Убийца Поттер и семья пять с Плюсом
Эспрессо Судного дня и шотландский сплин
В подвальном помещении на стыке промзоны Мидлтона и заброшенных складов старой скотобойни пахло свежеобжаренной арабикой, жженым тростниковым сахаром, оружейным маслом марки «Баллистол» и легким привкусом высокооктанового ракетного топлива.
Заведение называлось незамысловато: «Черный пар». Неоновая вывеска над бронированной дверью с тремя кодовыми замками изображала чашку кофе, из которой вместо дыма поднимался стилизованный ядерный гриб. Для случайных прохожих место казалось глухим тупиком, заколоченным еще во времена президентства Рейгана. Для тех же, чей профиль украшал красные ориентировки Интерпола и закрытые серверы Глобального Правосудия, это был единственный оазис спокойствия на всем Североамериканском континенте.
Здесь действовало одно фундаментальное, выбитое зубилом на полудюймовой титановой плите правило: *«Никаких вендетт, никаких захватов заложников, никакой стрельбы в баристу. Кто прольет эспрессо — тот убирает за собой кишками»*.
Гарри Поттер стоял за полированной стойкой из черного базальта, задумчиво протирая белоснежным вафельным полотенцем стакан из жаропрочного стекла. На нем были неизменные темные джинсы, бордовая безрукавка поверх тонкого черного свитера с закатанными рукавами и длинный темно-зеленый фартук с вышитым золотой нитью гербом дома Блэков, который он переделал под эмблему с двумя перекрещенными пистолетами и чашкой кофе.
Под фартуком, разумеется, покоились модифицированные девятимиллиметровые «Беретты» с полным боекомплектом, а на бедре висел старый верный «Кольт» сорок пятого калибра. Профессиональная привычка, вбитая майором Балалайкой в промозглых джунглях Юго-Восточной Азии, не выветривалась даже за барной стойкой.
– Сахар, – меланхолично изрек Гарри, глядя на трехрожковую кофемашину фирмы «Ла Марзокко», которую он лично модернизировал с помощью деталей от списанной советской турбины и пары незаметных гравировок рун ручного нагрева. – Мир держится не на черепахах, не на балансе добра и зла и уж точно не на пророчествах старых бородатых маразматиков. Мир держится на своевременном поступлении глюкозы в кровь уставших психопатов. Без этого цивилизация рухнула бы еще в прошлый вторник.
Сидевшая по другую сторону стойки Йори тихо и сдержанно усмехнулась.
Воительница Яманоути выглядела среди неонового полумрака злодейского кафе как цветок лотоса, случайно проросший посреди оружейного арсенала. Ее длинные темные волосы были уложены в аккуратный узел, прихваченный парой деревянных шпилек, а традиционное темное кимоно скрывал свободный бежевый плащ. Клинок ниндзято лежал прямо на стойке перед ней, замотанный в плотную черную ткань, не вызывая у редких посетителей ни малейших вопросов: в «Черном паре» появление девушки с полутораметровым мечом воспринималось примерно так же естественно, как появление офисного клерка с портфелем в утреннем метро.
– Ты нашел удивительно гармоничное применение своему искусству, Гарри-сан, – произнесла она, отпивая крошечный глоток из тяжелой керамической пиалы. – Этот чай… в нем чувствуется дыхание ранней осени в горах Киото. Листья собраны до рассвета?
– Контрабанда из префектуры Сидзуока через гонконгские каналы мистера Чанга, – подмигнул Гарри, ловко крутанув в пальцах серебряную ложечку для специй с ловкостью, которой позавидовал бы лучший стрелок Дикого Запада. – Триады умеют доставлять деликатные грузы быстрее, чем британская дипломатическая почта успевает поставить гербовую печать на разрешение для чаепития. Если бы я кормил тебя тем веником, который американцы называют «зеленым чаем» в супермаркетах, мастер Сэнсэй справедливо прислал бы ко мне отряд карателей за оскорбление многовековых традиций.
– Сэнсэй был бы впечатлен твоим обращением с температурой воды, – мягко возразила девушка, и в глубине ее темных глаз вспыхнули теплые, искренние искорки. – И тем, как ловко ты совмещаешь покой чайной церемонии с изготовлением… адских смесей для тех, кто пытается уничтожить эту страну.
– Эй, наемник на пенсии должен зарабатывать на жизнь честным трудом, – хмыкнул Поттер, лениво почесывая затылок в манере Сакаты Гинтоки. – Министерство магии конфисковало мой студенческий фонд, семейка Поттеров наверняка переписала все имущество на драгоценного спасителя нации Годрика, а аренда конспиративной квартиры и патроны калибра девять на девятнадцать стоят вполне реальных долларов. К тому же здешняя публика куда адекватнее членов Ордена Феникса. Злодеи хотя бы не читают нотаций о «высшем благе», когда заказывают двойной эспрессо. Они просто платят наличными и оставляют щедрые чаевые, если напиток не взрывается у них в руках раньше времени.
Тяжелая входная бронедверь зашипела пневматикой, со скрипом отошла в сторону, и в помещение, отчаянно ругаясь на трех языках, ввалилась колоритная процессия.
– Нет, Шиго, ты только послушай! Это было гениально! Абсолютно безупречно! – высокий, визгливый голос, напоминавший скрежет ржавого скальпеля по стеклу, заполнил тишину зала. – Мой квантово-ионный дезинтегратор молекулярных связей должен был стереть плотину в порошок! Все расчеты сошлись! Лазерная фокусировка была настроена на триста процентов мощности!
– Ага, Дрю, – раздался в ответ ленивый, тягучий женский голос, сочившийся чистейшим, концентрированным сарказмом. – За исключением крошечной детали: ты снова запитал охладитель через удлинитель из китайского хозяйственного магазина за два бакса. И когда эта сопливая чирлидерша просто выдернула вилку из розетки своим гарпуном, твоя адская машина сделала «пшик» и залила твой любимый комбинезон мыльной пеной.
Доктор Драккен – синекожий гений непризнанного масштаба – яростно сорвал с головы запачканные сажей лабораторные очки и швырнул их на соседний столик:
– Это был тактический сбой электросети! Ким Пять-с-плюсом просто повезло! В следующий раз я построю гигантского робота-муравья с лазерами вместо усов, и тогда… о-о-о, моя голова! Мне нужен лед! Мне нужен кофеин! Мне нужно что-нибудь, что сотрет из моей памяти этот кошмарный день!
Следом за синекожим ученым к барной стойке плавной, хищной походкой подошла его бессменная помощница.
Шиго выглядела слегка потрепанной после очередной потасовки, но сохраняла убийственную элегантность. Черно-зеленый обтягивающий костюм подчеркивал спортивную, тренированную фигуру, на кончиках тонких пальцев в черных перчатках лениво тлели изумрудные всполохи плазмы, а смоляные волосы водопадом падали на плечи. Ее холодные зеленые глаза скользнули по Йори, задержались на ее мече, но, не зафиксировав признаков агрессии, переключились на парня за стойкой.
– Привет, чудо-бармен, – протянула Шиго, плюхаясь на высокий вращающийся табурет и устало роняя локти на полированный базальт. – Скажи мне, что у тебя сегодня есть то самое темное варево с карамелью и тройной дозой экстракта лесного ореха. Если я не получу чашку прямо сейчас, я поджарю этого синего идиота вместе с его роботами-муравьями прямо на этом стуле.
– Я все слышу, Шиго! – огрызнулся Драккен, тяжело плюхнувшись рядом и растирая переносицу. – Твоя нелояльность ранит меня глубже, чем лазерный ожог!
– Твоя следующая фраза будет: «Поттер, плесни мне двойной синий латте со взбитыми сливками и корицей, и ради науки, почини блок стабилизации от моего гиперболоида!» – лениво протянул Гарри, даже не поднимая взгляда от кофемолки.
Драккен надул щеки, ткнул пальцем в сторону бармена и открыл рот:
– Поттер, плесни мне двойной синий латте со взбитыми сливками и корицей, и ради науки, почи… – Синекожий замер, моргнул, его нижняя челюсть отвисла, обнажив кривоватые зубы. – Какого черта?! Ты опять это делаешь! Как ты узнал про блок стабилизации?! Я же оставил его в багажнике!
– Ты таскаешь его в левом кармане своего дурацкого лабораторного халата, док, – хмыкнул Гарри, ловко подцепив металлическую холдер-корзину и с глухим стуком утрамбовав кофейную таблетку увесистым темпером. – У тебя карман провис на двадцать сантиметров, а от ткани несет паленой медью и фреоном за версту. Давай сюда свою железку, пока она не протекла тебе в штаны и не превратила твои ноги в куриный холодец.
Драккен сконфуженно шмыгнул носом и торопливо вытащил из кармана оплавленный металлический цилиндр размером с термос, оплетенный пучками перегоревших проводов.
Гарри принял прибор одной рукой, взвесил на ладони, мимолетно коснулся пальцами медных контактов, считывая внутренние повреждения не столько зрением, сколько тонким аналитическим чутьем, перенятым от лорда Эль-Меллоя и оружейников Часовой Башни.
– М-да. Термопара расплавилась, биполярный транзистор ушел в небытие, а полярность перепутана так, будто схему паял пьяный гоблин из подземелий Гринготтса в пятницу вечером, – вынес вердикт Поттер, доставая из-под стойки миниатюрную отвертку и паяльник с тонким жалом. – Десять минут. С вас пятьдесят баксов за запчасти и десять за моральный ущерб моим эстетическим чувствам.
– Договорились! – с готовностью выпалил Драккен. – Только кофе сначала!
Шиго тихо прыснула в кулак, наблюдая за тем, как быстро ее грозный босс превратился в послушного просителя перед девятнадцатилетним парнем.
– Ты чудотворец, Поттер, – заметила она, с искренним наслаждением принимая из рук Гарри высокую прозрачную кружку, над которой поднималась шапка густой молочной пены, украшенная сложным геометрическим узором в виде кельтского трилистника. – Серьезно. Если бы ты работал на нас главным инженером, эта рыжая заноза Пять-с-плюсом уже давно чистила бы картошку на нашей секретной подводной базе. Почему ты до сих пор торчишь в этой дыре?
Гарри поставил перед Драккеном чашку с густым напитком необычного лазурного оттенка (секрет заключался в добавлении сиропа из синей малайзийской орхидеи и щепотки сушеных ягод можжевельника), а затем оперся локтями о стойку, глядя на наемницу с легким прищуром Данте, оценивающего очередного демона среднего пошиба.
– Потому что, дорогая Шиго, корпоративная карьера в сфере мирового господства имеет один чудовищный недостаток, – протянул он, накручивая на палец полотенце. – В ней слишком много сверхурочных и абсолютно никакой медицинской страховки. Вы, ребята, строите циклопические лазеры на вершинах вулканов, тратите миллиарды на форму для миньонов, а потом вас вяжет пара старшеклассников при помощи радиоуправляемой машинки и жевательной резинки. Мне хватает адреналина в общении с моими бывшими родственниками. Здесь у меня фиксированная ставка, свежие булочки и никто не пытается читать мне проповеди о величии магической Британии.
– Твоя правда, – вздохнула девушка, делая глоток и прикрывая глаза от удовольствия. – Пенсионный фонд у суперзлодеев – это просто сказка. В смысле, ее не существует. Если тебя не пристрелит герой, тебя прикончит собственный босс, когда решит сэкономить на зарплате.
– Эй! Я выплачиваю тебе командировочные в полном объеме! – возмутился Драккен, отрываясь от пенки, оставившей на его верхней губе белые усы.
– Ты платишь мне чеками банка Каймановых островов, который закрылся три месяца назад, Дрю, – сухо парировала Шиго, даже не повернув головы. – Если следующий чек вернется с пометкой «счет арестован», я оторву твою синюю голову и продам ее коллекционерам из Глобального Правосудия за наличку.
Йори, сидевшая рядом, с легким удивлением наблюдала за этой перепалкой. В строгой иерархии школы Яманоути подобные отношения между лидером и подчиненным сочли бы верхом святотатства и поводом для немедленного ритуального поединка. Но здесь, в этом полутемном логове, странная парочка выглядела… почти по-семейному. Точно так же, как переругивались наемники в кабаках Гонконга перед совместным налетом на склады конкурентов.
– Вы сражаетесь против госпожи Ким Пять-с-плюсом? – негромко спросила японка, обращаясь к Шиго.
Зеленокожая наемница покосилась на девушку, скользнув взглядом по безупречной осанке и мозолям на ее тонких пальцах – безошибочным признакам мечника высочайшего класса.
– Сражаюсь – это громко сказано, милочка, – фыркнула Шиго. – Скорее, отрабатываю гимнастическую программу. Рыжая прыгает, я пускаю плазму, потом ее недотепа-напарник падает в мусорный бак, Дрю начинает вопить «План провален, отступаем!», и мы улетаем на вертолете. Рутина. Хотя вчера… – она прищурилась, и в ее изумрудных глазах мелькнул неподдельный интерес. – До меня дошли слухи, что наша непобедимая чирлидерша вчера утром познакомилась с асфальтом на парковке у закусочной. И ее уложили без единого выстрела. Чистым ударом плеча.
Гарри, как раз заканчивавший перепаивать стабилизатор Драккена крошечной ручной горелкой, даже не поднял головы.
– Местные сплетни распространяются быстрее, чем радиоактивные осадки, – пробормотал он.
– Вейд взломал базу данных скорой помощи Мидлтона, – усмехнулась Шиго. – Ушиб диафрагмы, трещина в самооценке и временный паралич левого плеча. Вейд искал подпольных мастеров кунг-фу по всему Китаю, а оказалось, что парень, который делает лучший кофе на этом побережье, умеет ломать людей по методам Шаолиня.
– Не Шаолиня, а Бацзицюань, – поправил ее Поттер, закручивая последний винт на корпусе прибора и швыряя его обратно Драккену. Тот поймал железку с благоговением ребенка, получившего леденец. – И я ее не ломал. Просто вежливо намекнул, что высокомерие в ближнем бою карается законами физики и анатомии. Держи свою микроволновку, док. Конденсаторы я заменил на титановые, теперь можешь взрывать плотины хоть до посинения. В смысле, до твоего естественного цвета лица.
– Потрясающе! Гениально! – Драккен прижал прибор к груди. – Поттер, клянусь, когда я захвачу мир, я назначу тебя верховным министром снабжения! Ты будешь купаться в золоте!
– Оставьте золото себе, док, оплатите счет за кофе, – зевнул Гарри. – И добавьте десятку сверху: за то, что я не рассказал агентам Глобального Правосудия, в каком мотеле вы прячете свой десантный бот.
Драккен торопливо выгреб из кармана пачку помятых стодолларовых купюр и шлепнул их на стойку:
– Ни слова больше! Молчание баристы свято!
В этот момент массивная входная дверь не просто открылась – ее буквально впечатало в стену с оглушительным металлическим лязгом.
На пороге возникла фигура, затмившая собой дверной проем.
– ВО ИМЯ ВСЕХ ЧЕРТЕЙ ЛОХ-НЕССА И СВЯТОГО АНДРЕЯ! – громовой, хриплый бас с яростным шотландским акцентом сотряс помещение так, что зазвенели хрустальные бокалы под потолком. – ЕСЛИ Я ЕЩЕ РАЗ УВИЖУ ЭТИХ СОПЛИВЫХ ПИЖОНОВ ИЗ ГОРОДСКОГО СОВЕТА, Я ЗАСУНУ ИХ ДУРАЦКИЕ ТРЕХКОЛЕСНЫЕ ГОЛЬФ-КАРЫ ИМ ПРЯМО В ИХ ЧИНОВНИЧЬИ ЗАДНИЦЫ!
В кафе широким, яростным шагом вошел Дафф Киллиган.
«Самый опасный гольфист в мире» был великолепен в своем безумии. Традиционный шерстяной килт в красно-зеленую клетку клана Киллиган, толстые вязаные гольфы на волосатых мускулистых ногах, кожаный жилет, надетый прямо на голое тело, и плоский шотландский берет с помпоном, сбитый набекрень. За спиной у него покачивалась тяжелая сумка для клюшек, из которой угрожающе торчали титановые рукояти, больше напоминавшие противотанковые гранатометы, а в рыжей бороде застряла травинка с поля для гольфа.
– О боги, – простонала Шиго, прикрывая лицо ладонью. – Только не этот волынщик. У меня от его акцента эмаль на зубах трескается.
– Заткнись, зеленая пигалица! – рявкнул Киллиган, топая тяжелыми шипованными ботинками по базальтовому полу. – Ты ничего не понимаешь в чести древних кланов! Они закрыли восемнадцатую лунку! Закрыли! Сказали, что мои мячи взрывают их драгоценный газон! ДА МОИ МЯЧИ ДЕЛАЮТ ЭТОТ ГАЗОН ТОЛЬКО ЛУЧШЕ! В НЕМ ПОЯВЛЯЕТСЯ ПЕРСПЕКТИВА!
Он с размаху опустил пудовый кулак на стойку в дюйме от тарелки с круассанами. Базальтовая плита жалобно скрипнула.
– Поттер, парень! – взревел шотландец, уставившись на Гарри налитыми кровью глазами. – Налей мне чего-нибудь крепкого, иначе я начну сносить стены этим несчастным утюгом седьмого номера!
Гарри даже не моргнул. Он медленно поднял взгляд на разъяренного горца, затем перевел его на место удара кулака.
– Дафф, – негромко, с пугающей вежливостью произнес Гарри. Его серо-зеленые глаза подернулись тончайшей пленкой морозного инея, а воздух вокруг стойки мгновенно похолодел градусов на десять. – Правило номер три нашего заведения: если ты повредишь эту стойку, я возьму твою любимую клюшку-драйвер с урановым сердечником, завяжу ее морским узлом вокруг твоей благородной шотландской шеи и отправлю тебя играть в гольф пешком через Атлантический океан. Ты меня услышал?
Киллиган замер. Ярость в его глазах на мгновение столкнулась со стальной, ледяной уверенностью британского беглеца.
Шотландец помнил. Он прекрасно помнил, как два месяца назад попытался устроить дебош в этом же баре, и как этот худой мальчишка с глазами цвета северного льда перехватил взмах его клюшки голой рукой, проморозил сталь до состояния хрупкого стекла и за три секунды разобрал ее на молекулы, после чего угостил Даффа чашкой такого кофе, от которого у старого наемника защемило сердце от тоски по родным вересковым пустошам.
Рыжая борода Киллигана дернулась. Он шумно втянул носом морозный воздух, отступил на полшага назад и виновато пригладил подол килта.
– Кхм. Ну… погорячился, парень. Бывает. Эти англичане из муниципалитета… сам знаешь, кровь кипит, волынка в ушах играет.
– То-то же, – мороз моментально растаял, и Гарри снова стал расслабленным, слегка ленивым баристой. – Падай на угол. Сейчас соберу тебе «Горный туман».
– С той самой шотландской каплей? – с надеждой прищурился громила.
– С двойной, – кивнул Поттер.
Работа Гарри за кофемашиной была чистым искусством, сплавом маггловской механики и алхимической точности. Он смолол зерна темной обжарки с острова Суматра, прогрел тяжелую медную джезву на раскаленном вулканическом песке, добавил тростниковый сахар-сырец, щепотку толченого черного перца и бадьян. Когда густая, черная как смоль пенка поднялась к краям в третий раз, он плеснул туда ровно тридцать миллилитров односолодового виски двадцатилетней выдержки из личных запасов семьи Блэк, который гоблины Гринготтса когда-то переправили ему по специальному заказу.
Тонкий, сложный аромат – дым торфа, дубовая бочка, горький шоколад и пряности – заполнил зал.
Киллиган благоговейно принял тяжелую кружку обеими ручищами, зажмурился, вдохнул пар и сделал огромный глоток.
По его широкому, обветренному лицу расползлось выражение абсолютного, детского блаженства.
– Клянусь святым Колумбой… – прошептал шотландец, и в его глазах блеснула скупая слеза наемника. – Это же вкус нагорья после грозы. Как ты это делаешь, сопляк? Ты же вырос в проклятом Лондоне среди этих надутых индюков в париках!
– Меня воспитывали домовые эльфы и портреты деда-ветерана, Дафф, – Гарри криво усмехнулся, наполняя новую пиалу чаем для Йори. – Чарлус Поттер ненавидел чай с молоком и всегда держал в кабинете бочонок контрабандного скотча, от которого у инспекторов Министерства выпадали брови. Так что правильный вкус у меня в крови.
– Твой дед был правильным мужиком! – грохнул Киллиган, разом осушая половину кружки. – Не то что эти городские крысы! Представляешь, они вызвали полицию, когда я всего лишь хотел отработать дальнобойный удар с крыши ратуши! И кто приперся? Опять эта рыжая девчонка с ее подпевалой!
– Ким? – оживился Драккен, допивая свой синий латте. – Она и тебе сорвала операцию?!
– Она засунула своего лысого хомяка мне в сумку с мячами! – взревел Киллиган, потрясая кулаком. – Эта мерзкая розовая тварь перегрызла провода на моих детонаторах! Тридцать взрывных мячей высшего качества превратились в обычные куски резины! Я чуть не сгорел со стыда перед своими нанимателями!
Шиго громко, заливисто расхохоталась, откинувшись на спинку стула:
– Руфус снова сделал тебя, Дафф! Лысый слепыш против грозного шотландского террориста – один ноль в пользу грызуна!
– Заткнись, женщина! Я бы посмотрел на тебя, если бы тебе в штаны залезла эта зубастая сосиска!
– Хватит орать, – прервал их Гарри, постучав деревянной лопаткой по краю раковины. – Вы распугаете мне всех тараканов. И вообще, если вы, великие суперзлодеи, не способны скоординировать свои действия против одной шестнадцатилетней чирлидерши и парня, который теряет штаны при каждом удобном случае, грош цена вашей международной репутации.
Злодеи притихли. Драккен обиженно надулся, Киллиган уткнулся в кружку, а Шиго лишь насмешливо изогнула бровь.
– А ты бы справился лучше, Поттер? – с вызовом спросила наемница. – Легко рассуждать из-за стойки, наливая пенку на молоко.
– Я бы просто не стал нападать на нее в открытую посреди белого дня под прицелом спутниковых камер ее дружка-хакера, – спокойно парировал Гарри, протирая шейкер. – Вы действуете по законам дешевых комиксов: монологи на десять минут, гигантские механизмы с кнопками самоуничтожения на самом видном месте и непреодолимое желание объяснить пленному герою весь свой план в деталях перед тем, как оставить его одного в комнате с медленно опускающимся лазером.
Йори тихо прыснула в рукав плаща. Даже воспитанная в строгой традиции Яманоути воительница оценила точность формулировки.
– Это… это называется стиль! – слабо запротестовал Драккен. – Драматизм момента! Зло должно быть грандиозным!
– Зло должно быть эффективным, док, – отрезал Гарри. В его голосе на долю секунды прорезались интонации Майи Хисау – женщины, которая учила его закладывать пластид под фундаменты особняков наркобаронов без лишних слов и предупреждений. – Если тебе нужно уничтожить дамбу, ты не строишь лазер размером с пятиэтажку. Ты покупаешь пятьдесят килограммов промышленной взрывчатки, нанимаешь двух трезвых водолазов, ставишь таймер на три часа ночи и пьешь кофе в мотеле в трехстах милях от эпицентра. Все остальное – детский сад и попытка компенсировать комплексы неполноценности.
В зале повисла тяжелая, задумчивая тишина. Даже Киллиган перестал жевать край своего берета.
– Знаешь… – протянула Шиго, пристально глядя на Гарри. – Иногда ты говоришь вещи, от которых мне становится жутко. А я, между прочим, видела, как этот синий придурок случайно оживил мумию фараона. Где ты набрался этого дерьма, парень? Тебе же нет двадцати.
– В Шотландии, – криво усмехнулся Поттер, пряча взгляд за упавшей на лоб челкой. – Там была отличная школа-интернат. Старинный замок, озеро с гигантским кальмаром, привидения в туалетах и директор, который считал, что бросать детей на съедение чудовищам – это лучший способ воспитания героического духа. Я быстро усвоил урок: если не хочешь стать пешкой в чужой шахматной партии, учись стрелять первым и никогда не верь старикам с длинными бородами.
Йори мягко положила свою тонкую ладонь поверх его руки, лежавшей на стойке. Ее пальцы были теплыми и уверенными. Гарри перевел на нее взгляд, и ледяная тень, на мгновение сковавшая его лицо, бесследно растаяла.
– Твое прошлое осталось за морем, Гарри-сан, – тихо произнесла девушка. – Здесь ты хозяин своей судьбы.
– И своего кофе, – добавил он с мягкой, теплой улыбкой, слегка сжав ее пальцы в ответ.
– О-о-о, какая прелесть, – протянула Шиго, закатывая глаза. – У нашего циничного стрелка роман с восточной убийцей. Я сейчас расплачусь от умиления. Дрю, передай салфетку, я вытру скупую слезу наемницы.
– Не паясничай, Шиго! – буркнул Драккен, с интересом разглядывая пустую чашку. – Кстати, Поттер… этот синий напиток. Ты добавил туда экстракт синей орхидеи? Мой датчик метаболизма показывает повышение когнитивных функций на двенадцать процентов!
– Пятнадцать, если перестанешь орать на подчиненных, – отозвался Гарри.
Идиллическую злодейскую посиделку прервал резкий, пронзительный вой охранной системы.
Красная лампа под потолком закрутилась, заливая подвал тревожными алыми всполохами. На мониторе внешнего наблюдения, выведенном прямо над кофемашиной, картинка задергалась.
– Внимание, – проскрипел синтезированный голос системы безопасности. – Нарушение внешнего периметра. Три бронированные цели класса «Ликвидатор». Принадлежность: синдикат Манки Фиста.
Киллиган мгновенно подобрался, его рука легла на рукоять клюшки-гранатомета:
– Эти обезьяньи выродки?! Какого дьявола они забыли на нейтральной территории?!
– Фиск ищет реванша, – холодно констатировала Йори, плавно поднимаясь со стула. Ткань соскользнула с ее ниндзято, обнажая безупречную полосу вороненой стали. – Он знает, что я здесь. И знает, что Гарри-сан ранил его во время нашей прошлой схватки.
Дверь в конце коридора содрогнулась от мощного глухого удара. Затем еще от одного.
Гидравлический таран. Те же методы, что и в химчистке.
Драккен в панике схватился за голову:
– Мой стабилизатор! Я только что его починил! Они разнесут это место, и я не успею протестировать лазер!
– Заткнись, Дрю, – Шиго грациозно соскользнула с табурета, ее руки вспыхнули ярким изумрудным огнем, озаряя стены хищными зелеными тенями. – Никто не смеет прерывать мой кофейный перерыв. Я только настроилась на десерт.
– Спокойно, народ, – раздался ленивый, абсолютно невозмутимый голос из-за стойки.
Гарри аккуратно снял зеленый фартук Блэков, сложил его вчетверо и положил на край кофемашины. Потянулся, разминая плечи, и извлек из кобур обе «Беретты». Щелчок затворов прозвучал в тишине зала, как раскат грома.
– Вы мои гости, – Поттер шагнул из-за стойки, его походка стала мягкой, текучей и смертоносной. – А у нас в заведении действует строгое правило: за разборки в зале отвечает обслуживающий персонал. Дафф, присмотри за кофеваркой. Если давление в бойлере упадет ниже двух атмосфер, поверни вон тот красный вентиль.
– Сделаю в лучшем виде, сынок! – осклабился шотландец, усаживаясь поудобнее и поднимая кружку. – Разнеси этих бабуинов на куски!
Входная бронедверь наконец не выдержала.
С оглушительным скрежетом металл лопнул, и в коридор кафе ввалились трое тяжело бронированных мутантов. Они были еще массивнее тех, что штурмовали химчистку: гидравлические экзоскелеты, встроенные в предплечья плазменные резаки и тяжелые штурмовые щиты из композитных сплавов.
– ВО ИМЯ ЛОРДА ФИСКА! – проревел головной мутант, вскидывая резак. – СМЕРТЬ ПРЕДАТЕЛЯМ ЯМАНОУТИ!
– Ваша следующая фраза будет: «Бросайте оружие и сдавайтесь, иначе мы сожжем вас заживо!» – раздался насмешливый голос из полумрака зала.
Мутант оскалил клыкастую пасть:
– Бросайте оружие и сдавайтесь, иначе мы сожжем вас заж… – Зверь осекся, его маленькие свиные глазки ошарашенно округлились.
– Работает. Безупречно. Всегда, – хмыкнул Гарри, стоявший в пяти метрах от них в классической вызывающей позе Джозефа Джостара: одна рука на бедре, корпус слегка отклонен назад, стволы пистолетов смотрят в пол. – Ребята, вы совершили три фатальные ошибки. Первая: вы вломились в заведение без предварительной брони столика. Вторая: вы испачкали коврик у входа своей генетически модифицированной шерстью.
– А третья?! – прорычал мутант, поднимая щит.
– Третья: вы испортили мне настроение. А когда бариста не в духе, он не варит капучино. Он сервирует свинцовые леденцы.
Бах-бах-бах!
Гарри не просто открыл огонь – он превратил перестрелку в безумный, смертоносный танец в стиле Реви «Двурукой».
Стрельба по-македонски на сверхкороткой дистанции. Пистолеты в его руках казались живыми зверями. Огонь из стволов освещал коридор рваными вспышками. Пули с гравировками бронебойных рун находили микроскопические сочленения экзоскелетов: коленные шарниры, оптические сенсоры шлемов, гидравлические шланги.
Мутанты открыли ответный огонь, лазурные лучи плазмы заполнили узкое пространство, но Гарри двигался с грацией кошки, скользя под лучами, используя рикошеты от стальных балок перекрытия.
Слева от него серебряной молнией мелькнула Йори.
Ее меч описал