Убийца Волшебников и Мистическая Корпорация Версия 2
Клыки, интриги и яд кубомедузы
Воздух позади них прорезало мерзкое, визгливое шипение, похожее на звук спущенной велосипедной камеры, перемешанный со скрежетом ржавого железа.
Из высокой живой изгороди, обрамлявшей пиратский сектор ярмарки, кубарем выкатилось нечто несуразное. Существо едва доставало взрослому человеку до пояса, но при этом обладало коренастым, бочкообразным торсом, закованным в тусклые медные пластины. На голове уродца покачивался остроконечный красный колпак, из-под которого торчала всклокоченная металлическая борода, а лицо скрывала оскаленная резиновая физиономия с крючковатым носом и светящимися крошечными красными светодиодами вместо зрачков.
В правой руке порождение карнавального фольклора сжимало короткую трость, увенчанную длинной, полой стальной иглой, с кончика которой капала мутная, белесая слизь.
– ХР-Р-Р-А-А-А! – заверещал Гном, подскакивая на удивление высоко для своих габаритов. – Смерть морским крысам! Очистить святую землю рыцарей от пиратской скверны!
Существо устремилось прямиком на Шэгги и Скуби-Ду, которые в этот момент мирно доедали очередную индюшачью ногу, совершенно позабыв, что на них надеты полосатые штаны флибустьеров и пиратские треуголки.
– МАМОЧКИ! – взвизгнул Шэгги, роняя обглоданную кость на песок. – Дружище Скуб, это не карлик из цирка, это злой садовый гном-переросток с шприцем для усыпления слонов!
– Р-гном-му-тант! Спа-си-те! – взвыл пес, совершая вертикальный прыжок на руки Шэгги. Долговязый парень под тяжестью семидесятикилограммового немецкого дога не удержал равновесие, и оба с глухим стуком рухнули на деревянную бочку с квашеной капустой, перевернув ее и подняв тучу кислого рассола.
Гном взвизгнул от ярости, занес трость с иглой и прыгнул прямо на барахтающуюся парочку.
– Ой, какая прелесть! – восторженно захлопала в ладоши Арквейд Брюнстад. – Это что, оживший земляной голем из местных сказок?! Гарри, смотри, какая забавная злая картофелина! Можно я оторву ему лапку и посмотрю, что внутри?!
Белая Принцесса Истинных Вампиров сделала легкий, почти невесомый шаг вперед. В ее глазах, обычно сиявших чистым рубиновым светом, на долю секунды мелькнула та самая первобытная, сокрушительная аура, от которой многовековые духи и чудовища сворачивались в эмбриональную позу. Ее тонкие пальчики, способные голыми руками разорвать титановую броню, уже потянулись к шее злодея.
– Стоять, стихийное бедствие, – ледяным тоном скомандовал Гарри Поттер.
Его рука в черной перчатке метнулась вперед, поймав Арквейд за воротник ослепительно белой водолазки.
Вампирша замерла на полушаге, послушно позволив остановить себя, хотя и надула пухлые губки:
– Ну Гарри-и-и! Он же пытается уколоть вон того смешного тощего парня в полосатых штанишках!
– Здесь смертные, Брюнстад. Если ты ударишь его хотя бы вполсилы, его ошметки придется соскребать с орбитального спутника НАСА, – процедил Гарри, не выпуская вампиршу. – Это просто мужик в карнавальном тряпье. Полиция не оценит фарш из актера.
– А-а-а… – протянула Арквейд, моргнув длинными ресницами. – Он ненастоящий монстр? Какая жалость. А выглядел так вкусно злым!
Пока Гарри удерживал древнее воплощение планетарной ярости, Гном уже находился в метре от визжащего Шэгги.
– Не на моей смене, исчадие беззакония! – громогласно возвестил Фред Джонс.
Паладин в сияющих прокатных латах попытался совершить благородный бросок на перехват. К сожалению, Фред не учел двух фундаментальных факторов: во-первых, сорок килограммов полированной стали накладывали катастрофический штраф на ловкость; во-вторых, ступенька помоста была щедро залита рассолом из перевернутой бочки.
Раздался металлический визг. Ноги Фреда взлетели в воздух, забрало шлема с грохотом захлопнулось, и предводитель «Мистической корпорации», проломив деревянные перила, кубарем скатился вниз по склону, производя шум, сопоставимый с падением груженого самосвала с щебнем.
– Мои латы! Мой центр тяжести! – донеслось со дна оврага глухое эхо.
– Фредди! – ахнула Дафна, прижав руки к щекам.
Гном, воспользовавшись суматохой, приземлился на грудь Шэгги и замахнулся иглой:
– Сгиньте, корсары!
– А ну пошел вон! – раздался яростный девичий выкрик.
Велма Динкли, до этого момента сверлившая Арквейд взглядом, полным ядовитого исследовательского любопытства, среагировала мгновенно. Сорвав с кожаной портупеи одну из стеклянных алхимических колб, девушка-детектив с размаху швырнула ее под ноги чудовищу.
Склянка разбилась о деревянный помост.
Густое облако концентрированного порошка горчицы и черного перца — личный защитный состав Велмы против агрессивных собак — взметнулось вверх.
Гном вдохнул взвесь через прорези резиновой маски, издал сдавленный, сиплый хрип, выронил трость и замахал короткими ручками.
– КХА-КХА! ЧЕРТОВЫ УМНИКИ! – донесся из-под накладной бороды вполне человеческий, кашляющий голос.
Поняв, что внезапная атака провалена, карлик проявил чудеса акробатики: крутанувшись на месте, он перемахнул через бочку с капустой, шмыгнул в узкую щель между шатрами крестоносцев и растворился в пестрой толпе ярмарки так быстро, словно сквозь землю провалился.
– Ушел! – топнула ножкой Дафна, подбегая к помосту.
Шэгги и Скуби сидели на досках, покрытые капустными листьями и мелко дрожа.
– Д-дружище Скуб… скажи мне, что мы больше не пираты? – пролепетал Шэгги, стаскивая треуголку и отбрасывая ее как можно дальше. – Я готов быть монахом! Я готов поститься! Ну… поститься пирогами и хот-догами, конечно!
– Р-монахом! Никаких пи-ра-тов! – истово закивал пес, стягивая берет.
***
– Потрясающая реакция, Велма, – мягко произнес Гарри, подходя ближе. Он отпустил воротник Арквейд и склонился над брошенным оружием Гнома. – Быстро, точно и без лишнего шума. Спецназ МИ-6 тобой гордился бы.
Щеки Велмы снова слегка порозовели от скупой похвалы, но тут ее взгляд наткнулся на Арквейд, которая теперь с неподдельным восторгом разглядывала Дафну, трогая пальчиком вуаль ее средневекового головного убора: «Ой, какая высокая шляпка! А если подует ветер, ты улетишь, как одуванчик?».
Настроение интеллектуалки мгновенно вернулось к отметке «вооруженный нейтралитет».
– Спасибо, Поттер, – сухо бросила Велма, поправляя очки. – В отличие от некоторых, я предпочитаю действовать методами нейтрализации, а не угрозами расчленения.
Она присела на корточки рядом с Гарри, аккуратно доставая из сумки пинцет и стерильный пластиковый контейнер для улик.
Гарри приподнял кончиком трости брошенную стальную иглу. Трость-калейдоскоп, увенчанная кристаллом Зелретча, блеснула в лучах полуденного солнца.
– Внимание на наконечник, – указал он. – Игла полая, внутри виден механический поршень. Типичный пневматический инъектор, замаскированный под дерево.
Велма зацепила пинцетом каплю белесой жидкости, свисавшей со стального жала, и поместила ее на предметное стекло портативного микроскопа. Она капнула сверху прозрачный реактив из своей склянки и вгляделась в окуляр.
Ее брови медленно поползли вверх.
– Джинкис…
– Что там, доктор Ватсон? – прищурился Гарри.
– Это не просто паралитик, – голос Велмы зазвучал строго и сосредоточенно. – Сложная белковая структура. Нейротоксин высокой концентрации, блокирующий натриевые каналы в синапсах. Вызывает мгновенный паралич скелетной мускулатуры, падение давления и частичный отек гортани.
– Звучит знакомо, – заметил Гарри, крутя в зубах леденец. – У японских синдикатов был похожий состав на основе яда рыбы фугу, но здесь запах другой. Пахнет прелым йодом и тухлой тиной.
– Потому что это не рыба, – отрезала Велма. – Это яд кубомедузы. *Chironex fleckeri*, морская оса. Один из самых опасных токсинов на планете! В естественной среде обитает у берегов Австралии. В чистом виде он убивает человека за три минуты. Но этот образец… он сильно разбавлен глицерином и солевым раствором. Тот, кто его создал, не хотел никого убивать. Ему нужен был только временный паралич жертвы на час-полтора.
– Высокотехнологичная химия в руках фальшивого фольклорного гнома, – констатировал Гарри. – Наш злодей явно имеет доступ к морским лабораториям или университетским запасам.
В этот момент из оврага, пыхтя и скрипя шарнирами, наконец выбрался Фред. Забрало шлема было перекошено, на полированной кирасе красовалась вмятина от булыжника, а в руках он сжимал блокнот, испачканный в тине.
– Я всё зафиксировал! – гордо возвестил блондин, безуспешно пытаясь поднять забрало пальцами в латных рукавицах. – Скорость перемещения цели — около пятнадцати миль в час. Высота прыжка — метр двадцать. Для идеального перехвата нам понадобится пружинный капкан номер семь, замаскированный под стог сена, и тридцать ярдов просмоленной пеньки…
– Фредди, сними это железное ведро, ты говоришь в щель для носа, – вздохнула Дафна, аккуратно щелкнув по защелке шлема.
Забрало откинулось, открыв раскрасневшееся лицо Фреда.
– Спасибо, Дафна. Итак, мой план…
– Твой план подождет, Джонс, – перебил его Гарри. – У нас есть улики получше твоих веревок.
Поттер указал концом трости на доски помоста, где только что стоял Гном.
Там, среди брызг рассола, блестели крошечные, прозрачные чешуйки, похожие на обломки слюды, и маленькое, застрявшее в щели между досками металлическое крылышко.
Велма осторожно подцепила находку пинцетом:
– Это не металл. Это тончайший полимерный сплав с фосфоресцирующим напылением. Деталь декоративной броши… в форме белой стрекозы.
– Стрекоза? – нахмурилась Дафна. – Какое отношение стрекозы имеют к гномам или пиратам?
– Прямое, если знать, где их продают, – раздался звонкий голос Арквейд.
Все повернулись к вампирше.
Арквейд стояла у перил помоста, с аппетитом вгрызаясь во вторую индюшачью ногу, которую она без малейшего зазрения совести конфисковала у опешившего Шэгги. Ее глаза сияли неподдельным восторгом гастрономического первооткрывателя.
– М-м-м! Это просто божественно! – промурлыкала она, с легкостью разгрызая толстую трубчатую кость индейки так, словно это была сахарная трубочка. – В Лондоне мне подсовывали только скучные кровяные паштеты, а здесь… Гарри, почему ты не сказал, что в Америке так вкусно кормят уличным мясом?!
Шэгги и Скуби смотрели на белокурую красавицу с благоговейным ужасом и глубочайшим религиозным почтением. Девушка весом от силы пятьдесят килограммов перемалывала кости хищными белыми зубками с такой скоростью, которой позавидовал бы голодный аллигатор.
– Дружище Скуб… – благоговейно прошептал Шэгги, толкнув пса локтем. – Кажется, я только что влюбился. Она ест быстрее тебя!
– Р-быстрее! И кости грызет! – зачарованно подтвердил дог, сглатывая слюну.
Велма едва сдержалась, чтобы не заскрежетать зубами.
– Мисс Брюнстад, – ледяным тоном произнесла она, подчеркивая каждое слово. – Не соизволите ли вы пояснить ваше замечание касательно стрекозы, прежде чем начнете поглощать окружающую мебель?
Арквейд проглотила мясо, облизнула тонкие пальчики и лучезарно улыбнулась Велме, совершенно проигнорировав сарказм:
– А! Да всё просто! Когда я шла сюда от главных ворот, там стоял огромный пестрый шатер. На нем было написано: «Магическая лавка Леди Авалоны — аутентичные кельтские украшения». И там на витрине висели сотни таких блестящих белых стрекоз! Хозяйка лавки — такая сердитая тетенька в зеленом бархатном балахоне — как раз громко ругалась с пиратами. Она кричала, что эти «неотесанные пьяницы с повязками на глазах» распугивают ее покупателей благородной эльфийской бижутерии!
Велма замерла, ее глаза за стеклами очков вспыхнули азартом сыщика:
– Леди Авалона… Она же Элеонора Вэнс, вице-президент городского исторического общества и главный спонсор секции рыцарей!
– Вот вам и мотив, – усмехнулся Гарри, щелкнув тростью по сапогу. – Конфликт коммерческих интересов, приправленный снобизмом любителей фэнтези. Идем в шатер. Пора навестить нашу эльфийскую королеву.
***
Шатер «Магической лавки Леди Авалоны» выглядел как сон экзальтированного реконструктора.
Тяжелые изумрудные бархатные драпировки, запах ладана, сушеной лаванды и сандала, витрины из темного дерева, уставленные серебряными тиарами, амулетами с фальшивыми лунными камнями и, разумеется, десятками брошей в виде белых стрекоз.
За массивным резным прилавком восседала дама лет пятидесяти с монументальной осанкой, затянутая в тесный корсет и изумрудное платье с длинными висячими рукавами. Ее волосы были уложены в сложную косу, переплетенную жемчужными нитями, а тонкие губы кривились в презрительной усмешке.
– Чем могу служить юным поклонникам Артуровского цикла? – надменно процедила она, окинув вошедшую компанию взглядом школьной директрисы. Ее взор на секунду задержался на Гарри. Брови женщины дрогнули: – О… Граф Сен-Жермен? Или кто-то из вампирской аристократии Карпат? Весьма недурно для подростка.
– Благодарю, мадам, но я предпочитаю более тонкий винтаж, – небрежно отозвался Гарри, оперевшись обеими руками на навершие трости-калейдоскопа. – Мы здесь по менее поэтичному поводу.
Велма решительно шагнула к прилавку и положила на полированное дерево контейнер с полимерным крылышком:
– Узнаете эту деталь, миссис Вэнс?
Женщина едва взглянула на улику, высокомерно вздернув подбородок:
– Это сломанное крыло от броши «Слеза Титании». Эксклюзивная коллекция моей мастерской. Я продала не менее пятидесяти таких за последние два дня. И что с того?
– А то, что эту деталь потерял Гном, атаковавший участников фестиваля в пиратских костюмах, – отчеканил Фред, звякнув латным кулаком по груди. – Вы публично угрожали флибустьерам изгнанием с ярмарки!
Элеонора Вэнс издала сухой, похожий на щелканье ножниц смешок:
– Молодой человек, то, что я считаю этих дешевых косплееров с попугаями на плечах пятном на репутации благородного рыцарского турнира — общеизвестный факт. Морской разбой не имеет ничего общего с идеалами рыцарства круглого стола! Они превратили исторический фестиваль в балаган с дешевым ромом и сосисками! Но наряжаться в карлика и бегать по кустам с ядовитыми иглами?.. Помилуйте, у меня артрит и докторская степень по кельтской мифологии Оксфорда. Мне незачем уподобляться плебеям.
– У вас есть доступ к океанографическому институту? – резко спросила Велма, буравя ее взглядом. – Ваши броши изготовлены из полимеров, устойчивых к морской соли.
– Я заказываю основы для бижутерии у мистера Кроули, владельца тира и сувенирных лавок в порту, – холодно парировала дама. – Если вы ищете яд и механизмы, вам стоит обратиться к тем, кто действительно ненавидит пиратов за упущенную выгоду.
Пока Велма и Дафна вели допрос, Гарри не слушал перепалку.
Его внимание привлекло поведение Арквейд.
Белая Принцесса, бродя между витрин, внезапно остановилась возле тяжелой портьеры, ведущей в заднюю часть шатра, служившую складом. Ее ноздри едва заметно дрогнули. Алые глаза сузились, приобретя вертикальный, хищный кошачий разрез.
Она повернулась к Гарри и беззвучно, одними губами произнесла:
*«Подвал. Там пахнет живой соленой водой. И машинным маслом».*
Гарри едва заметно кивнул. Сигналы Истинного Предка, чье восприятие превосходило любые радары, не подлежали сомнению.
– Спасибо за содействие, миссис Вэнс, – внезапно перебил хозяйку Гарри, отстраняя Велму в сторону. – Мы проверим вашу наводку на мистера Кроули.
– Гарри, но мы еще не закончили проверку накладных! – возмутилась Велма, когда Поттер буквально за локоть вывел ее из шатра на залитую солнцем аллею.
– Закончили, Динкли, – тихо бросил Гарри, когда они отошли на безопасное расстояние за декоративную мельницу. – Наша леди Авалона — просто заносчивая снобка. Настоящее логово находится прямо под ее шатром, но вряд ли она об этом знает.
– Откуда такая уверенность? – прищурилась Велма.
– Арквейд почуяла вентиляционную шахту, – спокойно ответил Гарри.
Велма мгновенно вспыхнула, скрестив руки на груди:
– Ах, ну конечно! «Арквейд почуяла»! У нее что, обоняние охотничьей ищейки?! Почему мы должны доверять интуиции твоей… странной красноглазой подружки из Праги?!
Арквейд, стоявшая рядом и с любопытством наблюдавшая за парящей над клумбой настоящей стрекозой, повернула голову и весело хихикнула:
– Вообще-то у меня слух и нюх лучше, чем у целой стаи полярных волков, очкарик! Я могу услышать, как у тебя в левом кармане тикают механические часы, а сердце стучит со скоростью сто сорок ударов в минуту всякий раз, когда Гарри касается твоего локтя!
Лицо Велмы мгновенно сравнялось по цвету с алым сюртуком Зелретча на Гарри.
– Я… это… это физиологическая реакция на перепад температуры воздуха! – в панике затараторила девушка-детектив, поправляя съехавшие очки дрожащими пальцами. – Здесь душно! И вообще, это ненаучно!
Дафна за спиной Велмы тихо, заговорщически прыснула в кулак, а Фред лишь озадаченно почесал затылок под распахнутым забралом:
– Сто сорок ударов? Велма, тебе нужно пить больше воды, обезвоживание снижает концентрацию при расчете узлов.
– Заткнись, Фредди! – хором рявкнули Дафна и Велма.
Гарри вздохнул, закатив глаза к безоблачному калифорнийскому небу:
– Если все закончили измерения пульса и обсуждение женской физиологии, вернемся к тактической задаче. Под ярмарочной площадью проходит старая система дренажных тоннелей времен сухого закона. Выход из них ведет прямо к заброшенному пирсу номер четыре. Гном использует их для скрытного перемещения.
– Ловушка! – просиял Фред, мгновенно позабыв обо всем. – Мы загоним его в тоннель! Дафна, Шэгги и Скуби останутся снаружи как приманка…
– Никаких приманок, Джонс, – отрезал Гарри. – В тоннелях темно, тесно и полно ядовитой дряни. Туда пойдем я, Велма и Арквейд. Вы перекроете выход со стороны набережной вместе с полицией, если карлик решит прорваться к воде.
Велма удивленно посмотрела на него. В ее глазах злость на соперницу внезапно сменилась тихой, ошеломленной благодарностью.
Гарри брал ее с собой. Не оставил снаружи, как Дафну, не отмахнулся, а выбрал ее аналитический ум для реального дела.
– Я готова, – твердо произнесла она, проверяя ремень сумки с реактивами. – У меня есть фонари и нейтрализатор для токсина.
– Тогда вперед, – Гарри крутанул трость в руке, и на ее навершии на долю секунды вспыхнули магические руны обнаружения. – Пора вытащить этого гнома на свет божий.
***
Дренажный тоннель встретил их запахом плесени, ржавчины и соленой океанской воды, сочившейся сквозь старую кирпичную кладку.
Луч мощного светодиодного фонаря Велмы разрезал густой мрак, выхватывая из темноты полусгнившие деревянные подпорки и ржавые трубы. Вода под ногами хлюпала, доходя до щиколоток.
Арквейд шла впереди с грацией ночной кошки, совершенно не обращая внимания на грязь, пачкавшую ее синюю юбку. Для существа, помнившего тысячелетия земной истории, подземные катакомбы были родной стихией.
– Вон там, – указала она пальцем вглубь коридора. – Примерно через пятьдесят шагов. Там гудит мотор и пахнет медузами. Фу, какая гадость. Пахнет как испорченное желе.
Они осторожно подошли к кованой решетке, прикрывавшей ответвление коллектора.
За ней находилось просторное полузатопленное помещение — бывший контрабандистский склад.
В центре стоял большой пластиковый резервуар с морской водой, подсвеченный синими неоновыми лампами. Внутри медленно, ритмично пульсировали полупрозрачные, желеобразные колокола смертоносных кубомедуз, волочивших за собой тонкие, ядовитые щупальца.
Рядом, на верстаке, заваленном шприцами, колбами и центрифугами, стоял разобранный экзоскелет Гнома. Металлические пластины корпуса были сняты, обнажая сложную систему рычагов и пружинных усилителей для ног, позволявших человеку невысокого роста совершать невероятные прыжки.
А перед верстаком, спиной к сыщикам, возился мужчина.
Он был одет в резиновый комбинезон аквалангиста, поверх которого болтался снятый красный колпак. Мужчина методично перекачивал экстракт яда из стеклянной мензурки в полость новой партии стальных игл.
– Осторожнее с реактивами, мистер Кроули, – раздался из темноты сухой, насмешливый голос Гарри. – Капля мимо — и ваши собственные ноги откажут раньше, чем закончится рыцарский турнир.
Мужчина вздрогнул, выронив пипетку, и резко обернулся.
Луч фонаря Велмы ударил ему прямо в лицо.
Это был немолодой, коренастый мужчина с глубокими залысинами, кривым носом и бегающими, налитыми кровью глазками.
– Спенсер Кроули! – воскликнула Велма. – Владелец портового тира и сети сувенирных лавок «Пиратский берег»!
– Какого черта?! Как вы меня нашли?! – взвизгнул Кроули, хватая со стола заряженную трость с иглой. – Назад, сопляки, или я всажу в вас тройную дозу!
Гарри даже не шелохнулся. Он сделал шаг вперед, лениво покачивая тростью Зелретча:
– Кроули, опусти зубочистку. Ты стоишь перед девушкой, которая завтракает титановыми балками, и парнем, у которого под сюртуком два ствола сорокового калибра. Твои шансы стремятся к абсолютной величине нуля.
– Не подходи! – в панике завопил Кроули и нажал на спусковой крючок пневматической трости.
*ПШИК!*
Тонкая стальная игла, сорвавшись с направляющей, со свистом рассекла воздух, целясь точно в шею Гарри.
Движение Арквейд было невозможно уловить человеческим глазом.
Воздух в тоннеле взорвался хлопком преодоления звукового барьера. В ту же микросекунду белая ладонь вампирши возникла перед лицом Гарри. Раздался глухой металлический щелчок.
Арквейд стояла, сжимая пойманную на лету иглу между указательным и большим пальцами. Капля мутного яда стекла по ее безупречно гладкой коже, не оставив даже следа.
– Ой, щекотно, – весело моргнула Брюнстад. Она с легким хрустом переломила каленый стальной стержень пополам, словно сухую спагеттину, и бросила обломки в воду. – А еще есть?
Спенсер Кроули побледнел так, будто увидел самого Люцифера во плоти. Его челюсть отвисла, колени подогнулись, и он с глухим стуком осел на мокрый кирпичный пол.
– Ч-что… что вы такое?.. – прохрипел он, вжимаясь спиной в верстак.
– Мы — санитарный контроль, – невозмутимо ответил Гарри, доставая из кармана сюртука моток прочной пластиковой стяжки. – Велма, протокол за тобой.
Велма, оправившись от шока при виде сверхчеловеческой реакции Арквейд, решительно подошла к поверженному злодею, доставая блокнот и включая диктофон на телефоне:
– Итак, мистер Кроули. Всё сходится с идеальной математической точностью. Ваша лавка сувениров на пирсе терпела огромные убытки из-за того, что городской совет передал лучшую территорию парка под рыцарский турнир миссис Вэнс.
– Эта старая карга задрала аренду до небес! – яростно выплюнул Кроули, поняв, что игра проиграна. – Она заявила, что мои пиратские тиры и карнавальные шляпы «оскверняют чистоту средневековой культуры»! Она выжила меня на задворки ярмарки!
– И вы решили отомстить, – продолжила Велма. – Вы собрали костюм Гнома, используя детали портовых пневматических лебедок и корпуса старых водолазных насосов. Заказали полимерные детали у поставщиков бижутерии миссис Вэнс, чтобы подставить ее и навести подозрения на ее лавку.
– А яд? – спросил Гарри, связывая запястья преступника за спиной.
– Яд был простейшей частью, – с горечью усмехнулся Кроули. – Мой кузен работает на австралийском грузовом судне, перевозящем экзотических гидробионтов для океанариума Сан-Диего. Он привез мне выводок кубомедуз в термоконтейнере. Я просто хотел устроить хаос! Если бы на ярмарке начали массово парализовать людей в пиратских костюмах, вину свалили бы на безумного фаната рыцарей! Совет закрыл бы весь фестиваль, разорвал контракт с Вэнс, а полиция арестовала бы ее за подстрекательство!
Он злобно оскалился, глядя на подростков:
– И у меня бы всё получилось! Мой план был безупречен! Если бы не вы — эти чертовы всезнайки, сующие нос не в свои дела!
– И парень с тростью, – меланхолично вставил Гарри, затягивая узел. – К слову, Кроули: если бы ты вместо маскарада просто подал иск о нарушении антимонопольного законодательства при распределении муниципальной земли, ты бы отсудил у города двести тысяч долларов. Адвокаты в этой стране обожают подобные дела. Ты бездарность.
Кроули только застонал, уронив голову на грудь.
***
Час спустя набережная Хрустальной бухты заливалась синими и красными огнями полицейских сирен.
Шериф Бронсон Стоун лично контролировал погрузку аквариума с ядовитыми кубомедузами в специальный фургон службы экологического контроля. Самого Спенсера Кроули в наручниках уже усадили на заднее сиденье патрульной машины.
– Значит, экзоскелет на сжатом воздухе и австралийский нейротоксин… – шериф Стоун вытер пот со лба форменной фуражкой, посмотрев на Велму с непривычным для него уважением. – Должен признать, Динкли… без твоего химического анализа