Убийца Волшебников: Мистическая Корпорация
Сети любви, свинец и готический рок
Запах жжёной канифоли, дешёвого лака для волос, перегретых прожекторов и сладкой газировки стоял в воздухе старого амфитеатра Хрустальной бухты такой плотный, что его можно было резать штык-ножом. Толпа подростков за кулисами гудела, словно потревоженный пчелиный рой. Басы тестового саундчека вибрировали в досках пола, отдаваясь прямо в печёнке.
Гарри Поттер сидел на перевёрнутом ящике из-под звуковых кабелей в самом тёмном углу бэкстейджа, надвинув на лоб выцветшую кепку. В руках он держал стаканчик с остывшим чёрным кофе без сахара, а в его глазах плескалась вселенская, экзистенциальная скорбь человека, которого насильно выдернули из уютного гаража с запахом машинного масла и свежих булочек с корицей.
– Напомни мне ещё раз, очкарик, – процедил Гарри, не поворачивая головы, – какая именно статья Женевской конвенции разрешает пытать ветеранов боевых действий сборищем визжащих малолеток и децибелами, способными вызвать сход лавины в Альпах?
Велма Динкли, стоявшая рядом, даже не удостоила его сочувственным взглядом. Она была занята тем, что в сотый раз проверяла диктофон и блокнот. Но что было куда удивительнее — её привычный строгий облик претерпел шокирующие изменения. Поверх оранжевого свитера у неё красовался чёрный значок с оскаленной летучей мышью, а на запястье чернел кожаный напульсник с металлическими заклёпками.
– Гарри, перестань ныть, – отчеканила Велма, поправляя очки. В её голосе звучали фанатские нотки, которые Поттер раньше слышал разве что у полоумных фанатиков Волан-де-Морта, шептавших о чистоте крови. – Это не «сборище малолеток». Это «Ведьмы»! Главное культурное явление независимой рок-сцены за последние пять лет! Их тексты наполнены глубинным нео-готическим символизмом, полифоническими гармониями и бунтом против мещанской парадигмы!
– Это три девицы в корсетах, которые орут в микрофон про гробы и полнолуние, пока барабанщик колотит по тарелкам так, будто они задолжали ему денег, – парировал Гарри, лениво потягивая горькую жижу. – И Джанет... о, великая будущая мэр Джанет Нетлз... «Гарри, сходи, развейся, это безопасно, там будет культурная элита города!» Ага, держи карман шире. Культурная элита прямо сейчас блюёт дешёвым сидром за трансформаторной будкой. Я видел.
– Мисс Нетлз просто пытается сделать из тебя человека, а не боевого робота с манией преследования, – отрезала Велма, но затем её щёки слегка порозовели. Она бросила короткий взгляд на его широкие плечи, скрытые под тёмной курткой, под которой привычно угадывалась сбруя наплечных кобур. – И вообще... я хотела, чтобы ты пошёл. Со мной.
Гарри замер со стаканчиком у рта. Его зелёные глаза лукаво блеснули из-под козырька. На губах расплылась наглая, ленивая ухмылка Рё Саэбы:
– О-о-о. Так это было свидание, детектив? А я-то думал, меня наняли телохранителем. Могла бы сразу сказать, я бы надел чистую рубашку и соизволил побрызгаться одеколоном, а не оружейной смазкой.
– Это не свидание! – выпалила Велма, мгновенно вспыхнув до корней волос и сердито уткнувшись в блокнот. – Это совместное посещение культурологического мероприятия в рамках расследования! Ты невыносим, Поттер!
– Знаю, детка. В этом моё очарование, – Гарри с наслаждением откинулся на кирпичную стену.
Идиллическую перепалку прервал топот тяжёлых ботинок. Двери гримёрки распахнулись, и в коридор вывалилась остальная часть «Мистической корпорации». Впереди целеустремлённо вышагивал Фред, обвешанный мотками капронового шнура, карабинами и массивным блоком лебёдки. За ним семенила Дафна, недовольно поджимавшая губы, а замыкали шествие Шэгги и Скуби-Ду, яростно делившие огромный пакет с попкорном со вкусом бекона.
– Фредди, я повторяю: это безумие! – возмущалась Дафна, поправляя фиолетовый ободок. – Почему именно я должна быть приманкой?!
– Потому что, Дафна, согласно моим баллистическим расчётам, твои антропометрические данные идеально совпадают с габаритами солистки! – с жаром вещал блондин, сверкая глазами безумного инженера. – Я натянул тройную сеть над кулисами, установил балансир с противовесом из пяти мешков с песком и соединил всё это с датчиком движения на основе растяжки! Если Фантом спрыгнет с колосников, он угодит прямо в центр тригонометрической паутины! Это будет триумф!
– Ловушки, опять ловушки... – Дафна тяжело вздохнула и закатила глаза.
– А где сами звёзды загробного мира? – поинтересовался Гарри, поднимаясь с ящика и лениво потягиваясь всем телом, пока суставы не издали приятный щелчок.
Словно в ответ на его слова, дверь главной гримёрной с табличкой «VIP» распахнулась, и на пороге появились они — три иконы готик-рока. Луна, темнокожая клавишница с холодным, отстранённым взглядом; Джинкс, миниатюрная барабанщица с растрёпанными рыжими волосами и барабанными палочками, торчащими из кармана; и, наконец, сама Салли МакНайт, более известная миру как Торн.
Высокая, гибкая, в обтягивающем бархатном чёрно-красном платье с разрезом, с волосами цвета воронова крыла и гипнотическими зелёными глазами, подведёнными густой сурьмой. На её шее покачивался массивный серебряный кулон, а на губах играла таинственная полуулыбка настоящей ведьмы.
Велма рядом с Гарри буквально затаила дыхание, сжав блокнот так, что побелели костяшки пальцев.
– Привет, ребята, – голос Торн был низким, бархатистым и вибрировал, словно басовая струна. – Вы те самые юные сыщики, о которых говорил организатор?
– «Мистическая корпорация» к вашим услугам, мисс МакНайт! – с готовностью отчеканил Фред, расправляя плечи. – Мы гарантируем, что этот ваш «Фантом» не сорвёт выступление! Моя ловушка с двойным перехлестом...
– Нам плевать на ловушки, нам нужно отыграть сет, – перебила его Луна, скрестив руки на груди. – Этот урод присылает угрозы целую неделю. Вчера он перерезал тормозные шланги нашего турового автобуса. Если сегодня шоу отменится, лейбл разорвёт контракт.
– Не разорвёт, – шагнула вперёд Дафна. Её лицо было профессионально загримировано: тёмная помада, бледная пудра, парик с чёрными прядями. В полумраке её было практически невозможно отличить от Торн. – Я выйду на сцену во время интро вместо тебя, Салли. Фантом клюнет на меня, прыгнет — и Фред накроет его сетью.
Торн смерила Дафну оценивающим взглядом, а затем её глаза скользнули дальше... и замерли на Гарри Поттере.
Гарри стоял, привалившись к стене, сунув руки в карманы куртки. Его поза источала абсолютное, смертоносное спокойствие хищника, которому глубоко плевать на окружающий пафос. Но когда их взгляды встретились — зелёный с зелёным, — между ними словно проскочил электрический разряд. Салли чуть приподняла идеально очерченную бровь. Она видела сотни парней, пускавших слюни при виде её декольте, но этот... этот смотрел на неё так, словно оценивал дистанцию для эффективного выстрела и прикидывал пути отхода. Это было дико, пугающе и невероятно притягательно.
– А ты тоже из группы поддержки, милашка? – протянула Торн с лёгкой кошачьей хрипотцой, шагнув прямо к нему.
Велма рядом с Гарри мгновенно оледенела. Её пальцы впились в ткань свитера.
– Я тут за механика и уборщика, мэм, – лениво отозвался Гарри, не меняя позы, но внутри включив режим полной боеготовности. Интуиция подсказывала: эта девица опаснее взвода автоматчиков. – Слежу, чтобы идиоты не покалечились, а аппаратура не взорвалась. Не обращайте внимания, пойте свои заупокойные баллады.
Торн тихо рассмеялась — искренне и с явным азартом:
– О, у нас завёлся дикий кот. Люблю парней с характером.
– Так, время поджимает! – громко и неестественно звонко перебила её Велма, буквально вклиниваясь между Гарри и певицей. Её лицо выражало высшую степень академической ненависти. – Нам нужно занять позиции согласно плану! Дафна — на сцену! Фред — к лебёдке! Поттер... ты стоишь рядом со мной и не отсвечиваешь!
Гарри лишь страдальчески закатил глаза к потолку, взмолившись про себя, чтобы его невезучесть ранга «Е» хотя бы сегодня взяла выходной.
***
Зал ревел. Тысячи фанатов скандировали: «ВЕДЬМЫ! ВЕДЬМЫ!»
Свет погас. Загрохотали барабаны Джинкс, полились тяжёлые риффы. На сцену сквозь клубы бутафорского тумана плавной походкой вышла фигура в чёрно-красном платье. Дафна держала фальшивый микрофон, идеально имитируя движения солистки.
Фред стоял на технических мостках под самым куполом амфитеатра, сжимая в руках пусковой рычаг:
– Давай же, чудовище... подойди к отметке «Х»... ещё два фута...
Воздух над сценой внезапно закружился в ледяном вихре.
С колосников с душераздирающим, потусторонним воем спикировало нечто огромное, бесформенное, закутанное в истлевший чёрный саван с капюшоном, из-под которого горели два бешеных жёлтых глаза. Фантом!
– ПРЕКРАТИТЕ ЭТОТ ШУМ! – взревел монстр, вздымая когтистые лапы. – ЭТОТ ТЕАТР СТАНЕТ ВАШЕЙ МОГИЛОЙ!
– Сейчас! – заорал Фред и с силой рванул рычаг лебёдки.
Раздался металлический визг... сменившийся мерзким сухим щелчком.
Капроновый трос, натянутый Фредом с маниакальной педантичностью, зацепился за ржавый шкив старой театральной балки. Противовес дёрнулся, мешки с песком застряли между стропилами, а массивная сеть, вместо того чтобы рухнуть на призрака, сиротливо повисла на высоте трёх этажей, завязавшись в нелепый узловатый клубок.
– ЧТО?! – в ужасе выдохнул Фред, вцепившись в свои светлые волосы. – Мой тройной шкотовый узел! Натяжение в сорок ньютонов! Оно... оно не сработало?!
Фантом, даже не заметив несостоявшейся ловушки, с глухим рыком спикировал прямо на Дафну. Девушка испуганно вскрикнула, споткнулась о монитор и упала в темноту оркестровой ямы. Призрак взмахнул саваном, сбил с ног звукорежиссёра за пультом, и вся сцена погрузилась в абсолютную, непроглядную тьму, нарушаемую лишь истошными криками паникующей толпы.
***
Спустя пятнадцать минут в закулисном коридоре царил погребальный мрак. Охрана эвакуировала зрителей, полиция ещё не приехала.
Фред сидел на ступеньках пожарной лестницы, обхватив голову руками. Его плечи мелко подрагивали. Он смотрел в пустоту остекленевшим, невидящим взглядом, а вокруг него валялись обрывки бесполезных верёвок.
– Как такое могло произойти?.. – шептал он пересохшими губами, не замечая никого вокруг. – Угол атаки составлял ровно сорок пять градусов. Коэффициент трения капрона о полированную сталь минимален... Но сеть заклинило. Механизм подвёл. Я... я подвёл.
Гарри и Велма стояли чуть поодаль у стены. Велма нервно теребила манжеты своего свитера, глядя на лидера команды с редким для неё сочувствием.
– Фредди совсем расклеился, – тихо сказала она. – Он никогда не ошибался в расчётах ловушек.
– Парень зациклен на шестерёнках, – хмыкнул Гарри, скрестив руки на груди. – Когда в твоей голове только узлы и карабины, реальный мир рано или поздно даёт тебе под дых свинцовым кастетом. Обычное дело.
А Фред продолжал свой мучительный монолог, погружаясь в пучины собственного искажённого разума:
– Почему мне так паршиво?.. – бормотал блондин, глядя на свои ладони. – Это из-за ловушки? Да, конечно, из-за ловушки. Идеальная конструкция, шедевр инженерной мысли, уничтоженный дурацким ржавым шкивом... Но почему тогда внутри всё горит? Почему перед глазами стоит Дафна, падающая в темноту? Неужели... неужели мне не всё равно на Дафну?
Он замер, нахмурив лоб, словно решая сложнейшее математическое уравнение:
– Если Дафна исчезнет... кто будет проверять натяжение моих лесок? Кто будет восхищаться моими схемами? Дафна — ключевой элемент экосистемы команды. Без неё баланс массы нарушится. Следовательно... мне не всё равно на неё, потому что она — лучший ассистент для моих ловушек! Да! Логика безупречна! Дафна нужна мне, чтобы мои капканы работали идеально!
Из тени дверного проёма медленно вышла фигура.
Дафна Блейк стояла там, сжимая в руках сдёрнутый парик. Её платье было перепачкано театральной пылью, на щеке темнела ссадина, но страшнее всего был её взгляд. В нём не было привычной капризности или кокетства — лишь ледяное, опустошающее разочарование, способное заморозить солнце.
Она слышала всё. От первого до последнего слова.
– Лучший ассистент для ловушек, значит? – её голос прозвучал тихо, но в гулкой тишине бэкстейджа ударил хлеще пощёчины.
Фред вскинул голову, его глаза расширились:
– Дафна! Ты жива! Ловушка...
– Заткнись, Фред, – оборвала она его, и в её тоне прорезалась сталь, которой позавидовала бы сама Балалайка. – Просто заткнись. Я чуть не сломала шею в этой яме, пока ты сидел здесь и вычислял, насколько я полезна для твоих дурацких сеток. Знаешь что? Иди к чёрту со своими карабинами.
Она развернулась на каблуках и стремительно зашагала прочь по коридору — прямо в сторону гримёрки «Ведьм».
Фред остался сидеть с открытым ртом, так и не поняв, в какой именно формуле он допустил фатальную ошибку.
***
Следующие два часа за запертыми дверями гримёрки творилась магия, не имевшая ничего общего с Хогвартсом.
Оттуда доносились яростные удары по струнам акустической гитары, надрывный девичий голос Дафны, вторящий глубокому контральто Торн, и яростный стук барабанных палочек Джинкс. Боль, злость, обида и женская солидарность сплавлялись в нечто совершенно новое.
Когда дверь наконец распахнулась, в коридор вышла обновлённая группа. Дафна стояла рядом с Торн с гитарой наперевес, с подведёнными чёрным глазами и хищной улыбкой.
– Мы не отменим концерт, – заявила Торн организаторам, которые уже рвали на себе волосы. – Мы выйдем на бис. И у нас есть новая песня. Она называется «Сети любви». И поверьте, этот ублюдок в балахоне пожалеет, что вообще родился на свет.
– Рок-терапия разбитого сердца, – прокомментировал Гарри, лениво жуя спичку. – Жестоко, громко, но чертовски действенно. Одобряю.
Группа направилась к боковой сцене для быстрой репетиции звука. Гарри, решив перекурить подальше от девичьих драм, вышел на открытую галерею за кулисами, где стояли запасные генераторы. Велма, всё ещё дуясь и ревниво поглядывая на Торн, пошла следом, держась на расстоянии пары шагов.
В этот момент за кулисами снова замигал свет.
Воздух наполнился едким запахом озона. Сверху, с металлических лесов над репетиционной зоной, раздался зловещий скрежет срезаемого болгаркой металла.
Гарри среагировал мгновенно. Годы, вбитые майором Балалайкой и наёмниками Роанапура, сработали раньше, чем включился мозг. Он вскинул голову и увидел, как тяжёлая четырёхсотфунтовая ферма со световыми прожекторами, покачиваясь, срывается с креплений.
Прямо под ней стояла Торн, настраивавшая микрофонную стойку. Девушка замерла, ослеплённая вспышкой замкнувшей проводки.
– Торн, ложись! – закричала Дафна.
Гарри уже сорвался с места. В его движениях не было ни грамма лени — только звериная, ртутная скорость профессионального бойца. Он не стал доставать пистолеты: пули не остановят падающую сталь.
Сделав мощный толчок ногой от металлического ящика, Поттер в затяжном, бреющем прыжке пересёк разделявшие их двадцать футов. В воздухе он буквально сгрёб хрупкое тело Салли МакНайт в охапку, перекатился с ней через плечо, закрывая её спиной и широкими полами своей плотной куртки.
*ГРОХОТ! ЗВОН! ХРУСТ!*
Многотонная стальная балка с оглушительным звоном рухнула на деревянный настил ровно в том месте, где секунду назад стояла певица. Осколки линз, искры и куски алюминия веером брызнули во все стороны, впиваясь в доски и рикошетя от кирпичной кладки.
Пыль осела.
Гарри лежал на полу, удерживая Торн под собой. Их лица находились в каких-то трёх дюймах друг от друга. Чёрные локоны певицы разметались по его груди, её губы были приоткрыты от шока, а глубокие зелёные глаза смотрели прямо в его холодные, сосредоточенные зрачки. Она чувствовала жар его тела, стальное напряжение мышц и запах — не дешёвого парфюма, а пороха, железа и дикой, первобытной надёжности.
– Ты... ты спас меня, – выдохнула Торн, и её голос дрогнул, потеряв всю свою надменную сценическую спесь.
– Счёт за химчистку куртки пришлю по почте, мисс МакНайт, – проворчал Гарри, легко и непринуждённо поднимаясь на ноги и одним плавным движением помогая девушке встать. – Смотрите под ноги в следующий раз. Местный реквизит имеет дурную привычку падать на красивые головы.
Салли не ответила. Она стояла, не отрывая от него взгляда, в котором разгорался совершенно безумный, неудержимый огонь. Она схватила его за лацкан куртки тонкими пальцами с чёрным лаком:
– Ты не просто механик. Кто ты такой?
– Парень, который очень хочет домой, – попытался отшутиться Гарри, но почувствовал, как за его спиной температура воздуха упала до абсолютного нуля.
Он медленно повернул голову.
В трёх шагах стояла Велма. Её лицо было бледным, очки угрожающе сверкали в полумраке, а кулачки были сжаты так, что костяшки побелели.
– Джинкис... – прошипела Велма с интонацией разъярённой кобры. – Какой благородный рыцарь. Какая самоотверженность. Ты, кажется, говорил, что терпеть не можешь шумных девиц в корсетах, Поттер?!
– Велма, это был тактический перехват цели в зоне поражения... – начал Гарри, чувствуя, как по спине пробежал непривычный для него холодок.
– О, заткнись, милашка, – вмешалась Торн, собственническим жестом положив руку на плечо Гарри и насмешливо глядя на сыщицу. – Парень только что спас мне жизнь, пока твой блондинистый друг оплакивал свои верёвочки. Имеет право на небольшую благодарность. Например, на приватную экскурсию по нашему автобусу после шоу.
– Он никуда с тобой не поедет! – отрезала Велма, делая шаг вперёд и буквально прожигая Торн взглядом. – У него нет прививки от бешенства, а твои намёки слишком антисанитарны даже для этой сцены!
– Девочки, брейк... – выдавил Гарри, пятясь назад.
Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Перед ним были две разъярённые, невероятно умные и упрямые женщины, готовые вцепиться друг другу в глотки, и причиной этого хаоса был он сам. Волан-де-Морт со всеми своими пожирателями смерти показался Гарри детской утренней прогулкой по сравнению с этим кошмаром.
В его голове зазвучал спасительный голос легендарного Джозефа Джостара: *«Слушай меня внимательно, Гарри! В любой непонятной ситуации есть один безотказный приём!..»*
– Знаете что? – Гарри резко поднял руки. – Я вспомнил! У меня дома утюг не выключен! И пирог в духовке! До свидания!
Он развернулся на пятках и включил секретную технику клана Джостаров — дал стрекача по тёмному лабиринту коридоров со скоростью испуганного спринтера.
– СТОЯТЬ! – синхронно рявкнули Велма и Торн.
Погоня длилась ровно три минуты. Гарри петлял между ящиками, перепрыгивал через стойки с костюмами, но проклятая удача ранга «Е» снова нанесла удар: в тупике возле старой реквизиторской его путь преградила запертая железная дверь пожарного выхода.
Прежде чем он успел достать отмычку, из-за поворота с двух сторон вынырнули его преследовательницы.
Велма тяжело дышала, поправляя съехавшие очки, но её взгляд обещал долгую и мучительную вивисекцию. Торн подошла с другой стороны, грациозно блокируя второй проход, с хищным блеском в глазах.
– Бегать от девушек — не по-мужски, Гарри, – мурлыкнула рокерша.
– Объяснись, Поттер! – потребовала Велма, уперев руки в бока. – Что между вами происходит?!
Гарри вжался спиной в холодный металл двери, сполз на полсантиметра вниз и закрыл лицо руками. Великий наёмник, прошедший ад Роанапура, гроза пожирателей, стоял на грани того, чтобы натурально заскулить от безысходности:
– Да за что мне всё это... Я просто хотел пожарить сэндвич... Пожалуйста, пристрелите меня кто-нибудь...
– Так, а ну отвалили от парня обе! – раздался командный голос.
Из полумрака появилась Дафна. Она решительно взяла Велму за локоть, а Торн отпихнула в сторону гримёрки:
– Торн, у нас выход через три минуты! Если мы не начнём играть, фантом решит, что победил! Велма, прекрати терроризировать британца, у него и так глаз дёргается! Все на сцену, живо!
Торн неохотно отступила, послав Гарри воздушный поцелуй:
– Мы не закончили, герой.
Велма фыркнула, метнув в Поттера последний испепеляющий взгляд, и пошла за подругой.
Гарри шумно выдохнул, сполз по двери на пол и утёр холодный пот со лба:
– Дафна Блейк... клянусь, если ты когда-нибудь попросишь меня перебрать двигатель в твоём кабриолете, я сделаю это бесплатно.
***
Концерт начался снова. На этот раз охрана оцепила зал, но тысячи преданных фанатов отказались расходиться.
Свет залил сцену кроваво-красным. Загрохотал мощный, рваный гитарный рифф.
Дафна и Торн стояли у микрофонов плечом к плечу. Их голоса слились в яростном, невероятно драйвовом дуэте:
– *Ты думал, верёвки удержат огонь?* – *Ты строил силки, но обжёг лишь ладонь!* – *Твои сети любви — это ржавый капкан,* – *Но я ухожу сквозь полночный туман!..*
Толпа взревела в экстазе. Это был абсолютный, стопроцентный хит.
Гарри стоял за кулисами, наблюдая за происходящим сквозь прорезь между кулисами. Его рука уже лежала на рукояти «Беретты» под курткой. Внутренний радар орал на максимальной громкости.
И он не ошибся.
Под самым куполом амфитеатра, в клубах сценического дыма, снова возникла тёмная фигура. Фантом скользил по тросу лебёдки, держа в руках тяжёлую металлическую канистру с надписью «Керосин». Он намеревался залить сцену горючим прямо во время кульминации песни!
– Не в мою смену, клоун, – тихо прорычал Гарри.
Он выхватил правую «Беретту 92FS». Движение было плавным, отточенным миллионами повторений на тренировочных базах «Отеля Москва». Никакой суеты. Никаких колебаний.
Гарри поднял ствол. Палец плавно выбрал свободный ход спускового крючка. Поправка на ветер от вентиляторов, поправка на угол возвышения в шестьдесят градусов.
*БАХ!*
Сухой, хлёсткий выстрел утонул в рёве гитарного соло, но пуля калибра 9х19 мм с ювелирной точностью перебила стальной страховочный трос над головой монстра.
– А-А-А-А-Й! – взвыл Фантом человеческим голосом.
Оборванный трос свистнул в воздухе. Фигура в балахоне потеряла опору, нелепо замахала руками и с грохотом полетела вниз, пробив головой декоративный картонный склеп и запутавшись в той самой злополучной сети Фреда, которая наконец-то рухнула следом под тяжестью оборванной балки!
Музыка оборвалась. В зале вспыхнул полный свет.
– Ловушка! – победно заорал выскочивший на сцену Фред. – Я знал! Я всё рассчитал! Сеть сработала с задержкой в тридцать семь минут!
Дафна закатила глаза с таким презрением, что блондин моментально прикусил язык.
Вся команда, включая «Ведьм», окружила барахтающуюся в сетке тушу.
Велма решительно шагнула вперёд, нагнулась и одним резким движением сорвала чёрный капюшон с лица поверженного монстра.
Под маской оказался холёный, гладко выбритый мужчина средних лет с тонкими усиками и испуганно бегающими глазками, одетый в нелепые, переливающиеся блёстками сценические брюки.
– Дэниэл Прэззэт?! – хором воскликнули Торн и Луна.
– Или вас звать Блестящие брюки? – ехидно вставил подошедший Шэгги, жуя попкорн.
Мужчина скрипнул зубами, злобно сверкая глазами сквозь ячейки сети:
– Как... как вы догадались?!
– Всё элементарно, мистер Прэззэт, – Велма поправила очки указательным пальцем, включив свой фирменный аналитический триумф. – Чтобы совершать эти нападения, Фантом должен был обладать тремя вещами. Во-первых, свободным доступом к сцене амфитеатра во время монтажа оборудования — а вы числились консультантом площадки.
– Во-вторых, – подхватил Фред, пытаясь реабилитироваться, – доступ к туровому автобусу «Ведьм», чтобы испортить тормоза!
– А в-третьих, – добавил Шэгги, – доступ к их аппаратуре и осветительным фермам, чтобы подпилить болты!
– Вы затаили смертельную злобу на группу, – продолжила Велма, сурово глядя на продюсера. – До того как они прославились, вы были их главным автором песен и агентом. Но они отказались от ваших услуг, потому что ваша музыка безнадёжно устарела, и это разрушило вашу карьеру!
– ДА! ЭТО ПРАВДА! – в ярости взвизгнул Дэниэл Прэззэт, дёргаясь в путах. – Эти неблагодарные девчонки вышвырнули меня на помойку! Я пытался отомстить им изнутри! Я писал для них самые ужасные, самые отвратительные, бездарные тексты и мелодии, которые только мог придумать! Я хотел, чтобы их освистали! Чтобы критики втоптали их в грязь! Но эти проклятые ведьмы брали мой мусор и каким-то чудом превращали каждую песню в гребаный платиновый хит! Каждую!
Он тяжело и хрипло задышал, с ненавистью глядя на подростков:
– И тогда я решил уничтожить их физически! Запугать, сорвать тур, сжечь их репутацию дотла! И у меня бы всё получилось... ВСЁ БЫ ПОЛУЧИЛОСЬ, ЕСЛИ БЫ НЕ ВЫ — ЛЮБОПЫТНЫЕ ДЕТИ, ЭТА БЕСПОЛЕЗНАЯ СОБАКА И ТОТ СУМАСШЕДШИЙ СТРЕЛОК!
Из-за кулис с грозным видом выплыл шериф Бронсон Стоун, поигрывая наручниками:
– Так-так-так! Опять самоуправство в моей Хрустальной бухте!
Шериф деловито защёлкнул «браслеты» на запястьях поверженного продюсера. Но затем его цепкий взгляд упал на Гарри Поттера, который как раз пытался незаметно засунуть дымящуюся «Беретту» обратно под куртку.
– А