Убийца Волшебников и Тайна Кристальной пещеры.
Ловушка любви сорок пятого калибра
Велма замерла, боясь сделать даже вдох.
Прикосновение его пальцев было сухим, горячим и неожиданно бережным для человека, чьи руки привыкли сжимать рифленые рукояти огнестрельного оружия и крутить закисшие гайки подвески. Прядь волос легла за ее ухо, кончики пальцев Гарри едва заметно мазнули по чувствительной коже у виска, заставив по спине девушки пробежать табун колючих мурашек.
– Не только о стрельбе, очкарик, – негромко повторил он, глядя на нее сквозь дым тлеющей сигареты. В глубине его изумрудных глаз не было привычной насмешки – лишь странное, усталое тепло. – Иногда я еще думаю о хорошем эспрессо и о том, почему самые умные девушки на побережье предпочитают свитера крупной вязки вечерним платьям. Хотя в платье… ты определенно эффективнее любого отвлекающего маневра.
Велма судорожно сглотнула, чувствуя, как предательский румянец снова заливает щеки, поднимаясь от открытых ключиц к самым ушам:
– Гарри Поттер, твоя манера делать комплименты балансирует на грани оскорбления и уголовного кодекса.
– Зато честно, – усмехнулся он, затягиваясь в последний раз и туша окурок о подошву армейского ботинка. – В моем ремесле лесть обычно заканчивается пулей в затылок.
В этот момент тишину школьного коридора разорвал победоносный рев полицейской сирены.
Двери с грохотом распахнулись, и на второй этаж, тяжело дыша и потрясая наручниками, ввалился шериф Бронсон Стоун в сопровождении трех помощников.
– Всем стоять! Именем закона округа Кристальная Пещера! – пробасил шериф, демонстративно выпячивая грудь и игнорируя то, что связанная Элис Мэй уже сидела на полу у ног Дафны. – Я лично выследил эту паранормальную угрозу по запаху серы и эктоплазмы! Преступник нейтрализован силами департамента шерифа! Фотографы здесь?! Где городская газета?!
Гарри лишь покачал головой, молча развернулся и зашагал к пожарному выходу, растворяясь в тенях коридора.
– Эй, а ты куда? – крикнула ему вслед Велма.
– Спать, детектив, – донесся его насмешливый голос из темноты. – Лавры спасителя оставь Стоуну. Ему для переизбрания нужнее. А мне завтра еще карбюратор перебирать.
Велма проводила его взглядом, тронув пальцами то место у виска, которого он касался. Сердце в груди колотилось совершенно антинаучно, нарушая любые законы кардиологии.
***
Если бы Гарри Поттер знал, чем обернется для него следующая пятница, он бы заперся в подземном бункере, заварил дверь автогеном и выставил по периметру противопехотные мины.
Утро началось с предательства.
Гарри стоял под брюхом полуразобранного «Доджа», сосредоточенно меняя пробитый поддон картера. На нем были старые рабочие джинсы, серые от въевшейся сажи, и майка-алкоголичка. В гараже играл тихий блюз, пахло бензином и свежесваренным кофе. Идиллия.
Скрипнула входная дверь.
– Гарри, милый, – раздался до боли знакомый, бархатный и смертельно опасный голос Джанетт Нетлз.
Поттер медленно выкатился на тележке из-под машины, прищурив глаз:
– Если вы опять по поводу школьного родительского собрания, мисс Нетлз, то учитель химии сам виноват. Нельзя смешивать перманганат калия с глицерином в таких пропорциях, даже если это демонстрационный опыт.
– Я здесь не из-за химии, – улыбнулась женщина, и в ее глазах сверкнул огонек чиновника, готового подписать указ о депортации.
Сзади нее, стараясь казаться максимально незаметной, протиснулась Велма Динкли. Но вид у нее был до крайности подозрительный: в руках она держала объемный бумажный пакет с логотипом городской пекарни, а из-под ее оранжевого свитера торчал край черной фанатской футболки с надписью готическим шрифтом: *«Hex Girls: Earth, Wind and Fire»*.
– Гарри, – мягко начала Велма, подходя ближе и выставляя пакет вперед, словно щит. – Мама испекла те самые слойки с яблоками и корицей. Двойная порция карамели.
Гарри сел на тележке, скрестив руки на груди. Его боевые рефлексы завыли сиреной:
– Так. Отставить подкуп кондитерскими изделиями. В чем подвох? Вы хотите, чтобы я починил школьный автобус за бесплатно?
– Нет, сынок, – Джанетт сделала шаг вперед, щелкнув пальцами. – Сегодня вечером в амфитеатре Кристальной Пещеры выступает популярная эко-рок-группа «Ведьмы». Салли МакНайт и ее команда. Велма – их преданная фанатка. А тебе, согласно моему плану индивидуальной социализации трудных подростков, жизненно необходима групповая культурная терапия.
Гарри посмотрел на Джанетт, затем на Велму. На его лице отразился такой концентрированный ужас, словно ему предложили добровольно сдаться Волан-де-Морту на чаепитие.
– Рок-концерт? – севшим голосом переспросил он. – С визжащими малолетками, приторной газировкой и децибелами, от которых лопаются барабанные перепонки? Вы с ума сошли?! Я лучше добровольно переберу тормозную систему грузовика в серной кислоте с завязанными глазами! Я не пойду!
– Пойдешь, – отрезала Джанетт.
– Попробуйте заставить, – оскалился Гарри, мгновенно напрягая мышцы и готовясь к тактическому отступлению через окно подсобки.
– Велма, сейчас! – скомандовала Нетлз.
То, что произошло дальше, войдет в личный список величайших позоров Гарри Поттера под грифом «Совершенно секретно».
Велма с криком: «Прости, Гарри, но они поют про защиту окружающей среды!» – швырнула пакет со слойками ему прямо в лицо. Гарри рефлекторно поймал выпечку – годы ловли снитча давали о себе знать, – но этот полусекундный зазор решил все.
Сзади из тени стеллажа выскочила Джанетт. В ее руке блеснул тяжелый моток промышленного армированного скотча и специальный полицейский захват для ног, который она конфисковала со склада шерифа. С грацией опытного тюремного надзирателя мисс Нетлз подсекла Гарри под колени, а Велма, навалившись всем своим немалым интеллектом и массой, ловко обмотала его запястья прочнейшим альпинистским паракордом, завязав узел, которому ее на днях обучил Фред.
– ЭЙ! ВЫ СОВСЕМ С ДУБА РУХНУЛИ?! – взревел Гарри, пытаясь вырваться, но скотч уже намертво зафиксировал его лодыжки. – ЭТО ПОХИЩЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА! ЭТО СТАТЬЯ СТО ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ! ВЕЛМА, Я ЛИЧНО СОЖГУ ТВОЙ КОНСПЕКТ ПО ТРИГОНОМЕТРИИ!
– Мне очень жаль, Гарри, но билеты на VIP-сектор раскупили за три минуты, а Джанетт достала контрамарки через мэрию! – виновато лепетала Велма, затягивая последний виток скотча вокруг его торса.
Спустя пять минут Гарри Поттер, упакованный в кокон из скотча и веревок наподобие египетской мумии, был торжественно погружен в грузовой отсек психоделического фургона «Корпорации Тайна» и брошен между запасным колесом и ящиком с сухим кормом Скуби-Ду.
– Позор… – глухо стонал Гарри в дно фургона, пока мотор чихал и трогался с места. – Меня связали библиотекарша и сотрудница муниципалитета. Если об этом узнают в Роанапуре, Реви пристрелит меня из жалости, чтобы я не мучился от стыда…
***
Городской амфитеатр Кристальной Пещеры гудел, как встревоженный улей. Толпа фанатов в черной одежде, с напульсниками, шипами и зелеными прядями в волосах скандировала: «ВЕДЬМЫ! ВЕДЬМЫ! ВЕДЬМЫ!»
Но за кулисами царила паника.
Гарри, которого Велма наконец милостиво освободила от веревок под клятвенное обещание «не стрелять в толпу и не ломать никому пальцы», стоял у входа в гримерку, прислонившись спиной к кирпичной кладке. Он мрачно потирал затекшие запястья, смеривая убийственным взглядом сначала Велму, которая сияла от счастья в своей фанатской футболке, а затем остальных членов банды.
– Если этот концерт окажется отстоем, я заставлю вас сожрать эти билеты без соли, – прошипел он.
– Ой, да брось, Гарри! «Ведьмы» – потрясающие! – щебетала Велма, нервно поправляя очки. – Их тексты наполнены глубоким эко-феминистическим подтекстом, а соло на гитаре Салли построено на пентатонике шестнадцатого века!
Дверь гримерки распахнулась, и на пороге показались сами виновницы торжества.
Группа «Ведьмы» выглядела эффектно. Басистка Даск с бледным лицом и темной челкой, барабанщица Луна с дикими кудрями и, наконец, сама солистка – Салли «Торн» МакНайт. Высокая, стройная, с иссиня-черными волосами, алыми губами и пронзительными зелеными глазами, подведенными густой сурьмой. На ней было облегающее черное платье с рваным подолом и массивные армейские ботинки.
В руках Торн сжимала кусок черного пергамента, исписанный светящимися зелеными чернилами.
– Концерта не будет! – взволнованно бросил их менеджер, толстый нервный коротышка в блестящем пиджаке. – Это уже третье предупреждение! Фантом убьет нас всех!
– Никакой отмены, мистер Арнольд! – жестко отрезала Торн, вздернув подбородок. Ее голос был низким, с приятной хрипотцой. – Мы не позволим какому-то ряженому трусу сорвать наше шоу! Наши фанаты ждали этого три месяца!
– Простите, что вмешиваюсь, – на середину комнаты выступил Фред Джонс, поправляя свой оранжевый аскот. Его глаза горели фанатичным огнем великого комбинатора. – Я – Фред Джонс, лидер «Корпорации Тайна». И мы раскроем это дело!
– Вы? – скептически изогнула бровь Торн, скользнув взглядом по подросткам.
Но затем ее глаза наткнулись на Гарри.
Поттер стоял в полумраке коридора, скрестив руки на груди. Широкие плечи, хищный разворот корпуса, глубокий шрам над бровью, тяжелый, уверенный взгляд профессионала и отчетливый запах оружейного масла, перебивающий даже стойкие духи рокерш. В нем не было ни капли подростковой неловкости Фреда или Шэгги.
Торн едва заметно прикусила нижнюю губу, и в ее изумрудных глазах блеснул хищный женский интерес.
– А этот мрачный красавчик тоже в вашей… команде? – мурлыкнула она, не сводя с Гарри взгляда.
Велма мгновенно напряглась. Ее плечи окаменели, а рука с блокнотом сжалась так, что бумага жалобно хрустнула. Она сделала полшага вперед, буквально заслоняя собой Гарри:
– Мистер Поттер – наш консультант по вопросам… критических ситуаций. Но сейчас речь о вашей безопасности, мисс МакНайт!
– Именно! – подхватил Фред, совершенно не заметив искр, проскочивших между девушками. – У меня есть гениальный план! Фантом охотится за вами, Торн. Его цель – солистка. Значит, нам нужна приманка! Мы загримируем Дафну под вас! Она выйдет на сцену в начале вступительного аккорда, Фантом атакует ее, и в этот момент сработает моя новая гравитационная ловушка с противовесом из звуковых мониторов и кевларовой рыболовной сетью!
Дафна Блейк шагнула вперед. Ее глаза сияли преданностью:
– Я готова, Фредди! Если это поможет поймать чудовище и защитить искусство – я сделаю это!
Фред посмотрел на нее и снова почувствовал этот странный, тянущий спазм где-то в районе солнечного сплетения.
– Да… Дафна. Ты будешь… великолепной приманкой. Самой лучшей. Никакой фантом не устоит перед такой… прочностью конструкции.
Дафна смущенно улыбнулась, хотя слово «конструкция» слегка резануло ее слух.
Гарри в углу лишь тихо застонал себе под нос:
– Опять ловушки. Опять переодевания. Почему в этом чертовом городе никто не может просто выставить по периметру взвод автоматчиков и решить проблему за три секунды?..
***
Спустя час амфитеатр взорвался ревом.
Свет погас. Загорелись ядовито-зеленые и багровые прожекторы. Из дым-машин повалил густой туман. На сцену вышли Даск и Луна, ударив по струнам и тарелкам с такой сокрушительной мощью, что вибрация ударила Гарри прямо в диафрагму.
Поттер стоял за кулисами, у тяжелой металлической опоры фермы освещения. Он держал в руке банку колы, скептически глядя на происходящее.
В центр сцены, кутаясь в черное платье с разрезом и сжимая микрофон, выбежала Дафна, загримированная под Торн один в один: черный парик, сурьма на веках, алые губы. Настоящая Салли МакНайт стояла рядом с Гарри за кулисами, наблюдая за своим двойником.
– А твоя подружка неплохо держится, – шепнула Торн, придвинувшись к Гарри почти вплотную. От нее пахло пачули, гвоздикой и ночной свежестью. Ее обнаженное плечо слегка коснулось его руки. – Хотя драйва ей не хватает. Слишком много лоска. Настоящая ведьма должна пахнуть опасностью… как ты, например.
Гарри скосил на нее зеленый глаз, не меняя позы:
– Я пахну оружейным керосином, мисс МакНайт. Это отпугивает блох и романтически настроенных барышень.
Торн тихо, грудно рассмеялась:
– Меня это только заводит, мистер Консультант.
Велма, стоявшая в двух шагах слева и напряженно следившая за сценой, услышала каждое слово. Ее челюсти сжались с такой силой, что послышался скрип эмали. Она яростно ткнула карандашом в свой блокнот, проткнув страницу насквозь.
Тем временем на сцене музыка набрала бешеный темп. Дафна поднесла микрофон к губам, приготовившись открывать рот под фонограмму.
И тут воздух разорвал дикий, инфернальный скрежет.
Прожекторы мигнули и с хлопком сменили цвет на мертвенно-фиолетовый. С колосников под куполом амфитеатра с жутким свистом спикировала фигура.
Фантом.
Он выглядел пугающе: развевающийся черный саван, искаженное бледное лицо, похожее на театральную маску трагедии, и светящиеся белые шары энергии, пульсирующие в когтистых перчатках.
– ГОЛОС ВЕДЬМЫ УМОЛКНЕТ НАВСЕГДА! – взревел монстр через скрытый синтезатор речи.
– СЕЙЧАС! – заорал Фред из звукорежиссерской будки, срывая стопорный рычаг. – ЛОВУШКА ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ ДРОБЬ БИС!
Сверху должна была рухнуть сеть. Но вместо этого раздался жалобный треск. Шестеренка на лебедке, которую Фред второпях смазал арахисовым маслом Шэгги вместо машинной смазки, намертво заклинила. Трос натянулся, заскрипел и… замер. Сеть осталась висеть под потолком, лишь слегка покачиваясь.
– НЕТ! МОЙ ПРИВОД! – в ужасе схватился за голову Фред.
Фантом захохотал, спикировал прямо на сцену, сбил Дафну с ног и увлек ее за собой в темноту декораций заднего плана.
– ДАФНА! – истошно закричал Фред, бросая пульт и кубарем скатываясь по лестнице будки.
Но Фантом не остановился на этом. Развернувшись в воздухе, он завис над сценой и вскинул руки, целясь светящимися перчатками в массивную трехтонную звуковую колонку центрального подвеса, висевшую прямо над кулисами.
– ТАК НЕ ДОСТАВАЙСЯ ЖЕ ТЫ НИКОМУ! – провизжал он.
Из его перчаток сорвался сноп ярких, трещащих искр – мощный направленный микроволновой разряд, пережегший стальные тросы крепления акустической системы.
Колонка размером с микроавтобус с оглушительным скрежетом сорвалась с подвеса и полетела вниз.
Прямо туда, где стояла оцепенелая от шока Салли МакНайт.
– Торн, берегись! – вскрикнула Луна с барабанной установки.
Салли подняла голову, но ноги словно приросли к полу. Огромная черная туша аппаратуры падала прямо на нее, заслоняя свет софитов.
Она успела лишь зажмуриться, ожидая удара.
Удара не последовало.
Вместо этого ее сбил с ног мощный, сокрушительный таран живой силы. Гарри Поттер двигался со скоростью, недоступной человеческому глазу. Выброс адреналина, помноженный на годы магических тренировок, превратил его тело в стальную пружину.
Он сгреб певицу в охапку, перекатился по доскам сцены, закрывая ее голову своим телом, и в ту же секунду за их спинами раздался адский грохот:
КР-Р-РАХ-Х-Х!
Тяжелая колонка врезалась в пол точно в то место, где секунду назад стояла Торн, разлетевшись на тысячи осколков динамиков, магнитов и фанеры. Сноп искр осыпал их одежду.
– Цела? – хрипло спросил Гарри, приподнимаясь на локтях. Его лицо было в двух дюймах от лица Салли.
Торн открыла глаза. Ее грудь тяжело вздымалась, прижимаясь к его мускулистому торсу. Она смотрела в его пылающие зеленые глаза, чувствовала исходящий от него жар и железную хватку его рук. В ее взгляде не было страха – там вспыхнула чистая, первобытная страсть.
– Теперь… определенно цела, – выдохнула она, обхватив его шею тонкими руками с черным маникюром.
– Отлично, тогда пригнись, – Гарри мягко, но решительно оттолкнул ее в безопасную нишу под кирпичной кладкой, а сам вскочил на ноги.
Вся напускная лень окончательно слетела с него.
Из-под жилетки с металлическим лязгом выскользнули верные кастомизированные «Беретты 92FS» с удлиненными стволами.
– Ты испортил хороший концерт, летающая тряпка, – ледяным тоном процедил Гарри, взводя курки обеих пушек синхронным движением больших пальцев.
Фантом, паривший у вентиляционной шахты, замер. Он посмотрел на два черных дула девятого калибра, направленных ему точно в переносицу, и внутри его балахона что-то отчетливо екнуло.
– Твоя следующая фраза будет: «Ты не посмеешь стрелять при свидетелях!» – зловеще усмехнулся Гарри.
– Ты не посмеешь стрелять при свиде… – начал было Фантом, но осекся. – Черт побери, да кто ты такой?!
– НАЙГЕРУНДАЙО ТЕБЕ НЕ ПОМОЖЕТ! – рявкнул Гарри, вскидывая стволы.
БАМ! БАМ! БАМ!
Грохот выстрелов заглушил вой сирен. Пули с ювелирной точностью срезали клеммы электрошокеров на перчатках Фантома и пробили трос его параплана.
Монстр взвизгнул, выпустил густую дымовую шашку со слезоточивым газом и, кувыркаясь в воздухе, с позором ввалился в открытый вентиляционный люк, с грохотом захлопнув за собой металлическую заслонку.
– Ушел, крыса помойная! – выругался Гарри, опуская дымящиеся стволы. Он сплюнул на сцену пороховую гарь: – Патроны только перевел…
***
Пока на сцене бушевали выстрелы, за кулисами разворачивалась трагедия совершенно иного, экзистенциального масштаба.
Фред Джонс сидел на ящике из-под кабелей, обхватив голову руками. Его плечи мелко дрожали. Идеальный мир блондина, построенный на блоках, противовесах и прочности веревок, рухнул в бездну.
– Она пропала… – бормотал Фред, глядя в пустоту остекленевшими глазами. – Дафна пропала. Фантом утащил ее.
К нему подбежал Шэгги, жуя на ходу кусок холодного хот-дога:
– Чувак, ну ты чего раскис? Мы же всегда их находим! Правда, Скуб?
– Р-всегда! – подтвердил пес, на всякий случай прячась за спину хозяина.
– Вы не понимаете… – глухо произнес Фред, и в его голосе звенело отчаяние. – Внутри меня… что-то сломалось. У меня в груди давит. Словно перегруженная пружина натяжителя капкана девятого класса. Я… я не понимаю, почему я так переживаю!
Он поднял на Шэгги полные муки глаза:
– Почему мне так больно?! Это из-за того, что ловушка не сработала? Из-за того, что арахисовое масло дало критический коэффициент трения в шестернях?! Или… или это из-за Дафны?! Почему мне вообще не все равно на Дафну?!
Фред вскочил на ноги и принялся нервно мерить шагами пыльное пространство за кулисами, жестикулируя и рассуждая вслух:
– Давайте мыслить логически! Холодный, структурный анализ! Дафна Блейк. Объект женского пола. Носит фиолетовое. Постоянно попадает в беду. Зачем она мне? Я же ловушкостроитель! Моя жизнь – это канаты, лебедки и падающие решетки! Почему мое сердце колотится со скоростью двести ударов в минуту, когда она рядом?!
Он замер, прижав кулак ко лбу, и лицо его озарилось внезапным, чудовищным по своей нелепости «озарением»:
– Боже мой… Я понял! Я наконец-то все понял! Логическая цепочка сошлась!
– Чувак, ты о чем? – моргнул Шэгги.
– Мне не все равно на Дафну, потому что она – идеальный компонент механизма! – торжествующе воскликнул Фред, сияя как начищенный чайник. – Она – идеальная наживка! Ее яркое фиолетовое платье привлекает монстров с вероятностью в девяносто восемь процентов! Ее крик создает идеальную звуковую волну для дезориентации противника! Без Дафны семьдесят процентов моих капканов просто не имеют смысла! Я переживаю за нее, потому что без нее… вся моя концепция ловли чудовищ потеряет ключевой рабочий элемент! Она – лучшая приманка в истории криминалистики!
В тишине за кулисами раздался тихий, сухой щелчок.
Фред замер.
Из-за порванного занавеса медленно вышла Дафна.
Ее парик сбился набок, черное платье было испачкано театральной пылью, на щеке темнела царапина. В руках она сжимала тяжелую металлическую стойку от микрофона, которой, судя по вмятинам, только что от души огрела Фантома, сумев сбежать из его когтей самостоятельно.
Она слышала всё. От первого до последнего слова.
Ее лицо было белым как мел. Нижняя губа мелко дрожала, а в красивых карих глазах блестели крупные, готовые вот-вот пролиться слезы.
– Дафна! – радостно вскрикнул Фред, делая шаг к ней с распростертыми объятиями. – Ты спаслась! Моя приманка цела!
– Приманка?.. – ее голос прозвучал тихо, надтреснуто, но в нем звенела такая ледяная боль, что Фред невольно остановился.
– Дафна? Ты… ты в порядке?
– Я рисковала жизнью, – прошептала она, и первая слезинка скатилась по ее щеке, смывая черную подводку. – Я надела этот дурацкий парик. Я пошла на сцену, потому что верила тебе, Фредди. Я думала… я думала, что значу для тебя хоть что-то большее, чем кусок сыра в мышеловке!
– Но Дафна, сыр в мышеловке – это самая важная часть! – искренне, с абсолютным непониманием запротестовал Фред. – Без сыра мышь не пойдет в капкан! Это же фундаментальная физика!
– Заткнись, Фред, – Дафна сорвала с головы парик и с силой швырнула его ему под ноги. – Просто… замолчи. Ты безнадежен. Ты пустой, помешанный на своих веревках идиот.
Она развернулась на каблуках и, всхлипывая, побежала прочь, в сторону гримерки группы.
– Дафна! Постой! Я же рассчитал запас прочности! – кричал ей вслед совершенно растерянный блондин, искренне не понимая, где в его безупречных уравнениях закралась ошибка.
***
Спустя двадцать минут из студии звукозаписи при амфитеатре послышались яростные, тяжелые аккорды.
Дафна сидела за вторым микрофоном рядом с Торн, ее глаза пылали праведным гневом. Бас Даск сотрясал стены, барабаны Луны выбивали бешеный ритм. Девушки изливали всю свою женскую ярость в новый хит, который рождался прямо на ходу:
*«Ты расставил свои сети,* *Думал, я попалась в плен!* *Но любовь – не просто петли,* *Жди расплаты и измен!* *Сети любви! Рвутся в ночи!* *Больше не жертва, слышишь, молчи!..»*
Торн подмигнула Дафне, перехватывая гитарный гриф:
– Вот это я понимаю – драйв, девочка! Выжги его из своего сердца этим риффом!
– С удовольствием! – сквозь слезы и злость крикнула Дафна, выдавая мощную вокальную партию.
А прямо под дверью студии разворачивался финальный акт драмы, участником которого Гарри Поттер становиться совершенно не планировал.
Он стоял в коридоре, прижимая к плечу холодную банку газировки – ушиб после падения колонки все же давал о себе знать. Гарри уже прикинул маршрут эвакуации: три шага до пожарной лестницы, перемахнуть через забор, угнать велосипед у какого-нибудь фаната и скрыться в ночи.
Дверь студии распахнулась.
На пороге появилась Торн. Вспотевшая после записи, с горящими глазами, чертовски сексуальная в своем разорванном платье. Увидев Гарри, она хищно улыбнулась и легкой, кошачьей походкой направилась прямо к нему.
– А вот и мой герой, – промурлыкала она, подходя вплотную и упираясь ладонью в его широкую грудь. Ее длинные пальцы с черным лаком медленно скользнули по вороту его майки. – Ты спас мне жизнь, Гарри. А я всегда щедро благодарю тех, кто рискует ради меня. Как насчет того, чтобы поехать со мной в отель? У меня в номере отличный мини-бар, и я могу спеть для тебя… лично. Без свидетелей.
Гарри открыл рот, чтобы сказать что-то циничное, но не успел.
Воздух в коридоре сгустился до состояния жидкого азота.
– Отойдите от него, мисс МакНайт, – раздался ледяной, бритвенно-острый голос.
Из полумрака выступила Велма Динкли. Ее очки зловеще блеснули в свете тусклой лампы. В руках она сжимала тяжелую папку с детективными отчетами, словно боевой топор индейца.
– Прости, очкарик, ты что-то сказала? – лениво протянула Торн, даже не убрав руки с груди Гарри, а лишь вызывающе изогнув бровь.
– Я сказала: уберите свои руки от мистера Поттера, – отчеканила Велма, подходя ближе и глядя на рок-звезду снизу вверх с такой свирепостью, которой позавидовал бы голодный тигр. – Во-первых, он находится под официальной программой государственной опеки округа, и любые… несанкционированные контакты с лицами сомнительной репутации нарушают условия его патронажа! А во-вторых… он мой партнер!
– Партнер по чему, милочка? – насмешливо фыркнула Торн, сокращая дистанцию с Гарри еще на дюйм и прижимаясь к его боку. – По чтению занудных книжек в пыльной библиотеке? Брось. Такому дикому волку, как он, не место рядом с девочкой в нелепом оранжевом свитере. Ему нужна женщина, которая знает, что такое огонь и рок-н-ролл.
– Мой свитер на сто процентов состоит из натуральной шерсти! – вспыхнула Велма, ее щеки побагровели от