Убийца Волшебников и Чёрный Тигр
Кулинарный террор и прицел на сердце
Утреннее солнце заливало классную комнату ленивым янтарным светом, в котором медленно кружились редкие пылинки. В воздухе витал терпкий запах свежего мела, женских духов и шелестящих страниц новеньких учебников. Обычный день в старшей школе Боньяри обещал быть скучным, серым и монотонным — именно таким, о каком Гарри мечтал долгие четыре года кровавой мясорубки.
Если бы не одно «но».
Сэйширо Цугуми, сидевшая через ряд от него, вела себя так, будто ее стул был подключен к корабельному дизель-генератору под напряжением в десять тысяч вольт.
Она сидела неестественно прямо, вытянув спину в струнку с такой яростной армейской выправкой, словно ожидала внезапной инспекции генералитета Пентагона. Ее пальцы, лежавшие на деревянной парте, то и дело сжимались в кулаки, заставляя костяшки белеть, а взгляд рубиново-красных глаз метался по доске, на которой учитель Сенмия вычерчивал формулы органической химии, со скоростью счетверенной зенитной установки.
И самое главное: она ни разу — ни единого раза за весь урок — не повернула головы в сторону Гарри.
Для любого стороннего наблюдателя это выглядело как образцовое презрение дисциплинированного отличника к главному лоботрясу класса. Но Гарри, прошедший суровую школу выживания в Роанапуре и научившийся у господина Чанга читать людей по частоте пульса на сонной артерии, видел всё.
Он видел, как вздрагивали ее плечи каждый раз, когда он лениво шуршал фантиком от леденца. Замечал, как предательский алый румянец, едва начав спадать, снова и снова заливал кончики ее аккуратных ушей. И прекрасно слышал, как сбивалось ее дыхание всякий раз, когда он демонстративно зевал, сладко потягиваясь всем телом в манере Данте, только что завалившего пару-тройку низших демонов.
– Эй, Поттер, – раздался сзади заговорщический шепот Шу Майко. Местный ловелас и главный возмутитель школьного спокойствия наклонился вперед, положив подбородок на сложенные руки. – Ты чего это сотворил с нашим новеньким громилой?
– В каком смысле, о мудрейший из бездельников? – не поворачивая головы и лениво выводя на полях тетради схему разборки затвора пистолета ТТ, отозвался Гарри.
– В прямом! Цугуми с самого утра выглядит так, будто его либо собираются расстрелять перед строем, либо… – Шу хитро прищурился, и на его физиономии расплылась фирменная пакостная ухмылка. – Либо ты вчера ночью проник в его спальню и надругался над его девичьей честью!
Перо в пальцах Цугуми жалобно хрустнуло и разломилось пополам, брызнув чернилами на конспект по химии.
– Осторожнее с гипотезами, Шу, – усмехнулся Гарри, даже бровью не поведя на звук ломающегося пластика. – Наш американский друг весьма щепетилен в вопросах личного пространства. Еще пара таких шуточек — и из твоей филейной части придется извлекать армейский штык-нож. Без наркоза.
– Да брось, он же сама сдержанность! – хохотнул Майко, хотя на всякий случай отодвинулся на пару сантиметров назад.
В этот момент над школой разнесся протяжный, спасительный звонок на большую перемену.
Класс моментально наполнился гамом, топотом и скрипом отодвигаемых стульев. Учитель Сенмия махнул рукой, закрывая журнал, и ученики ринулись к выходу, предвкушая обед.
Читогэ Кирисаки мгновенно подскочила к парте Раку, привычно влепив тому увесистую затрещину учебником по макушке:
– Эй, слизняк! Быстро освобождай проход, я умираю с голоду! Ты взял мой бенто, который забыл вчера в раздевалке?!
– Да не трогал я твою стряпню, горилла! – взвыл Ичиджо, потирая ушибленное место. – Сама бросила его на скамейке!
– Кого ты назвал гориллой, фальшивый бойфренд?!
Пока сладкая парочка начинала свой ежедневный супружеский скандал с элементами легкого реслинга, Цугуми молниеносно сгребла тетради в сумку и попыталась просочиться к дверям, стараясь слиться со стеной. Ее маневр был безупречен с точки зрения спецназа: низкий центр тяжести, скользящий шаг, использование фигур одноклассников в качестве живого щита.
Но Гарри был быстрее.
Когда Сэйширо уже почти коснулась ладонью дверной ручки, путь ей преградила высокая, расслабленная фигура в расстегнутом черном пиджаке.
– Куда так спешим, боец? – лениво протянул Гарри, привалившись плечом к косяку. В его зубах торчала неизменная деревянная зубочистка, а в левой руке он держал увесистый сверток, завернутый в темно-зеленую шелковую ткань фуросики. – Война войной, а обед по расписанию. Наставления генерала Сунь-цзы, параграф четыре: голодный солдат — плохой стрелок.
Цугуми замерла, вскинув подбородок. Ее рубиновые глаза полыхнули праведным гневом, но стоило ей встретиться взглядом с его насмешливыми серыми глазами, как вся ее напускная суровость дала трещину. Она сделала шаг назад, инстинктивно прижимая сумку к груди, словно защищаясь от невидимой пули.
– Отойди с дороги, Поттер, – процедила она сквозь зубы, пытаясь говорить басом, но предательские девичьи нотки снова прорезались в голосе. – У меня есть дела. Я должна… патрулировать периметр!
– Ага, периметр столовой на предмет вчерашних булочек с фасолью, – хмыкнул Гарри.
Одним плавным, почти неуловимым движением — тем самым, которым он когда-то обезоруживал наемников в трущобах Бангкока — он перехватил ее запястье. Движение было мягким, но в нем чувствовалась стальная, абсолютная сила, не позволяющая вырваться.
– Пусти! – прошипела Сэйширо, вспыхнув до корней волос. – Мы в коридоре! На нас смотрят!
– Пусть смотрят, – Гарри нахально ухмыльнулся в стиле Джозефа Джостара, наслаждаясь каждым мгновением ее смущения. – Мужская дружба — святое дело. Мы ведь просто два товарища по оружию, которые решили перекусить на свежем воздухе, верно, «Цугуми-кун»?
Он специально выделил мужской суффикс, заставив девушку едва ли не заскрежетать зубами от бессильной ярости.
– Ты невыносим… – выдохнула она, сдаваясь под напором его наглости. – Чего ты хочешь?
– Крыша. Десять минут. И захвати аппетит, – бросил он, разжимая пальцы и подмигивая ей. – Если опоздаешь хоть на секунду, я расскажу госпоже Кирисаки, какого цвета кружевные ленты ты прячешь под форменным галстуком.
– Я НЕ НОШУ КРУЖЕВНЫЕ ЛЕНТЫ! – в панике взвизгнула Цугуми, но Гарри уже растворился в толпе школьников, небрежно помахивая своим зеленым узелком.
***
На школьной крыше гулял свежий весенний ветер. Далеко внизу раскинулся Боньяри: черепичные крыши старых кварталов сменялись стеклянными коробками торговых центров, а за ними синело бескрайнее Японское море, искрящееся под полуденным солнцем.
В тени вентиляционной будки уже расположилась привычная компания. Раку с кислой миной жевал свой онигири, вздрагивая каждый раз, когда Читогэ слишком громко хрустела маринованным редисом. Неподалеку на складном стульчике сидела Косаки Онодэра, робко протягивая Ичиджо самодельные сэндвичи с яйцом, за что немедленно получала испепеляющий, ревнивый взгляд от Кирисаки. Рури Миямото с непроницаемым лицом листала мангу, изредка отпуская язвительные комментарии в адрес их любовного треугольника.
– О, а вот и наш свинцовый повар пожаловал! – воскликнул Раку, заметив поднимающегося по лестнице Гарри. – Поттер, спаси меня! Эта дикая бестия отобрала у меня половину мясного рулета!
– Сам виноват, слизняк, делиться надо! – огрызнулась Читогэ с набитым ртом, но тут же перевела взгляд на зеленый сверток в руках Гарри. Ее нос забавно дернулся. – Подожди… чем это так божественно пахнет?
– Секретное оружие британской разведки, мисс Кирисаки, – невозмутимо отозвался Гарри, опускаясь на деревянную скамейку и расправляя шелковую ткань фуросики.
Из свертка на свет божий появились две массивные, лакированные двухъярусные коробочки для бенто.
Когда Гарри снял крышку с первой, воздух над крышей наполнился таким умопомрачительным, густым и пряным ароматом, что даже Рури оторвалась от чтения, а у Раку предательски потекли слюнки.
Внутри ровными, безупречными рядами лежали золотистые кусочки курицы караагэ, глазированные в соусе терияки с легким ароматом имбиря и апельсиновой цедры; нежнейший слоеный омлет тамагояки, сверкающий янтарным глянцем; паровой рис высшего сорта, посыпанный черным кунжутом, и горка свежих овощей, нарезанных тончайшей соломкой с ювелирной точностью, выдававшей виртуозное владение клинком.
– Ничего себе… – благоговейно выдохнула Онодэра, прижав ладошки к щекам. – Поттер-кун, ты… ты приготовил это сам?! Это же уровень профессионального ресторана традиционной кухни!
– Пустяки, мисс Онодэра, – лениво отмахнулся Гарри, хотя в глубине души его эго Эмии Широ довольно заурчало. – Обычные полевые пайки. В армии Балалайки за плохую готовку могли отправить чистить пулеметные ленты на трое суток без сна, так что пришлось освоить базовые навыки выживания у плиты.
– Да врешь ты всё! – не поверил Раку, ошарашенно разглядывая идеальную форму омлета. Он сам считал себя непревзойденным кулинаром среди парней школы, но это творение явно превосходило его стряпню на пару порядков. – Ты купил это в элитном универмаге!
– Можешь провести баллистическую экспертизу соуса, если не веришь, Ичиджо, – хмыкнул Поттер.
В этот момент дверь на крышу со скрипом отворилась. На площадку ступила Цугуми. Она всё еще тяжело дышала — видимо, поднималась через три ступеньки — и старательно делала вид, что оказалась здесь совершенно случайно.
– Сэйширо! – радостно замахала рукой Читогэ. – Иди скорее сюда! Поттер притащил какую-то невероятную еду!
Цугуми вздрогнула, наткнувшись на насмешливый взгляд Гарри. Тот медленно пододвинул вторую коробочку с бенто на край скамейки и похлопал ладонью по свободному месту рядом с собой.
– Присаживайся, напарник, – негромко, но отчетливо произнес он. – Твоя порция ждет.
– М-моя?.. – переспросила Сэйширо, и ее голос предательски дрогнул.
– Твоя-твоя, – подтвердил Гарри, открывая для нее крышку.
В ее коробочке набор блюд немного отличался. Вместо обычной курицы там лежала тушеная говяжья печень в густом гранатовом соусе, богатая железом, салат из шпината и морских водорослей, а также небольшая фарфоровая баночка с густым отваром целебных трав, издававшим тонкий, едва уловимый хвойно-ягодный аромат — экстракт бадьяна и рябины, усиливающий регенерацию тканей.
Гарри помнил о ее раненом плече. Помнил о кровопотере, о которой она, будучи упрямым солдатом, предпочла бы промолчать.
Цугуми замерла, глядя на еду. Ее горло перехватило. В мафии «Улей» никто не заботился о составе ее рациона. Ей выдавали протеиновые батончики, армейские сухпайки и обезболивающие таблетки, когда ранения мешали стрелять. Никто и никогда не готовил для нее еду специально. С учетом ее ран. С мыслью о ее здоровье.
– Я… я не могу это принять, – выдавила она, отчаянно борясь с подступающими слезами и пытаясь удержать маску ледяного киллера. – Я солдат, а не нахлебник…
– Ешь, дуреха, – мягко, без тени привычного сарказма оборвал ее Гарри, вкладывая деревянные палочки прямо в ее онемевшие пальцы. – Это приказ старшего по званию. Ты потеряла вчера добрых сто миллилитров крови. Если грохнешься в обморок во время уроков, мне придется тащить тебя в медпункт на руках. А ты, между прочим, в бронежилете весишь как средний минометный расчет.
– КТО ВЕСИТ КАК МИНОМЕТНЫЙ РАСЧЕТ?! – моментально вскипела Сэйширо, забыв про смущение и сжав палочки так, что они затрещали.
– Вот-вот, правильная реакция, – довольно оскалился Поттер. – А теперь направь эту ярость на печень. Она чертовски полезна для гемоглобина.
Читогэ, наблюдавшая за этой сценой, удивленно захлопала ресницами:
– Сэйширо… ты ранен? Где?! Когда это случилось?!
Цугуми похолодела. Раскрыть факт ночной перестрелки значило поставить под удар секретность операции и вызвать гнев Клода.
– На тренировке! – поспешно выпалила она, густо краснея. – Вчера… отрабатывал полосу препятствий! Просто царапина!
– Царапина величиной с противотанковый ров, – ввернул Гарри, за что немедленно получил от Цугуми чувствительный пинок ботинком под столом. Парень даже не поморщился, лишь невозмутимо отправил в рот кусок омлета. – Короче говоря, госпожа Кирисаки, ваш телохранитель проявляет преступную халатность по отношению к собственному телу. Приходится брать шефство.
– Ого, Поттер, не знала, что ты такой заботливый! – расплылась в хитрой улыбке Читогэ. – Сэйширо, ну же, попробуй! Выглядит потрясающе!
Под прицелом четырех пар любопытных глаз Цугуми ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Дрожащей рукой она подцепила палочками кусочек печени, обмакнула в соус и отправила в рот.
Мир вокруг нее словно замер.
Взрыв вкуса был ошеломляющим. Никакой металлической горечи, свойственной печени — лишь нежнейшая, тающая на языке текстура, сладость граната, пряность трав и тепло, мгновенно побежавшее по венам, согревая ноющее плечо. Это была не просто еда. Это было овеществленное тепло, забота, которую невозможно было подделать никакими словами.
– Ну как? – тихо, так, чтобы слышала только она, спросил Гарри, склонившись к ее уху.
Сэйширо опустила голову, пряча лицо за сине-черной челкой. Одинокая горячая слезинка сорвалась с ее ресниц и капнула прямо на дно коробочки.
– Вкусно… – прошептала она одними губами. – Чертовски вкусно, придурок…
– То-то же, – тепло улыбнулся Гарри.
Раку, глядя на то, с каким аппетитом грозный новенький уплетает обед Поттера, с тоской посмотрел на свой сплющенный онигири:
– Эй, Гарри… а мне кусочек караагэ не перепадет?
– Руки прочь от стратегических запасов, Ичиджо, – отрезал Поттер, прикрывая свой бенто локтем. – Твой рацион — суровый хлеб мафиозного воздержания. И вообще, иди утешай свою блондинистую фурию, она уже доела твой рулет и теперь плотоядно косится на твои пуговицы.
– ПОТТЕР! – взревела Читогэ, швыряя в него пустой коробкой из-под сока.
Гарри лениво поймал снаряд двумя пальцами, крутанул на столе и отправил точным щелчком прямо в мусорное ведро у выхода.
Школьный балаган продолжался. Но для двух людей на этой крыше мир вокруг на несколько драгоценных минут перестал существовать, уступив место тихому, негласному перемирию между двумя уставшими от крови солдатами.
***
После окончания уроков воздух над Боньяри стал тяжелым и душным. С запада наползали свинцовые тучи, предвещая очередную грозу.
Гарри неторопливо шагал по торговому кварталу, закинув школьную сумку за плечо. Он планировал заглянуть в радиоэлектронную лавку за новыми микросхемами для датчиков движения, когда его внутреннее «шестое чувство» — врожденная паранойя, отточенная сотнями засад — заставило волоски на затылке встать дыбом.
Слежка. Профессиональная, жесткая, ведущаяся по армейским стандартам НАТО.
Четыре «хвоста». Двое на противоположной стороне улицы, маскируются под зевак у витрин. Один позади, держит дистанцию в тридцать метров. Четвертый — на крыше двухэтажной парковки, ведет цель через оптику.
Гарри даже не замедлил шаг. На его лице появилась та самая безмятежная, издевательская ухмылка Рё Саэбы, почуявшего запах хорошей заварушки.
– Надо же, – пробормотал он себе под нос. – Клод всё-таки решил не прислушиваться к голосу разума. Или старик думает, что если собрать побольше пушечного мяса, законы физики перестанут работать?
Он свернул в узкий, полутемный переулок, заставленный мусорными баками и ящиками из-под пива. Переулок был глухим — идеальный тупик для ликвидации нежелательного свидетеля.
Шаги за спиной участились.
Гарри дошел до кирпичной стены, остановился, неторопливо снял сумку и поставил ее на сухой ящик. Затем сунул руки в карманы брюк и обернулся.
Из полумрака переулка вынырнули трое мужчин европейской наружности. Крепкие, коротко стриженные, в темных тактических куртках, скрывающих бронежилеты. У каждого под полой угадывались очертания автоматических пистолетов «Глок-19». С крыши бесшумно спрыгнул четвертый — рослый верзила со шрамом через всю щеку, сжимавший в руках помповый дробовик двенадцатого калибра.
– Гарри Джеймс Поттер, – с тяжелым американским акцентом произнес верзила, передергивая цевье дробовика со смачным, лязгающим звуком. – Мистер Клод передает тебе свои глубочайшие сожаления. Но синдикат „Улей“ не терпит неуправляемых переменных рядом с семьей босса.
– Ох уж этот пафос, – Гарри театрально вздохнул, закатив глаза к хмурому небу. – Ребята, вам что, методички по ликвидациям пишет один и тот же голливудский сценарист-неудачник? „Семья босса“, „глубочайшие сожаления“… А где классическое: „У тебя есть последнее желание, сынок“? Без этого вечеринка теряет весь шарм!
– Пристрелить щенка, – холодно скомандовал верзила.
Они вскинули оружие одновременно. За доли секунды три пистолета и дробовик нацелились в грудь безоружного подростка.
Но Гарри даже не шелохнулся.
Потому что в ту же микросекунду сверху, прямо с пожарной лестницы третьего этажа, обрушилась тень.
Удар тяжелого армейского ботинка пришелся верзиле точно в висок. Шея амбала хрустнула, и туша весом под центнер с грохотом впечаталась в асфальт, выронив дробовик.
Не успели остальные трое среагировать, как фигура в синем школьном костюме крутанулась в воздухе смертоносным вихрем. Два молниеносных выпада — и стволы пистолетов вылетели из рук наемников, выбитые рукояткой боевого ножа. Третий боевик попытался отскочить, выхватывая запасной клинок, но Сэйширо Цугуми уже перехватила его руку, провела сокрушительный бросок через бедро и припечатала коленом к мостовой, приставив лезвие собственного ножа к его кадыку.
Всё заняло ровно две с половиной секунды.
Цугуми тяжело дышала. Ее школьный пиджак был расстегнут, галстук сбился набок, а рубиновые глаза пылали такой бешеной, первобытной яростью, какой Гарри не видел даже во время их вчерашнего поединка.
– Тронешь его — и я вырву твою трахею голыми руками, – прорычала она на чистейшем английском, вдавливая лезвие в шею наемника до первой капли крови. – Кто отдал приказ?! Отвечать!
– Ч-Чёрный Тигр?! – захрипел наемник, узнав элитного киллера своего же синдиката. Его глаза расширились от суеверного ужаса. – Сэйширо… ты с ума сошел?! Это приказ Клода! Этот парень — монстр! Он ликвидатор Триады!
– МНЕ ПЛЕВАТЬ! – рявкнула Цугуми с такой силой, что эхо ее голоса раскатилось по всему переулку. – Повторяю в последний раз для особо тупых: еще один шаг в сторону Гарри Поттера — и я объявлю вас предателями „Улья“ и лично скормлю рыбам в порту! Убирайтесь к Клоду и передайте ему: если он посмеет действовать за спиной госпожи Читогэ… я сама приду за его очками!
Она с силой пнула наемника в ребра, заставив того взвыть от боли.
Оставшиеся на ногах боевики, подхватив своего контуженного командира с дробовиком, не стали испытывать судьбу. Они прекрасно знали репутацию „Чёрного Тигра“. Спорить с лучшим стрелком синдиката, когда у того сорвало планку, было равносильно самоубийству. Через десять секунд переулок был пуст.
Цугуми осталась стоять пос