Убийца Волшебников и Необъятные небеса
Трансцендентный тунец, прикосновение Хаоса и кошачья религия
За окнами кабинета студенческого совета Академии «Инфинит Стратос» сгустилась глубокая субтропическая ночь.
Токийский залив внизу поблескивал черным зеркалом, в котором дробились неоновые огни посадочных полос и всполохи сигнальных маяков на волнорезах. В самом кабинете царил уютный полумрак, разгоняемый лишь мягким янтарным светом настольной лампы и голубоватым мерцанием голографических чертежей, зависших над массивным дубовым столом.
Гарри сидел в глубоком кожаном кресле вице-президента, закинув ноги на край полированной столешницы прямо поверх папки с финансовыми отчетами. На нем была простая черная рубашка с закатанными до локтей рукавами, обнажавшими крепкие, исполосованные тонкими боевыми шрамами предплечья. В зубах тлела неизменная деревянная зубочистка, а пальцы правой руки машинально крутили вороненую пружину ударника, извлеченную из затвора «Беретты».
Перед ним в воздухе парила трехмерная модель модернизированного экзоскелета «Утиганэ-Кай».
– Замкнутый круг, – негромко проворчал Гарри в тишину комнаты. – Либо мы режем броню и маневровые движки ради установки дополнительного радиатора, либо первый же залп орудия перегружает стандартный аккумулятор, и доспех превращается в падающий кирпич. Чифую-нэ-сан права: базовые японские батареи второго поколения — это убожество. А допуск к военным реакторам Совета директоров для Канзаки перекрыт ее любящей семейкой.
Парень вздохнул, убрал ноги со стола и потянулся всем телом, заставив позвонки хрустнуть.
Стандартные инженерные протоколы зашли в тупик. Академия ИС строго контролировала распределение квантовых ядер, а Табанэ Синононо создавала их исключительно по собственному капризу. Но Гарри Поттер никогда не полагался на милость корпораций или эксцентричных гениев. Годы работы вольным наемником и уроки циничного мастера Кирицугу Эмии вбили в его голову простую истину: если систему нельзя взломать официально, нужно обратиться на черный рынок.
А когда черный рынок бессилен перед технологиями третьего поколения — в дело вступают межпространственные каналы старого шутника Зелретча.
– Надеюсь, я не пожалею об этом, – пробормотал Гарри, открывая нижний ящик стола.
Вместо бумаг там стоял герметичный походный термоконтейнер из титанового сплава. Гарри щелкнул замками, откинул крышку, и по кабинету поплыл легкий, морозный пар. Внутри, на тончайшей подушке из кристально чистого первородного льда, покоилось настоящее гастрономическое сокровище.
Пять килограммов свежайшего тихоокеанского голубого тунца. Брюшная часть высшей категории — «оо-торо». Мясо нежно-розового, почти мраморного оттенка, пронизанное тончайшими белыми прожилками сладковатого жира. Гарри лично отобрал эту тушу у проверенного поставщика в порту Йокогамы, разделал своим зачарованным филейным ножом и запечатал легкой консервирующей магией холода, чтобы сохранить первозданную текстуру волокон.
Гарри аккуратно переложил драгоценные куски рыбы на широкое деревянное блюдо, добавил пиалу с домашним соевым соусом, настоянным на водорослях комбу, и крошечную горку свеженатертого горного васаби.
Затем он вытащил из кармана огрызок мела, зачарованного рунами Пространственного Сдвига, и прямо на дорогом паркете кабинета студенческого совета быстро начертил аккуратный круг диаметром в метр. В центре круга вместо пентаграммы красовался схематичный отпечаток кошачьей лапы.
– Кровь древних богов мне не нужна, – пробормотал Гарри, ставя блюдо с тунцом в центр круга. – А вот идеальная жирность и баланс соевого соуса — товар высшей категории для этих тварей.
Он сложил пальцы в жест призыва, прикрыл глаза и негромко произнес формулу связи:
– *Ex Chaos, ad finem mundi. Рыбный день настал, выползай из коробки, чертов курильщик.*
Воздух в центре круга задрожал.
Пространство преломилось, словно треснувшее зеркало, и по кабинету прокатилась волна концентрированного, абсурдного, первобытного безумия. Раздался громкий, хлопающий звук, похожий на взрыв пакета из-под молока, и запахло жареными на костре сосисками, дешевым табаком и морской солью.
Посреди круга, окутанный клубами черного тумана, стоял силуэт.
Ростом он был не выше сорока сантиметров. Круглая, совершенно белая кошачья голова с огромными, прищуренными ушами, карикатурное гуманоидное тельце в крошечном черном плаще нараспашку и… массивные солнцезащитные очки-авиаторы, нацепленные на плоскую морду. В зубах существа дымилась микроскопическая кубинская сигара, выпускавшая колечки багрового дыма.
Неко-Арк Хаос — манифестация шестисот шестидесяти шести первобытных зверей в теле мультяшного кота — медленно снял очки лапкой, оглядел роскошные апартаменты и сплюнул окурок на паркет.
– До-о-о-о-брый вечер, мистер Поттер, – раздался из его крошечной пасти невероятно низкий, прокуренный, хриплый бас профессионального гангстера из чикагских трущоб шестидесятых годов. – Я преодолел квантовую суперпозицию, миновал налоговую полицию Кингс-Кросс и пролез сквозь щель в текстурах реальности не ради светской беседы. Где товар?
Гарри даже бровью не повел. Он лишь лениво указал пальцем на блюдо:
– Прямо перед твоим носом, Хаос. Тихоокеанский голубой тунец, выловлен шесть часов назад. Часть брюшка, идеальный срез. Охлажден магией первородного льда без заморозки клеточной структуры. Вкусовые качества — сто из ста.
Крошечный кот в плаще медленно подошел к блюду. Его круглый носик забавно дернулся раз, другой.
Внезапно огромные кошачьи глаза за темными стеклами очков вспыхнули зловещим, рубиновым адским пламенем. Из крошечного горла вырвалось низкое, утробное рычание, заставившее вибрировать оконные стекла кабинета.
– Священное чрево Левиафана… – благоговейно прохрипел Неко-Арк Хаос, и в его лапке неведомо откуда материализовались крошечные деревянные палочки.
Он подцепил прозрачный, лоснящийся ломтик рыбы, едва макнул его в соус и отправил в рот.
Наступила секундная пауза.
Кошачье тельце выгнулось струной. Очки соскользнули на кончик носа.
– *НЯ-А-А-А-А-А-А-А-АРХ!* – взревел кот басом оперного баритона. За его спиной на долю секунды взметнулись призрачные тени титанических чудовищ: морские змеи, гигантские спруты и стаи плотоядных акул закружились в инфернальном вихре. – Текстура! Плотность липидных соединений! Отсутствие паразитарной флоры! Это… это трансцендентно, смертный! Мои шестьсот шестьдесят шесть зверей внутри урчат, словно довольные котята в корзине с теплым бельем!
– Рад, что угодил твоему зверинцу, – Гарри хмыкнул, откинувшись на спинку кресла. – А теперь — к делу. Мой заказ.
Неко-Арк Хаос мгновенно вернул себе невозмутимый вид прожженного мафиози. Он поправил плащ, залез крошечной лапкой в глубокий внутренний карман и с натужным кряхтением выволок оттуда металлический цилиндр размером с термос.
Устройство выглядело как шедевр безумной внеземной инженерии. Корпус из матового темного орихалка был покрыт светящимися синими рунами, а внутри, за толстым бронестеклом из кварцевого кристалла, пульсировал сгусток концентрированной черной плазмы, окруженный кольцами антигравитационных стабилизаторов.
– Квази-гравитационный микрореактор модели «Неко-Драйв Тип Семь», – отчеканил Хаос, хлопнув лапой по металлу. – Стабильный холодный синтез на базе сжатого эфира пустоты. Выдает постоянную мощность в четыре тысячи киловатт без термического выхлопа. Твоя железная подружка сможет запитать от него не только ледяные радиаторы, но и пару рельсовых пушек, не боясь спалить проводку. Гарантия — до тепловой смерти текущей вселенной.
– Отличная работа, – Гарри протянул руку к цилиндру. – Было приятно иметь дело с…
Договорить он не успел.
*ЩЕЛК.*
Ручка входной двери кабинета плавно опустилась.
В тишине коридора раздался легкий перестук каблуков, и дверь распахнулась.
– Гарри-кун! Ты еще не спишь? Я принесла тебе чашечку ночного жасминового чая и отчет по…
На пороге замерла Татэнаси Сарасики.
Президент студенческого совета была одета в тонкое домашнее кимоно лавандового цвета с широким шелковым поясом, подчеркивающим ее тонкую талию. Ее длинные темные волосы были распущены по плечам, а в руках она держала лакированный поднос с чайником и двумя фарфоровыми пиалами.
В кабинете повисла немая сцена.
Гарри замер с протянутой к реактору рукой.
Неко-Арк Хаос стоял на полу возле блюда с тунцом, держа в лапке недоеденный кусок рыбы и сигару в зубах.
Татэнаси медленно моргнула раз. Другой.
Ее синие глаза, обычно полные лукавства и расчетливой холодности лидера академии, расширились до невероятных размеров. Поднос в ее руках едва заметно дрогнул, но чай не пролился — выучка элитного пилота сработала безупречно.
Взгляд девушки намертво прикипел к крошечному существу в черном плаще.
– Гарри… – очень тихо, неестественно спокойным шепотом произнес Хаос, не поворачивая головы. Его уши нервно прижались к черепу. – Скажи мне, что эта женщина — просто голографическая иллюзия системы безопасности.
– Это президент студсовета, Хаос, – так же тихо ответил Гарри, медленно закрывая лицо ладонью. – И у нее слабость к мягким вещам. Беги.
– Бежать? Ха! Я — владыка первобытной тьмы! Я не бегу от…
– *КЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!*
Оглушительный, ультразвуковой девичий визг разорвал ночную тишину кабинета, едва не высадив толстые бронированные стеклопакеты.
Татэнаси с грацией боевого истребителя третьего поколения метнулась вперед. Поднос с чаем был отброшен в сторону — Гарри чудом успел перехватить его в воздухе левой рукой, не пролив ни капли, — а сама президент студсовета упала на колени прямо на начерченный меловой круг.
– КАКОЙ МИЛЕНЬКИЙ! – закричала она, и в ее глазах вспыхнули огромные розовые сердечки. – КОТИК! В МАЛЕНЬКОМ ПЛАЩИКЕ! С СИГАРОЙ! КАКАЯ ПРЕЛЕСТЬ!
Прежде чем Неко-Арк Хаос успел хотя бы моргнуть, длинные, тонкие, но обладающие силой гидравлического пресса руки сильнейшего пилота академии сомкнулись вокруг его тельца.
*ЦАП!*
– ЖЕНЩИНА, ОТСТАВИТЬ! – заорал Хаос басом, когда его оторвали от пола. – НАРУШЕНИЕ ДИПЛОМАТИЧЕСКОГО ИММУНИТЕТА! Я АНТИ-ГЕРОЙ ВЫСШЕЙ КАТЕГОРИИ! МОИ ЗВЕРИ РАЗОРВУТ ТВОЮ ДУШУ НА…
*ШМЯК!*
Татэнаси с размаху прижала извивающегося кота к своей роскошной, мягкой груди, начав неистово тискать его, словно плюшевую игрушку из игрового автомата.
– А-а-а-ах! Какие мягкие щечки! Какие круглые лапки! – ворковала девушка, зарываясь лицом в его белоснежный затылок и осыпая макушку поцелуями. – Откуда ты взялся, малыш? Гарри-кун, ты завел котика?! Почему ты прятал его от меня?! Посмотри, какие у него смешные очки!
– ПРЕКРАТИ ЭТО, СМЕРТНАЯ САМКА! – надрывался Хаос, колотя крошечными лапками по лавандовому шелку ее кимоно.
Его очки съехали на лоб, обнажая выпученные от ярости глаза:
– Я — ВОПЛОЩЕНИЕ БЕЗДНЫ! Я ВЫПИВАЛ КРОВЬ ПАТРИАРХОВ! ПУСТИ, ИНАЧЕ Я ВЫЗОВУ ЛЕТАЮЩИЕ ТАРЕЛКИ И СОЖГУ ЭТОТ ОСТРОВ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ! ГАРРИ, СТРЕЛЯЙ В НЕЕ! ЭТО ПРИКАЗ!
Гарри сидел за столом, невозмутимо потягивая спасенный жасминовый чай из пиалы, и с садистским удовольствием наблюдал за происходящим:
– Извини, Хаос. Она мой непосредственный начальник. Субординация. К тому же, у нее доспех водного типа, твои звери просто утонут.
– ПРЕДАТЕЛЬ! ИУДА! Я ПРОКЛЯНУ ТВОЙ РОД ДО СЕДЬМОГО КОЛЕНА-А-А-А!.. – вопль кота захлебнулся, потому что Татэнаси начала неистово чесать его за круглым белым ушком.
*Чух-чух-чух.*
Пальцы девушки двигались с виртуозной скоростью, находя самые чувствительные нервные окончания, отточенные веками кошачьей эволюции.
Хаос внезапно замер.
Его крошечные задние лапки судорожно дернулись в воздухе. Зрачки расширились, заняв всю радужку.
– Ч-что… что это за темная магия?.. – прохрипел он, но в голосе вместо ярости прорезались предательские, вибрирующие нотки. – Мой мозговой ствол… блокировка моторных функций… Откуда у примитивной гуманоидной особи знание акупунктуры зверей Хаоса?..
– Тебе нравится, да? Хороший котик, милый котик, – приговаривала Татэнаси, прижимая его к щеке и поглаживая по спине длинными плавными движениями. – Ой, а животик у нас твердый… Ты, наверное, голодный?
Она перевела взгляд на стол, где стояло блюдо с остатками нарезанного тунца.
– Так вот чем вы тут занимались! – Татэнаси укоризненно посмотрела на Гарри, не выпуская обмякшего кота из объятий. – Гарри-кун, как не стыдно! Заставлять такого кроху есть прямо с пола, из общей тарелки! Настоящие леди так с питомцами не обращаются!
Она грациозно опустилась на колени перед низким журнальным столиком, усадила притихшего Хаоса себе на колени, взяла серебряную вилочку для фруктов и наколола самый толстый, истекающий прозрачным соком ломтик «оо-торо».
– Открой ротик, малыш. Скажи «а-а-ам»!
Неко-Арк Хаос попытался нахмуриться, вернуть суровое выражение лица, но запах свежей рыбы, смешанный с дурманящим ароматом цветущей вишни и лаванды, исходившим от девушки, нанес его древнему вампирскому сознанию фатальный критический удар.
Он открыл пасть.
Кусочек тунца плавно опустился на его шершавый язык.
Татэнаси тут же ласково провела ладонью по его подбородку, помогая проглотить:
– Умница какой! Кушай, кушай, расти большим и сильным тигром!
В голове Неко-Арка Хаоса рухнули последние ментальные барьеры.
Миллионы лет эволюции, первобытная ярость Черного Зверя, цинизм наемного убийцы измерений — все это растворилось в абсолютном, всепоглощающем экстазе сытости и женской ласки. В его крошечной груди что-то натужно скрипнуло, щелкнуло, и по комнате разнесся звук, похожий на работу дизельного генератора тяжелого танка на холостых оборотах.
*ТР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р.*
Хаос мурчал.
Громко, басовито, сотрясая чашки на подносе.
Он медленно сполз с колен Татэнаси на ковер, благоговейно упал на брюхо, вытянул передние лапки вперед и с размаху ударил лбом в пол перед подолом ее кимоно.
*БУМ.*
– О, ВЕЛИКАЯ МАТЬ-ПРАРОДИТЕЛЬНИЦА ТИХООКЕАНСКИХ ВОД! – взревел кот басом, истово кланяясь ей в ноги. Из-под его темных очков брызнули слезы религиозного экстаза. – БОГИНЯ ЗОЛОТЫХ РУК И НЕОГРАНИЧЕННОЙ СВЕЖЕЙ РЫБЫ! ПРИМИ ВЕРНОСТЬ НЕДОСТОЙНОГО СЛУГИ ХАОСА! ОТНЫНЕ МОЯ СТАЯ ПРИНАДЛЕЖИТ ТЕБЕ! ПРИКАЖИ — И МЫ СОЖРЕМ ЛУНУ РАДИ ТВОЕЙ УЛЫБКИ!
Татэнаси захлопала в ладоши, искренне радуясь новому поклоннику:
– Ара-ара! Какой вежливый котик! Гарри-кун, посмотри, он кланяется лучше, чем первокурсники на смотре строя!
Гарри молча налил себе еще чаю, глядя в потолок с выражением лица человека, смирившегося с неизбежным концом света:
– Зелретч, чтоб тебя черти драли в три смычка… Ты ведь сейчас смотришь на это через свой Калейдоскоп и давишься попкорном, старый маразматик.
В этот момент дверь кабинета снова тихо скрипнула.
– Сестра?.. Гарри-сан?.. Вы здесь? – раздался робкий, нерешительный голосок.
На пороге появилась Канзаки Сарасики.
Младшая сестра президента студсовета держала в руках тяжелую папку с инженерными чертежами и выглядела предельно измотанной. Темные круги под глазами выдавали бессонную ночь, форменная юбка слегка помялась, но в ее взгляде горело тихое упорство.
– Я пересчитала тепловые потери в радиаторах, но… нам все равно не хватает мощности… – начала она и осеклась.
Канзаки застыла на месте, во все глаза глядя на открывшуюся картину:
Ее старшая сестра сидит на полу в домашнем кимоно и нежно гладит по ушам сорокасантиметрового прямоходящего кота в солнцезащитных очках и плаще мафиози. Кот при этом лежит ничком, восторженно целует подол кимоно Татэнаси и громко мурлычет басом сорокалетнего грузчика. А вице-президент Поттер сидит за столом и лениво заедает жасминовый чай маринованным имбирем.
– Э-э… – Канзаки медленно сделала шаг назад, прижимая папку к груди, как щит. – Я… наверное, зашла не вовремя? Это… какой-то тайный ритуал студенческого совета?
Неко-Арк Хаос мгновенно вскинул голову.
Увидев младшую сестру своей новообретенной «Богини», кот рывком вскочил на лапы, поправил плащ и окинул застенчивую девочку взглядом придирчивого, но безмерно щедрого монарха.
– Кто эта юная дева, освященная кровным родством с нашей Небесной Кормилицей?! – прогрохотал Хаос, указывая на Канзаки сигарой.
– Это моя младшая сестренка, Канзаки, – улыбнулась Татэнаси, с удовольствием наблюдая за реакцией родственницы. – Она гениальный инженер, но злые чиновники не дают ей мощный двигатель для ее летающего доспеха.
– ЗЛЫЕ ЧИНОВНИКИ?! – шерсть на загривке Хаоса встала дыбом, а плащ угрожающе раздулся, словно наполненный ураганным ветром. – БЮРОКРАТИЧЕСКИЕ ЧЕРВИ ПОСМЕЛИ ОБИДЕТЬ СЕСТРУ ВЕЛИКОЙ БОГИНИ ТУНЦА?! НЕДОПУСТИМО! ОСКВЕРНЕНИЕ СВЯТЫНИ!
Кот решительно подбежал к столу, схватил металлический цилиндр «Неко-Драйва» и с поклоном протянул его оторопевшей Канзаки:
– Прими этот дар, о младшая жрица! Квази-гравитационный реактор седьмого типа! Никаких ограничений по мощности! Твой доспех будет летать быстрее мысли и морозить врагов до абсолютного нуля!
– Э… ч-что?.. – Канзаки машинально приняла тяжелый, приятно вибрирующий цилиндр, чувствуя исходящую от него колоссальную, чистую энергию. – Но… откуда такая плотность потока?.. Здесь нет квантового ядра…
– Квантовые ядра — детские погремушки для недоразвитых цивилизаций! – фыркнул Хаос.
Затем его лапка снова нырнула во внутренний карман плаща, глубина которого явно противоречила евклидовой геометрии. Кот кряхтел, сопел, вытаскивая наружу нечто длинное, массивное и зловеще поблескивающее матовым композитом.
*ЛЯЗГ!*
На паркет перед ногами Канзаки с глухим стуком опустилась тяжелая полутораметровая снайперская винтовка футуристического дизайна.
Ее граненый ствол состоял из трех электромагнитных рельсов, оплетенных криогенными трубками, массивный оптический прицел переливался рубиновыми линзами, а в прикладе виднелось гнездо под дополнительный энергоблок.
– Экспериментальная лучевая винтовка «Хаос-Брекер, Модель Ноль», – торжественно объявил кот, смахивая невидимую пылинку со ствола. – Стреляет сжатыми пучками когерентного эфира. Пробивает фазированные щиты третьего поколения, как мокрую туалетную бумагу. Отдачи нет, звук выстрела приглушен до щелчка зажигалки. Дар от Черного Зверя в знак вечной преданности роду Сарасики!
Канзаки выронила папку с чертежами. Бумаги веером рассыпались по полу. Девушка стояла, прижимая к груди реактор и глядя на чудовищное оружие у своих ног с благоговейным ужасом истинного техно-маньяка.
– Это… это невозможно… – шептала она, и ее глаза за челкой сияли лихорадочным блеском. – Синхронизация по квантовому каналу… Индукционные катушки из сверхпроводника… Это оружие превосходит пушку Лауры-сан на два поколения!
– Пользуйся на здоровье, дитя! – Хаос довольно затянулся сигарой, выпустив колечко дыма в форме кошачьей морды.
Затем он повернулся к Татэнаси, отвесил еще один глубокий, церемониальный поклон и щелкнул пальцами:
– Моя миссия в этом измерении завершена! Великая Богиня Тунца, я вернусь, когда наступит следующий сезон нереста! Держи свой холодильник полным, а сердце открытым!
В воздухе позади кота возникла крошечная картонная коробка с надписью «Апельсины». Неко-Арк Хаос с поразительной ловкостью запрыгнул в нее задом наперед, натянул очки на нос, козырнул лапкой Гарри и… схлопнулся вместе с коробкой в крошечную черную точку, оставив после себя лишь слабый запах ментолового табака и идеальную тишину.
***
В кабинете студенческого совета повисло тяжелое, вязкое молчание.
Единственным звуком было мерное гудение реактора в руках Канзаки и тихое похлебывание чая из пиалы Гарри.
Татэнаси медленно поднялась с колен, отряхнула кимоно и грациозно подошла к столу. Ее веер с мягким шелестом раскрылся, прикрывая нижнюю часть лица, но в синих глазах плясали такие опасные, требовательные и безумно любопытные огоньки, что даже закаленный в боях наемник невольно напрягся.
Рядом, все еще пребывая в состоянии глубокого шока, стояла Канзаки. Девушка переводила взгляд с тяжелой винтовки на полу на безмятежное лицо Поттера.
– Итак, – протянула Татэнаси бархатным, урчащим голоском, обмахиваясь веером. – Гарри-кун… дорогой вице-президент… мой верный помощник…
– Я слушаю, президент, – Гарри поставил пиалу на блюдце.
– Не соблаговолишь ли ты объяснить двум скромным японским девушкам… – веер в руках Татэнаси резко захлопнулся, указав тонким кончиком прямо в переносицу парня, – ЧТО ЭТО, МАТЬ ТВОЮ ЗА НОГУ, СЕЙЧАС ТАКОЕ БЫЛО?!
Канзаки робко кивнула, отчаянно краснея:
– Д-да… Гарри-сан… Этот реактор… его сигнатура энергии не похожа ни на одну технологию на Земле. И этот… этот господин в плаще… Он назвал мою сестру богиней?..
Гарри тяжело вздохнул. Он потер переносицу, достал из кармана новую зубочистку и закинул ее в рот, собираясь с мыслями.
Скрывать правду дальше не имело смысла. Девушки уже увидели то, что выходило за рамки нормальной реальности. А Канзаки теперь предстояло интегрировать эти технологии в свой доспех.
– Садитесь, – негромко произнес он, кивнув на свободные кожаные кресла. – Разговор будет долгим. И если хоть слово из того, что я сейчас скажу, уйдет за пределы этой комнаты… мне придется стереть вам память с помощью парочки очень неприятных заклинаний, от которых неделю болит голова.
Сестры переглянулись и синхронно опустились в кресла напротив. Татэнаси подобрала под себя ноги, с живейшим интересом подавшись вперед, а Канзаки аккуратно поставила реактор на стол, боясь даже дышать на него.
Гарри откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.
– Начнем с простого, – заговорил он ровным, лишенным эмоций голосом. – Мир, который вы знаете — Академия ИС, монополия Табанэ Синононо, спортивные турниры и международные интриги вокруг ядер доспехов — это всего лишь тонкая пленка на поверхности океана. Под этой пленкой скрывается настоящая реальность. Древняя, грязная и крайне опасная.
Он указал на пустой меловой круг на полу:
– То существо, которое ты только что тискала за щеки, Татэнаси… В моем родном мире и на его теневых задворках его называют Неко-Арк Хаос. Это концептуальная сущность, аватар одного из сильнейших вампирских патриархов параллельного измерения — Неро Хаоса. Существа, способного вмещать в свое тело шестьсот шестьдесят шесть видов вымерших и демонических тварей.
Татэнаси моргнула, ее веер дрогнул:
– Вампирский… патриарх? Этот крошечный пушистик с сигарой?
– В своем оригинальном облике он выглядит как оживший кошмар из плоти и черной смолы высотой в два метра, – сухо парировал Гарри. – Но из-за искривления пространственных барьеров и дурацкого чувства юмора одного бессмертного старика по имени Зелретч… часть его силы сколлапсировала в пародийную, карманную форму. Хаос превратился в межпространственного бродягу и контрабандиста. Он путешествует между параллельными мирами, собирая редкие артефакты, запрещенное оружие и… деликатесы.
– Деликатесы? – переспросила Канзаки, широко раскрыв глаза.
– Он одержим свежей рыбой, – Гарри криво усмехнулся. – Для существа, состоящего из хаотической материи, чистый белок и жирные кислоты омега-три высшей пробы — это лучший стабилизатор формы. В мире, откуда он родом, за качественный тунец ведут войны. Когда я учился стрельбе и выживанию у наемников в Гонконге и Таиланде, мой наставник свел меня с контактами Теневого Рынка. Я быстро понял: чтобы достать вещи, которых не существует в природе, не нужно золото. Нужен правильный бартер.
Гарри постучал пальцем по металлическому корпусу реактора:
– Этот «Неко-Драйв» — продукт технологий иной временной линии. Там человечество не изобретало «Инфинит Стратос». Они сразу пошли по пути освоения эфира и гравитационных генераторов. Реактор внутри использует принцип сжатой пустоты. Для него не нужны ядра Синононо. Ему плевать на ограничения женской ДНК. Он питается напрямую от электромагнитного поля планеты и… легкого магического резонанса пилота.
Канзаки затаила дыхание. Ее пальцы робко коснулись теплого металла:
– Значит… я смогу использовать его? Без одобрения Совета директоров? Без вмешательства инженеров правительства?
– Именно, – Гарри мягко улыбнулся девочке. – Ты сама спроектировала адаптеры для радиаторов. Твой ум превосходит половину профессоров в этом институте, Канзаки. Тебе просто не давали шанса, потому что боялись усиления влияния твоей сестры. Теперь у тебя есть источник энергии, который выдает втрое больше мощности, чем «Черный Дождь» Лауры. А эта винтовка…
Он перевел взгляд на лежащее на полу оружие:
– «Хаос-Брекер» стреляет лучом сжатой плазмы на дистанцию до пятидесяти километров без потери когерентности. Никакой защитный барьер второго поколения не выдержит прямого попадания. На грядущих командных учениях ты сможешь сбивать дроны противника еще на стадии взлета с катапульт.
Канзаки слушала его, и слезы, которые она так долго сдерживала