Убийца волшебников и Герой Щита
Парк Мелромаркского периода и шестизарядный аргумент
Дорога на север пахла пылью, палёной резиной и бесконечным, выматывающим душу раздражением.
Гарри сидел на козлах громыхающей повозки, надвинув на глаза выцветшую кепку, закинув ноги на фальшборт и с тоской глядя на проплывающие мимо холмы. Во рту у него перекатывалась соломинка, а в пальцах вертелась пустая картонная коробка из-под молока с полустёртой надписью на японском.
– Знаешь, щитник, – сипло протянул он, не поворачивая головы к сидевшему рядом Наофуми, – в моей прошлой жизни, когда всё катилось к чертям, я хотя бы мог зайти в магловский круглосуточный магазин и купить ледяное клубничное молоко. Или шоколадное парфе. Или, на худой конец, завалиться на диван в агентстве и притвориться ветошью на пару недель. А здесь? Кругом средневековая грязь, за нами гонится банда попов-психопатов, а в моем чемодане осталась ровно одна банка растворимого кофе. Это не жизнь, это гребаная забастовка профсоюза наёмников.
– Заткнись и следи за флангами, – огрызнулся Наофуми, сверяясь с грубо нарисованной картой на куске пергамента. Под глазами у парня залегли серые круги, но челюсти были сжаты с привычной волчьей хваткой. – Если Тень не соврала, армия королевы сейчас стягивается к восточным границам. Нам нужно проскочить через перевал, пока инквизиция не перекрыла тракты.
– Фило не устала! Фило может бежать ещё быстрее! – звонко прочирикала гигантская пернатая птица, впряжённая в повозку, даже не сбивая темпа широких мощных лап.
– Вот видишь, птица умнее тебя, она не ноет, – фыркнул Щитник.
– Птица питается червями и святым духом, а я — продукт цивилизации, мне нужны калории и душевный покой! – взвился Гарри с интонациями Реви, яростно скомкав коробку и швырнув её на дно повозки. – Моя удача ранга Е снова в деле. Стоило мне подумать: «Эй, Гарри, в этом мире ты просто отдохнёшь, поджаришь пару стейков и починишь кому-нибудь тостер», как меня подписывают на кросс по пересечённой местности с преследованием верхом на гигантском цыплёнке!
– Ф-фе-э… Гарри-сан, не сердитесь, пожалуйста! – из-под брезентового навеса робко высунулась Ришия. В руках она бережно держала жестяную флягу. – Я… я на привале собрала сладких ягод у ручья и растолкла их с родниковой водой. Это не молоко, но… оно сладкое!
Гарри замер, скосил глаз на зеленоволосую девушку, которая протягивала флягу обеими руками и вся трепетала, словно ожидала подзатыльника. Его лицо на миг смягчилось, с лица слетела напускная маска раздражения, уступив место привычной кривой усмешке.
– Давай сюда, горе моё луковое, – он забрал флягу, сделал щедрый глоток и довольно причмокнул. – Хм. А ведь неплохо. Кислинка приятная, сахар на месте. Живём, господа присяжные заседатели. Ришия, тебе за труды внеочередное освобождение от чистки картошки на вечер.
Девушка мгновенно просияла, её щёки вспыхнули ярким маковым румянцем, а глаза заблестели так, будто ей только что вручили орден за храбрость.
– Спасибо, Гарри-сан! Я ещё наберу, если остановимся!
– Только попробуй отстать от обоза — лично заставлю бежать за повозкой на четвереньках, – для порядка буркнул Гарри, но флягу из рук не выпустил.
– Он опять за своё, – тихо хихикнула сидевшая рядом с Ришией Рафталия, любовно протирая мягкой замшей ножны своего зачарованного клинка. – На словах грозный разбойник, а за ягоды готов простить половину тренировки.
– Это называется «грамотная мотивация личного состава», енотик, – парировал Гарри, поправляя кобуры под распахнутым чёрным пальто. – В Роанапуре мистер Чанг за хорошую чашку чая мог простить долг в пару тысяч баксов, а за паршивый кофе — прострелить колено. Держи планку качества, и мир прогнётся под тебя.
Тракт внезапно вильнул вправо, огибая лесистый кряж, и перед путниками открылась широкая, залитая полуденным солнцем долина.
Внизу, в кольце пологих холмов, раскинулся довольно крупный торговый город. Белые каменные дома с черепичными крышами, широкие мощёные улицы, оживлённая рыночная площадь и… полное отсутствие виселиц, кандалов и надменных рыцарей в церковных плащах. На крепостных воротах развевались флаги с незнакомым гербом — переплетёнными лозами винограда на лазурном поле.
Но самое удивительное бросалось в глаза даже с холма: среди людской толпы абсолютно свободно и спокойно расхаживали полулюди. Крупные звероподобные воины с волчьими мордами несли тюки наравне с обычными грузчиками, девушки-лисицы торговали фруктами в лотках, а стайка ребятишек с пушистыми кроличьими ушами весело гоняла тряпичный мяч прямо у ног стражников.
Рафталия приподнялась на сиденье, её карие глаза расширились от изумления, а пушистые ушки встали торчком.
– Здесь… люди и полулюди живут вместе? Без ошейников? Без страха?
– Территория лорда Рейхнотта, – сверившись с пометками Тени, облегчённо выдохнул Наофуми. – Один из немногих дворян, верных королеве Мирелии, а не церковным фанатикам. Здесь не признают учение Церкви Трёх Героев.
– Оазис адекватности посреди дурдома, – хмыкнул Гарри, с наслаждением спрыгивая с козел на пыльную траву, когда повозка затормозила у въездного поста. – Идеально. Мои кости требуют нормальной кровати, желудок — горячего бульона, а печень… ну, печень пока потерпит, но кружку холодного эля я заслужил честно. Остаёмся здесь до заката. Наофуми, организуй ночлег, а я пойду проверю местный рынок на предмет алхимических порохов. Мой стратегический запас селитры тает на глазах.
Город встретил их непривычным для Мелромарка теплом. Никто не плевал Наофуми под ноги, никто не тыкал пальцами в его щит, выкрикивая ругательства. Для местных жителей они были просто очередным торговым караваном с необычным наёмником в странной чёрной одежде.
Устроившись на постоялом дворе «У весёлого вепря», хозяином которого оказался добродушный медведь-получеловек по имени Бьорн, отряд наконец-то позволил себе расслабиться.
Гарри, разумеется, не удержался и уже через полчаса выставил из кухни поварят, лично заняв место у гигантской чугунной плиты. Аромат пряного мясного рагу с чесноком, лесными травами и имбирным соусом заполнил весь первый этаж, собрав вокруг стойки не только голодную Фило, но и половину завсегдатаев таверны.
– Мужик, ты где так готовить научился?! – ошалело басил трактирщик-медведь, уплетая вторую миску прямо из рук Гарри. – У меня шеф-повар из столицы такую подливу за всю жизнь не сварил!
– Жизнь заставит — не так раскорячишься, – лениво ухмылялся Гарри, ловко орудуя деревянной лопаткой и вытирая пот со лба белоснежным полотенцем. – Когда тебе одиннадцать, а твои благородные родители забывают оставить тебе поесть, потому что заняты полировкой сияющих доспехов твоего младшего брата, ты либо учишься виртуозно варить макароны с тушёнкой, либо подыхаешь от язвы. Лично я выбрал кулинарный гений. Ришия, подай соль крупного помола.
– С-сейчас, Гарри-сан! – девушка буквально летала по кухне, с сияющими глазами подавая приправы и чувствуя себя абсолютно счастливой.
Казалось, этот день станет первой мирной передышкой за долгие недели скитаний.
Но удача Гарри Блэка, как известно, не прощала иллюзий.
***
Глухой, утробный удар сотряс землю так, что с полок таверны посыпались глиняные кружки, а чугунный чан на плите жалобно звякнул.
– Землетрясение? – Наофуми моментально вскочил из-за стола, рука легла на рукоять щита.
– Хуже, – Гарри замер с половником в руке, его зелёные глаза сузились, а слух, натренированный годами боевых действий, уловил то, чего не слышали остальные: предсмертные крики на окраине и вибрирующий, низкочастотный гул, от которого сводило зубы. – Это не тектоника, щитник. Это шаги. Причём шаги чего-то очень тяжёлого, очень голодного и крайне недовольного жизнью.
Второй толчок выбил витражные стёкла в окнах. По улице пронеслась паническая волна воплей:
– ДЕМОН! ДРЕВНИЙ ЗВЕРЬ ПРОБУДИЛСЯ! СПАСАЙТЕСЬ!
Выскочив на порог постоялого двора, отряд застыл.
Северная часть крепостной стены — пятиметровая кладка из белого камня — разлетелась на куски, словно была сложена из сухого печенья. Сквозь клубы пыли и обломков в город вползала чудовищная туша.
Это существо не было похоже на обычных тварей Волны. Древний запечатанный тиран, реликтовый ящер, словно сошедший со страниц забытых мифов: исполинская чешуйчатая туша высотой с трёхэтажный дом, массивные задние лапы с когтями размером с косу, толстый бронированный хвост, сносящий жилые постройки одним ленивым взмахом, и гигантская, усеянная рядами загнутых зубов пасть тираннозавра, из которой капала светящаяся едкая слюна.
На макушке чудовища, в окружении пульсирующих багровых рун, стоял человек в изорванной сутане священника Церкви Трёх Героев. Лицо клирика было перекошено религиозным экстазом и чистым, незамутнённым безумием, глаза налились кровью.
– Во имя истинной веры! – визжал фанатик, вздымая к небу сломанный ритуальный посох. – Поглоти неверных, священный страж земли! Очисти этот скверный город от полулюдской заразы и еретиков! Пусть падут защитники Демона Щита!
– Да вы издеваетесь… – ошарашенно протянул Гарри, выронив половник на мостовую. Он медленно снял кепку, потёр переносицу и уставился на приближающуюся рептилию. – Динозавр. Они откопали чертова тираннозавра. В фэнтезийном средневековом мире эти клоуны пробудили гребаного Годзиллу на минималках!
– Он направляется к торговым кварталам! Там сотни жителей, они не успеют эвакуироваться! – крикнула Рафталия, обнажая сияющий меч.
– Наофуми, держи центр! – Гарри мгновенно отбросил шутовство. В его голосе зазвенела та самая сталь, от которой в Роанапуре вытягивались в струнку даже ветераны Афганистана. – Рафталия, Ришия — отсекайте обломки и уводите гражданских! Фило, кружи сверху, бей по глазам, но близко к пасти не суйся, перекусит пополам и не подавится!
– А ты?! – крикнул Наофуми, уже активируя Щит Воздушного Удара, чтобы закрыть бегущую толпу детей от падающей крыши.
– А я сейчас пойду и объясню этому переростку правила приличия в общественных местах, – оскалился Гарри хищной улыбкой Данте.
Он развернулся, подбежал к стоящей во дворе повозке и одним рывком сорвал брезент со своего зачарованного чемодана. Щёлкнули медные замки, крышка откинулась, открывая внутреннее пространственное расширение. Обычные пистолеты здесь были бесполезны — девятимиллиметровый свинец просто отскочит от метровой чешуи реликтового монстра.
Гарри запустил обе руки вглубь зачарованного хранилища и с глухим кряхтением выволок на свет нечто циклопическое.
Шестизарядный барабанный гранатомёт Milkor MGL сорок четвёртого калибра, модифицированный лично им под мистические коды Кирицуги. Тяжёлый воронёный барабан, толстый короткий ствол, коллиматорный прицел с рунической гравировкой и патронташ на поясе, набитый снарядами размером с пивную банку.
– Серьёзный Сэм передаёт пламенный привет, чешуйчатый ты ублюдок! – взревел Гарри, закидывая широкий ремень гранатомёта на плечо и с грохотом загоняя шесть толстенных снарядов в каморы барабана. Щёлк-щёлк-щёлк-взвод!
Ящер тем временем издал оглушительный рёв, от которого задрожали каменные плиты под ногами, и опустил чудовищную морду, собираясь проглотить десяток застывших в ужасе стражников.
– Внимание на меня, мешок с костями! – раздался с крыши ближайшей лавки звонкий, издевательский голос.
Гарри стоял на коньке черепичной крыши, широко расставив ноги в тяжёлых армейских ботинках. Чёрное пальто полоскалось на ветру, в зубах дымилась свежая сигарета, а тяжеленный гранатомёт лежал на его предплечье так легко, будто это была детская хлопушка.
– Твоя следующая фраза: «Жалкий червь, ты сгоришь в священном пламени веры!» – гаркнул он безумному священнику на загривке монстра.
– Жалкий червь, ты сгоришь в священном… ЧТО?! – клирик запнулся, выпучив глаза.
– Стивен Спилберг в гробу перевернётся от такой дешёвой графики! – расхохотался Гарри. – Лови подачу, Парк Юрского периода!
*БУМ!*
Первый сорокамиллиметровый снаряд, зачарованный алхимическим огнём и взрывной маной драконьих жил, с глухим хлопком покинул ствол. Граната описала пологую траекторию и влетела точнёхонько в приоткрытую пасть чудовища.
Секундная пауза — и из глотки ящера вырвался сдавленный глухой хлопок, за которым последовал фонтан чёрного дыма и горелого мяса. Монстр взвыл, мотая массивной башкой и ломая зубы от внутренней детонации.
– Мало?! У меня ещё пять штук, жадина! – Гарри двигался по крыше с грацией дикого кота.
*БУМ! БУМ! БУМ!*
Три выстрела подряд слились в единую канонаду.
Барабан проворачивался с тяжёлым лязгом. Второй снаряд угодил точно в коленный сустав гигантской лапы, разорвав связки и заставив стотонную тушу завалиться набок, сминая деревянную пристройку. Третий разнёс в щепки ритуальный помост на затылке ящера — безумный священник с истошным воплем полетел кувырком в горящие руины. Четвёртый — бронебойно-зажигательный с антимагической крошкой — с визгом вгрызся прямо в бронированную пластину на груди твари, выжигая древние печати регенерации.
– Наофуми, добивай опору! – рявкнул Гарри, спрыгивая с крыши за мгновение до того, как чудовищный хвост разнёс лавку в щебень.
– Щит Ненависти! Железная Дева! – проревел Наофуми, вонзая свой щит в землю.
Из брусчатки с лязгом вырвались исполинские чёрные решётки, заковывая вторую лапу динозавра в шипастый саркофаг. Чудовище ревело, его хвост молотил по земле, поднимая бурю пыли, из разорванной пасти хлестала едкая зелёная кровь.
– Ришия, глаза! Бей по нервным узлам! – крикнул Гарри, на бегу открывая барабан гранатомёта и выбрасывая дымящиеся гильзы с протяжным звоном.
– Д-да! Ф-фе-э… ПОЛУЧАЙ! – Ришия, взлетевшая на каменную арку ворот с ловкостью, которой сама от себя не ожидала, метнула сразу три зачарованных клинка.
Зелёный свет чистейшей сконцентрированной ци окутал металл. Лезвия вошли точно в слуховые отверстия и ноздри ящера, перебивая каналы магии. Тварь ослепла на один глаз и в ярости мотнула головой, пытаясь раздавить девушку тушей.
– Куда попёр, морда чешуйчатая?! – Гарри уже загнал новую партию гранат, защёлкнул барабан и с колена, в упор, разрядил оставшиеся два заряда прямо под основание черепа монстра.
Грохот взрывов огласил всю долину. Взрывная волна сорвала вывески с соседних домов, воздух наполнился гарью, осколками чешуи и визгом раненого титана.
Но древняя сущность оказалась невероятно живучей.
Даже с разорванной пастью, оторванными пластинами брони и перебитыми лапами, ящер поднялся на дыбы. Его грудная клетка начала раздуваться, чешуя на горле раскалилась добела, аккумулируя колоссальный сгусток первобытной магмы. Он готовился выдохнуть волну всесокрушающего пламени, способную стереть с лица земли половину города вместе со всеми защитниками.
– Наофуми, держи барьер, сейчас рванёт! – Гарри бросил пустой гранатомёт, выхватывая обе «Беретты» и готовясь выпустить остатки ледяной маны своего рода прямо в раскалённую глотку чудовища, прекрасно понимая, что отдача от такого столкновения энергий превратит его собственные руки в фарш.
– ЩИТ ЯРОСТИ! ПРИГОТОВИТЬСЯ К УДАРУ! – закричал Наофуми, закрывая собой Рафталию и плачущую от перенапряжения Ришию.
Секунды растянулись в вечность. Пасть тираннозавра распахнулась, изрыгая ослепительный столб белого огня…
И в этот миг само небо раскололось.
Сверху, со скоростью падающего метеорита, на загривок монстра обрушился вихрь чистейшей, ослепительной энергии ветра. Удар был настолько чудовищным, что земля под ящером просела на добрых два метра, образовав идеальный кратер.
Огненный выдох захлебнулся, не успев родиться.
– Что за?.. – Гарри прищурился сквозь дым, опуская пистолеты.
Посреди кратера, попирая когтями расплющенную голову древнего титана, стояла птица.
Но это была не просто филориал. Это было воплощение божественной мощи. Исполинская белоснежная владычица пернатых, чьи перья сияли серебром, а размах крыльев закрывал горизонт. От неё исходила аура такой первобытной, сокрушительной силы, что воздух вокруг вибрировал, вытесняя любые звуки.
Один удар гигантского сияющего когтя — и голова динозавра отделилась от туловища с сухим, хрустящим звуком, словно перерубили сухую ветку. Туша древнего монстра конвульсивно дернулась и затихла навсегда, рассыпаясь в прах под воздействием очищающей магии.
На разрушенной улице воцарилась гробовая, звенящая тишина. Только Фило, застывшая позади Наофуми, внезапно задрожала всем телом и тихо, благоговейно пискнула:
– Королева…
Исполинская птица медленно повернула царственную голову. Её лазурные глаза, древние и глубокие, как само мироздание, скользнули по щиту Наофуми, задержались на застывшей Рафталии, испуганной Ришие и, наконец, упёрлись прямо в Гарри.
Тот стоял посреди дымящихся руин в распахнутом пальто, с двумя пистолетами в руках, перемазанный сажей и кровью монстра, с неизменной сигаретой в зубах.
– Ну вот, – лениво протянул Гарри, выпустив тонкую струйку дыма и смерив гигантскую птицу насмешливым взглядом. – А я только во вкус вошёл. Шесть гранат псу под хвост. Девушка, вы всегда так не вовремя обламываете кульминацию блокбастера?
Сияние вокруг птицы вспыхнуло с новой силой. Огромное тело начало сжиматься, истончаться, пока посреди кратера не осталась стоять маленькая девочка с длинными лазурными волосами, парой крошечных крылышек за спиной и золотой короной, парящей над макушкой.
Фитория. Королева всех филориалов.
Она сделала один шаг вперёд, и пространство под её босыми ножками отозвалось мелодичным хрустальным звоном.
– Вы слишком шумите, Священный Герой Щита, – её голос звучал тихо, монотонно, без единой эмоции, но от этой интонации у Наофуми по спине побежали мурашки. – И ты… чужак из иного мира, пахнущий порохом, железом и древним льдом. Вы привлекаете слишком много внимания тех, кто жаждет гибели этого мира.
– Мы защищали людей, – хмуро отозвался Наофуми, опуская щит, но не теряя бдительности.
– Я знаю, – маленькая королева слегка склонила голову набок, её немигающий взгляд буравил Гарри. – Но вы слабы. Вы разрознены. Волны уничтожат вас, если вы продолжите играть в войну между собой. Церковь, король, заговорщики… всё это пыль под копытами надвигающегося конца.
– Слышь, ваше пернатое величество, – Гарри убрал «Беретты» в кобуры, подошёл к валявшемуся на земле гранатомёту и с кряхтением закинул его на плечо. – Мы тут вообще-то спасли город от вымирания, пока ты красиво десантировалась из стратосферы. Могла бы спасибо сказать. Или выдать мне ящик клубничного молока за спасение популяции местных полулюдей.
Фитория даже глазом не моргнула на его наглость. Лишь крошечные крылышки за её спиной едва заметно дрогнули.
– Ты дерзок, чужеземец. Но в твоих словах нет лжи, а твоё оружие бьёт без жалости. Это редкое качество для защитников.
Она взмахнула крошечной ручкой. Пространство вокруг отряда пошло рябью, очертания разрушенной улицы начали таять в мягком серебристом тумане.
– Этот город больше не безопасен для вас. Инквизиция стягивает легионы, а другие трое героев запутались в сетях собственного тщеславия. Я забираю вас в свои владения. Нам нужно поговорить о судьбе этого мира… и о том, какую цену вы готовы заплатить за его спасение.
– Эй, погоди, а вещи на постоялом дворе?! – возмутился Гарри, чувствуя, как земля уходит из-под ног. – У меня там на плите осталась целая кастрюля рагу! Наофуми, держи меня, я не переживу потери горячего ужина!
– Заткнись, Гарри! – в панике крикнул Наофуми, хватая за руки Рафталию и Ришию, пока туман смыкался над их головами.
– Не заткнусь! Это было мясо высшего сорта! – донёсся угасающий голос стрелка.
Серебряная вспышка поглотила их без остатка, оставив посреди дымящихся руин лишь обезглавленную тушу древнего ящера и шесть пустых, пахнущих порохом сорокамиллиметровых гильз.