УБийца волшебников и Стражница Воды
Траектория возмездия и шесть голосов в патроннике
– ...Где ты, Гарри Поттер?! Выходи и прими смерть от руки истинного владыки! – выплюнул Темный Лорд, взмахнув тисовой палочкой, и в ту же миллисекунду захлебнулся собственным криком.
Его змеиные ноздри судорожно втянули сырой воздух залива. Лицо, изуродованное пересаженной чешуей и шрамами от прошлых ранений, перекосило от дикого, парализующего шока. Красные зрачки расширились, уставившись на крышу диспетчерской вышки, откуда секундой ранее прозвучал спокойный юношеский голос, слово в слово повторивший его тираду еще до того, как темная мысль успела оформиться в мозгу Волан-де-Морта.
Пожиратели смерти позади своего господина сбились с шага. Волна первобытного страха, острой и вонючей, как запах паленой шерсти, прокатилась по рядам карателей.
– Он... он знал? – прошептал кто-то из задних рядов.
– Молчать! – завизжала Беллатриса Лестрейндж, вскидывая палочку к стальным балкам крана. – Это трюк! Магловский фокус! Убейте щенка! АВАДА...
*ХЛОП.*
Звук выстрела не был похож на грохот пушки.
Благодаря вакуумному контуру Хай Лин он прозвучал сухо, словно щелчок сломанной ветки в морозном лесу. Но последствия были сокрушительными.
Тяжелая винтовочная пуля калибра 7,62х54R, изготовленная из метеоритного серебра Замбаллы, преодолела триста ярдов за долю секунды.
– *Трассировка завершена,* – холодно констатировал в голове Гарри голос Эмии-Арчера. – *Концепт Хрунтинга вшит в сердечник. Отклонение от траектории невозможно. Цель зафиксирована.*
Пуля ударила точно в локоть Беллатрисы, вздернутый для смертельного проклятия.
Кинетический шок, помноженный на руну «Дробления тверди», мгновенно превратил кости сустава в мелкую серую пыль. Рука ведьмы вместе с палочкой безжизненно повисла на полоске кожи, а зеленый луч «Авады» сорвался в мокрый настил причала, выбив сноп ядовитых искр.
– А-А-А-А-А-А-ГХ! – истошный, визгливый вой женщины разорвал тишину, потонув в реве океанского прилива.
– СТОЯТЬ НА МЕСТЕ! ЗАКРЫТЬ МЕНЯ ЩИТАМИ! – взревел Волан-де-Морт, отступая на шаг и прикрываясь телами соратников.
– А вот это вряд ли, Ваше Безносое Величество, – тихо, с невыносимо дерзкой ухмылкой прошептал Гарри, лежа на краю крыши.
Он повернул голову к Ирме, чьи глаза уже сияли чистейшим лазурным пламенем боевой трансформации:
– Русалочка, вентили на максимум! Умой этих джентльменов!
– С превеликим удовольствием, шеф! – оскалилась Ирма.
Она вскочила на ноги в полный рост, ее легкие полупрозрачные крылья за спиной запели высоким, гудящим звуком. Девушка вытянула обе руки к темной глади залива, и титановый браслет на ее запястье вспыхнул ослепительным сапфировым светом:
– *Стихия Воды: ОКЕАНСКИЙ КАПКАН!*
Океан у пирса номер девять перестал подчиняться законам физики.
Колоссальная масса соленой воды вздыбилась пятиметровой стеной, но не обрушилась на пирс хаотичным прибоем. Подчиняясь математически выверенным формулам Гарри, вода распалась на десятки сверхплотных, ревущих гидродинамических жгутов.
Они ударили снизу, пробивая щели между досками причала, обрушиваясь на ряды Пожирателей смерти сокрушительными струями под давлением в сотни атмосфер.
Черные мантии на магах рвались в клочья. Серебряные черепообразные маски сминались, словно консервные банки под прессом.
– ПРОТЕГО ДИАБОЛИКА! – в панике орал Люциус Малфой, пытаясь удержать магический купол здоровой рукой.
Но снизу уже вступила вторая линия обороны.
Корнелия Хейл, стоявшая в тени грузового контейнера, резко опустила ладони на влажный асфальт набережной:
– Земля, восстань!
Деревянные сваи причала за доли секунды проросли гигантскими, окаменевшими корнями древнего терновника.
Шипы размером с кинжал взпороли доски, оплетая ноги нападавших, намертво пригвождая их к месту. Люциус закричал, когда гранитные лозы обвили его искалеченную культю, выбивая трость и ломая кости голени.
– ТАК ИХ! ВТОПЧИ ЭТУ СВОЛОЧЬ В ГРЯЗЬ! – восторженно орала в голове Гарри Мордред, сжимая кулаки в духовном пространстве. – Дай мне выйти, Мастер! Я разрублю их бледного главаря пополам вместе с его змеиной короной!
– Спокойно, рыцарь мятежников, – осадил ее Гарри, перекатываясь на спину и меняя магазин снайперской винтовки. – Твой выход — на десерт. Сейчас работает тяжелая артиллерия. Тарани, твой ход!
Над пирсом вспыхнуло второе солнце.
Тарани Кук зависла в воздухе, ее очки отражали бушующее в ладонях пламя первородного Огня Кондракара.
Девушка не стала посылать банальные огненные шары. Используя тактическую схему, составленную Гарри для блокирования темномагических телепортаций, она замкнула пространство причала в пылающее кольцо белого термитного огня:
– *Стихия Огня: ВАКУУМНАЯ ПЕЧАТЬ!*
Жар был такой силы, что морская вода мгновенно вскипала, превращаясь в густой, удушливый пар. Пространственные координаты внутри кольца поплыли. Трое Пожирателей смерти, попытавшихся аппарацией вырваться из ловушки, были мгновенно выброшены обратно с разорванными связками и застрявшими в пространстве мантиями.
Волан-де-Морт стоял посреди огненного ада.
Его бледная кожа пузырилась от невыносимого жара, но в безумных глазах Темного Лорда разгоралась первобытная, нечеловеческая ярость.
– ДЕТИ... ЖАЛКИЕ МАГЛОВСКИЕ ВЫРОДКИ! – взревел он голосом, перекрывшим шум кипящего океана. – ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО СМОЖЕТЕ ОСТАНОВИТЬ МЕНЯ ЭТИМИ ФОКУСАМИ?! Я ПОБЕДИЛ САМУ СМЕРТЬ!
Он вскинул тисовую палочку обеими руками к темному небу Хизерфилда:
– АДСКОЕ ПЛАМЯ! СГОРИТЕ ВСЕ!
Из кончика палочки вырвался не просто огонь.
Это было чудовищное, омерзительное порождение чистой темной материи — исполинская огненная кобра с рубиновыми глазами и пастью размером с двухэтажный дом. Адское пламя взревело, сжирая кислород, готовясь сожрать защитный купол Тарани и обрушиться на город.
– Магическое пламя высшей категории разрушения, – мгновенно оценил Эмия-Арчер в сознании Гарри. – Обычная вода бессильна. Оно питается эфиром.
– Зато оно не питается абсолютным нулем, снайпер, – оскалился Гарри.
Юноша отбросил винтовку.
Его пальцы сорвали замки набедренной кобуры, выдергивая массивный «Томпсон-Контендер». В патроннике уже спал патрон особого назначения: пуля, отлитая из кости истинного предка, пропитанная первородным льдом древних Блэков и зачарованная зеркальной мафией Тамамо.
Гарри шагнул к краю крыши и спрыгнул вниз с сорокафутовой высоты.
– *Врожденный контроль времени: ДВОЙНОЕ УСКОРЕНИЕ!*
Воздух загустел.
Секунда растянулась в лениво ползущую вечность.
Падение юноши превратилось в плавный, грациозный спуск. В полете Гарри навел тяжелый ствол «Контендера» точно в раскрытую пасть огненной химеры:
– *Сломанный Фантазм: ПЕЧАТЬ ЛЕДЯНОГО ЗЕРКАЛА!*
*БА-А-А-А-А-А-А-А-АХ!*
Выстрел выбил из ствола не огонь, а сноп ослепительно-белых снежных кристаллов.
Пуля вошла в огненную пасть змеи. И в то же мгновение концепт абсолютной заморозки, помноженный на родовую магию крови Гарри, вступил в реакцию с черным пламенем.
Химера не взорвалась. Она... замерзла.
Свирепый огонь за долю секунды остекленел, превратившись в гигантскую, тридцатифутовую скульптуру из черного матового льда, покрытую морозным инеем.
Гарри мягко приземлился на полусогнутые ноги прямо перед ошеломленным Волан-де-Мортом.
*ХЛОП.*
Время вернулось в свой привычный ритм.
– Какого... – прохрипел Темный Лорд, глядя на застывшую глыбу своего величайшего заклятия.
– Твоя следующая фраза, Том: «Это невозможно! Ни один смертный не способен подчинить Адское Пламя!» – насмешливо бросил юноша, щелкнув пальцами свободной руки.
Ледяная змея с оглушительным, хрустальным звоном рассыпалась на миллионы мельчайших черных снежинок, которые тут же растаяли в кипящей воде залива.
– Это невозможно! Ни один смертный не... – Волан-де-Морт осекся, его лицо побагровело от такого запредельного, унизительного бешенства, что сосуды на его безносой морде полопались. – УБЬЮ! Я РАЗОРВУ ТВОЮ ДУШУ НА КУСКИ! АВАДА...
Договорить он не успел.
– ХА! ЗОЛОТОЙ УДАР! – раздался громовой голос в сознании Гарри.
В левую руку юноши хлынула мощь Сакаты Кинтоки.
Гарри не стал стрелять. Он просто сделал шаг вперед, сокращая дистанцию, и всадил кулак, окутанный ослепительными золотыми молниями божественного грома, точно под дых величайшему темному магу Британии!
*КРА-А-А-А-А-А-АХ!*
Звук был похож на удар кувалды по наковальне.
Защитные амулеты Волан-де-Морта лопнули с треском перегоревших предохранителей. Воздух со свистом покинул легкие тирана. Тело Темного Лорда оторвалось от земли и, пробив три штабеля морских контейнеров, с грохотом впечаталось в массивную чугунную сваю портового крана, оставив в ней глубокую вмятину.
Остатки Пожирателей смерти в ужасе замерли.
Они смотрели на своего непобедимого повелителя, который висел на покореженном железе, судорожно харкая черной кровью, и не верили своим глазам.
– Монстр... – прошептал раненый Нотт, роняя палочку в воду. – Он не волшебник... Он демон...
– Я предупреждал вас в Англии, господа нацисты, – Гарри медленно вытащил из кобуры правую «Беретту», плавно взводя курок. – Вы пришли не на дуэль. Вы пришли на ликвидацию.
Но в этот момент само пространство над заливом застонало.
Воздух между пирсом и маяком треснул сверху донизу, словно гнилое полотно.
Удушливая, ядовито-фиолетовая волна Квинтэссенции выплеснулась из разлома, сбивая пламя Тарани и гася огни на набережной.
– ГАРРИ, СЗАДИ! – истошно закричала Вилл, вскидывая Сердце Кондракара.
Из пространственной трещины, подобно гигантскому черному нетопырю, вылетела Нерисса.
Ее глаза горели чистым фиолетовым безумием. Она больше не пряталась. Поняв, что ее английские марионетки разгромлены за три минуты, бывшая Хранительница пошла ва-банк. В руках она сжимала свой костяной посох, наконечник которого был нацелен не в Гарри.
Она целилась в Ирму!
– Если я не могу подчинить тебя, мальчишка... я заберу то, ради чего ты дышишь! – завизжала колдунья.
Луч чистой, концентрированной смерти — Квинтэссенция, способная расщеплять биологическую материю на атомы, — сорвался с посоха, устремляясь прямо в грудь юной Стражницы Воды.
Дистанция была слишком мала. Ирма, уставшая после удержания океанского вала, не успевала возвести полный щит.
Но она была не одна.
– КУХУЛИН! – мысленно взревел Гарри, и в его душе отозвался дикий, яростный вой пса Ольстера:
– *ПРИНЯТО, ПАРЕНЬ! ПРОНЗИ ЕЕ САМУЮ СУТЬ!*
Гарри не стал закрывать Ирму телом. Он доверял ей. Он знал, что она сделает.
Ирма не зажмурилась. Вместо попытки блокировать смертоносный луч, она сделала короткое, идеальное движение запястьем, выставив вперед титановый браслет:
– *ПРИЗМАТИЧЕСКОЕ ЗЕРКАЛО!*
Тончайшая пленка морской воды, насыщенная солями Замбаллы, вспыхнула перед ней под углом ровно в сорок пять градусов.
Луч Нериссы ударил в зеркало. Он не погас — он преломился!
Смертоносная фиолетовая молния ушла в зенит, разорвав ночные облака над океаном, а в образовавшуюся брешь в обороне ведьмы уже входил Гарри Поттер.
– *Сломанный Фантазм... ГЭ-БОЛГ!*
«Беретта» в правой руке юноши вспыхнула кроваво-алым пламенем кельтского копья проклятия.
Концепция причинности была взломана в тот момент, когда палец Гарри нажал на спусковой крючок: *«Сердце цели уже пробито, следовательно, пуля обязана найти путь к нему».*
*БАХ.*
Пуля вылетела из ствола, но не по прямой линии.
Она сделала невозможный, ломающий законы геометрии зигзаг в воздухе, обогнула выставленный Нериссой защитный кокон Квинтэссенции и вошла точно в правое плечо колдуньи — туда, где еще не зажили раны от прошлой битвы на Замбалле!
– А-А-А-А-А-А-Х! – истошный вопль Нериссы сотряс набережную.
Проклятие Гэ-Болга взорвалось внутри ее магических каналов сотнями алых шипов.
Костяной посох выскользнул из ее ослабевших пальцев, полетев в воду. Сила Квинтэссенции захлебнулась, ее темный плащ задымился, а тело бывшей Хранительницы рухнуло на разбитые доски пирса, корчась в судорогах.
– Ты... проклятый выродок... – хрипела она, пытаясь отползти к закрывающейся трещине Завесы. – Что ты такое...
Гарри подошел к ней не спеша.
Тяжелые армейские ботинки юноши сухо стучали по мокрому дереву. Он опустил ствол дымящегося пистолета прямо к переносице поверженной ведьмы:
– Твоя следующая фраза, Нерисса: «Ты не посмеешь убить меня, во мне течет кровь твоих предков!»
Колдунья замерла. Ее губы судорожно дрогнули:
– Ты не посмеешь убить меня, во мне... – Она осеклась, ее глаза расширились от ужаса, когда она увидела абсолютную, ледяную пустоту в изумрудных глазах юноши.
– Ошибаешься, бабуля, – тихо, без единой капли эмоций произнес Гарри. – Мне плевать на родословные. Мне плевать на древние пророчества. Ты пришла в мой город. Ты угрожала моей девушке. В моем кодексе за это предусмотрена только одна статья.
– СТОЙ! – раздался сзади слабый, хриплый голос.
Гарри даже не обернулся.
Из обломков морского контейнера, шатаясь, на четвереньках выползал Волан-де-Морт.
Темный Лорд выглядел как живой труп. Его мантия сгорела, переломанные ребра пробили кожу на боку, а тисовая палочка была расколота пополам ударом кулака Кинтоки.
Великий маг, наводивший ужас на всю Британию, полз по мокрым доскам, сжимая в руке осколок черного обсидиана — аварийный портал министерского типа:
– Поттер... ты заплатишь за это... Я соберу армию... Я вернусь с великанами и дементорами... Я уничтожу все, что тебе дорого!
Гарри медленно повернул голову через плечо.
На его лице снова расцвела та самая невыносимая, насмешливая ухмылка Джозефа Джостара:
– Том. Посмотри на свой левый карман.
Волан-де-Морт замер. Его дрожащая рука опустилась к карману изодранной мантии.
Там, прикрепленный тончайшей полоской магловского скотча, мерно мигал крошечный красный светодиод.
– Что это?.. – просипел Темный Лорд.
– Бризантная пластическая взрывчатка С-4 с добавлением измельченного порошка соли саламандры и руной кинетического импульса от сэра Эмии, – любезно пояснил юноша, доставая из кармана брюк миниатюрный радиодетонатор. – Я прилепил его тебе на пояс, когда пробивал твою диафрагму.
Гарри подмигнул онемевшему магу:
– Передавай привет Дамблдору. И скажи моему брату Годрику, что если я еще раз увижу британскую мантию в пределах этого штата... я не стану церемониться и пришлю вам межконтинентальную баллистическую ракету с термобарической боеголовкой.
Волан-де-Морт в панике сжал в кулаке обсидиановый осколок.
Пространство вокруг него закружилось в воронке экстренной эвакуации, затягивая изувеченного тирана обратно в британское измерение.
Гарри нажал кнопку детонатора за миллисекунду до того, как воронка схлопнулась.
*БУ-У-У-У-У-У-УМ!*
Взрыв произошел уже внутри подпространственного тоннеля.
Глухой, утробный грохот потряс набережную, а из закрывающейся воронки вылетел сноп черного дыма, ошметки шелковой мантии и истошный, удаляющийся вопль Темного Лорда, которому только что начисто оторвало обе ягодицы.
– ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! – загремела в голове Гарри Мордред, катаясь по полу астрального зала. – ВОТ ЭТО САЛЮТ! ВИДЕЛ, КАК ОН ЛЕТЕЛ?! ЭТО БЫЛО ЗОЛОТО, МАСТЕР!
– Неэстетично, – поморщился Арчер-Эмия. – Но крайне функционально. Потери среди личного состава противника — сто процентов. Наш боекомплект израсходован на треть.
– А этот парень знает толк в шутках! – заржал Кухулин. – Запустить колдуна в его нору с петардой в штанах — это достойно бардовских саг!
Гарри снова перевел взгляд на Нериссу.
Колдунья лежала на досках, парализованная ядом Гэ-Болга. Но убивать ее юноша не стал.
Он опустился на одно колено рядом с ней, заглянув в ее расширенные, полные животного ужаса глаза:
– Ты останешься жива, Нерисса.
– Почему?.. – прохрипела она, сплевывая кровь. – Ты же... ты же убийца...
– Потому что мертвая ты бесполезна, – холодно ответил юноша. – Ты вернешься в свои норы. И ты будешь помнить каждую секунду этой ночи. Ты расскажешь всем древним тварям Завесы, что здесь, в Хизерфилде, законы вашей магии больше не работают. Здесь работает баллистика. И если ты еще хоть раз приблизишься к Сердцам или моим друзьям... я не стану стрелять по конечностям. Я сотру тебя из истории Мультиверса с помощью одного звонка старику Зелу. Поняла меня?
Нерисса судорожно, мелко закивала, ее гордость была растоптана в пыль.
Гарри поднялся и жестом подозвал Вилл:
– Лидер. Открой для нее обратный шлюз в пустые секторы Меридиана. Пусть уползает.
Вилл Вандом решительно кивнула.
Сердце Кондракара вспыхнуло ослепительным розовым светом, открывая портал изгнания. Магический вихрь подхватил искалеченное тело бывшей Хранительницы и втянул его в бездну, наглухо запечатывая пространственный разлом печатью пяти стихий.
На пирсе номер девять наконец-то воцарилась тишина.
Океанские волны, успокоившись, мерно плескались о сваи. Вакуумный купол Хай Лин медленно растаял, выпуская в ночное небо запах пороха, жженого озона и морской соли.
Остатки Пожирателей смерти — контуженные, связанные гранитными корнями Корнелии и водяными путами Ирмы — жалобно стонали на мокром асфальте, дожидаясь прибытия зачарованных клеток Кондракара.
Стражницы синхронно сбросили боевую трансформацию.
– Святые стихии... – выдохнула Корнелия, поправляя растрепавшиеся волосы и оглядывая поле боя. – Мы только что разгромили армию темных магов и древнюю ведьму менее чем за шесть минут. Если об этом узнает мистер Коллинз, он поставит нам зачет по истории экстерном.
– Какой зачет, Корни?! – весело воскликнула Хай Лин, подпрыгивая на месте. – Вы видели, как Гарри взорвал этого безносого типа?! Это было круче любого голливудского боевика!
Тарани устало улыбнулась, протирая запотевшие очки подолом кофты:
– Главное, что город цел. Ни одно окно в жилых кварталах даже не дрогнуло.
А в центре набережной стояли двое.
Гарри Поттер медленно опустил пистолеты, поставил их на предохранители и вернул в наплечные кобуры.
Его дыхание было ровным, но в глазах плескалась смертельная усталость — напряжение последних суток наконец-то отпускало истерзанное тело.
Ирма подошла к нему вплотную.
На ней снова была ее мешковатая фланелевая рубашка в клетку, шорты и кроссовки. Девушка молча посмотрела на его лицо, на мелкие царапины на скуле, а затем решительно шагнула вперед, обвив руками его шею и уткнувшись носом в его ключицу.
– Дурак, – тихо, сдавленно прошептала она в воротник его футболки. – Невыносимый, чокнутый, показушный дурак.
Гарри осторожно, боясь испачкать ее гарью, обнял ее за талию, прижимая к себе:
– Но твой дурак, русалочка.
– Мой, – всхлипнула она, поднимая голову и глядя на него снизу вверх заплаканными, но абсолютно счастливыми синими глазами. – И попробуй только оспорить этот факт, снайпер. Я тебя под воду утащу.
– Не стану оспаривать очевидную истину, сержант Лэр, – мягко улыбнулся он.
Их губы встретились в долгом, соленом от морских брызг и слез поцелуе прямо посреди дымящихся руин портового склада.
И в этот момент в сознании Гарри снова раздались голоса:
– О-о-о-у! Как это романтично! – умилилась Тамамо, всхлипывая в рукав кимоно. – Мастер завоевал сердце девы в честном бою! Я почти согласна стать второй женой!
– Эй, парень, хорош миловаться на сыром бетоне, простудишься! – хохотнул Кухулин.
– Достойный финал битвы, – сдержанно резюмировал Эмия-Арчер. – Хотя технику добивания противника можно было оптимизировать на полторы секунды.
– ЗАТКНИТЕСЬ ВСЕ! – хором мысленно рявкнули Гарри и Мордред, удивительным образом сойдясь во мнениях.
Слуги в голове юноши дружно прыснули со смеху и окончательно затихли, погружаясь в благодатный сон духовных матриц.
Гарри оторвался от губ Ирмы, глядя, как над Шеффилдским заливом начинает брезжить нежный, розово-золотой рассвет нового дня.
Ветер с океана развеял последние клочья порохового дыма.
Город за их спинами просыпался: где-то вдалеке просигналил первый утренний трамвай, в пекарнях на набережной зажигались огни, а в окнах домов звенели стеклянные колокольчики.
Прошлое окончательно осталось позади.
Британские маги зализывали раны в своем туманном кошмаре, Нерисса была сломлена, а Хизерфилд оставался неприступной крепостью, которую защищали не древние боги, а любовь, верность и безупречно выверенная баллистика.
– Гарри... – тихо позвала Ирма, положив подбородок ему на грудь.
– Да, русалочка?
– А наши яблочные блинчики на кухне... они совсем остыли?
Юноша посмотрел на нее, и его изумрудные глаза засияли чистым, озорным светом:
– Шеффилдский устав строго запрещает комбатантам есть холодную выпечку, мисс Лэр. Пойдем домой. Я испеку новую порцию. С двойной порцией корицы.
– Вот за это я тебя и люблю, ликвидатор, – рассмеялась девушка, беря его за руку и переплетая свои пальцы с его пальцами.
И они пошли по умытой приливом набережной навстречу утреннему солнцу — двое защитников мира, которые наконец-то отвоевали свое право на простое человеческое счастье.