестрейндж, чьи всклокоченные черные волосы развевались на ветру.
– Вот он... магловский скотный двор! – разнесся над набережной ледяной, шипящий шепот Волан-де-Морта, усиленный чарами «Сонорус». – Жалкий мирок, где трусливый щенок Поттеров прячет свою шкуру!
Темный Лорд повернулся к своим последователям, его красные щелевидные зрачки полыхнули безумным огнем:
– Убейте здесь всех! Сожгите этот город дотла! Вырежьте каждую магловскую тварь, пока старший ублюдок не приползет ко мне на коленях молить о пощаде! Круцио! Авада Кедавра! ПУСТЬ ЭТА ЗЕМЛЯ ЗАХЛЕБНЕТСЯ КРОВЬЮ!
– ДА, МОЙ ЛОРД! – взвыла толпа Пожирателей смерти, вскидывая палочки.
– Твоя следующая фраза, безносый франт: «Где ты, Гарри Поттер?! Выходи и прими смерть от руки истинного владыки!» – прозвучал сверху спокойный, кристально чистый голос, усиленный ру