Убийца волшебников и мистическая корпорация
Зеленый тубус, советская баллистика и крылья ночного кошмара
Воздух в гараже мэра Джанет Неттлс пах оружейной смазкой «Баллистол», свежесваренным кофе с корицей и легким, едва уловимым оттенком надвигающегося государственного переворота.
Велма Динкли замерла в дверном проеме, держа в руках толстую папку с распечатками спектрального анализа и две кружки с дымящимся какао. Ее карие глаза за массивными стеклами очков в роговой оправе расширились до предела, а брови медленно поползли вверх, грозя скрыться под густой каштановой челкой.
Посреди верстака, между набором прецизионных отверток и наполовину съеденным черничным кексом, покоился длинный ребристый цилиндр защитно-оливкового цвета. На шершавом стеклопластиковом корпусе тускло белели трафаретные буквы на чистейшей кириллице: *9К32М «СТРЕЛА-2М»*. Рядом аккуратной стопкой лежали одноразовый шарообразный баллон хладагента для охлаждения фотосопротивления и пристыкованный пусковой механизм с массивной пистолетной рукояткой.
Гарри Поттер, одетый в выцветшую черную футболку с логотипом малоизвестной гонконгской автомастерской и тренировочные штаны, сосредоточенно протирал оптический визир комплекса куском фланели. В зубах наемника лениво тлела неизменная спичка.
– Поттер, – неестественно ровным, леденящим тоном произнесла Велма, делая осторожный шаг внутрь. – Скажи мне, пожалуйста, что этот предмет в твоих руках — просто очень сложный телескопический штатив для съемки калифорнийских кондоров в естественной среде обитания.
– Утро доброе, очкарик, – Гарри даже не вздрогнул, ловко крутанув оптический блок на резьбе. – Теоретически, если кондор весит около центнера, летит со скоростью восемьдесят узлов и оснащен реактивным турбовинтовым ранцем, то этот штатив зафиксирует его с точностью до миллиметра. Правда, после фиксации от кондора останется только легкое облачко перьев и запах жареной дичи, но чистота кадра гарантирована.
– Гарри Джеймс Поттер! – Велма со стуком опустила кружки на край верстака, опасно близко к патронной коробке. – Это переносной зенитно-ракетный комплекс! Советский! Военного назначения! Откуда он вообще взялся в гараже мэра города?!
– С базы снабжения «Отеля Москва» в порту Лонг-Бич, – невозмутимо отозвался юноша, щуря левый глаз и проверяя юстировку прицельной сетки на просвет сквозь гаражное окно. – Доставка курьером заняла ровно сорок минут. Балалайка прислала его по старой дружбе в ящике из-под замороженного минтая. Она передавала тебе пламенный комсомольский привет и настоятельно советовала проверять термическую стойкость изоляторов перед пуском.
– Ты с ума сошел! – девушка всплеснула руками, едва не опрокинув какао. – Мы расследуем появление летающего криптида, а не вторжение воздушного десанта Варшавского договора!
– Вот именно, – парень отложил фланель, с хрустом потянулся всем телом в ленивой манере Данте и оперся локтями о верстак, смерив Велму насмешливым взглядом серых глаз. – Летающий криптид. Так называемая Темная Лилит. Черные кожаные крылья размахом в четыре метра, когти из закаленной стали, ультразвуковой визг, от которого лопаются лобовые стекла у патрульных крузеров шерифа Стоуна, и привычка пикировать на мирных граждан с высоты бреющего полета. Скажи мне, Динкли, как ученый человеку от сохи: какова эффективная дальность поражения этой пернатой бестии твоим револьвером?
– Прицельная дальность модифицированного «Смит-Вессона» — сорок ярдов, – отчеканила Велма, сердито скрестив руки на груди.
– А эта тварь держится на ста пятидесяти, выслеживая испанские каравеллы в прибрежных скалах, – Гарри любовно похлопал ладонью по зеленой трубе ПЗРК. – А вот эта крошка берет цели на высоте до двух тысяч трехсот метров при скорости до пятисот метров в секунду. Тепловая головка самонаведения на сульфиде свинца реагирует на малейший выхлоп реактивного ранца или термальный след мутации. Одно нажатие на спуск — и проблема решена навсегда. Быстро, гигиенично, без лишней беготни по кустам.
– Гарри, мы не сбиваем подозреваемых армейскими ракетами над жилыми кварталами! – отрезала девушка, подходя вплотную и упирая палец ему в грудь. – Это нарушает федеральный закон об оружии, авиационные правила штата Калифорния и базовые принципы работы Корпорации «Тайна»! Мы ловим чудовищ, срываем с них маски и сдаем в полицию!
– Ой, да брось, – юноша скривился, словно проглотил целый лимон, копируя неподражаемую гримасу Сакаты Гинтоки. – Снять маску с куска жареного фарша, конечно, сложнее с криминалистической точки зрения, но зато как повышается раскрываемость! Никаких судебных тяжб, никаких залогов, никаких побегов из окружной психушки через три недели! Чистая экономия бюджетных средств Джанет!
– Ракета остается в гараже, – ледяным тоном произнесла Велма.
– Ракета едет со мной в багажнике, – столь же твердо ответил Гарри, и в его глазах вспыхнул азартный огонек Джозефа Джостара. – Твоя следующая фраза: «Поттер, если ты выстрелишь из этой трубы в черте города, я лично запру тебя в камере предварительного заключения!»
– Поттер, если ты выстрелишь из этой трубы в черте города, я лично... – Велма осеклась, прикусив губу, и яростно топнула ногой: – Хватит читать мои мысли, ликвидатор!
– Это не чтение мыслей, очкарик. Это элементарная баллистика женской психологии, – нагло осклабился юноша, подхватывая тяжелый тубус на плечо с такой легкостью, словно это была пустая картонная коробка. – А теперь наливай какао в термос. Фред уже сигналит у ворот. Время охоты на летающих гарпий.
***
Вечерний туман наползал на мыс Бухты Черепов тяжелым, серым саваном.
Океан внизу глухо, тяжело ворочался, разбивая свинцовые волны о гранитные клыки прибрежных рифов. Здесь, на заброшенной смотровой площадке старого маяка, ветер дул с такой силой, что сиреневая ветровка Дафны хлопала, как парус, а Шэгги со Скуби-Ду предпочли вовсе не вылезать из глубин «Машины Тайн», забаррикадировавшись ящиком с сухими галетами и тройным запасом шоколадной пасты.
– Чува-а-ак, – доносился из приоткрытого окна фургона приглушенный голос Норвилла. – Мой внутренний локатор сообщает, что любая летающая дама с именем Лилит обычно не настроена на чаепитие с круассанами. Она настроена выклевать нам печень!
– Р-печень невкусная! – жалобно подтвердил Скуби, скребя лапой по обшивке двери.
Фред стоял у края обрыва, методично разглядывая береговую линию через мощный морской бинокль с просветленной оптикой. После истории с Чайлзами блондин окончательно сбросил с себя шелуху наивного энтузиазма. На поясе юноши висел профессиональный такелажный крюк-кошка с кевларовым фалом, а движения стали скупыми и расчетливыми.
– Есть движение на одиннадцать часов, – негромко произнес Фред. – Высота около ста двадцати футов. Скорость — сорок узлов. Идет со стороны островов Морских Котиков.
Велма мгновенно вскинула свой портативный сканер. Зеленый экран прибора вспыхнул частой сеткой координат, оглашая утес прерывистым писком:
– Фиксирую сильное возмущение электромагнитного поля! Размах крыльев — три с половиной метра. Несущие плоскости имеют смешанную структуру: синтетический углепластик и органические волокна. В центре конструкции — высокотемпературный тепловой след. Это микротурбины!
– Что и требовалось доказать, – раздался сзади хрипловатый, довольный голос Гарри.
Парень уже стоял на самом краю обрыва, широко расставив ноги и уверенно удерживая тяжелую трубу «Стрелы-2М» на правом плече. Его левая рука привычным, заученным до автоматизма движением сорвала защитный колпак с головки самонаведения. Палец лег на пусковой крючок блока питания.
*ВЖИ-И-И-У-У-У...*
Гироскоп ракеты с тонким, нарастающим электрическим воем начал раскручиваться, выходя на боевой режим. В окуляре визира вспыхнула крошечная красная лампа готовности.
Из клубов тумана над океаном с диким, металлическим визгом выметнулся черный силуэт.
Темная Лилит выглядела как порождение ночного кошмара средневекового инквизитора.
Женская фигура, затянутая в матовую черную кожу и бронепластины, парила на огромных перепончатых крыльях, напоминавших крылья гигантского нетопыря. Ее лицо скрывала серебряная полумаска с оскалом горгульи, из-под которой выбивались длинные смоляные волосы. На лопатках существа яростно плевались синим пламенем две миниатюрные реактивные форсунки, обеспечивавшие чудовищную тягу. В длинных когтистых лапах Лилит сжимала металлический поисковый щуп, похожий на геодезический локатор глубокого сканирования.
– ОНА ИЩЕТ ДИСК! – крикнула Дафна, указывая рукой на светящийся луч локатора, скользивший по прибрежным скалам. – Перикл или мистер И навели ее на тайник конкистадоров!
Лилит издала оглушительный вопль, заложила крутой вираж над волнами и начала стремительно набирать высоту, разворачиваясь для атаки на смотровую площадку. Ее визоры вспыхнули рубиновым светом.
– Захват цели через три... две... – пробормотал Гарри.
Зуммер в наушнике пускового механизма сменился непрерывным, торжествующим писком: головка ракеты намертво зацепилась за раскаленные сопла ранца Лилит.
– Спокойной ночи, бэт-девочка, – осклабился юноша.
– НЕТ! – раздался яростный крик Велмы.
Девушка не стала тратить время на споры.
Действуя с решительностью кадета спецназа, прошедшего ускоренный курс выживания под руководством наемника, Велма бросилась вперед. Ее тело описало низкую, идеальную траекторию: нырок под локоть Гарри, резкий захват обеими руками за переднюю часть пусковой трубы и мощный рывок всем весом вниз и в сторону.
– Динкли, твою дивизию! – взвыл Гарри, теряя баланс на скользких камнях.
– Я сказала: никаких ракет! – пропыхтела Велма, вцепившись в зеленый пластик мертвой хваткой.
На краю трехсотфутового обрыва развернулась сцена, достойная лучших эпизодов уличных разборок Роанапура.
Гарри попытался плавно развернуть корпус, используя классическое скольжение ган-каты, чтобы стряхнуть девушку на траву, не причинив ей вреда. Но Велма Динкли была не просто отличницей — она прекрасно знала анатомию и рычаги воздействия. Девушка ловко переплела свои ноги с его ногой, заблокировав коленный сустав, навалилась грудью на ствол ПЗРК и попыталась дотянуться до тумблера сброса питания.
– Отпусти трубу, женщина! – орал Гарри, балансируя на одной ноге и отчаянно пытаясь удержать прицел в небе. – Ракета уйдет в режим самоликвидации через четырнадцать секунд! Я за этот выстрел заплатил ящиком тушенки и личным автографом Балалайки!
– Ни за что! – задыхаясь, кричала Велма.
Ее очки опасно съехали на кончик носа, щеки пылали румянцем от напряжения, а дыхание обжигало шею парня:
– Ты уничтожишь улику! Ты разнесешь ее на молекулы! Мы никогда не узнаем, кто за ней стоит!
– За ней стоит гравитация, и сейчас она познакомится с ней поближе!
Гарри перехватил Велму за талию одной рукой, намереваясь бережно, но безапелляционно перебросить ее через бедро на мягкий мох.
Но девушка оказалась быстрее: она резко подалась вперед, вжавшись всем телом в его грудь, заблокировав движение плеча, и ее пальцы с силой выдернули предохранительную чеку блока охлаждения.
*ПШ-Ш-Ш-Ш-ИК!*
Струя жидкого азота с шипением вырвалась из дренажного клапана, обдав траву белым инеем.
Гироскоп ракеты захлебнулся и с жалобным воем затих. Оптика погасла.
– Проклятье! – Гарри в сердцах выронил бесполезную полутораметровую трубу на траву.
Именно в эту секунду Темная Лилит спикировала прямо на них.
Воздушный поток от ее крыльев ударил по смотровой площадке с силой штормового шквала.
Существо пронеслось в пяти футах над головами сцепившихся подростков. Острые как бритва костяные когти вспороли воздух, срезав верхушку деревянного указателя с надписью «Маяк Бухты Черепов», словно брусок подтаявшего масла.
Из сопел монстра вырвалась струя едкого фосфорного дыма, заливая площадку удушливым белым туманом.
– Гарри, ложись! – крикнул Фред, вскидывая свой гарпунный линь.
Но Гарри уже действовал на чистых рефлексах бойца школы Майи Хисау.
Парень мгновенно подмял Велму под себя, укрывая ее хрупкое тело своим широким плащом, и выкатился из зоны поражения. В то же мгновение его правая рука метнулась под мышку, выхватывая укороченный Кольт сорок пятого калибра.
*БАМ! БАМ!*
Два выстрела вслепую сквозь клубы фосфора.
Зачарованные пули со стальными сердечниками выбили сноп искр из титановой балки правого крыла Лилит. Существо издало пронзительный, почти человеческий вскрик боли, завалилось на правый борт и, отчаянно молотя поврежденным крылом по воздуху, по спирали рухнуло вниз — в узкую, скрытую за клыками рифов расщелину у подножия утеса.
Там, внизу, раздался глухой треск ломающегося дерева и плеск потревоженной воды.
На смотровой площадке воцарилась тишина, нарушаемая лишь свистом ветра да тяжелым дыханием.
Гарри лежал на траве, нависая над Велмой.
Его лицо находилось в дюймах от ее лица. В серых глазах юноши бушевала буря из профессиональной досады, адреналина и того самого неудержимого, дикого восхищения, которое мужчина испытывает перед женщиной, способной в одиночку сорвать пуск боевой ракеты.
– Ты сумасшедшая, Динкли, – хрипло выдохнул он, чувствуя, как под его ладонями бешено колотится ее сердце. – Абсолютно, клинически ненормальная женщина. Знаешь, что с тобой сделали бы в Роанапуре за такой трюк?
– Что? – с вызовом прошептала Велма, не отводя взгляда карих глаз, в глубине которых плясали лукавые искры. Ее пальцы все еще сжимали ворот его куртки: – Расстреляли бы на месте?
– Нет, – на губах Гарри расцвела кривая, чертовски привлекательная ухмылка Рё Саэбы. – Тебя сделали бы министром обороны. Или выдали замуж за главного контрабандиста.
– Я подумаю над обоими предложениями, – усмехнулась девушка, аккуратно поправляя очки свободной рукой. – А теперь слезь с меня, ликвидатор. Мы только что сбили нашего криптида старым добрым сорок пятым калибром без всяких третьих мировых войн.
– Это был тактический рикошет, – проворчал парень, легко поднимаясь на ноги и галантно подавая ей руку. – Но признаю: твой захват колена был выполнен на твердую четверку с плюсом.
***
Спуск к расселине «Зуб Дьявола» занял около двадцати минут.
Тропы здесь не было вовсе — лишь скользкие, замшелые базальтовые уступы, по которым приходилось пробираться, цепляясь за мокрые канаты, закрепленные Фредом. Внизу, в узком каньоне, зажатом между отвесными стометровыми скалами, океан казался черным зеркалом. Сюда никогда не проникал солнечный свет, а приливные волны глухо бились о стены с тяжелым, погребальным звуком.
И именно здесь, в самом сердце естественного каменного мешка, покоилось то, от чего у всей команды перехватило дыхание.
– Джинкерс... – прошептала Дафна, освещая темноту мощным галогенным фонарем.
Из черной воды, накренившись на левый борт и намертво застряв между острыми рифами, возвышался остов гигантского парусного корабля.
Это был испанский галеон шестнадцатого века — один из потерянных судов экспедиции Васкеса де Коронадо.
Его циклопический корпус из мореного дуба за четыреста лет превратился в почти каменную, покрытую ракушечником и фосфоресцирующими водорослями цитадель. Фок-мачта была сломана пополам, ее замшелые реи торчали из воды, словно сломанные ребра доисторического чудовища, а полусгнивший бушприт с остатками резной деревянной фигуры святого Иакова упирался прямо в свод прибрежного грота.
– Галеон «Санта-Эулалия», – благоговейно произнесла Велма, сверяясь с архивными картами на экране планшета. – Согласно дневникам Коронадо, он вез личную сокровищницу архиепископа и бесследно исчез во время великого шторма 1541 года.
– И этот призрак прошлого стал посадочной полосой для нашей пернатой подруги, – Гарри указал лучом подствольного фонаря на верхнюю палубу юта.
Там, среди обрывков полуистлевших снастей и разбитых бочонков, виднелись свежие борозды на дубовом настиле и клочья черного углепластика. Одна из микротурбин реактивного ранца валялась у борта, из нее все еще струился тонкий сизый дымок.
– Фред, Дафна, держите швартовы у шлюпки, – скомандовал Гарри, перехватывая карабин поудобнее. – Шэгги, если увидишь что-то черное и летающее — кричи громко и не стесняйся использовать фальцет. Мы с Велмой идем на абордаж.
– Чувак, я могу начать кричать прямо сейчас, в профилактических целях! – отозвался Норвилл, судорожно вцепившись в борт надувной лодки.
Взобраться на палубу галеона по полусгнившей шторм-трапу было задачей не из легких, но для человека, штурмовавшего тайские наркобазы по отвесным лианам, это не составило труда. Гарри первым перемахнул через планширь, помог подняться Велме и мгновенно взял под прицел темный провал капитанской каюты под полуютом.
Палуба под ногами скрипела, источая запах вековой соли, тлена и ржавого железа.
Здесь царила зловещая, мертвая тишина, прерываемая лишь плеском воды в трюме да свистом ветра в пустых глазницах пушечных портов.
Внутри капитанской каюты полумрак был почти осязаемым.
Луч фонаря выхватил из темноты массивный дубовый стол, покрытый зеленым налетом, на котором стоял тяжелый кованый сундук из орихалка. Замок сундука был взломан совсем недавно — на металле виднелись свежие следы от гидравлических кусачек.
А на крышке сундука лежало то, ради чего все это затевалось.
Круглый диск из темного металла, покрытый сложнейшим астрономическим орнаментом конкистадоров и рунами внеземной цивилизации. Центральная часть Плансферического диска — замковый сегмент, без которого все остальные четыре сектора оставались лишь бесполезными кусками древней бронзы.
– Мы нашли его... – выдохнула Велма, подходя ближе и не решаясь прикоснуться к артефакту. – Это ключ от ядра саркофага.
– Динкли, замри, – раздался ледяной шепот Гарри.
Парень стоял у входа в каюту, и его карабин смотрел строго вверх — в темноту пробитого перекрытия верхней палубы.
Сверху, мягко коснувшись сапогами замшелых досок, бесшумно опустилась Темная Лилит.
Существо выглядело потрепанным. Правое крыло волочилось по полу, перебитое пулей Гарри, комбинезон на плече был разорван, обнажая бледную человеческую кожу, а реактивный ранец сорван и брошен. Но в ее руке поблескивал тонкий, длинный клинок из вороненой стали, а за спиной виднелся запасной блок дымовых гранат.
– Отойдите от диска, – раздался глухой, искаженный цифровым модулятором голос из-под серебряной маски. – Он принадлежит мистеру И. Вы не понимаете, с какими силами играете, детишки.
– Опять эти сказки про «вы не понимаете», – Гарри лениво опустил карабин на уровень бедра, щелкнув селектором огня. – Слушай сюда, птичка перепелочка. Твой ранец разбит. Твое крыло годится только на веера для китайского театра. Твой клинок сделан из дешевой инструментальной стали У8А — я перебью его пулей сорокапятидюймового калибра раньше, чем ты успеешь моргнуть. Сдавайся, пока я не вспомнил, как в Гонконге разделывают уток по-пекински.
Лилит дернулась, ее пальцы судорожно сжали рукоять клинка.
Она присела, готовясь к отчаянному прыжку, но тут Велма сделала шаг вперед.
Девушка не достала револьвер. Она сняла очки, аккуратно протерла их подолом свитера, снова надела и внимательно вгляделась в силуэт монстра.
Ее острый, аналитический ум мгновенно сопоставил сотни мелких деталей: рост, длину шага, специфическую манеру держать плечи чуть приподнятыми, запах...
– Запах, – негромко произнесла Велма.
– Что? – не понял Гарри, не спуская ствола с противника.
– Запах технической воды из бойлеров ярмарочной площади, – Велма сделала еще шаг к Лилит, и в ее голосе не было страха — лишь бесконечная, щемящая горечь: – Плюс дешевый стиральный порошок с ароматом лаванды, который продается только в социальном магазине на Третьей авеню. И тот самый характерный осадок металлической стружки на подошвах... Сними маску, Марси.
Темная Лилит застыла.
Ее клинок дрогнул, опустившись на пару дюймов.
– Велма... – глухо произнес модулятор, после чего динамик щелкнул и отключился.
Дрожащими пальцами существо потянулось к затылку, расстегнуло кевларовые ремни и стянуло серебряную маску горгульи.
В свете фонаря предстало бледное, взмокшее от пота лицо девочки-подростка.
Круглые очки с треснувшим левым стеклом, растрепанные темные волосы, перехваченные простой резинкой, и затравленный, отчаянный взгляд загнанного в угол зверька.
Марси Флич. Известная всему городу как «Вонючка» — эксцентричная владелица киоска с сосисками, непризнанный технический гений и единственная, с кем Велма могла часами спорить о квантовой механике на равных.
– Марси... – выдохнула Велма, и ее плечи опустились. – Зачем? Почему ты?
– Потому что у меня не было выбора, Велма! – сорвалась на крик Марси, и по ее щекам покатились слезы, смывая копоть. – Мистер И... Рики Оуэнс! Он нашел меня три месяца назад. Он оплатил патент на мои турбины! Он обещал грант на обучение в Массачусетском технологическом! А взамен... взамен потребовал диск! Он сказал, что если я откажусь, он уничтожит бизнес отца, а меня упечет в колонию для малолетних за незаконные радиопередатчики!
Девушка всхлипнула, выронив клинок на доски палубы:
– Я не хотела никому вредить! Я просто... я просто хотела выбраться из этой дыры! Из этого проклятого киоска, где от меня пахнет тухлым рассолом! Я думала, что смогу перехитрить его! Забрать диск, спрятать, а потом...
Гарри молча наблюдал за ней.
Его палец плавно сошел со спускового крючка. Взгляд серых глаз наемника потеплел, утратив убийственную пустоту. Он слишком хорошо знал это чувство.
Чувство ребенка, загнанного манипуляциями взрослых в угол.
Чувство одиночества среди тех, кто должен был защищать, но вместо этого использовал тебя как расходный материал для своих великих, пафосных целей.
Дамблдор делал то же самое с ним. Джеймс и Лили делали то же самое, отталкивая его в тень брата. Мистер И был слеплен из того же теста — старый, циничный кукловод, готовый сломать чужую жизнь ради золота и власти.
Гарри подошел к сундуку, не глядя на Марси, взял тяжелый замковый диск в руки и взвесил его на ладони. Металл отозвался тихой, глубокой вибрацией, резонируя с его внутренней ледяной магией.
– Держи, – юноша небрежно протянул артефакт Велме. – Положи в свой термосумку. Дело закрыто.
Затем он повернулся к Марси.
Девушка сжалась, ожидая наручников или удара приклада. Она знала репутацию нового подопечного мэра — Убийцы Магов, человека без жалости.
Гарри медленно вытащил из кармана куртки чистый носовой платок и небольшую плоскую фляжку с горячим сладким чаем, которую ему перед выходом сунула Джанет. Он молча протянул их заплаканной пленнице.
Марси растерянно моргнула, глядя на протянутую руку:
– Ты... ты не арестуешь меня?
– За что? – Гарри скривил губы в насмешливой улыбке Сакаты Гинтоки и почесал затылок. – За то, что ты неудачно покаталась на дельтаплане и разбила пару ящиков с тухлой рыбой? Я наемник, Флич, а не бесплатный осведомитель шерифа Стоуна. К тому же у меня аллергия на аресты людей, которые умеют собирать реактивные ранцы из пылесосных моторов и вертолетных свечей. Это талант, а таланты надо беречь.
– Но... мистер И... – прошептала Марси, вытирая слезы платком и жадно делая глоток горячего чая. – Он убьет меня, когда узнает, что диска нет!
– Не убьет, – вмешалась Велма.
Девушка подошла к бывшей сопернице и крепко, по-настоящему обняла ее за плечи, невзирая на запах гари и машинного масла:
– Ты скажешь ему, что попала в засаду ликвидатора. Скажешь, что Гарри Поттер расстрелял твой ранец из тяжелого пулемета, а диск утонул в океанской расщелине на глубине ста футов. Рики Оуэнс знает, кто такой Гарри. Он поверит. Он не станет рисковать своими людьми, пока не начнется выравнивание планет.
Марси подняла глаза на Гарри, полные ошеломленного, безграничного недоверия:
– Ты... ты правда отпустишь меня? Просто так?
– Не просто так, – Гарри нагнулся, поднял с пола упавший стальной клинок и ловким движением загнал его в щель между досками палубы, обломав лезвие каблуком. – С тебя пожизненная скидка на хот-доги для Шэгги и Скуби. И обещание, что в следующий раз, когда какой-нибудь престарелый манипулятор в строгом костюме предложит тебе «перспективную работу», ты сначала позвонишь Велме. Усек, гений паршивый?
Марси шмыгнула носом и впервые за вечер слабо, искренне улыбнулась:
– Усек. Спасибо, Гарри. Спасибо, Велма.
– А теперь улепетывай через северный шлюз грота, – юноша кивнул в сторону узкого прохода в скале. – Там глубина по колено, выйдешь прямо к шоссе возле бензоколонки. Через десять минут здесь будет катер береговой охраны, и шериф Стоун начнет раздавать автографы чайкам. Тебе лучше быть далеко отсюда.
Марси кивнула, быстро натянула простую куртку поверх разорванного комбинезона, с благодарностью сжала руку Велмы и бесшумно растворилась в темном проеме скалы.
***
Полночь застала команду на смотровой площадке возле фургона.
Внизу, в бухте, уже мелькали синие проблесковые маячки патрульного катера полиции, а над водой разносился через мегафон громогласный, полный пафоса голос шерифа Стоуна, рапортовавшего о «блестящей операции по вытеснению летающего монстра в нейтральные воды».
Фред, Дафна, Шэгги и Скуби спали внутри «Машины Тайн», утомленные ночными приключениями. Пес тихо похрапывал, обнимая лапами пустую коробку из-под печенья, а Шэгги что-то неразборчиво бормотал во сне про летающие сосиски с крыльями.
А на капоте вишневого седана мэра, укутавшись в один широкий армейский брезентовый плащ, сидели Гарри и Велма.
Между ними на бархатной салфетке лежал полностью собранный Плансферический диск.
Центральный сегмент идеально встал в пазы четырех внешних секторов.
Древний орихалк вспыхнул ровным, мягким сапфировым светом. Руны на его поверхности медленно вращались, складываясь в единый трехмерный чертеж саркофага под собором Васкеса де Коронадо. Ключ был готов. Замок ждал своего часа.
– Завтра в полночь, – тихо произнесла Велма, глядя на звезды, мерцавшие сквозь разрывы тумана. – Парад планет достигнет апогея. Нибиру встанет точно над разломом Кристальной Пещ