Убийца волшебников ставший рыцарем ситри
Битва за фазу и ноль
Утро после триумфа пахло озоном, паленой тканью и дешевым антисептиком.
Особняк старого корпуса Академии Куо, укрытый густой сенью вековых кленов и плюща, казался необитаемым призраком ушедшей эпохи. Однако для членов Клуба оккультных наук эти скрипучие половицы, высокие готические окна и витражи были единственным настоящим убежищем в мире людей.
Тяжелая входная дверь со стоном отворилась, впуская внутрь процессию, больше напоминавшую отряд, вернувшийся с затяжной осады.
Впереди с неизменным царственным достоинством шагала Риас Гремори. Ее роскошные алые волосы были слегка спутаны, на воротнике форменной блузки темнело крошечное пятнышко копоти, но в аквамариновых глазах сияло неприкрытое торжество. Ночная вылазка в заброшенную церковь увенчалась абсолютным успехом: падшие ангелы во главе с вероломной Рейналь были стерты с лица земли, священник-отступник Фрид бежал, поджав хвост, а самое главное — невинная душа была вырвана из цепких лап смерти.
Следом за хозяйкой, бережно поддерживая за плечи миниатюрную блондинку в потрепанной монашеской рясе, шел Иссей Хёдо. Шатен выглядел так, будто его дважды пропустили через бетономешалку: синяк под левым глазом наливался благородным фиолетовым цветом, школьный пиджак лишился доброй половины пуговиц, но парень улыбался до ушей.
– Вот, Асия, заходи, не бойся, – мягко, словно боясь спугнуть диковинную птицу, бормотал Иссей. – Это наш клуб. Здесь тепло, безопасно, и никто больше не посмеет причинить тебе вред. Ты теперь одна из нас.
Асия Ардженто робко переступила порог, прижимая к груди маленькие кулачки. Ее зеленые глаза, еще хранившие отблеск пережитого ужаса и смертной муки, с благоговением и страхом оглядывали просторный холл. Девушка слабо покачнулась — перерождение через демоническую фигуру Слона спасло ей жизнь, но отняло последние силы.
– С-спасибо вам, Иссей-сан... Президент... – ее голос дрожал, словно сухой лист на осеннем ветру. – Я... я недостойна такой доброты...
– Глупости, дитя, – бархатным, успокаивающим тоном отозвалась Акено Химедзима, плавно закрывая за ними дверь.
Вице-президент клуба выглядела на удивление свежей, хотя именно ее багровые молнии полчаса назад превратили алтарь падших в оплавленный кратер. На ее прекрасном лице играла загадочная, манящая полуулыбка, в которой читалось нечто среднее между материнской нежностью и предвкушением хорошего отдыха.
Замыкали шествие Киба Юто, небрежно убравший за спину фамильный серебряный меч, и Конеко Тодзё, которая с методичным, пугающим спокойствием дожевывала плитку протеинового шоколада.
– Конеко-тян, будь добра, приготовь гостевую комнату наверху, – распорядилась Риас, устало потирая переносицу. – Акено, поставь чайник. Нам всем нужно выпить чего-нибудь горячего и обсудить дальнейшие шаги. Скоро весть об уничтожении группы Рейналь дойдет до Григори, и нам стоит...
Договорить наследница дома Гремори не успела.
Сверху, со стороны второго этажа, где располагались запасные кабинеты и распределительный щит викторианской постройки, раздался смачный треск электрической дуги, за которым последовал громкий, отборный и многоэтажный мат на смеси чистейшего английского аристократического диалекта и русского криминального сленга.
– Да чтоб тебя черти драли, криворукий ты потомок сегуната! Кто, мать вашу, скручивает медь с алюминием без клеммника?! У вас тут что, кружок юных пироманов-суицидников имени Гая Фокса?!
В холле воцарилась мертвая тишина.
Иссей моргнул, его подбитый глаз нервно дернулся. Киба мгновенно положил ладонь на эфес рапиры, заслоняя собой Асию. Конеко на мгновение перестала жевать, навострив невидимые кошачьи ушки.
– Этот голос... – прошептал Хёдо, и на его помятом лице внезапно расплылась глупая, восторженная улыбка. – Аники?!
Риас Гремори замерла. Ее тонкие брови сошлись на переносице, а в воздухе вокруг алых локонов на долю секунды заплясали искры багровой магической силы Разрушения.
Чужак. В ее святилище. В тайном штабе клана Гремори, защищенном сложнейшими родовыми чарами сокрытия и отвода глаз. И этот чужак не просто проник внутрь — он орал на ее проводку!
– Киба, за мной, – ледяным тоном скомандовала Риас, и в ее походке прорезалась сталь высшего демона, готового карать нарушителей границ.
Вся процессия дружно рванула вверх по широкой дубовой лестнице.
Картина, открывшаяся им на лестничной площадке второго этажа, начисто лишила происходящее хоть какого-то намека на демонический пафос.
Прямо посреди коридора стояла шаткая деревянная стремянка, явно позаимствованная у школьного завхоза. На верхней ступеньке, балансируя на одной ноге с грацией пьяного акробата, стоял Гарри Поттер.
Его форменный школьный пиджак был небрежно брошен на перила, рукава белой рубашки закатаны выше локтей, открывая жилистые предплечья, густо перепачканные темной смазкой и штукатуркой. В зубах у него дымилась неизменная ментоловая зубочистка, а в расстегнутом вороте рубашки виднелась рукоять тяжелого пистолета в наплечной кобуре.
Прямо над головой парня зияла вскрытая распределительная коробка, из которой во все стороны, подобно щупальцам безумного чудовища, торчали оголенные провода. Два из них искрили ядовито-синим пламенем, грозя в любую секунду поджечь сухую деревянную дранку потолка.
В правой руке Гарри сжимал массивную советскую индикаторную отвертку с толстой эбонитовой рукоятью, а в левой — моток синей изоляционной ленты, которую он зубами пытался оторвать.
– Ты... ты что здесь делаешь?! – выдохнула Риас, опешив от увиденного настолько, что приготовленное заклинание Разрушения просто развеялось в воздухе.
Гарри даже не повернул головы. Он лишь скосил один серый глаз на процессию, ловко перехватил зубочистку языком и невозмутимо ткнул отверткой в искрящую скрутку. Воздух с треском озарился снопом желтых искр.
– О, явились, покорители преисподней, – протянул Поттер с той невыносимо ленивой, издевательской хрипотцой, которая обычно заставляла людей либо лезть в драку, либо бежать без оглядки. – Вытирай ноги о коврик, принцесса, я тут только что пол подмел.
– Поттер! – голос Риас взмыл на октаву выше. – Это территория клуба оккультных наук! Частная зона дома Гремори! Какое право ты, член пэрства Ситри, имеешь вламываться сюда без приглашения?!
– Право первой пожарной безопасности, ваше дьявольское сиятельство, – Гарри ловко сплюнул зубочистку точно в щель между половицами и с хрустом провернул винт на колодке. – Я шел мимо в столовую за пирожками с фасолью. Чую — воняет горелой изоляцией так, будто здесь жарят грешников на медленном огне. Подхожу к окну — а у вас из распределительного щитка на фасаде дым валит коромыслом. Зашел проверить. И что я вижу?
Он наконец соизволил повернуться к демонам лицом, победоносно потрясая отверткой, словно рыцарь фамильным клинком:
– Какой-то гений альтернативной физики кинул фазу на контур заземления! Вы тут живете на пороховой бочке! Еще десять минут такого чаепития — и ваш драгоценный винтажный салон взлетел бы на воздух к чертовой матери вместе со всеми вашими оккультными гримуарами! Сона бы меня заставила всю эту богадельню заново отстраивать из школьного бюджета! Так что стойте смирно, не дышите на меня своей демонической аурой и дайте профессионалу закончить скрутку!
– Аники! – благоговейно выдохнул Иссей, выступая вперед. – Ты... ты спас наш клуб от короткого замыкания?! Вот это крутота!
– Заткнись, Иссей! – рявкнула Риас, чье аристократическое самолюбие было растоптано в пыль простым разводным инструментом.
Она — чистокровная дьяволица из высшего дома, младшая сестра владыки Сазекса Люцифера, только что блестяще провела боевую операцию против падших ангелов, спасла ценнейший Священный Механизм... а какой-то английский наемник отчитывает ее за состояние электропроводки, словно сварливый комендант общежития!
– С меня хватит, – Риас сделала решительный шаг к стремянке, ее глаза опасно сузились. – Немедленно слезай оттуда. Мы сами разберемся со своими проблемами. Магией.
– Ага, плавали, знаем вашу магию, – фыркнул Гарри, продолжая ковыряться под потолком. – Вы, черти рогатые, чуть что — сразу швыряетесь шарами тьмы и огненными бурями. А проводка требует не пафоса, женщина, проводка требует прямых рук, трезвого ума и синей изоленты! Магией она починит... Да ты фазу от нуля отличить не сможешь, даже если тебя током в двести двадцать вольт по твоей роскошной филейной части приложит!
В коридоре повисла тишина такой плотности, что было слышно, как внизу капает вода из крана.
Киба поперхнулся воздухом и деликатно кашлянул в кулак, отводя взгляд. Конеко замерла с приоткрытым ртом, шоколадка выпала из ее пальцев. Иссей схватился за сердце, его лицо выражало смертельный ужас пополам с диким восторгом: назвать филейную часть Риас Гремори «роскошной» прямо ей в лицо — на такой подвиг не осмелился бы ни один смертный во Вселенной.
– Что... ты... сказал?! – прошипела Риас.
Ее щеки вспыхнули пунцовым пламенем, то ли от стыда, то ли от ярости. Вся ее сдержанность рухнула. Забыв о статусе, о магии, о королевском достоинстве, аловолосая демоница рванула вперед и вцепилась обеими руками в деревянные стойки стремянки.
– А ну слезай! Отдай инструмент! Я приказываю тебе как глава этой территории!
– Эй, женщина, руки убрала! Конструкция не сертифицирована! – заорал Гарри, опасно покачнувшись под потолком. – У меня тут фаза под напряжением! Отвяжись, говорю!
– Не отвяжусь! Отдай отвертку, наглец! – Риас потянулась вверх, пытаясь вырвать инструмент из его пальцев.
– СЕКРЕТНАЯ ТЕХНИКА ДЖОСТАРОВ: ТАКТИЧЕСКИЙ РЕВЕРС! – гаркнул Гарри.
Вместо того чтобы упасть, парень с нечеловеческой акробатической ловкостью, достойной лучших циркачей Ронапура, оттолкнулся ногами от ступеньки. Стремянка с грохотом полетела на пол, а Гарри, совершив в воздухе идеальное сальто назад, приземлился на ноги прямо за спиной опешившей Риас. При этом индикаторную отвертку он перехватил зубами, а в руках мгновенно возник разводной ключ.
– Медленно работаешь корпусом, принцесса! – Гарри осклабился в ухмылке Рё Саэбы, крутанув ключ на пальце, словно ковбойский револьвер. – Твоя следующая фраза: «Как ты посмел обойти меня со спины, мерзавец?!»
Риас резко развернулась на каблуках, ее глаза метали молнии:
– Как ты посмел обойти меня со спины, мерза... – она осеклась, прикусив губу, и ее лицо стало еще краснее. – Прекрати этот балаган!
– Не прекращу, пока работа не сдана по ГОСТу! – парировал Гарри, принимая нелепую, изломанную позу истинного героя манги: одна рука уперта в бок, вторая вытянута вперед с указательным пальцем, нацеленным в лоб Риас. – Я взял этот заказ у собственной совести! И никакой высший демон не встанет между мной и исправным заземлением!
– Ара-ара~, – раздался сзади грудной, томный, полный нескрываемого наслаждения голос.
Акено Химедзима плавно подошла к перилам, грациозно оперлась на них локтями и положила подбородок на ладони. Ее глаза лукаво блестели, скользя между взъерошенным Гарри и пылающей праведным гневом Риас.
– Как романтично, – промурлыкала жрица, посылая в пространство волну концентрированного кокетства. – Риас, дорогая, я и не знала, что ты предпочитаешь такие страстные и физически активные прелюдии прямо на пороге нашего дома. Мужчина с тяжелым инструментом в руках... это так волнующе, не правда ли?
– Акено, замолчи немедленно! – в отчаянии выкрикнула Риас, не спуская глаз с Поттера. – Он проник сюда без разрешения!
– Ну почему же «без разрешения»? – невинно захлопала ресницами брюнетка. – Посмотри, как он заботится о нашем гнездышке. Другой бы пришел с цветами, а Гарри-кун пришел с разводным ключом и изолентой. Настоящий хозяйственный самец. Может, тебе стоит уступить ему, Риас? Вдруг он не только в щитках умеет замыкать нужные контакты?
– Химедзима-сан, я официально заявляю: вы женщина высокой культуры и безупречного вкуса, – Гарри отвесил Акено шутовской поклон, даже не сбив дыхания. – В отличие от вашей вспыльчивой начальницы, у которой явно дефицит сладкого в организме и переизбыток королевских замашек.
– Ах ты!.. – Риас окончательно потеряла терпение.
Она бросилась на него. Не используя магию — использовать разрушительную силу в тесном коридоре деревянного дома было равносильно самоубийству, — а чисто по-женски, намереваясь любой ценой отобрать треклятую отвертку и вытолкать наглого британца взашей.
И начался цирк, за которым затаив дыхание наблюдала вся свита Гремори.
Гарри двигался как ртуть. Сказывались рефлексы Коня, помноженные на годы уличных драк в трущобах Таиланда и уроки рукопашного боя от десантников Балалайки. Он не атаковал — он уклонялся. И делал это с таким издевательским артистизмом, что Данте из Devil May Cry аплодировал бы стоя.
Риас сделала выпад вперед, пытаясь схватить его за запястье. Гарри плавно качнул корпусом влево, пропуская ее ладонь мимо, и легонько, чисто машинально, щелкнул ее пальцем по носу.
– Мимо, ваше величество! Слишком много замаха!
– Стой на месте, скотина! – зашипела Риас, разворачиваясь и пытаясь сделать подсечку.
Гарри подпрыгнул, зависнув в воздухе на долю секунды дольше положенного законами физики, оперся ладонью о потолочную балку, перемахнул через голову Риас и приземлился позади нее, умудрившись на лету сорвать еще один кусок синей изоленты.
– Баланс завален! Кто тебя учил драться в узких помещениях, директор Хогвартса?!
– Отдай! Инструмент! – Риас развернулась, ее длинные алые волосы хлестнули по воздуху, и она буквально бросилась на него всем телом, пытаясь прижать к стене.
Они сцепились в дверном проеме. Риас вцепилась обеими руками в древко разводного ключа, Гарри держал его мертвой хваткой наемника. Лица их оказались в паре сантиметров друг от друга. Гарри чувствовал сладкий, дурманящий аромат роз, исходивший от ее кожи, и жар ее сбившегося дыхания. В аквамариновых глазах демоницы бушевал настоящий шторм.
– Сдайся, Поттер, – прошипела она, тяжело дыша. – Ты в моем доме.
– Наемники Ситри не сдаются перед лицом неисправной проводки, Гремори, – с ленивой наглостью осклабился Гарри, глядя ей прямо в зрачки. – Твоя следующая фраза: «Отпусти, мне больно пальцы!»
– Отпусти, мне боль... Черт бы тебя побрал! Перестань это делать!
В этот момент половица под ногой Риас предательски скрипнула. Девушка покачнулась на высоком каблуке, потеряла равновесие и с коротким вскриком полетела вперед, увлекая Гарри за собой.
Раздался глухой стук, шорох ткани и сдавленный стон.
Они рухнули на старый, но мягкий ковер прямо посреди коридора. Причем законы аниме-гравитации, работавшие безотказно во всех мирах, сработали и здесь: Гарри лежал на спине, выбив дыхание о твердый дуб пола, а Риас приземлилась аккурат сверху, упираясь ладонями в его широкую грудь. Ее расстегнутый воротник опасно сдвинулся, открывая взору вид на глубокую, манящую ложбинку между великолепными формами, а алые пряди рассыпались по лицу Гарри, пахнущие весенним дождем и магией.
Отвертка, описав в воздухе красивую дугу, с легким стуком воткнулась точно в щель плинтуса в двух сантиметрах от носа Иссея.
В коридоре повисла оглушительная, звенящая тишина.
Иссей стоял, окаменев, его челюсть отвисла до самого пола, а из носа тонкой струйкой медленно потекла кровь:
– П-президент... Аники... Вы... вы уже перешли к партеру?!
Асия густо покраснела до самых кончиков ушей, зажала рот ладошками и зажмурилась, тихо пискнув:
– О, Господи... то есть, Люцифер-сама... это... это ритуал очищения дома?!
Киба деликатно отвернулся к окну, насвистывая какой-то неопределенный мотив, а Конеко, прищурив золотистые глаза, достала из кармана телефон и совершенно бесшумно сделала снимок.
– Компромат на президента. Цена на черном рынке — пятьсот йен, – невозмутимо пробормотала миниатюрная ладья.
Акено же просто зашлась в беззвучном, сладострастном смехе, прикрывая рот тонкой ладонью:
– Фу-фу-фу~... Какая страсть, Риас! Ты решила взять пэра Соны в плен самым надежным демоническим способом? Боюсь, если Сона-тян увидит вас в такой позе, она объявит нам рейтинговую игру без предупреждения!
Риас замерла. До ее затуманенного яростью сознания наконец дошло, в каком именно положении она находится. Она лежала верхом на парне, ее грудь буквально расплющилась о его крепкие мышцы, а ее бедра...
Она медленно опустила взгляд.
Гарри Поттер лежал под ней абсолютно спокойно, заложив одну руку за голову, словно отдыхал на пляже в Паттайе. В его серых глазах не было ни страха, ни смущения — лишь чистое, незамутненное веселье опытного ловеласа и легкая насмешка.
– Знаешь, принцесса, – лениво протянул Гарри, и в его голосе зазвучали бархатные нотки Рё Саэбы, от которых у Риас по спине пробежали мурашки. – Я, конечно, парень не гордый, и в Ронапуре бывали ситуации и постраннее... Но если ты собиралась признаться мне в любви прямо на пыльном ковре — стоило хотя бы дождаться, пока я обесточу здание. Статическое электричество между нами сейчас превышает все допустимые нормы.
Риас судорожно вдохнула. Ее лицо приобрело оттенок спелого граната.
– И-ди-от! – взвизгнула она, отталкиваясь от его груди обеими руками и пулей отскакивая назад на добрых три метра.
Она лихорадочно принялась одергивать юбку и поправлять блузку, ее пальцы мелко дрожали, а в глазах стояли злые, униженные слезы аристократки, чей идеальный фасад только что показательно разбили вдребезги.
Гарри кряхтя поднялся на ноги, отряхнул колени, подошел к плинтусу и с легким чмокающим звуком выдернул индикаторную отвертку. Затем посмотрел на тяжело дышащую Риас, на испуганную Асию, на готового упасть в обморок Иссея... и вся его напускная дурашливость мгновенно испарилась.
Он тяжело вздохнул, почесал затылок и достал из кармана пачку сигарет без фильтра. Покрутил одну в пальцах, но зажигать не стал — убрал обратно.
– Ладно, цирк окончен, – спокойно, нормальным человеческим голосом произнес Гарри.
Он подошел к упавшей стремянке, одним легким движением поднял ее и поставил на место. Затем повернулся к Риас. Его взгляд стал прямым, трезвым и пугающе глубоким — взглядом человека, который видел слишком много смертей, чтобы обращать внимание на мелкие обиды.
– Гремори. Я знаю, откуда вы вернулись.
В холле мгновенно спало все веселье. Киба напрягся, Акено перестала улыбаться, внимательно глядя на парня.
– Заброшенная церковь на окраине, – продолжал Гарри, поднимаясь по ступенькам стремянки обратно к щитку. – Группа Рейналь. Я предупреждал Сону об этом гнезде еще два дня назад, когда перебирал ваши дурацкие отчеты в студсовете. Вы пошли туда сами. Без поддержки. Без согласования с верхами.
Он зачистил зубами кончик медного провода, ловко вставил его в клеммник и затянул винт отверткой. Щелк.
– Вы могли там сдохнуть, – ровно, без эмоций бросил Поттер, не оборачиваясь. – Падшие — не благородные дуэлянты из Хогвартса и не рыцари подземного мира. Они стреляют в спину, бьют световыми копьями исподтишка и берут заложников. Вы ввязались в бой ради девчонки, которую едва знали.
Он защелкнул последний контакт, обмотал пучок проводов плотным слоем синей изоленты и с глухим стуком захлопнул железную крышку распределительной коробки.
– С точки зрения наемника — это идиотизм высшей пробы. Чистое самоубийство ради сомнительной выгоды. Мой бывший командир в Таиланде за такую самодеятельность заставил бы вас ползать по джунглям в полной выкладке до кровавых мозолей.
Гарри легко спрыгнул со стремянки на пол, вытер руки старой ветошью и повернулся к свите Гремори.
– Но с точки зрения человека... – он посмотрел на дрожащую Асию, затем на перебитого, но гордого Иссея, и на его губах появилась кривая, теплая улыбка. – Вы поступили правильно. Спасти жизнь того, кто не может защитить себя сам — единственное, ради чего вообще стоит обнажать оружие. Я сам когда-то нырнул в чертово Черное озеро на Турнире Трех Волшебников, чтобы вытащить чужую сестру, пока мой драгоценный братец-герой считал баллы. Так что... хорошая работа, пэрство Гремори. Вы заслужили свой отдых.
Риас замерла. Гнев, клокотавший в ее груди, медленно осел, уступая место странному, щемящему чувству. Она смотрела на этого странного, невыносимого парня, который пять минут назад валял дурака и паясничал, а сейчас говорил с мудростью и усталостью старого солдата.
– Ты... ты не расскажешь Соне? – тихо спросила она, скрестив руки на груди. – О том, что мы действовали самовольно?
– А оно мне надо? – Гарри закатил глаза, доставая из кармана яблочный онигири, завернутый в фольгу, и протягивая его опешившей Асии. – Держи, мелкая. Глюкоза помогает восстановить ману после перерождения. Проверено на собственной шкуре. А насчет Соны... Я наемник, принцесса, а не школьный стукач. Моя задача была сделать так, чтобы это здание не сгорело к чертям собачьим, пока вы спите.
Асия робко взяла онигири, подняла на Гарри сияющие слезами глаза и низко поклонилась:
– С-спасибо вам огромное, господин Домовой!
Гарри поперхнулся воздухом:
– Кто?! Господин Домовой?! Хёдо, твою мать, это твоих рук дело?!
Иссей виновато заржал, прячась за спину Кибы:
– Ну а что, аники! Вся школа тебя так зовет! Ты же реально как домовой — везде ходишь, все чинишь, всех строишь!
– Я боевой Конь высшего демонического дома Ситри, балбес! – Гарри в шутку замахнулся на него разводным ключом, но тут же опустил инструмент.
– Гарри-кун, – мягко позвала Акено.
Она подошла ближе, ее улыбка была искренней и удивительно теплой, без привычной язвительности.
– Раз уж ты спас наше скромное жилище от пожара, а нашу госпожу — от лишних расходов... не окажешь ли нам честь разделить с нами чай? У меня как раз есть превосходный сбор с мятой и горным медом.
Гарри посмотрел на Акено, затем скосил взгляд на Риас. Аловолосая девушка все еще стояла с пунцовыми щеками, но в ее аквамариновых глазах больше не было враждебности — лишь настороженное, но вполне искреннее любопытство.
– Чай, говорите? – протянул Гарри, лениво потирая затекшую шею. – Если в нем нет яда, святой воды и бюрократических отчетов Соны — то я согласен. Только чур печенье не из школьной столовой. Я от их выпечки потом три дня пулями плеваться могу.
– У нас лучшее печенье из личной кондитерской дома Гремори, – с легкой гордостью в голосе произнесла Риас, окончательно беря себя в руки и поправляя воротник. – Пойдемте вниз. Всем нам нужно перевести дух.
***
Спустя полчаса в главной гостиной клуба оккультных наук воцарился долгожданный, благословенный покой.
В старинном камине уютно потрескивали поленья — Гарри лично подкинул туда пару березовых чурок, предварительно проверив тягу в дымоходе («У вас тут сажи на три пальца, в следующий раз принесу ерш, не благодарите»).
На низком столике стоял тончайший фарфоровый сервиз. Ароматный пар от свежезаваренного чая смешивался с запахом песочного печенья и смолистым духом огня.
Асия, укутанная в теплый шерстяной плед, сидела на краю дивана, с аппетитом уплетая сладости. Рядом с ней сидел Иссей, который с упоением первокурсника внимал наставлениям Гарри.
Поттер развалился в глубоком кожаном кресле напротив Риас, вытянув длинные ноги к огню. В одной руке он держал чашку чая, а второй неторопливо разбирал и чистил затвор своего второго «Кольта», выложив детали на белоснежную салфетку. Зрелище чистки огнестрельного оружия за антикварным столиком в логове демонов смотрелось дико, но никто из присутствующих даже не подумал сделать ему замечание.
– ...И запомни, Хёдо, – наставительно вещал Гарри, протирая промасленной ветошью пружину выбрасывателя. – Сила твоего Священного Механизма — штука, конечно, внушительная. Усиление в геометрической прогрессии — это сказка для любого бойца. Но если у тебя нет базы, если ты не умеешь уходить с линии атаки и рассчитывать выносливость — тебя срежет первый же толковый экзорцист с парными световыми клинками. Понял?
– Понял, аники! – истово кивал Иссей. – Скорость и дистанция!
– Именно. Завтра после уроков придешь на заброшенный склад за кортами. Научу тебя паре приемов из арсенала гонконгской триады. Будешь уклоняться от резиновых пуль. Если выживешь — станешь человеком. Не выживешь — Асия тебя подлатает, она теперь у вас штатный полевой медик.
Асия просияла, услышав свое имя:
– Я сделаю все возможное, Гарри-сан!
– Вот и умница, – хмыкнул Поттер, щелчком вогнав затвор на место. Оружие собралось в единое целое с сухим, хищным щелчком, в котором слышалась абсолютная надежность стали.
Риас сидела напротив, элегантно держа чашку двумя пальцами, и не отрываясь наблюдала за его ловкими руками.
– Ты удивительный человек, Гарри Поттер, – негромко произнесла она, нарушая паузу. – Точнее... удивительный демон. В тебе нет жажды власти. Нет стремления выслужиться перед высшими домами. Ты мог бы потребовать от Соны колоссальные ресурсы за свои навыки, но вместо этого чинишь проводку в моем клубе и учишь уму-разуму моего непутевого пешку. Чего ты на самом деле хочешь?
Гарри замер. На мгновение его пальцы, сжимавшие тяжелую рукоять «Кольта», побелели. В серых глазах отразились отблески каминного пламени, пробуждая призраков прошлого: холодные каменные коридоры Хогвартса, презрительные взгляды Джеймса и Лили Поттер, наглую ухмылку братца Годрика, кровь на снегу Годриковой Лощины и бесконечное, ледяное одиночество отвергнутого ребенка.
Он загнал патрон в патронник, поставил пистолет на предохранитель и плавно убрал его в наплечную кобуру под рубашкой.
– Чего я хочу, Гремори? – он криво усмехнулся, сделав глоток остывающего чая. – Спокойствия. Я хочу просыпаться утром и знать, что надо мной не висит дурацкое пророчество полоумного старика. Хочу кормить Хедвиг беконом. Хочу пить хороший кофе. И хочу, чтобы люди, которые находятся рядом со мной... – он окинул взглядом притихшую комнату: сияющего Иссея, кроткую Асию, спокойного Кибу, дремлющую в углу Конеко и лукаво улыбающуюся Акено, – ...просто оставались живыми. Мир сверхъестественного полон высокомерных ублюдков, считающих смертных расходным материалом. Я ушел из своего мира, потому что он сгнил изнутри. И здесь я не позволю всякому пернатому или рогатому мусору разрушать то немногое, что мне дорого.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь треском дров. В этих простых словах не было пафоса — лишь гранитная уверенность человека, который привык подкреплять свои принципы свинцом и сталью.
Риас медленно опустила чашку на блюдце. На ее губах расцвела мягкая, искренняя улыбка — улыбка не хозяйки территории, а юной девушки, нашедшей неожиданного, но надежного союзника.
– Что ж... – тихо произнесла наследница Гремори. – В таком случае, Гарри Поттер... двери этого клуба всегда открыты для тебя. Даже если у нас снова перегорит фаза.
– О, насчет фазы даже не сомневайся, – Гарри снова вернул себе привычный разгильдяйский вид, откинувшись на спинку кресла и закинув ногу на ногу. – Я через неделю приду проверять заземление. И не дай бог я увижу, что Хёдо сует пальцы в розетку — заставлю мыть полы во всей школе зубной щеткой.
– Эй! Почему сразу я-то?! – возмутился Иссей под дружный смех остальных.
Акено грациозно наклонилась вперед, подливая Гарри еще чая, и ее длинный рукав как бы невзначай скользнул по его плечу:
– А если нашей проводке потребуется ночной осмотр, Гарри-кун... ты ведь не откажешь одиноким демоницам в экстренном вызове?
Риас мгновенно вспыхнула:
– Акено! Прекрати его развращать!
– Фу-фу-фу~... Но Риас, ты сама только что лежала на нем в коридоре...
– ЭТО БЫЛА СЛУЧАЙНОСТЬ!
Гарри сделал глоток горячего чая, слушая их перепалку, и впервые за долгие, бесконечные годы почувствовал странное, забытое тепло в груди.
Здесь, среди этих сумасшедших демонов, ржавых труб и искрящих проводов, вдали от холодной Британии... жизнь определенно начинала налаживаться.